Поймать сердце

      Т/И, улыбаясь самой лучезарной улыбкой на свете, нежно обняла своего избранного. Он поймал её, он поймал! Её радости не было предела. Она в его руках, в его тёплых ладонях, что сжимают её колени и спину, что прижимают к себе, создавая впечатление защиты и беспрекословной ценности.       Куромаку смотрел на это со стороны и не мог поверить. Впервые за всю его жизнь очевидный факт вызывал у него не покорное принятие, а желание разнести всё вокруг, разрушить этот мир и на его обломках построить новый, правильный. Тот, в котором они с Т/И будут вместе. Тот, в котором её поймает он. Подняв глаза обратно на парочку, сжимая кулаки, всеми силами сдерживаясь, чтобы от внутреннего крика не разлететься, подобно бомбе, он увидел, как она слилась со счастливчиком в страстном поцелуе. Хватая ртом воздух, Куромаку проснулся. Так резко глаза он ещё никогда не открывал.       Вытирая со лба холодный пот и тяжело дыша, словно после километра галопом, трефовый почувствовал небольшую боль в ладонях. Посмотрев на них, он обнаружил красноватые пятна, особенно хорошо заметные на его бледной коже – следы от сжатых во сне кулаков. Отвратительная штука – сны. Лучше уж всю ночь смотреть на чёрный экран, чем видеть то, как его возлюбленная целует какого-то другого клона. Хотя, вероятнее всего, так и случится уже в недалёком будущем. Т/И окажется в чужих руках, а его жизнь после этого превратится в чёрный, беспросветно чёрный квадрат.       Взяв с тумбочки и надев на себя очки, Куромаку окинул взглядом комнату и на всякий случай проверил календарь. Нет, сегодня ещё не день прыжка. Всё в порядке. А впрочем, какая разница? Вряд ли Т/И нравятся такие зануды и «душнилы», как любит говорить Вару. Она... она – его полная противоположность. Вся такая солнечная, яркая, весёлая. Прямо звёздочка какая-то, сошедшая с небес, дабы одарить людей этим неземным светом. Противоположности притягиваются только в физике. Он не для неё, ей бы кого-то, кто будет шутить вместе с ней, вместе с ней смеяться, бегать-прыгать, радоваться мелочам. Кого-то, кто будет дополнять её личность, сиять вместе с ней. Куромаку – скептик, критик, перфекционист. Эта его сухость убьёт её, как засуха убивает цветок. Нет, разумеется, трефовый король ведёт себя с ней не так, как с Вару или Ромео, нет. Он нежен с ней, аккуратен, следит за словами. Рядом с таким прекрасным ангелом весь скептизм улетучивается, остаётся только радость и покой в сердце. Но страх того, что характер и привычки пробьют стену любви, преследовал Куромаку и не позволял ему надеяться на возможность получить её любовь. Одна только мысль о том, что он может уничтожить её светлый характер своей натурой, убивала его не хуже сцены из снов, где её талию обнимают чужие ладони.       Чистя зубы перед зеркалом над раковиной, Куромаку разглядывал себя в отражении и раздумывал над всем этим. Над своим сновидением, над своими чувствами к Т/И, над своим характером. Как вообще такой бесчувственный, прямолинейный и занудный человек, как он, мог влюбиться? У него же камень внутри вместо сердца, каким бы невозможным это не было. Вздохнув, Куро ополоснул лицо прохладной водой, стараясь разогнать неприятно тёплые утренние мысли. Верно говорят – сердцу не прикажешь. «Если бы можно было приказать сердцу, – сделал умозаключение король, – я бы приказал своему никогда никого не любить».

***

      В столовой вовсю шли дискуссии и разговоры. За столом сидели Данте, Вару, Феликс, Пик, Фёдор и Габриэль. Гам стоял такой, что было слышно на весь коридор. Куромаку прислушался. Клоны явно о чём-то спорили. Похоже, завтракать сегодня придётся меж шестью огнями... Хотя нет, между пятью – голоса Габриэля слышно не было. Очевидно, он, как самый благоразумный из образовавшейся группы, предпочёл просто поесть.       Зайдя в столовую со скрипом двери, тут же утонувшим в разноголосом шуме, Куромаку пожелал всем доброго утра и направился накладывать себе еду. Из споривших его заметили только Габриэль и Фёдор. -Доброе утро, Куромаку, - чуть слышно пролепетал эльф. -О, Куромаку! Утра, - пожелал Фёдор. - Мы тут о дне прыжка рассуждаем, не присоединишься? -Да я уже понял. Ваши рассуждения на весь коридор слышно. – Куромаку присел напротив Данте, рядом с Пиком, и вдруг замер: - Постой, о дне прыжка? -Ага, о нём самом. Вару делает ставки, кто является избранным Т/И.       Лицо Куромаку помрачнело, и он, отказавшись от такой великой чести, принялся за завтрак. Меньше всего сейчас ему хотелось думать о дне прыжка, тем более в таком ключе. Он тщательно, но тщетно старался сосредоточиться на чём-нибудь другом, но слова Вару и остальных лезли в уши. -Так, ну давайте я вам просто все вероятности расскажу сейчас! Вероятность, что Т/И влюблена в какого-то жалкого клона – ноль процентов. Вероятность, что Т/И влюблена в Великого Вару – сто процент.. -Заткни пасть, ублюдечек, и займи её своими сраными хлопьями, пока я не запихнул их в тебя самостоятельно! – Прорычал Пик. -Ладно-ладно, вероятность, что Т/И влюблена в Пика – деся... Хорошо, двадцать! Целых двадцать процентов! А остальные восемьдесят – мне.       Пик закатил глаза. Вару неисправим. На пару минут столовая погрузилась в долгожданную тишину, нарушаемую только трелью птиц за окном. -Слушай, Федь, а есть какие-то реальные вероятности или предположения, на кого конкретно падёт выбор магии? – Спросил Феликс. Фёдор опустил кружку чая. -Н-у-у... Конкретно можно сказать только одно – магия выберет того, чьи чувства к Т/И искренни и крепки. Возможно, у Джокера есть точная информация и что-то вроде списка вероятностей, но даже если так, вряд ли он что-то вам скажет. -Верно! Ты хорошо меня знаешь, Федя! - В воздухе над ними внезапно появился Джокер, парящий в позе лотоса. -Доброе утро, Джок, - поздоровался Фёдор. -Вспомнишь... - начал было Пик, но был перебит Феликсом: -...солнце, вот и лучик!       Джокер опустился к столу и прихватил пару бутербродов, после чего исчез так же неожиданно, как и появился. -Интересно, он просто за бутиками прилетал или нас подслушать? - Задумчиво произнёс Пик. -Одно другому не мешает, - заметил Данте. -Он работает над магией скипетра ради удачного прыжка Т/И, неудивительно, что он поесть совсем не успевает, - протянул Фёдор. -Но разве Джокер не может обходиться без еды? - Удивился Феликс, - Он же типо... Маг? -Джокер способен использовать магию скипетра, но это не делает его всемогущим. - Возразил Куромаку, сделав глоток чая и поморщившись, обнаружив, что напиток успел слегка остыть. -Куромаку прав. Джокер может в критический момент использовать магию, чтобы пополнять запасы жизненной энергии, но смысла делать так без надобности нету. -Он просто предпочёл вкусные бутерброды безвкусной рутине, - вставил свои пять копеек Вару.       Все опять ненадолго замолчали, погрузившись в свои мысли. Спустя время Феликс спросил у Фёдора: -А со сном так же, как и с едой? Ну, у Джокера. Или он в работе над скипетром ко дню прыжка предпочитает не спать благодаря магии? -Ну, без сна он обходиться, как и любой из нас, может своими силами, не используя магию. Да и к тому же, он сейчас старается использовать магию по минимуму, чтобы в день прыжка всё прошло хорошо. -И сколько он спит? -От двух до пяти часов в сутки. -Ты такой любопытный, Феликс, - пробурчал Пик. -Ну интересно же! -Целыми днями работает над магией и спит по три часа... Ему там, небось, скипетр снится? - Предположил Данте. -Не, ему наверняка ничего не снится с таким режимом. - Ответил Пик. -На своём опыте говоришь? - Ухмыльнулся Вару и тут же увернулся от летящей в него ложки. -Так, столовыми приборами не кидаемся!! В Габриэля ещё попадёте. Или в Федю. Или в Данте. -Остальных тебе принципиально не жалко, Феликс? - Рассмеялся Фёдор.       А Габриэль воспринял слова Феликса серьёзно и начал есть быстрее. Куромаку, глядя на это, мягко улыбнулся. Вроде взрослые люди, а ведут себя как дети малые. Да и сам он не лучше. Боится высказать Т/И свои чувства, будто за это его ждёт смертная казнь. -А вообще я солидарен с Пиком. Думаю, Джокер вряд ли видит сны. - Фёдор задумчиво посмотрел в окно. Солнце ненадолго зашло за облако, и в столовой стало как-то тускло. -А жаль. Сны – это круто! - Мечтательно выдохнул Феликс. -Ага, бегающие кактусы, Ромео в окружении кусочков гавайской пиццы, которые, между прочим, одеты в розовые юбки, и наш Зонтик вместо обычных дождевых зонтов – круче некуда! - Вару сложил руки на груди и откинулся на спинку стула. -И почему я не удивлён... - Пик потёр переносицу. -Ты сам-то что там видишь? Девушек с бюстами? -Хренушки. Сны для мечтательных слабаков, поэтому я их и не вижу. -Правильно, ты у нас не из тех слабаков, которые способны мечтать.       Куромаку снял очки и прикрыл глаза. Перестрелки саркастичными фразочками между Вару и Пиком действовали на нервы, но это возвращало в реальность, позволяло чувствовать что-то помимо влюблённого отчаяния. -А мне сегодня снились макароны... Они кружились надо мной, и, кажется, что-то говорили... Что-то умное... Но я не помню, что... - Пролепетал Габриэль. Все переглянулись между собой. -И часто они тебе снятся?.. - Спросил Феликс. -Каждую ночь, - невинно похлопал глазками валет бубен. -Так, ладно, проехали. А что тебе снится, Данте? -Обычно мои сны осознанные. Я могу переместить себя в более комфортную для меня локацию и делать, что душе угодно. -Ого, осознанный сон – вот это реально круто! - Удивился Фёдор. -А тебе что снится, Федя? -Ты сегодня и вправду очень любопытный, Феликс, - улыбнулся создатель. - Мне снится много чего. Иногда просто чёрный экран, иногда дичь, как у Вару, иногда что-то интересное и захватывающее. Но вот осознанного сна у меня никогда не было.       Данте самодовольно улыбнулся и закрыл глаза, предавшись звукам птиц за окном и бренчанию столовых приборов. У Куромаку внутри всё сжалось. Сейчас очередь рассказывать о сновидениях дойдёт и до него... Но вместо голоса Феликса вдруг зазвучал голос Вару. -А тебе самому-то что снится, златовласка? -М-м, ну обычно что-то весёлое и интересное. Но более-менее логичное, не как у тебя. Сегодня вот, например, мне приснилось...       Куромаку встал и отошёл помыть посуду, воспользовавшись случаем. Впервые за, наверное, всё своё существование он был благодарен Вару. После мытья посуды Куро собрался удалиться из столовой, но Феликс окрикнул его, заставив остановиться: -А тебе что снится, Куромаку? Тоже ничего, как Пику?       Молчание. Пара секунд абсолютной тишины. Куромаку слышал, как кровь пульсирует в висках. Ужасный сон. Ужасный. Феликс ждал. -Хотел бы я, чтобы мне действительно ничего не снилось.       Ответив так и не намереваясь сообщать ничего больше, трефовый покинул столовую, оставив друзей гадать, что же видит по ночам сероволосый.

***

      «Что снится, что снится... Какая вообще разница, что мне снится!! Вот возьму и лишусь снов с помощью генератора. Буду по ночам рассуждать о гениальности чёрного квадрата». Направляясь быстрым шагом с такими мыслями к себе в комнату, Куромаку увидел идущих по коридору Ромео и Т/И. Они шли рядом, и, кажется, о чём-то непринуждённо болтали. Оба весёлые, счастливые. Невольно трефовый опять вспомнил свой сон. Чьи руки легли тогда на талию Т/И? Быть может, они принадлежали Ромео?.. -О, Куромаку! Привет, - поздоровался романтик. Т/И, заметив Куромаку, улыбнулась: -Доброе утро. -И тебе. Привет, Ромео. Вы в столовую? - Куромаку всеми силами старался сделать непринуждённый вид, чтобы не показать ни ревности, ни злости, ни тоскливой печали. -Ага, по пути встретились. -Тогда будьте готовы рассказывать в мельчайших подробностях, что вам сегодня приснилось. Феликс сегодня... Ну, в общем, идите.       Понимая, что он задерживает их на пути к утренней трапезе, Куромаку решил дать им самим всё понять. Да и нельзя быть абсолютно уверенным, что Феликс уже переключился на другую тему. Пока розоволосый и Т/И удалялись, он смотрел им в след. Ей в след. Интересно, она счастлива быть с Ромео? Если она счастлива, то и Куромаку счастлив. Но в груди ныло, чуть ни плача, бессовестное сердце.       В своей комнате трефовый предался решению государственных дел, надеясь отвлечься. Ненадолго у него даже получилось. За полтора часа он закончил чертить проекцию нового типа многоэтажных зданий, которые смогут в будущем пригодиться, если жителей станет больше, чем вмещает Куроград. Ещё за час написал об этом отчёт для папки государственных дел. Затем какое-то время он убирал за собой ошмётки ластика и в целом прибирал рабочее место. Закончив с уборкой, трефовый выдохнул и присел. Воздух в комнате был ужасный. Несмотря на то, что Куромаку держал своё место жительства в чистоте, до идеала ему было далеко. Открыв окно, дабы проветрить комнату, король решил сходить прогуляться.

***

-Слушай, тебе не кажется, что Куромаку сегодня какой-то... Печальный?       Т/И кивнула. От её глаз не укрылось, что Куромаку что-то тревожило, хоть он и прятал это от них под маской радушной вежливости. -Не скажу, что он обычно более весёлый, просто сегодня как-то особенно.. -Ему идёт быть таким. Ну, загадочно-печальным. Никто не знает, что у него на душе, какие мысли его беспокоят. Это так круто. Но в любом случае надеюсь, что у него всё в порядке.       Ромео удивлённо покосился на неё. Т/И шла, опустив ресницы и слегка улыбаясь. -Хотелось бы мне быть такой же, как он. Уметь хоть что-то скрывать от других, не быть... Как там Феликс говорит, «душа нараспашку». -У всех свои мечты и идеалы, что сказать. Но нам ты нравишься такой, какая есть.       Девушка расплылась в улыбке. Они вдвоём зашли в столовую, где уже не было Габриэля и Пика, зато пришёл Зонтик. -Доброе утро, Т/И! Доброе утро, Ромео, - поздоровались клоны. -Доброе. Вы тут, говорят, про сны друг другу рассказываете в мельчайших подробностях? -Ага, - ответил Феликс, - вот как раз Зонтика допытываю. Давай колись, ну Зо-онт! -Не стоит его принуждать. Если он не хочет, значит, на то есть причины, - покачал головой Данте, и произнёс, уже обращаясь к Зонтику: – Тот, кто хранит молчание, хранит себя. -Спасибо, Данте...       Т/И и Ромео сели напротив Феликса, и тот, поняв, что от Зонтика ничего не добьётся, переключился на них: -Ромео, Т/Ишка, а вам что снилось сегодня? -Мне снилось... Что-то прекрасное, как Т/И. -Кто бы сомневался, - пожал плечами Вару, - А что насчёт тебя, Т/И? -М-м, да, кажется, ничего... Не помню. -Вы с Куромаку и Зонтиком, видимо, не из тех, кто любит рассказывать о своих снах, - с ноткой досады пробурчал Феликс. -Но я действительно не помню, что я видела во сне. -Ладно, ладно...       После завтрака Т/И собиралась прогуляться. К ней присоединились Ромео, Вару и Феликс. Обойдя пару кругов вокруг за́мка, они направились в сад. Под чистым голубым небом он казался ещё более волшебным, чем обычно. -Кстати говоря, Т/И, - осторожно начал Феликс, - за завтраком мы немного поразмышляли о дне прыжка и о том, кого выберет магия...       Вару с Ромео переглянулись. Т/И внимательно слушала Феликса, пытаясь понять, к чему он ведёт диалог. -Ну, в общем... Сама ты как думаешь, кто тебя поймает?       Теперь все трое смотрели на неё. Девушка остановилась, задумалась. Наконец, поняв, что дать конкретный ответ она не в силах, Т/И решила просто высказать свои мысли по данному поводу: -Я, если честно, без понятия, кого выберет магия скипетра. Я не могу разобраться в своих чувствах, так что, думаю, приму выбор магии, каким бы он ни был. -То есть, ты к каждому из нас относишься одинаково? - Уточнил Ромео. -Нет, я отношусь к вам по-разному, просто с одинаковым количеством любви. Наверное. Не знаю, ребят, Джок с Федей поэтому и придумали это всё, чтобы мы смогли разобраться в своих чувствах.       Все трое понимающе кивнули и, замолкнув, продолжили идти дальше. Вару, дабы разрушить эту неприятно серьёзную тишину, весёлым голосом заявил: -Но всё равно у меня шансов больше! -Почему это?! Больше всего шансов у тех, кто относится к Т/И бережно, а не как собственник и эгоист! - Возразил Феликс. -Под этим описанием ты имел в виду себя, так что не надо тут! -Да ладно вам, ни один из вас не соответствует типажу Т/И, - произнёс Ромео. - Зато я – наверняка очень даже!       Т/И рассмеялась и хитро улыбнулась: -Вообще-то, если уж говорить о моём типаже, то вы трое под него не попадаете. Мне нравится так называемый «чёрный кот». -Ох... Ну, хотя... Для «золотистого ретривера» «чёрный кот» очень подходит, как ни обидно, - вздохнул Ромео.       Клоны вздохнули и продолжили прогулку, отдаляясь от места, где стояли до этого. Очевидно, все они прекрасно знали, что это за типаж и почему они под него не подходят. Довольно скоро их голоса стали неразборчивыми, а затем и вовсе смешались с шелестом листвы. Куромаку выдохнул. Подслушивать разговор Т/И и клонов никак не входило в его планы, просто так получилось, что всё это время он стоял и наблюдал за красотой сада совсем рядом с ними, за деревьями. Они могли бы его увидеть, если б присмотрелись, однако судьба распорядилась иначе. И теперь все вопросы, волновавшие трефового короля до этого момента, отпали, канув в неизвестность. Остался только один: что означает типаж «чёрный кот»?

***

      Как бы бредово это не звучало, но дни одновременно медленно тянулись и незаметно летели. От головной боли и вечной усталости не помогали никакие прогулки. Тёплое солнце и свежий воздух оказались бессильны против стресса и бессонницы. Всё чаще Куромаку просыпался посреди ночи, всё суровее становились его сновидения. Образ Т/И во снах то кричал на Куромаку, то давал пощёчину непонятно за что. В таких случаях король просыпался с фантомной болью на щеке и не фантомной болью в сердце.       Чёрная ночь медленно отступала, рассеиваясь от волшебных розовых лучей. Куромаку, наблюдая эту красоту через окно, тяжело дышал. Сероволосому казалось, что его мозг сейчас по швам разойдётся от натуги. Несмотря на это, трефовый всеми силами концентрировался на красоте грядущего рассвета и на любых других мыслях. Только бы не думать о сегодняшнем сне. До сегодняшней ночи Куромаку считал, что сновидения, где Т/И ловил кто-то другой, были ужасными. Теперь же они были для него замечательными. Пусть она хоть тысячи раз на него накричит, хоть миллиарды раз его ударит, пусть во всех существующих Вселенных она ему откажет, пусть им не суждено быть вместе, пусть, пусть! Главное, чтобы она была счастлива. И... жива.       На горизонте показалось солнце, и небо сменило нежно-розовый цвет на ярко-красный. Куро в отвращении, зажмурив глаза так, что стало больно, отвернулся от окна. Сегодня ему приснилось, что Т/И никто не поймал. Она падала с башни, наверное, бесконечность. Кто-то бегал, пытаясь её поймать. Кто-то стоял, поджидая нужного момента, чтобы обхватить её тело крепкими руками. А она всё падала, падала... В конечном итоге её не поймал никто. Это был всего лишь сон, но когда в этом сне Куромаку подбежал к ней, её черты лица были такими же мягкими и нежными, как в действительности. Вот только вся земля под её телом была алой, как сегодняшний рассвет. Под спиной, кажется, лежали выглядывающие из-под проломленных костей органы. Солнце палило нещадно, и от этого запах феррума въедался в ноздри будто бы с удвоенной силой. Куромаку почувствовал, что его сейчас стошнит, и проснулся. Открыв глаза перед тем, как посмотреть в окно и сконцентрироваться на рассвете, он наткнулся взглядом на календарь. Красные крестики на датах подошли к концу. Сегодняшнюю дату отмечать не придётся – она и так помечена. Вот только не крестиком, а кружочком. Куромаку обвёл эту дату в тот день, когда Джокер собрал всех в гостиной и сообщил о дне прыжка.       «Лучше бы меня вырвало, убрав из моей памяти этот кошмар» – подумалось трефовому. После этого сна он ещё долго не мог прийти в себя.

***

      Т/И проснулась немногим позже Куромаку. Ярко-алый рассвет она не застала, ведь поднялась, как ни забавно, вместе с солнцем. -Ну что, доброе утро, страна... - Сонно протянула девушка, потягиваясь и кайфуя от звука хрустящих суставов.       Вот и настал день прыжка... Даже как-то страшновато. Поёжившись то ли от подувшего из приоткрытого окна ветра, то ли от мысли, что сегодня она наконец узнает, с кем ей суждено быть, то ли вообще от боязни прыгать с такой высоты, Т/И решительно направилась в ванную. К своим годам она усвоила урок – прохладный душ помогает очистить разум от всяких назойливых мыслей и думать, так сказать, «на холодную голову». Особенно в жаркую погоду. Да и вообще не очень-то хотелось падать в руки своего джентльмена с немытыми волосами.       Не холодная, а приятно-свежая вода действительно помогла девушке взбодриться и набраться смелости. После душа Т/И чувствовала себя потрясающе. Умывшись и высушив волосы, она приступила к выбору аутфита. В такой день это особенно важный процесс. Окинув гардероб задумчивым взглядом, Т/И примерила несколько вариантов, но все отклонила – они были либо хорошие, но слишком повседневные, либо необычные, но немного странные. Спустя какое-то время примерки всевозможных сочетаний верхов и низов, усталого валяния на кровати и биения головой об стену от иллюзии безысходности, девушка остановила свой выбор на приглянувшемся ей красном топе с короткими рукавами и белой юбке-шортах. На ногах – кеды цвета спелой мандаринки. К образу подтянулись белые митенки в спело-лимонную полоску и пара заколок, чтобы на высоте из-за ветра волосы не лезли в глаза. Рассмотрев себя в зеркало со всех сторон, дабы убедиться в совершенстве образа, Т/И, вполне довольная проделанной работой, вышла из комнаты и направилась в столовую, а после чего и к подножию башни, где уже потихоньку начинали собираться клоны.              Куромаку всё утро был на взводе. Страх за Т/И не отпускал его ни на минуту, хоть он и старался держаться. Все клоны видели, что он взволнован, но не придавали этому особого значения, ведь сами чуть ли не тряслись от переживаний. Один только Данте был спокоен, как и всегда. Ожидая Т/И, король бубен ходил и успокаивал клонов, которые особенно нуждались в поддержке. Куромаку был одним из первых среди них. -Переживаешь за Т/И? - Мягко поинтересовался красноволосый, присаживаясь рядом с трефовым королём.       Тот в ответ кивнул, сдавливая колени руками, чтобы они не тряслись. Данте вздохнул: -Друг мой, ты же знаешь, что Фёдор и Джокер всё рассчитали. С Т/И ничего не случится. -Я твержу себе это последние минут двадцать, Данте. Но волнение не унимается. -Попробуй дышать медленнее. Вот так. Вдох, вы-ы-ы-ыдох...       Спустя какое-то время клоны заговорили, отовсюду послышалось: «Т/И идёт! Т/И идёт!». Куромаку к тому времени немного успокоился благодаря Данте и чудотворному свежему воздуху. Услышав слова клонов, он тут же поднял голову, но девушка была скрыта от его взора ярко-зелёной листвой деревьев. Когда она подошла ближе, все столпились вокруг неё, чтобы пожелать удачи, высказать свои волнения, обнять на всякий случай и выразить восхищение по поводу её наряда. Куромаку бессильно сидел на месте, ожидая, когда толпа рассосётся, и он сможет посмотреть на возлюбленную перед её прыжком. -Т/И, ты словно солнышко! - Восклицал Феликс. -Такая яркая... Потрясающий образ. - Добавил Ромео. -Т/И, ты красивая, - протянул зачарованный Габриэль. -Спасибо, ребят. Я старалась.       Наконец Т/И, протиснувшись к Джокеру и Фёдору, стоявшим у самого подножия башни, смогла попасть в поле зрения Куромаку. Увидев её, он привстал и хотел было расплыться в улыбке, ведь её лицо действительно сияло подобно солнцу, а образ был ярким. Нет, слишком ярким. Красный топ. Красное тело. Куромаку готов был поспорить, что кровавая лужа под мёртвым телом Т/И из его сна была ровно такого же цвета. Эта ужасная картина, которую он всё утро тщательно пытался убрать из своей памяти, вновь всплыла перед глазами. Сломанный позвоночник, вытекающие бордовые органы, безучастное лицо, стеклянные глаза с навеки застывшим в них предвкушением. Обычно во снах нет какой-то проработки и детализации, но этот момент был прорисован в его голове до мельчайших подробностей. Каждая по́ра на её ещё тёплой коже, каждый волос на голове, отливающий кровавым золотом на солнце. А солнце печёт и печёт, и запах металла проникает в его лёгкие, мозг, сердце, оседает железной пылью на язык. Частицы её крови смешиваются с его. Это были какие-то пара секунд во сне, но за эти пару секунд он запомнил каждую деталь той мерзкой картины.       Покачнувшись, трефовый сел обратно, чтобы не упасть. Нет, нет, нет, уберите это страшное зрелище из его сознания... Кто-нибудь!.. Насилу взяв себя в руки, Куромаку всё-таки улыбнулся Т/И, но получилось очень кисло и вяло. Девушка, немного подождав, надеясь, что он что-нибудь скажет, вздохнула и спросила: -Всё в пор-рядке?..       Он лишь кивнул и сжал ладони. Дрожь начинала охватывать всё тело, и ему стоило больших усилий делать вид, что всё в порядке. Т/И что-то пробормотала в ответ и сама не поняла, что. Мило улыбаясь, она поговорила с Фёдором и Джокером, выслушала их наставления, пожелания и обещания, а затем зашла в башню и по ступенькам начала подниматься вверх.       От высоты винтовой лестницы иногда начинала кружиться голова, а от стоящей в башне прохлады шли мурашки по коже. Поёжившись в очередной раз, Т/И задумалась. Вот сейчас она дойдёт до платформы, подойдёт к краю, соберётся с силами и прыгнет. Кто её поймает? Вдруг это будет не Куромаку? Конечно, все клоны нравились ей в каком-то смысле. С ними всеми она чувствовала себя комфортно и весело, однако умение скрывать свои эмоции, коим обладал Куромаку, привлекало её сильнее всего. Какой он внутри? Рядом с ней он был заботлив, уступчив и иногда как-то смущённо улыбался. «Что-что, а вести себя рядом с кем-то женского пола он не умеет» – подумала Т/И. Когда кто-то из клонов его раздражал, он мог легко наброситься на объект гнева, но ничего серьёзного сделать не мог, да и никогда не собирался. Куромаку интересный, загадочный, контрастный, умный, смешной. И Т/И очень-очень хотелось узнать, что у него в сердце. Хотелось прижать руку ко всем его ранам и царапинам, которые кроются внутри. Научиться видеть, что́ он скрывает под маской вежливости и безразличия. «Если скипетр выберет не его, значит, то, что кроется на душе Куро, не очень сильно мне понравится» – рассуждала девушка. Но ей всё равно очень хотелось, чтобы это был он, чтобы её избранником оказался трефовый король.       С головой уйдя в мысли, Т/И не заметила, как добралась до вершины башни и вышла на платформу. Подняв глаза, она оказалась на одном уровне с просторным голубым небом. Из-за ветра волосы растрепались, но в глаза не лезли – заколки оправдали себя. Подойдя ближе к краю, Т/И увидела на горизонте зелёные кроны деревьев, увидела их сад, прудик со скамейкой, увидела их величественный за́мок, ставший теперь похожим на игрушечный. А где-то прямо под ней копошились цветные муравьишки – это клоны стояли и ждали её. Увидев, что девушка добралась до вершины, они приготовились и встали, готовые ловить возлюбленную. Куромаку тоже стоял там. Знала бы Т/И, как он за неё волнуется, как трясутся его худые руки. И всё из-за проклятого сна! -Всё будет хорошо... Я уверена. Я не погибну и буду довольна выбором скипетра!       Попытавшись успокоить себя таким образом, Т/И набрала в лёгкие холодный воздух и подошла к самому краю, чувствуя неприятное сосание в зоне колен. Надо прыгать. Всё получится.       Вероятность того, что всё произойдёт так, как во сне, была крайне мала. Во сне, кажется, земля не была укрыта защитным слоем, а все клоны стояли где попало. К тому же, Джокер внимательно следит за Т/И, и если что-то пойдёт не так, он успеет удержать её над землёй с помощью магии. Всё будет отлично, и сон останется лишь сном. Поправив очки, Куромаку взглянул на верх, и именно в этот момент Феликс прокричал: -Прыгнула!! Т/И прыгнула!       Все вздёрнули головы и забегали, толкаясь и стараясь предугадать место падения девушки. Куромаку старался быстро сообразить и рассчитать, куда она упадёт, но думать в такой ситуации было тяжело, почти невозможно. Ради Т/И надо сконцентрироваться!! Ещё раз мысленно всё подсчитав, он вычислил место падения и встал туда буквально за мгновение до того, как она приземлилась... прямо в его руки. Живая. Целая. Невредимая. В этом красном топе, который его триггернул. Не веря своему счастью, Куромаку посмотрел на неё. Что-то было не так. Совсем не так. Т/И не смотрела на него счастливыми или разочарованным взглядом. Она вообще никуда не смотрела, а лежала с закрытыми глазами, словно резиновая человекообразная кукла. Почему?.. Что с ней произошло?..       Ноги трефового подкосились, и он сел на землю с Т/И на руках, с её бесстрастно лежащим телом. Руки вновь задрожали. Клоны обступили их. Джокер и Фёдор осмотрели её, пощупали пульс на шее, и, кажется, облегчённо выдохнули. А потом всё пропало, размылось. Все звуки превратились в далёкое эхо, мысли исчезли, стало оглушительно громко слышно собственное дыхание. Т/И в порядке? Он ведь её поймал... Всё рассчитал... Всё сделано правильно, так почему же он чувствует себя так же, как в том сне? Словно по его вине произошло что-то ужасное и непоправимое... Всё окончательно размылось, голоса вокруг стали совсем далёкими. Т/И... Т/И!..

***

      Неприятный запах вонзился в нос и заставил очнуться. Открыв глаза и похлопав веками, сероволосый увидел перед собой пузырёк нашатыря. -Куромаку, ты как?       Трефовый поднял голову. Над ним взволнованно склонились Фёдор, Феликс и Данте. В голове всё ещё немного гудело, а в ушах стоял неприятный звон, однако Куромаку заставил себя напрячься и вспомнить, что произошло. Момент за моментом воспоминания вернулись к нему, и он вскочил с криком: -Т/И!!       ...Однако тут же сел обратно, ибо голова на такой резкий скачок отреагировала темнотой в глазах и усилением звона в ушах. Фёдор выдохнул с облегчением. Раз Куромаку скачет и волнуется о Т/И, значит, с ним всё в порядке. Жить будет точно. -Т/И... Что с ней? - Произнёс король, стараясь не обращать внимания на головную боль. -С ней всё хорошо, просто потеряла сознание из-за такой большой высоты. Вероятно, переволновалась, - ответил Фёдор. -А я? Тоже в обморок упал? -Ты словно выпал из реальности, но ходить мог. Довели тебя до сюда и поднесли к носу нашатырного спирта, чтоб вернулся на орбиту, – доложил Феликс. -Спасибо... А Т/И сейчас? Она как? -Да в порядке она, сейчас приходит в себя. С ней Джокер, Зонтик и Ромео. -Ясно.       Головокружение постепенно проходило, память разъяснилась. Клоны и Фёдор, убедившись, что с трефовым королём всё в порядке, убрали пузырёк обратно в аптечку. Нечитайло пошёл проведать Т/И, Феликс к нему присоединился, Данте пошёл по своим делам (вероятно, успокаивать Пика, чтобы тот из-за ревности не разнёс за́мок, или поддержать Габриэля, который распереживался за Т/И). Оставшись в одиночестве, Куромаку закрыл лицо руками, предварительно подняв очки. Т/И... Она счастлива, что он её поймал? Или она хотела быть с другим клоном? Что они теперь будут делать? Ему надо стараться не ранить Т/И и не задеть её детской жизнерадостности своим характером. Может, наплевать вообще на этот скипетр, на то, что магия выбрала его. Пусть Т/И будет с тем, с кем она счастлива.       За обедом собрались почти все жители за́мка. Не было только Т/И, которая очнулась, но решила ещё немного отдохнуть у себя в комнате; Джокера, который убирал остатки защитного слоя и Пика, который не хотел никого видеть после того, как не сумел поймать Т/И. Куромаку не хотел есть, но организм и принципы настойчиво требовали новых сил. Пришлось запихивать еду в себя. Разговаривать во время обеда трефовый тоже не особо горел желанием, однако клоны посчитали иначе. -Крутой ты, Куромаку, - с ноткой досады вздохнул Феликс. -В каком смысле? - Не понял тот. -Ты поймал Т/И. Это так неожиданно, вы ведь почти не общаетесь. Ну, если сравнивать наше с ней общение. - Вмешался Ромео. -Шансы у всех были равные. Ничего неожиданного тут нет. - Заявил Фёдор, понимая, что Куромаку неприятен этот диалог. -Но удача-то выпала Курилке... - вяло произнёс Вару, ковыряя вилкой еду. -Вот-вот, - согласился Феликс. В кои-то веки он согласен с Вару, надо же. -Ребят, мне кажется, лучше не говорить на такую щекотливую тему... - пробормотал Зонтик, сидя в углу стола. -Почему? - Удивился Ромео. - Мы ведь просто любопытствуем!       Зонтик хотел сказать что-то ещё, но просто опустил голову и робко продолжил обедать. Данте пришёл к нему на помощь в защите Куромаку от ненужных разговоров: -Некоторые диалоги – как болото, в которое лучше не соваться.       Но Феликс и Ромео сдаваться явно не собирались: -Ой, да ладно вам, ребята. Мы же серьёзно просто говорим. Куромаку, расскажи хоть, что чувствуешь? -Интересно ведь узнать, каков вкус победы. Нам-то не удастся его почувствовать. -Ребят, всё, хватит! - Повысил голос Фёдор.       Куромаку решительно запихнул в рот всё, что было на тарелке, встал, наскоро вымыл посуду и вышел, не проронив ни слова. Все разом замолкли. -А что такого-то? Я ведь просто спросил... - пожал плечами Феликс. В ответ на него стрелами полетели неодобрительные взгляды.

***

      Шумно выдохнув, Куромаку опёрся руками о перила на террасе с видом на сад, где он стоял в тот день, когда случайно подслушал разговор Т/И с клонами. Зелёные листья по-прежнему шумели так, будто ничего в этой жизни не поменялось. Словно трефовый не должен был теперь оберегать Т/И от самого себя.       Негромкие шаги сзади заставили короля обернуться. -Куромаку?..       Т/И не ожидала, что здесь окажется он. Это читалось в выражении её лица, в слегка приподнятых бровях и в удивлённо хлопающих глазках. -Прости. Ты, наверное, хотела побыть одна, я лучше пойду. -Нет!.. То есть, не надо. Пожалуйста. Останься здесь, если тебе не сложно...       Теперь уже Куромаку пришла очередь удивляться. Чего она хочет? Сказать ему, что не знает, как так вышло? Что она любит кого угодно, но точно не его? Т/И встала рядом и посмотрела на сад. Благоухающий, нежный, прекрасный. Как свеж его воздух! Как прозрачен небосвод над ним!       Т/И с наслаждением вдохнула холодный ветерок и запрокинула голову. Надо придумать, что сказать Куромаку. Надо что-то сказать. Закрыв глаза, она не заметила, как трефовый залюбовался на неё. Тень листвы пятнами падала на её гладкое личико, пряди волос колыхались на ветру. Сероволосый смотрел на неё с придыханием. Ведь скипетр выбрал её, да? Так почему бы...       Т/И распахнула веки от неожиданности. Куромаку мягко провёл холодной венистой рукой по её щеке. Понимая, что её лицо вот-вот зальётся алой краской, девушка быстро опустила голову и слегка отвернулась. Этот недопонятый жест ножом полоснул по сердцу трефового, на секунду поверившего в себя и в судьбу. Что ж, эта мимолётная вера себя не оправдала. -Извини.       Быстро развернувшись, король зашагал к выходу с террасы. Т/И, сжав зубы и подняв голову, наплевав на смущение, крикнула ему вслед: -Я люблю тебя!!       Он остановился. Не просто остановился, а замер, как вкопанный. Спустя пару секунд поднял голову, медленно повернулся. -Чт.. -Ты мне нравишься!! Больше, чем все клоны вместе взятые! Больше, чем все, в кого я когда-либо была влюблена! Я... Мне жаль, что не получилось увидеть и почувствовать, как ты меня поймал, ведь я отключилась где-то в полёте. Но одновременно с этим я рада, что всё так вышло, потому что если бы я была в сознании, то визжала бы от радости!       Куромаку молча смотрел на неё и не верил своим ушам. -Ты... Серьёзно?       Девушка опустила глаза и робко кивнула. Смущение брало верх, и ей очень захотелось убежать к себе в комнату, закрыться и не выходить несколько лет. Ужасно, ужасно, зачем она столько наговорила... Достаточно было одной-двух фраз...       Очки вздёрнулись и были перемещены с глаз на волосы. Бережно взяв её лицо в свои ладони, Куромаку накрыл губы Т/И своими. Поцелуй длился меньше, чем полминуты, но и ей, и ему казался целой вечностью. Отпрянув друг от друга, они обнаружили, что на тонких, бледных губах трефового немного отпечатался её персиковый тинт. Т/И рассмеялась, заметив это. -Слушай, Т/И... Неудобно спрашивать, но что означает типаж «чёрный кот»?       Т/И замолкла, раздумывая. -Ну... Как бы тебе объяснить... Это человек, который внешне холоден, прячет эмоции за безразличием, эм-м... Ну как коты, знаешь. Они ведь не особо любят ласку и делают вид, что им всё равно на всех. А если между хозяином и котом завяжется неопровержимое доверие, то хозяин сможет увидеть, что питомцу вовсе не плевать на мир. Как-то так. -А «золотистый ретривер»? -О, это такие люди, которые вечно радостные, ярко выражают эмоции, не умеют их скрывать. Тут тоже идёт сравнение с животным – ретриверы ведь очень весёлая порода! Носятся довольные и счастливые просто потому, что рядом есть любимый хозяин.       Куромаку задумался. -Получается, я – «чёрный кот», а ты – «золотистый ретривер»? -Ты скорее «пепельный кот»! - Рассмеялась девушка. - Ну, из-за волос! -Точно... «Золотистый ретривер» и «пепельный кот».       Они оба улыбнулись. Её глаза встретились с его серым, но таким живым взглядом. Потянувшись друг к другу, они вновь поцеловались. С каждым прикосновением её губ из памяти Куромаку выветривались все воспоминания о его сновидении, разрушались все построенные догадки и накопленные переживания. Он – её типаж. Она счастлива с ним. Они любят друг друга, и ей нравится его недостаток, за который он себя так яро ненавидел, от которого так хотел её уберечь. Они нашли друг друга, золотистый ретривер и пепельный кот.