Прости меня, братик

7 лет назад Сатору раздраженно снял на ходу куртку и швырнул на ближайшее кресло. Сам, пройдя чуть дальше, рухнул на широкий мягкий диван и прикрыл сгибом локтя глаза. День выдался на редкость паршивым. Сначала на учебе доконали, потом друзья решили на нервах поиграть и вишенка на торте — отец отчитал за отношение к младшей сестре. Опять. Тихонько хлопнула дверь на втором этаже дома и послышались аккуратные шаги по лестнице. Вот и она. Стоило только вспомнить, как тут же замаячила на горизонте. Шаги медленно приближались и через минуты замерли у самой спинки дивана. Сатору по-прежнему не открывал глаза, ожидая ее дальнейших действий. Крайне надеясь на то, что сестра почувствует его настроение и не станет донимать своими приставаниями. — Привет, Сатору. У тебя все в порядке? Надежды не оправдались. Он выдохнул сдерживая раздражение. — Все замечательно. Что-то хотела? Тон был колючим, но у Юки всегда была феноменальная способность не замечать знаков грядущей бури. Вместо ответа девушка обошла его слева и присела на краешек мягкой сидушки. Чуть помялась перед тем, как начать. — Я тут вспомнила, что у тебя скоро день рождения и решила спросить чего бы ты хотел? Просто придумать ничего не могу, а если бы ты сам сказал, то и подарок получился бы нужным и мне легче было бы. Может есть что-то чего тебе хотелось? Юки умолкла в ожидании ответа. У Сатору на языке чесалось заветное желание. Этого ему хотелось уже очень давно. Накопленное за день раздражение требовало выхода и сорваться на сестре казалось не такой плохой идеей. Пока он размышлял говорить или нет, Юки, решив, что молчание затянулось, подала голос. — Эй, ты же не спишь, Сатору? — она легонько коснулась рукава его рубашки. Парень резко ушел от прикосновения, поднялся на ноги, чем не мало напугал девушку, и зло уставился на Юки. — Чего ты прицепилась ко мне? Не нужны мне твои чертовы подарки! Просто оставь меня в покое! Он размашистыми шагами направился к лестнице, шипя проклятья себе под нос. На середине замер и не без злорадства бросил сжавшейся на месте Юки. — Хотя знаешь, есть кое-что, что ты могла бы для меня сделать. — карие глаза вопросительно и с долей испуга воззрились на него, — лучшим подарком было бы целый день не видеть и не слышать тебя. Справишься? Издевательски вздернутая бровь и пренебрежительный фырк. Не дожидаясь ее реакции, Сатору ушел в комнату и закрылся до конца дня. Юки еще какое-то время посидела в гостиной и вскоре тоже поднялась к себе. ********************************* Утро 7 декабря В дверь спальни легонько постучали. После короткого разрешения войти, в комнату держа в руках среднего размера коробку, прошла Юки. — Доброе утро, отец. Не помешала? Рю стоял у зеркала и завязывал галстук. Хотя скорее пытался это сделать. Эта наука давалась ему с переменным успехом. И в данным момент, решила посопротивляться. — Здравствуй, Юки. Нет, нисколько. Ты что-то хотела? Он продолжал путаться в узлах, пока девушка не подошла и мягко не высвободила шёлковую ткань из его пальцев. — Давай лучше я. — она ловко начала крутить галстук, — отец, я хотела попросить кое о чем. — Я внимательно слушаю. Аккуратно поправив воротничок, она отступила на шаг и посмотрела все ли ровно. Удовлетворившись, вернулась к беседе. — Сегодня у Сатору день рождения и мы собирались праздновать дома, но у меня возникли кое-какие дела и мне надо будет уйти. Как долго меня не будет сказать точно не могу. Рю нахмурился и спросил. — Неужели дела не могут подождать один день? Что там настолько важного? Тем более в воскресенье. Юки неловко заламывала руки за спиной и старательно пыталась скрыть свою нервозность. — Понимаешь, — начала она, — в школе готовится выставка и я как зампредседателя школьного совета должна помочь с ее организацией. Так, как она пройдет в понедельник, нужно подготовить все сейчас. Я знаю, что ты хочешь сказать, но раньше все сделать никак не получалось. Конкурсанты задержали свои работы, некоторые принесли их буквально вчера вечером. — Рю все еще был недоволен, — обещаю, отец, я постараюсь закончить как можно быстрее и обязательно успею к ужину с праздничным тортом. Она примирительно улыбнулась. Мужчина досадливо поджал губы, но сдался. — У вас очень безответственные ученики в школе. Кто так вообще готовится к конкурсу, — бурчание старого деда в исполнении Рю выглядело особенно смешно. Юки обрадовалась, что ее слова приняли за чистую монету и в душе выдохнула. — Что там насчет твоей просьбы? Она спохватилась и вернулась к оставленной на кровати коробке. Протянула ее отцу. — Это подарки для Сатору. Вручи ему их от моего имени. Я знаю, что вы свои отдадите раньше и мне не хотелось бы запаздывать со своим. Когда вернусь, еще раз поздравлю его сама. Рю взял подарок из ее рук и кивнул. — Мне кажется не было бы ничего страшного, если бы ты сама ему отдала их позже. Может так и сделаем? — Нет-нет, все в порядке. Просто выполни мою просьбу, ладно? — Хорошо. — он согласился, — кстати, не забудь предупредить Мамору, чтобы отвез тебя и забрал. Девушка улыбнулась и кивнула. — Я так и собиралась сделать. Ладно, я пойду собираться. — она чмокнула отца в щеку и направилась к двери, — спасибо, пап. Хорошо вам повеселиться. И вышла за дверь. Оттуда Юки пошла сначала к себе, переоделась и вышла во двор. Нашла там их водителя Мамору и попросила об услуге. — Здравствуйте, Мамору-сан. У меня к вам просьба, — она заговорщически склонилась к нему и мужчину сделал тоже самое, — сегодня день рождения у Сатору и я хотела сделать ему сюрприз. Я сказала отцу, что поеду в школу по делам и возьму вас с собой, привезти тоже вы меня должны. Так вот, вы сейчас сделаете вид, что уехали со мной в школу, а затем мы вернемся тайно и я вернусь к себе готовить сюрприз. Идет? Вы мне поможете? Мамору, мужчина за пятьдесят, но очень добродушный и веселый дяденька. Особенно любил дружелюбную Юки и всячески потакал ей. Вот и сейчас возможность помочь маленькой госпоже воспринял с большим энтузиазмом. — Положитесь на меня, госпожа Юки, сделаю все в лучшем виде! Она благодарно улыбнулась и коротко обняла мужчину. — Спасибо вам большое. Я знала, что на вас можно рассчитывать. Тогда приступаем к выполнению? Он с важным видом выпрямился, огляделся по сторонам словно шпион и проследовал к машине. Юки с непринуждённым выражением лица шла следом. Вскоре они покинули территорию особняка, а затем спокойно вернулись и каждый выполнил свою часть плана без сучка и задоринки. Поблагодарив еще раз мужчину, Юки незаметно проскочила к себе в комнату и притаилась там. Осталось высидеть день и никому не попасться. Благо запасы еды и воды она сделала заранее. ********************************** Послеобеденное время 7 декабря — С днем рождения, вредина белобрысая! Юджи налетел на брата и повалил на ковер в гостиной, продолжая при этом хохотать и трепать старшего по упомянутой шевелюре. Сатору выкрутился из захвата и завалил парня, припечатав сверху собой. — Совсем обнаглел, паршивец! Тебя давно не взгрвевали я смотрю. Розоволосый ни разу не смущенный и не умеривший свой пыл, брыкался и острил в ответ. В шуточную перепалку вмешался Рю. — Хотя бы сегодня ведите себя прилично. Сатору, отпусти его уже. — Наоборот, отец, именно сегодня я могу вести себя как душе угодно. Я же именинник, у меня есть пропуск на все. Он лукаво улыбнулся, щипнул в последний раз Юджи и легким пинком подвинул от себя подальше. Рю на их перепалки только головой качал. Сугуру дождался затишья и подошел к брату. — Поздравляю, Сатору! Ты постарел на еще один год. Морщин становится все больше. Как твои фанатки это переживут? — Уверен, они снесут это достойно. Потому что мою красоту ничем не испортить. Он самодовольно ухмыльнулся и заправил пятерней волосы назад. Вся его поза говорила о крайней степени гордости за себя. — Радует, что возраст тебя не меняет. Мой подарок я оставил в твоей комнате, потом посмотришь. Голубоглазый предвкушающе сощурился. — Интригуешь. — повернулся к Юджи, — а ты мне что подаришь, мелочь? Юджи немного красный от кувыркания на полу отряхнулся и сияюще улыбнулся. — Я не придумал, что дарить поэтому решил в качестве подарка предложить три любых желания. Можешь загадывать все, что хочешь. Сатору задумчиво постучал по подбородку пальцем и кинул хитрый взгляд на младшего. — Заманчиво, даже весьма, а ты не боишься, что я попрошу у тебя что-нибудь эдакое? Что-то, что тебе не понравится, м? — выражение лица Юджи стало напряженным, — например, — продолжил Сатору, — твою коллекцию мечей, что ты так любишь? Розоволосый вспыхнул негодованием. — Это не считается! Даже не желание, а вымогательство имущества! Я так не играю попроси что-нибудь другое! Видя злорадствующее лицо брата, Юджи в отчаянии обратился к отцу. — Пап, скажи ему, что так нельзя! Я со всей душой, а он дразнится так подло! У Рю начинала болеть голова. Как же он устал от этих оболтусов. Что младший, что старший, сплошная головная боль. — Сатору, ради всего святого, выбери что-нибудь другое. Перестань играть на нервах брата, — тяжко выдохнул, — и на моих тоже. Деланно манерно, Сатору сдался. — Ладно, отец, так и быть. — он махнул рукой в сторону брата в жесте «свободен, плебей», — а что ты мне подготовил, отец? Для своего самого любимого сыночка! — Я долго думал, что подарить, но в голове пусто. Может ты скажешь мне чего хочешь и я так подарю? Проси все, что душе угодно. Голубоглазый задумался на целую минуту. Зная порывистость Сатору, срок и правда большой. Потом посмотрел пристально на отца и дал свой ответ. — Хочу съехать и жить отдельно. Рю чуть сдвинул брови и уточнил. — Я правильно понимаю, что ты хочешь свою квартиру? Сын кивнул. Повисла задумчивая тишина. — Ладно, будет тебе квартира. Попрошу помощника найти в ближайшее время. Но при одном условии — Сатору взглядом дал понять, что согласен, — она будет не слишком далеко отсюда, хорошо? Парень ожидал чего-то более серьезного, потому спокойно кивнул. — Я согласен. Мне главное жить отдельно, остальное терпимо. — Странное желание. Тебе в этом доме места мало или живется плохо? Даже кормят по часам. Или, — Рю подозрительно прищурился, — ты же не для того, чтобы приводить домой всяких дам ее попросил? Сатору легкомысленно пожал плечами и развел руками в стороны, всем видом намекая, что отец попал в точку. — Ну, отец, ты должен понимать дело молодое, горячая кровь и организм требует свое. Не под носом же у тебя этим заниматься. Я, может, и бесстыдник, но не до такой степени. Мужчина замахнулся на сына, но тот ловко увернулся. — Ах ты, паршивец! И как только язык повернулся?! Сатору засмеялся в голос, продолжая уходить от праведного гнева. — Успокойся, отец, я пошутил. Не собираюсь я никого водить. Во всяком случае пока. Успокоившийся было Рю, стрельнул убийственным взглядом в непослушное дитя. — Ни дня спокойного с тобой нет. Голубоглазый продолжал подхихикивать. Тут голос подал Сугуру. — А где Юки? Я с начала вечера хотел узнать почему ее не видно. Она у себя? Рю машинально посмотрел на лестницу наверх, а потом вспомнил слова дочери про выставку и ответил. — Юки сказала, что сегодня последний день подготовки какой-то выставки в школе и ей надо там быть, но, — он глянул на наручные часы, время близилось к шести, — обещала вернуться до ужина. Скоро должна быть. Мамору, должно быть, уже поехал ее забирать. Сатору поджал губы. Упоминание сестры всколыхнуло воспоминания о разговоре, что произошёл между ними накануне. Он признавал, что погорячился и по-хорошему ему надо бы извиниться, совесть того требовала. Но он всю неделю откладывал этот разговор, малодушно придумывая нелепые отговорки для себя. Мелькнула мысль, а не из-за него ли она сегодня отсутствует, но он ее отмел. Сколько лет она игнорирует все его колкости и с улыбкой до ушей поздравляет каждый раз. Предположение такого рода казалось смешным. — Она просила меня передать тебе подарок, — из мыслей его вырвал голос отца, — Мия, сходи, пожалуйста, принеси его. Коробка на столе в моем кабинете. Девушка прислуга поклонилась и отправилась выполнять просьбу хозяина. Через минуту на стол перед Сатору опустили коробку среднего размера с фиолетовым бантом. Любимый цвет Юки. Остальные собрались вокруг и застыли в какой-то выжидательно-торжественной тишине. Недолго думая, но от чего-то нервничая, Сатору развязал бант и открыл крышку. Сверху лежало письмо в запечатанном конверте. Он достал его глянул мельком и отложил в сторону. Что-то прямоугольное стояло вдоль стенки коробки. Примерно тридцать на двадцать сантиметров, оно было завернуто в крафтовую бумагу. А на самом дне, среди шуршащего наполнителя, почти в нем утонув, лежал какой-то стеклянный сосуд. Вытащив ее на свет, Сатору понял, что это модель корабля в бутылке. После нескольких секунд рассматривания, глаза его расширились в узнавании. — Это…- неверяще выдохнул парень. В руках он держал тот самый корабль, что так давно разбила семилетняя девочка. Все еще потрясенный увиденным, он отставил его на стол и полез за последней частью подарка. В нетерпении он разорвал бумагу и встретился взглядом со своим отражением. С холста на него смотрели его же голубые глаза на насмешливом лице. Изображение казалось живым, настолько четко был передан образ на нем. — Вау, — восхищенно выдал Юджи.- Ничего себе точность. Сугуру с Рю согласно кивнули. Сатору держал картину словно нечто хрупкое и эфемерное. Кончики пальцев провели по контору его нарисованного лица. Поразительное сходство с оригиналом достигнутое мастерством исполнения. Она таки это сделала. Она подарила ему лучший его портрет. Взгляд скользнул в сторону и зацепился за конверт на столе. Он спешно отложил холст и схватил письмо. Немного дергано сломал печать и достал сложенный вдвое желтоватый лист бумаги. Аккуратным почерком были исписаны обе стороны. Здравствуй, Сатору. Поздравляю тебя с твоим днем. Надеюсь ты от души сегодня повеселился. Мои пожелания ты уже знаешь наизусть наверное, поэтому хочу сказать о подарках. Во-первых, твой портрет. Я перепробовала тысячи вариантов и этот самый лучший. Я очень хочу верить, что тебе он понравится. А если все-таки нет, то просто выбрось. Я постараюсь ещё сильнее и подарю его тебе снова. Во-вторых, прости ещё раз за тот случай. Я восстановила модель, правда, пришлось повозиться. Некоторые детали были сломаны так, что не починить. Что-то дозаказала, что-то исправила. Чтоб ты знал, бутылку я сама выдувала в мастерской. Она немного неровная, не суди за это строго, ладно? Я обещала починить тебе его и я это сделала. Прости, что это заняло целых десять лет. Сестра у тебя и правда никчемная. И мой последний подарок — я учла твое желание и старалась целый день тебя не беспокоить. Я знаю, что раздражаю тебя, очень старалась делать вид, что не при делах, но все-таки моей невоспитанности не хватило. Сегодня твой день и я очень хочу тебя порадовать хоть чем-то. Прости, что постоянно надоедаю, это выходит не намеренно, честно. Под конец мой вреднючий характер все же взял свое, я хочу это сделать в последний раз. Обещаю, что больше ты от меня этого не услышишь. С днем рождения, братик, будь счастлив. Рука с письмом мелко подрагивала, а в горле застрял противный ком. Он перечитал последние строчки еще раз. На душе было паршиво. Сатору отстранил письмо и ещё раз глянул на подарки. Свет от люстры бликовал на неровном боку бутылки, а голубые собственные глаза, казалось теперь, смотрели с упреком с портрета. Он обернулся к молчавшим все это время и наблюдавшим за ним отцу и братьям. — Где сейчас Юки? — голос звучал хрипло и неровно. Рю отмер и сверился с часами на запястье. — Уже должна быть дома. Мия, — он позвал девушку, — сходи, позови Мамору. Та с легким поклоном отправилась выполнять поручение. Через несколько минут вернулась в сопровождении водителя. — Мамору, ты ездил за Юки в школу? Мужчина немного нервно сглотнул и неуверенно сказал. — Это… — он задумался стоит ли рассказывать об их маленькой хитрости. Госпожа Юки планировала сюрприз, но сейчас ее здесь не было, а в это время уже семья должна была быть в сборе. Каким бы ни был ее сюрприз, пора точно его раскрыть. Он помялся, но решил таки признаться. — Маленькая госпожа попросила меня сегодня об услуге, — хозяин дома взглядом поощрил продолжать рассказ, — она сказала притвориться, что я отвез ее в школу, чтобы она могла подготовить подарок господину Сатору. Я сделал как она просила. После она вернулась в дом и я больше ее не видел. Лично с того момента не видел, чтобы она покидала поместье. Рю нахмурился. Получается, что Юки где-то в доме. Он обернулся к служанке. — Скажи остальным, чтобы осмотрели территорию особняка, в доме тоже поищем. Она не могла в такое время куда-то уйти. Начнем с ее комнаты. Он сделал шаг по направлению к лестнице, но рука Сатору его остановила. — Позволь мне, отец. — он просительно посмотрел на него, — я хочу с ней поговорить. Пожалуйста. Что-то такое мелькнуло в глазах сына, что Рю отступил и позволил тому взбежать по лестнице к комнате сестры. Оставшись в гостиной, остальные проводили его взглядами. — Иногда до него очень долго доходит. Сугуру тяжело выдохнул и опустился на диван. — Не говори. Даже я быстрее соображаю. Юджи взял со стола красное яблоко и смачно откусил. Мимо него прошел Рю и тоже опустился на диван рядом с Сугуру. — Я просто радуюсь, что он вообще осознал себя. Все трое хмыкнули и в душе согласились с этим. Иногда до Сатору очень долго доходит. *********************************** Сатору буквально взлетел по ступеням и в несколько широких шагов оказался у нужной двери. Дыхание сбилось, а руки дрожали от волнения. Он сглотнул густую слюну, собрался с духом и постучал. Тишина. Спустя какое-то время снова постучал. Вновь безмолвие. — Я знаю, что ты там. Мамору тебя сдал. — он начал с козырей, — открой, пожалуйста. Я хочу поговорить. За деревянной коричневой дверью послышались осторожные шаги. Щелчок и дверь отворилась. В открывшемся проеме появилась сгорбившаяся фигура девушки, что смотрела на него с сожалением. — Извини, испортила последний подарок. Улыбка на ее губах была виноватой и печальной в то же время. — Впустишь? — осторожно. Вместо ответа она отошла в сторону шире открывая дверь. Парень проскользнул мимо нее и вошел в полумрак комнаты. Там горел ночник у кровати и лежала на откинутом покрывале открытая книга. На тумбочке рядом стояла тарелка с нарезанными фруктами и стакан воды. Сатору окинул это все мрачноватым взглядом и спросил у Юки. — Ты собиралась сидеть здесь до самой ночи? А как хотела сообщить о возвращении домой? Юки пристыженно опустила голову. Об этих мелочах она даже не подумала. Первая часть плана удалась и на этом она остановилась. Детали в голову как-то не приходили. — Я…- она замялась явно не зная что сказать. Парень это понимал и потому спокойно перебил. — Твои подарки… Я их получил. Спасибо. Она коротко улыбнулась уголками губ и бросила на него взгляд. — Не за что. Надеюсь, понравились. Сатору угукнул. Наступила тишина. Ему было неловко начинать этот разговор, а она просто ждала действий с его стороны. В итоге он сказал. — Прости меня, — тихо и искренне, — я вел себя как полный дурак все эти годы. Юки протестующие замахала руками. — Нет, тебе не за что извиняться… — Есть за что. — он не дал ей продолжить возражения, — я прекрасно осознаю свое свинское поведение и хочу попросить прощения. Я столько раз топтался на твоих чувствах, плевал тебе в душу и ранил грубыми словами, которые даже не понимаю почему говорил. — Сатору опустил голову, — Я так искренне возненавидел тебя за то, что отец привел тебя домой и носился с тобой. Уделял все свое внимание девочке, что даже не была его дочерью, при этом пренебрегая родными детьми. Так искренне ненавидел. Сугуру с Юджи относились к этому легко, никогда не понимал как у них это получается. Более того, ты быстро с ними подружилась и они души в тебе не чаяли. Тогда казалось, что ты украла у меня все — отца, братьев, даже день рождения больше мне не принадлежал. — он горько усмехнулся, — ненавидеть тебя стало привычкой. И с возрастом я не смог от нее отказаться, хотя оглядываясь сейчас назад не понимаю почему так упирался. Ты ведь не была злой, не была капризной или истеричной. По сути, если не считать того корабля, ты не сделала мне ничего дурного. Я просто очень упрям. Он подошел к безмолвно слушавшей его Юки и посмотрел в добрые, теплые глаза, в уголках которых блестели капельки слез. — Ты прощала мне все. Я ни разу не извинялся, но ты всегда забывала все обиды и шла за мной. Никогда не обижалась, не показывала как сильно задевает мое отношение. Сегодня, — Сатору подошел ещё ближе, — я прошу у тебя прощения за все, что сделал. Пожалуйста, прости меня в последний раз. Обещаю, что с этого дня я сделаю все, что угодно, чтобы стать для тебя лучшим на свете братом. Позволь мне называть тебя своей маленькой сестренкой и быть твоим другом. Юки всхлипнула, крупные слёзы покатились по горячим щекам и она надлемленным голосом прошептала. — Братик… Они подались навстречу одновременно и Сатору стиснул ее трясущуюся фигуру в крепких объятьях. Юки вцепилась в его рубашку кулачками и расплакалась. Сатору прижимал ее к груди и успокаивающе гладил по волосам, приговаривая. — Не плачь, пожалуйста. Я не знаю что делать когда кто-то плачет, не ставь меня в неловкое положение. Он старался шутить, чтобы разрядить обстановку. Послышались приглушённые усилившиеся рыдания. Кажется, не помогло. Он похлопал ее по спине и выбрал за лучшее помолчать. Снизу что-то раздалось. Он не разобрал. — Что, прости? — переспросил. Юки немного отстранилась, потерла уголок глаза и повторила. — Я тебя прощаю. — шмыг. Наконец до него дошёл смысл фразы и он тепло улыбнулся. Со всей признательностью вновь обнял девушку. — Спасибо, сестренка, — мягко шепнул в темную макушку, — обещаю, я стану братом, которым ты сможешь гордиться и докажу, что я человек, на которого ты всегда можешь положиться. Юки стиснула его в объятиях. — Я всегда знала, что могу на тебя положиться, — она чуть помедлила, — братик. Сатору еще раз чмокнул ее в волосы и искренне повторил. — Спасибо тебе за все. — тише добавил, — я люблю тебя, мелочь. Девушка засмеялась ни чуть не обижаясь на привычное обращение, но даже радуясь ему. — И я тебя люблю, братик.