Karen «NUDE» in school

      Группа девчонок стояла у двери в мужскую душевую: мокрые, с полотенцами на плечах и с гусиной кожей на руках и попках. Вход им преграждала такая же группа парней.       — Купальники отдавайте, — сказала Лесли.       — Так заходите, берите, — улыбнулся парень на входе.       — Так мы зайдём. Проваливай.       Она подалась вперёд, но тут же упёрлась в блокаду.       — Вход только без купальников. — пояснил парень.       — «Чё?!», «Чё это за правила такие?!»       — А вот так. Женщинам в купальниках — запрещено.       Девки глянули на меня:       — Карен! Иди разберись!       — Так! — я огрызнулась. Надоели уже. — Хватит меня опять приплетать!       Сказав, чтобы сами разбирались, я протиснулась через «фейс-контроль» и ушла в душевую. Сзади дело уже шло к потасовке. Но свисток вовремя всех остудил.       — Что за проблемы?! — раздался взрослый голос.       — Они купальники украли!       — Отдавайте купальники, — переадресовала училка претензию.       Ага. Так они и побежали, конечно. Я внутри уже наслаждалась этой картиной: одни эти трусы на члене вертят, другие за батареи прячут. Это же не организованная группировка.       — Господи, детский сад, — проворчала училка и пошла в душевую.       — Купальники возвращаем, — обратилась она ко всем, кто внутри.       Парни нехотя потянулись к батареям, к полотенцам. Купальники поплыли ей в руки — кто сам отдал, кто передал через других.       — Ещё раз такое будет — никаких голых плаваний. Вообще.       Училка вышла. Хлопнула дверь. Парни повздыхали, помолчали… И пошли по душам.       — Как ебланы ведёте себя, — фыркнула я на них. — Вам так никто давать не будет.       — Да и не надо, — отозвался один из более или менее адекватных.       — Чё это? — проворчал сосед.       — Да потому что не надо, чтоб дауны размножались, — кивнул он в сторону.       Со стороны кивка заворчали.       Я прильнула к стенке и стала греть уши, довольная провокацией. Но переругивались парни с ленцой. Устали, видать, гады. Раз даже на меня сил не хватило. Либо я просто уже стала не в приоритете. Я не возражала.       — Всех всё равно не трахнешь, — проворчал кто-то.       — Да не, пацаны, надо, — настоял другой. — К концу года обязательно надо всех трахнуть.       — Вот с этими? — очередной кивок в сторону хулиганов.       — Да успокойся, бля!       — Эти шлюхи и так уже всем дают почти.       Так… Ситуация накалялась.       — А ты заткнись вообще, блять, — наехал худощавый парень на ближайшего быдлана.       — Чё, бля? — ответил тот ему.       — А ты чё умничаешь тут? Это ты в библиотеке так накачался, чтоб умничать?       Быдлан пошёл на быкующего ботана.       — Ты куда подорвался, а?! Крутой, нахуй? — не стал отступать ботан. — Тебе умные люди, блять, секс с бабами организовать пытаются. Ты без ИИ-шки жопу себе забудешь, как подтирать. Ты кто, блять?!       Народ зарофлил.       — Молодой человек! Из естественного отбора выйдите! Не задерживайте!       — По блату пройдёт.       — По трупам.       Мда.       Я отлипла от стены и пошла вмешиваться.       — Нет, Карен. Не надо, — отодвинули меня. — Это мужской разговор…       А вот это уже удивило. Я даже растерялась.       — «Ладно».       Пошла обратно. Задумалась.       Очередной бардак по моей вине? Да нет. Максимум… С моей лёгкой руки, так скажем. Не так уж и много тут моей вины. Просто… Парни есть парни, значит. Сами себе хуежоры. Хотят драться — пусть дерутся. Надо лишь подальше свалить, чтобы под душ не угодить. Когда бог из машины нагрянет… А он уже близко. — жопой чуяла. — Раз, два, и!..       — Здрасте мисс Рокетт! — раздался крик на всю душевую.       Все заткнулись и обернулись. И я тоже. Только медленнее и с достоинством. И презрительно фыркнув.       Училка молча подпирала арку у входа. Просто стояла и ждала, пока на неё обратят внимание. Не педагогично… Но эффективно. Судя по сжавшимся булкам парней. Будто та ебать их пришла. И это она пока без страпона ходила… Но не суть. Куда больший интерес вызывало, что позади неё теснилась группка девчонок. И все абсолютно голые…       Училка медленно обернулась:       — И вот с этими вы…       Те пожали плечами.       Парни, тем временем, мигом разбежались.       — К вам гости, — повернулась она обратно. — Дуры, я считаю. Но захотели.       Все напряжённо переглянулись.       — И да — чтобы никаких брачных игр мне здесь. — объявила она, глядя на парней.       Повисло молчание.       Училка переступила с ноги на ногу и качнула грудями: — Плавки надевайте.       Парни недоумённо застыли.       — Плавки. Надевайте.       Траурно зашелестел нейлон… Щёлкнули на жопах резинки. Яички и члены снова сдались в плен тесным трусикам.       — Слежу за вами. Кого увижу без плавок — кастрирую. — буркнула училка. И после, сурово всех осмотрев, добавила: — И разошлись чтобы после звонка сразу же! Поняли?!       Народ вяло подакал. Училка ушла. Мальчики проводили взглядами её пышные ягодицы… А затем переключились на нас. Плавки забугрились от такого количества ничем не прикрытых сисек и кисок. Ситуация и правда экстраординарная. Самые статусные самки класса самолично явились на их глупые брачные игрища. Лесли с половиной компании. Без Диди. И ещё Жанна с такой же половиной компании.       — Жаль. А мы ведь честно разделись, — укоризненно сказала она. — А вы идиоты.       Одноклассники устало вздохнули. Спорщиков не нашлось.       — А… Зачем?.. — спросил кто-то сзади.       — Ну… — начала было одна, но резко замолкла.       Одноклассницы сглотнули. Снова повисла напряжённая тишина.       Несколько мгновений девки переводили взгляды то на полуобнажённых парней, то на самих себя же. Будто вдруг опомнились и теперь недоумевали, как их угораздило оказаться здесь в таком виде. Я хмыкнула, глядя на них.       Дуры. Но дуры горячие, созревшие. Местами даже переспевшие: с жопами, с отросшими сиськами. У меня есть версия, что побудило их к этому. Бассейн временно притупил им все комплексы. Видать, вспомнили, зачем всё это нужно. А теперь стоят и вспоминают, что сексуального опыта-то у них… Ничерта, в общем. Мне даже стало интересно, как они сами объяснят это.       — Половой… Отбор изучать? — наконец-то выдала одна из них. Кто поумнее.       — Посмотреть, как тут у вас его… Проходят, — пояснила староста.       Парни не отреагировали. Девчонки прикусили языки. Отчего-то все взгляды снова вернулись ко мне. Воздух заполнился страхом, потом и невысказанными мольбами…       Я вздохнула.       — А. На экскурсию, типа, — подмигнула я им.       — Да, — облегчённо кивнули девки.       — Ну…       Я нехотя отлипла от стенки. Пару секунд постояла, вальяжно разминая шею. Как герой боевика, которого снова просят взяться за старое. Вспоминать которое он не то чтобы хочет, но… Старые долги закрыть всё же надо. Особенно, если они не твои.       — Тогда пройдёмте. — сказала я, двинувшись. — Покажу.       Настал. Час. Расплаты. .       Девочки столпились в центре зала. Я встала напротив, как командир перед взводом. Парни внимательно наблюдали. Девки держали лица, но тела выдавали, что к такому экспириенсу их жизнь не готовила. Члены мгновенно реагировали на каждое качание сисек и жоп. Одноклассницы ежились, поджимали ноги и старались не двигаться лишний раз. Не привлекать внимания… И ничего у них не выходило. Не для того их тела приобрели такие формы, чтобы делать их незаметнее. Даже если сами хозяйки не особо довольны таким раскладом.       — Хотите знать, как отбор проходит? — сказала я, сложив за спиной руки. — Хорошо…       Я намеренно затягивала начало, давая парням как следует «помариновать» девок. Те уже активно приценивались к начинающим шлюшкам. Нужно было дождаться определённой кондиции. Когда их крыша и подвалы снова начнут подтекать. Намокнут киски, порозовеют щёчки… И только тогда начать неспешно обрисовывать их перспективы…       Меня не перебивали. Ещё не привыкшие к похотливым взглядам, девки инстинктивно сбивались в стадо, но не я. Я была независима. От них всех. Что наделяло меня неосязаемой властью. Чем я и пользовалась.       – Так вот, – продолжала я. По ходу дела вышагивая влево-вправо. – Как только начинается ваша обнажённая неделя, запоминайте – вы больше не люди.       Я сделала паузу.       – Вы даже не шлюшки. Вы – секс-инвентарь. Вы голые обезьяны. Вы – цирковые собачки, которыми командуют все, кому не лень. – сплюнула я.       Капельки пота, вперемешку с водой текли по телам девочек. Их сосочки зябко топорщились, а головы жались в плечи.       — Не важно: какие вы крутые; какие вы умные, разносторонние. Тут вы — животные. Которые должны ползать с задранными жопами. Всё, что вы видели в порнухе, на физкультуре. Все прыжки, кувырки: вы всё это будете здесь исполнять. И никто вас не утешит, никто не спасёт. Прямо как меня. — я злорадно улыбнулась и понизила голос. — Будете только вы и пятнадцать членов. Которые смотрят вам в рот, в зад…       Я бросила взгляд на парней.       — Они могут подходить близко, да, — указала я на них девкам. — Не настолько близко, чтобы вставить, но достаточно. И вы будете сидеть. С открытыми ртами! Жопы себе раздвигать. Собственными же руками!.. Будете эстафеты тут бегать от одного члена к другому. Там, снаружи, — я показала на выход, — ещё цветочки. Там порядок. Там народ ещё как-то себя за людей выдаёт. Здесь — нет. Здесь на вас отыграются. За всё хорошее, за всё плохое…       Я расхаживала по импровизированному плацу и искренне наслаждалась процессом. Лица девок по мере рассказа то багровели, то белели, а вот их киски напротив — приобретали стабильно розоватый оттенок…       Постепенно от теории я перешла к практике. Ко всяким бытовым мелочам. Но от того не менее унизительным. На какой кран удобнее закинуть ногу… Какой из душей медленней нагревается. Всё это я уже прочувствовала на личном опыте и на собственной коже.       — Вон там камеры, — ткнула я в углы под потолком: — Вон там не стоять. — я показала на одну из кабинок. Ту самую, где впервые спряталась, к слову.       — Там слепая зона, — пояснила я. — Там вас выебут, облапают и вы ничего не докажете.       Парни похмыкали и переглянулись.       — Вон там щиток, — я показала на технический вход. — И вообще надо следить за этим местом. Оттуда могут физруки выходить.       — Это… Мы знаем… — нервно забормотали девки.       Я ещё раз осмотрела душевую.       Ну. Вроде бы всё сказала?..       — Я думаю, пора уже к делу, Карен, — подсказал кто-то из парней.       Послышались ядовитые хохотки.       — Самое главное-то не показала!       — А, ну… — Я скривила губу и повернулась к девкам. Мы пересеклись взглядами. Теперь перед ними стоял уже не командир, а солдат-смертник. Который сейчас с доблестью продемонстрирует, как жертвовать жизнью. Девочки это увидели. Поняли… И, к удивлению, я не нашла в их глазах злорадства. Или страха. Только решимость.       — Покажите. — холодно произнесла староста.       Парни заулыбались. Такими самодовольными мерзкими лыбами… Какими могут только они.       — На колени, Карен.       Я тяжело вздохнула. Колени дрогнули и упали. Девочки посмотрели на меня сверху-вниз.       — Ползи сюда.       Я поползла.       Завиляли вперёд-назад ягодицы. Закачались сиськи. Только что — подающая надежды подросток. Школьница. Чья-то дочь. Теперь — мясомолочное животное, напрашивающееся на шампур.       — Зад высоко подними. Ноги шире!       И это я тоже сделала…       Раздвинулись ягодицы. Ветерок похолодил запотевшие дырочки. Грудь сосками проехалась по шву между плиток.       — Боже. Как унизительно. — прокомментировала староста.       — «Да…», «Кхм…», «Действительно».       Я не видела ничьих лиц. Но, судя по голосу, Жанна, как всегда, не выдала ни капли эмоций. Да и остальные тоже не то чтобы падали в обморок.       А девки-то, кажется… Не особо и смутились. Да и напуганных среди них тоже не было.       Я позволила себе таки-опустить жопу. Сейчас всё внимание было приковано к ним. Девки застыли в каменных позах и смотрели в мою сторону.       — Чего? Понравилось? — спросил один из хохочущих парней.       Девочки промолчали. Но, судя по взглядам, которыми мы обменялись, те уже всё поняли.       — Нееет, — наигранно оскорблённо произнесла Лесли, глянув в потолок. — Но… — Она качнула головой. — Если так со всеми будет, то… Что поделать.       — «Да…», «Пожалуй, да», «Что поделать…», — закивали остальные девки. Тоже чуть более нарочито, чем следовало бы.       Парни резко замолкли. Лыбы сползли с лиц. Нежданно-негаданно происходящее из цирка шапито перешло в категорию… — «Что?!», «Чего?!» — Они правда согласились?! Девчонки согласились!..       Это меняло всё. Это меняло правила, повышало ставки, это… Это было что-то новенькое. Два непримиримых лагеря: парни и девки сошлись в принципиально непримиримом вопросе. Да ещё на таких, казалось бы… Невыгодных для одной из сторон условиях. Или так лишь кажется? Никто ничего не понимал. Все, от самых тупых, до самых умных, состроили серьёзные лица под стать моменту.       Девчонки пришли в себя первыми. Абстрагировавшись, они собрались в кружок и оживлённо зашептались.       — Не знаю. А я вот не хочу что-то… — услышала я обрывок фразы.       — Надо, Хелен.       Я таки-решилась встать и подойти. В круг втиснуться не получилось — девки слишком увлеклись, но теперь я хотя бы понимала о чём речь. Судя по всему, девки задумали…       — Вы хотите вместе?! — вклинилась я.       Девочки обернулись. И пустили внутрь.       — Почему нет… Нормальная тема, — сказали мне.       — Училка пустила. Пустит и потом.       — Лучше сразу поунижаться вместе, — покивала староста. — Это лучше, чем поодиночке.       Я хмыкнула. Ну да. Разумный выход с их стороны. Хорошая мысля приходит опосля, да?       — Какие вы умные. Где ж вы раньше все были! — всё-таки не сдержалась и проворчала я.       — Прости, Карен. — сказала за всех староста. — Мы не понимали, насколько всё серьёзно.       Лесли и остальные просто потупились.       — Ладно. Не важно, — чуть оттаяла я. — Вообще, унижаться не так сложно на самом деле. Даже весело местами. Если… Уметь.       — «Если уметь», — повторила Хелен, поёжившись. Без агрессии, но и без теплоты.       — Будем учиться. — отрезала Жанна. — Но вообще… То, что мы тут услышали и увидели — это горячо, согласны?       Девочки покивали. С видимым сожалением, без удовольствия, даже местами нехотя… Но… Покивали.       — Тогда нечего бояться, значит. — подытожила староста. — Надо просто тренироваться.       Девки сурово покивали. Неуверенность ещё сквозила в лицах и позах, но общий план был понятен.       — А давайте придумаем, как можно больше унизительных правил! — подхватила одноклассница. — И тогда будет понятно, что делать. И чтобы не одни парни всё решали. Мы же не собираемся им доверять, да?       На этих словах парни подступили ближе. Из частной дискуссия постепенно перерастала в публичную…       — Мне нравится правило, что в мужскую душевую вход только голыми.       Девчонки оживились: — «Да», «Это классно».       — Нет, девки, стоп. Так не пойдёт. А если я хорошо буду унижаться, а вы плохо? — заартачилась Хелен.       — А парни будут следить, кто хорошо унижается, а кто нет. Это одинаково унизительно. — сказала староста, махнув на парней рядом.       Парни уверенно закивали.       — Да, Хелен. Мы тебе не простим, если ты будешь хуже нас унижаться, — кивнула Лесли.       — Да ну, девки, это уже какой-то кружок любительниц унижений у вас…       «Хелен…», «Мы же договорились!», «Тебе есть по существу что сказать?!» — девки начали выходить из себя.       — Погодите! — прервала я их галдёж злым шёпотом. Не то чтобы из желания помочь, а скорее… Ради ясности? И продолжила уже громче:       — Так есть же… Есть другой способ.       — Да? — девки повернули головы.       Я сложила руки и потопталась на месте…       — Я тут много чего наговорила, конечно. Но по факту… Я ведь всю неделю толком и не унижалась, — отчеканила я, оглядев всех. — Это можно делать по-разному. Дело… В инициативе. Либо она у них, — махнула я за спину. — Либо у нас. Ты просто приходишь, строишь стриптизёршу такую всю из себя и всё. Они просто стоят и дрочат.       — Да, она права, — согласилась Лесли. — Тогда можно сделать два клуба. Типа, клуб унижений и клуб соблазнений. И там уже... кому что.       — Это лучше, — выдохнула Хелен.       — И тоже спрашивать, кто как. Вы же будете отвечать?! — закончила Лесли, прикрикнув на парней.       Парни закивали с удвоенной серьёзностью.       — Нет, погодите! Если так, то это не серьёзно опять будет! — встряла одноклассница. — Я считаю, что все должны пройти через клуб унижений.       — Но и через клуб соблазнений тогда уже! — возразила Хелен.       — «Да, да», «Это справедливо», — поддержали друг друга одноклассницы.       Стукнувшись лбами в центре, мы продолжили мозговой штурм. Развернувшись к парням задами во всех смыслах. С чем, те, в общем-то, и не спорили. Они вообще буквально замерли, лишь бы не отвлечь нас, ненароком.       — Мы так-то не обязаны ограничиваться двумя клубами. — сказала староста. — У нас 5 дней в неделе.       — Да! Один день унижений. Другой соблазнений. Третий ещё что-нибудь.       — А поодиночке вы совсем не хотите, а? — хмыкнула я.       — Ну, если участвовать будем, то да… Можно оставить день или два. Как экзамен, типа. — нахмурилась Лесли.       — Да-да! — заголосила соседка. — И потом оценивать её!       — Как?..       — Так парни ведь скажут, — кивнула она.       Парни снова покивали. Уже, скорее, как зомби…       — И это мы ещё не решили, что у нас с ними будем делать.       — Да это вообще отдельная тема! — вскрикнула Жанна.       Вскрикнула. Жанна.       — Мы в потенциале вообще можем… — она затрясла руками. — Да хоть в жопы их заставлять ебаться.       — Эй, вы там не охуевайте совсем, а? — подали голос за спинами.       — Да-да-да, молодец Жанна! Они ведь что угодно сделают, чтобы трахнуть нас!       — Э-э-э!       — Девочки!.. Сегодня наш день! — полупьяно заулыбалась Лесли.       Одноклассницы азартно переглянулись.       — Как ты их там соблазняешь, м-м-м?.. — посмотрели они на меня.       — Просто повторяйте, — горделиво взмахнула я кистью.       Выскользнув из объятий, я подошла к стене с вешалками. Парни испуганно заёрзали. Да, сейчас чьим-то членам будет бобо. А потом и яичкам. Девки пошли следом. Вместе мы легли грудями на стену и выпятили попки. Целый ряд давно знакомых и до злости целомудренных одноклассниц. Которые, тем не менее, стояли раздетыми прямо сейчас. Смеясь и подшучивая, мы принялись пощипывать и пошлёпывать друг друга по задницам. Специально стараясь покрасоваться поэротичнее.       — Вот, да, молодцы, — хвалила я их параллельно. — Вот так: ногами, жопами. Про сиськи не забывайте. Если хотите, можете даже полапать дать. Тогда они вообще штаны не наденут.       — Интересно!..       Мы дружно захихикали.       — Вы, в принципе, вообще можете ничего бояться. Не важно, унижаетесь вы или что. Они буквально ничем не управляют. Даже членами своими. У меня они и дрочить начинали и без дрочки даже кончали. Девки заливисто заржали.       — А самим как кончать? — спросила одноклассница, просмеявшись.       — А вот с этим сложнее, — покивала я. — Можно попробовать трахнуться со всеми понемногу. Чтобы никто не кончил. Но это прямо совсем для шлюх. Можно заставить кого-то себе отлизать. Но это я пока не знаю, как устроить правильно.       — Так, девки, подумать над этим, — сделала заметку староста.       — Пока что я просто сама дрочила, — хмыкнула я. — Но это так-то нарушение.       — Эй! — всё же окрикнул нас один из парней. — А вы не много на себя берёте? Мы тоже, блять, люди вообще-то. Может не надо прям так уж нас объективизировать?       — Так мы же не за спасибо это делаем, родненький… — коварно улыбнулась Лесли. — Вы тоже будете кончать. Вы будете трахать нас. Если заслужите.       Парни нахмурились и сложили руки.       Я взглянула на их плавки. Члены и злость на нас, сучек, так и рвались наружу. Странное и пугающее сочетание. Но такое жаркое. Мы буквально игрались с огнём. Наслаждались страданиями парней. Какой-то сексуальный пинг-понг. И пусть преимущество пока было на нашей стороне, но не сложно понять, что за мысли сейчас кипели в их головах. «Наглые самодовольные суки. Это преступление — оставить нас с хотя бы одной не разъёбанной дыркой».       Но пока это невозможно. Не сегодня. Девки куражатся и откровенно перебарщивают с огнём. Я же, как опытный кузнец, понимала, что заготовку нельзя перегревать слишком сильно. Иначе всё можно, к чертям, попортить…       Потому, сделав серьёзное лицо, я вышла из строя.       — Аванс хотите?!       Я заявила это во всеуслышание. Все голоса стихли. Девки развернулись. Взгляды сосредоточились на мне.       Я подошла к парню, который возмутился последним. Посмотрев сначала в глаза, я сама же стянула с него плавки, после чего и развернулась и приставила попку. Член упёрся прямо мне в киску.       — Ты… Серьёзно?       — Да. — отчеканила я.       Я нагнулась и чуть надавила, намекая, что не шучу.       Он вошёл медленно, будто ступая ногой в холодную реку. Я напрягла ноги. Горячий и твёрдый член. Киска вместила его полностью. По самые яйца. Парень чуть потёрся мошонкой о краешек половых губ. Ноги предательски задрожали… Я тяжело вздохнула. Это оказалось… Горячо. Очень горячо. Хотелось немедленно начать ковать. Но я пересилила себя. Сейчас было кое-что поважнее.       Я медленно развернулась, ведя парня за собой. Так, чтобы всем было видно.       — Ме-е-едленно трахай меня, — сказала я.       Он начал: осторожно, размеренно, считая каждое движение.       — Это то, что вы получите, мальчики. — Я обвела взглядом замерших парней. — Секс. С нами. Да, девки?       — «Ну, не стала бы говорить за всех, но… Вероятность есть, да», «Да, всё возможно…»       — И кончать можно будет. И на нас. И в нас. В презервативе там, ясное дело, все дела.       Неужели мало? — говорила я чуть приглушённо. Но так, чтобы все слышали.       Парни завороженно смотрели, как меня трахают. Мой парень, тем временем, ответственно вводил и выводил член из настоящей и бесплатной киски.       — Всё достаточно, — отстранила я его.       Выпрямившись, я постаралась сохранить невозмутимый вид. Буквально чудом вытерпела ноющую и обидную пульсацию в клиторе. Чёрт, этот фокус дался мне куда сложнее, чем я рассчитывала.       — Капец, Карен… — выдохнул парень. — Ты ведь в курсе, что только что походя сексом занялась?       — Это не секс. Это порнуха. — ответила я холодно. — Я просто показываю. .       — «Давай, Карен!», «Всё, давайте», «Давайте, девочки!», «Чмоки-чмоки».       Одноклассницы обступили меня, обнимая и чмокая на прощание.       — Ты подходи, если что. Сходим куда-нибудь. Посидим, — предложила Лесли. Я кивнула.       Снова обсыпав меня любезностями, девки исчезли. Я осталась одна. Голая и возбуждённая посреди кучи парней. Те с растерянным видом стояли, не зная, что и сказать. Но зато с членами, что аж плавки по швам расходились.       Ладно. Ничего им больше сегодня не светит.       — Чего встали?! — гаркнула я. — Мыться! Вам ещё на биологии сидеть!       — Карен… — тот самый парень, которого я трахнула, стоял рядом. По его пульсирующему члену капелька за капелькой стекал предэякулят. — Знаешь… Мы никогда не хейтили тебя по-настоящему то, на самом деле. Но… Блять, ты просто конченная стерва. Знай это.       — Знаю, мальчики.       — И вообще вы все… Вы просто все…       — Так, тихо-тихо, — оборвала я. — Вот на дне унижений нам это всё и скажете. Мне, Лесли, Жанне и прочим.       — Мы выебем тебя, Карен. Когда-нибудь. Каждая твоя дырка будет страдать. Ты будешь в сперме. Вся.       Я принимала душ и лишь загадочно улыбалась.       P. S. Уважаемые читатели. Если вы дочитали до этой главы, то я буду очень признателен лайку и комментарию. Понимаю, что комментировать порнуху не комильфо, но мне важно понимать, что эта работа в принципе кому-то нужна.