Заточённые

      Как забавно наблюдать за деградацией тех, кто когда-то считал себя вершителями судеб! Кризалис, некогда холодная и недосягаемая королева, теперь опустилась до детских провокаций. Разве не прелестно?       − Давайте-ка... «Искорка с комплексами»? Или «Солнечный зайчик с приступами паники»? А может, «Беспризорное сияние»? Нет, пожалуй, лучше «Плачущий фонарик» — коротко и метко.» − с наигранной задумчивостью, будто подбирает драгоценности, а не обидные прозвища, произносила королева, пытаясь привлечь внимание.       Коузи Глоу хранит ледяное молчание. Но разве можно скрыть, как дрогнуло её несуществующее плечо при последнем варианте?       Не получив реакции, Кризалис переключается на Тирека:       − А тебя как назвать, мой дорогой? «Кентавр в кризисе среднего возраста»? «Бывший грозный воин, ныне профессиональный меланхолик»? Или просто «Братик»?       Тирек делает вид, что погружен в медитацию, но его «м-м-м» звучит подозрительно громко и неестественно.       О, какая восхитительная перестановка ролей!       Всего несколько десятков дней назад Кризалис считала ниже своего достоинства даже смотреть в их сторону. А теперь? Теперь она, как голодная собака, бросается на любую возможность взаимодействия — даже если это означает опуститься до их уровня.       Но что движет ею? Скука вечности? Страх остаться одной даже в этом каменном плену? Или, быть может, осознание, что без их внимания её существование и вовсе лишено смысла?       Увы, мы уже обговаривали эту тему на 101 день, так что думайте сами.       А так…Они похожи на трёх несчастных актёров, вынужденных играть одну и ту же пьесу снова и снова. Сегодня — комедия обид, завтра — трагедия одиночества. А зритель — лишь безжалостная пустота.       Интересно, понимают ли они, что стали пародией на самих себя? Впрочем, даже если и понимают — что они могут изменить? Ведь даже их ненависть друг к другу — последнее, что напоминает им, что они ещё живы.       А завтра Кризалис, возможно, снова будет делать вид, что презирает их. Коузи Глоу — дуться в уголке. Тирек — притворяться, что ему всё равно. И так — по кругу до бесконечности. Разве это не самая изощрённая пытка, которую мы смогли придумать для них?