Находя своё счастье среди тьмы

Она беременна. Слова врача повисли в воздухе густым, сладковато-горьким сиропом. Радость? Да, безусловно. Глубинная, первобытная радость от жизни, пульсирующей внутри. Но следом, холодной змейкой, заползла тревога. Это усложнит план... Она должна умереть, чтобы эта сила не досталась ему. Джули положила руку на еще плоский живот. Нет, ненавидеть это дитя она не могла. Оно было невинно, просто жило, не ведая о своей судьбе. *Её* дитя. Мысль о дочери вызывала странное чувство – словно она уже знала. Почему дочь? Из-за сделки, конечно. Тот мерзавец наверняка усмехнулся, навязывая именно этот пол... ублюдок. Ха! Она сама согласилась. Даже в бездне отчаяния, глядя на угасающего первенца, Кейла, она должна была мыслить здраво. Ради него. Ради этого нового света внутри. "Все хорошо, – прошептала она себе, глядя в окно на ухоженные сады Темз. – Я... буду ее матерью. Настоящей. Пока... пока не придет время." Осмотр завершился. Врач, вызванный из-за утренней тошноты, успокоил: беременность протекает хорошо. Новость обрадовала Дерута – в его глазах мелькнул огонек давно забытой надежды. Но истинный восторг озарил лицо Кейла. Старший брат! Он станет старшим братом! Он прыгал вокруг матери, забрасывая вопросами, каким будет малыш, во что они станут играть. Его чистая, безудержная радость была лучшим бальзамом для ее израненной души. Месяцы текли, отмеченные тихим ожиданием и растущим животом. Беременность, вопреки страхам, была спокойной. И вот настало 20 сентября, начались роды... Они стали пятнадцатичасовым адом. Часы нечеловеческой боли, крики, сливавшиеся в один сплошной вопль, нависшая тень смерти. Джули чувствовала, как силы покидают ее. Лишь мастерство старого врача, его твердая рука и решительный взгляд, вырвали ее и ребенка из лап небытия. Когда слабый, но яростный крик новорожденной наконец разорвал тягостную тишину, Джули провалилась в бездну изнеможения. Младенца унесли служанки, запеленав в мягчайшие ткани. Джули, обессиленная, но живая, погрузилась в тяжелый, без сновидений сон. Отдых был краток. Скоро настанет день, когда нужно будет дать имя ее дочери. И Кейл, чей энтузиазм не угас, а лишь разгорелся после рождения сестры, горел желанием сделать это самому. Родители, видя его искренность, не могли отказать. Они дали ему время на раздумья, хотя у мальчика, казалось, список имен был готов еще до того, как сестра сделала первый вдох.