Находя своё счастье среди тьмы

Прошло несколько дней. Джули, все еще слабая, но окрепшая, сидела в уютной, залитой солнцем детской. Маленькая девочка мирно посапывала у нее на руках, крошечные пальчики сжимая в кулачки. Воздух был напоен сладким запахом теплого молока. Рядом, как тень добра, находилась Анна, няня, подобранная лично Джули за мягкость и опыт. Дверь приоткрылась, и в комнату влетел Кейл. Его лицо сияло торжественной важностью. За ним, сохраняя почтительную дистанцию, вошел Рон Молан, его вечная добродушная полуулыбка играла на губах. — Мам, я выбрал имя! — объявил Кейл громким шепотом, стараясь не разбудить сестренку, но не в силах сдержать гордость. Он подбежал к креслу матери. Джули подняла на него теплый взгляд. Усталость все еще лежала тенью под ее глазами, но любовь светилась ярко. — Правда? И какое же имя выбрал для своей сестры мой малыш? — Она нежно ущипнула его за щеку. — Ма-ам! Отпусти! — Кейл поморщился, потирая щеку, но беззлобно. — Спасибо! И я не малыш! — добавил он, надув губы для солидности. Джули рассмеялась, легкий, как колокольчик, звук. — Хорошо, мой не малыш, — она лукаво подчеркнула слово, — так какое же имя ты избрал? Кейл выпрямился во весь свой невысокий рост, сложил руки на груди в горделивой позе. — Мы с Роном посоветовались, — начал он важно, кивнув в сторону дворецкого, — и мы решили, что сестрёнку будут звать Элоиза! — О! — воскликнула Анна, сложив руки от умиления. — Молодой мастер, это прекрасное имя! Такой благородный звук! Джули замерла на мгновение. "Элоиза..." Имя коснулось чего-то глубокого внутри, какой-то струны, связанной с давно прочитанными книгами, с образами сильных и прекрасных женщин прошлого. На ее лице расцвела теплая, искренняя улыбка. — Очень хорошее имя, Кейл, — тихо сказала она, глядя на дочь. Малышка открыла глаза, будто почувствовав внимание, и улыбнулась беззубым ртом, потянувшись крошечной ручкой к матери. — Думаю, Элли, — Джули ласково произнесла уменьшительное, — тоже нравится, правда? — А можно... можно я подержу ее? — попросил Кейл, внезапно смутившись, но глаза его горели нетерпением. — Конечно, солнышко, — Джули осторожно приподнялась. — Только очень-очень аккуратно. Поддержи головку. Вот так... Она бережно передала теплый, уютный сверточек в неуверенные, но нежные руки сына. Кейл замер, затаив дыхание, глядя на личико сестры. Элоиза. Его младшая. Его выбор, его обещание защищать. Рон, наблюдавший за сценой с привычной невозмутимостью, позволил своей улыбке стать чуть теплее. Внутри же его мысли текли холодным, четким потоком: "Элоиза... 'Здоровая'. 'Широко известная'. Госпожа Джули оценила иронию судьбы, посмеявшись в лицо тому человеку... хотя называть его так довольно трудно. А этот щенок... он вложил в имя всю свою надежду. Какой жалкий и прекрасный контраст с тем, что уготовано. Будем надеяться, имя станет щитом, а не проклятием." Он видел, как Джули украдкой провела рукой по животу, где когда-то зародилась жизнь. Но сейчас, в этой солнечной комнате, царили только свет, по-детски невинный смешок Анны и сосредоточенное счастье юного брата, впервые державшего свою младшую сестренку на руках. Элоизу.