Десять минут

Наследный принц Кремноса – единственный, кто может свободно касаться тела Кастории без какого-либо вреда, но сколько бы Мидеймос не трогал её, она до сих пор полностью не привыкла к этому, любой страстный поцелуй, лёгкий флирт и обжимания в пустоватом зале обязательно станут причиной, почему возбуждённая Слуга Смерти затащит своего парня в уборную и закроет дверь изнутри. – Пять минут, Мидей, – всё ещё пытается говорить спокойно, но дрожь в голосе выдаёт её, а бёдра крепко сжаты, пока сама Кастория прислонена к двери и придерживает ручку, – Я не могу больше терпеть. – У тебя ещё есть силы ставить мне условия? – сами слова могут показаться грубоватыми, что вполне привычно в его манере, но сам тон отличается от обычного, более мягкий, Дева хорошо различает их. – Я не хочу заставлять господина Фаенона ждать нас. Мидей вздыхает. Этот "Спаситель" присосался к ним в не очень нужное время со своим предложением сходить втроём и развеяться от этой серьёзной обстановки по вечерней Охеме. От приёма каких-то там важных гостей, для которых госпожа Золотой Ткач любезно предоставила банкетный зал и созвала всех златиусов, устали все. Стоило им уедениться за столиком в вип-зале за бокалами гранатового сока с молоком, что любезно предложил попробовать наследный принц, и только в мыслях игривой Кастории пронеслась идея, как сделать их времяпрепровождение интереснее, так Фаенон тут как тут. Мидеймос думал, что задушит его прямо там. – Десять минут, – ставит своё условие наследный принц, после беря возлюбленную за запястье и, резко, но аккуратно, тянет её на себя, та от неожиданности ахает, а Мидей поворачивает и прижимает тело Кастории спиной к своей груди, приобнимая одной рукой талию, – Подождёт. Дама моего сердца должна получить то, чего хочет. Во второй части предложения принц понижает голос на несколько октав, на тот, который больше всех любит Слуга Смерти, потому что сравнивает его с мурлыкающим котёнком, и прежде чем она успевает возразить про время, её чмокают в кончик эльфийских ушек. Он всегда держит своё слово и никогда ничего не обещает лишний раз, Кастория ему верит, давая свободу действий. Немного теряется, когда возлюбленный проводит рукой от открытого плеча до груди, дело не в действии, а в самом факте прикосновения кожей к коже, Мидеймос такой тёплый, нежный, а физическая близость с ним отдаётся в некие ожоги на теле, в мурашки, в желание чувствовать это тепло всегда. Через вырез на груди Мидеймос приспускает обтягивающую ткань платья, попутно захватив и топик, представляя своему взору вполне пышную и упругую форму бюста. Подтянутая, с парочкой родинок, без единого изъяна. Святые Титаны, тело Кастории чудесно, наследный принц восхищается им, расцеловал бы каждый сантиметр. Берёт одну из них в руку, вторую, при этом, перемещает с талии на внутреннюю сторону бедра, поглаживая вверх-вниз, как будто специально поддразнивает. Аккуратно сминает грудь, иногда сжимает, не забыв уделить внимание и соскам тоже, а Кастория клянётся – ещё чуть-чуть и точно начнёт скулить от желания получить оргазм, каждое касание, каждое действие Мидея отдаётся вниз живота и мелкой дрожью где-то в коленях. Она никогда не думала, что сможет получить физическую близость и у неё вообще хватит смелости прикоснуться даже к тому, кому сама смерть отказывает, боялась, вдруг её проклятие всё равно будет сильнее и не смотря на его статус бессмертного до последнего не решалась на контакт. А Мидеймос просто верил, что его даже смерть Кастории не примет, поэтому первый и разорвал расстояние между ними. Впрочем, не зря. В интиме она тихая, слышны лишь вздохи и шептание имени любимого, до сих пор в глубине души не может поверить, что это тот самый наследный принц каструма Кремноса, до чёртиков сексуальный и сильный, Слуга Смерти утонуть в его объятиях готова. Ей нравится, как из грубого и грозного льва Мидей превращается в маленького котёнка наедине с ней, требующего любви. По большей части это огромное доверие, он никому так не открывался в чувствах и эмоциях, тот же Фаенон и близко не стоял, не смотря на их дружбу. Кастория замечала, что Мидеймос смотрит на неё совершенно по другому, взгляд мягче, влюблённый, а тело расслабленно, словно в своей принцессе он находит покой от внешнего мира. Наверно, это и есть определение любви? Приподнимает низ платья чуть выше бёдер для удобства, отмечая про себя то, насколько хорошо оно подчёркивает стройную фигуру Девы, после тянется к бретельке трусиков, чтобы обхватить её пальцем, оттянуть и отпустить с негромким стуком о нежную кожу. – Не дразни меня. – Хорошо-хорошо, но тебе понравилось. Мидей запомнит этот момент и обязательно воспользуется им в следующий раз. Ему всегда интересна реакция Кастории на свои действия – так проще прощупать, узнать, что нравится, что нет. Пускай он и не может полностью разглядеть её личика, по интонации понял – смущена. Слуга Смерти уже не так сильно стесняется самого факта интимной близости, всё таки встречается не первый день, секс у них регулярный и чаще всего инициатор она из-за недостатка тактильности, просто, возможно, слишком много разных мыслей о том, что может сделать с ней Мидеймос в постели со своей силой, держа в голове факт – его хватает на несколько раз. И если постараться выжать из принца все соки, то не отличишь его после секса с любимой девушкой и после тяжёлого боя без отдыха. Кастория думает о нём слишком развратно в такие моменты, Мидей шикарный партнёр и мужчина в её жизни, грех не попробовать узнать про его слабые места. Не знает, сколько времени прошло, но тянуть точно не хочется, снова тянется к груди, оставляет лёгкие поцелуи на шее и плече, отвлекая, пока вторая рука без промедления проскальзывает меж ног пассии, у неё перехватывает дыхание, каждый раз как в первый, вновь простанывает его имя и жмётся сильнее спиной к телу Мидеймоса, выпрямляясь, а принц чувствует влажную ткань нижнего белья и то, настолько простая ласка может довести Касторию до исступления, слегка задевает клитор и накрывает половые губы, не особо медля с этим, видя, как Дева Смерти сама поддаётся его движениям. Каждые полустоны, тяжёлые выдохи отдаются ему в пах, но он ни за что не зайдёт дальше, пока его не попросят об этом, слишком уважает партнёршу и её границы. Кастория совсем ни о чём не думает, незачем забивать голову мыслями, лишь просит ускорить темп томным голосом. Хаотично водя пальчиками по рукам наследного принца, пытается найти в них опору, хотя она и так к нему прижата и её крепко держат, просто в порыве скорого оргазма хочется что-нибудь сжать, а если нечего, то это будет либо грудь Мидея, либо позже его расцарапанная спина, но сейчас ни того, ни другого, приходиться накрыть кисть руки возлюбленного, той, что мнёт её грудь, своей, а второй – обхватить чуть выше запястья. Слуга Смерти рвано дышит, слишком хорошо, слишком, Мидеймос чередует движения, комбинирует их и повышает интенсивность, всё, как любит его Кастория, та млеет от удовольствия и пик настигает её резко, сдерживает последний стон и крепко сжимает запястье принца, пока тело захлёстывает невероятная эйфория и она сжимает бёдра, а мышцы в них и внутри непроизвольно сокращаются. Мидей останавливается, ещё немного ласкает зону вокруг клитора, не касаясь его самого, тем самым медленно завершая ласку и перемещая руку на талию пассии, которая уже полностью обмякла, ни на что не реагирует, глядит в одну точку и ртом ловит воздух, она выглядит живой, настоящей, и Мидеймос рад видеть её такой, рад, что Кастория расцвела в этих отношениях, а он, как настоящий принц из сказок и король Раздора, смог завоевать доверие возлюбленной. Действия – его язык любви. – Стоять можешь? – спрашивает Мидей, видя, что Дева начинает приходить в себя, а её дыхание восстанавливаться. – М-м... – пытается найти в себе силы и взять под контроль своё тело, перемещая вес на ноги, стоять на каблуках сейчас невыносимо, но решает промолчать и потерпеть, не в её духе говорить про свой дискомфорт, – Да. – Врушка, – наследный принц приводит Касторию в порядок, приспускает подол обратно, а грудь прячет за топиком и остальной частью платья, – Я просил тебя отвечать мне честно, но твой ответ всё равно не так важен... Прежде чем Слуга Смерти успела, как минимум, развернуться к Мидеймосу и спросить, что он имеет в виду, её подхватывают на руки, снова ахает от неожиданности, но хотя бы теперь появилась возможность посмотреть на него. Ну вот и как у Мидея получается сохранять такой спокойный вид, как будто это не он двадцать секунд назад довёл свою девушку до дрожащего в коленях оргазма? – Потому что, во-первых, я чувствую, когда ты мне врёшь, во-вторых, ты меня не переубедишь, – Кастория обвивает рукой его шею, чуть приподнимаясь и пытаясь доказать, что она может и сама ходить и ей не нужна помощь, – Отдохни. Я не принимаю отказы. Дева Смерти поняла, что спорить со своим принцем бесполезно. В очередной раз. Мидеймос выходит из уборной, переводит взгляд на Касторию – уставшая и чуть сонная. Тянется к ней за поцелуем, чмокает пару раз, не углубляется, не ждёт ответа, зато чувствует на её губах привкус гранатового сока. – Сколько прошло? – Ровно десять минут. – Я же сказал, что управлюсь. – Не сомневалась в своём принце. Тихий смешок доносится из её уст и Кастория кладёт голову ему на плечо, прикрывая глаза. Когда они вернутся домой, то точно насладятся друг другом полностью.