Better Than the Truth

— Понимаешь… Когда пальцы Саймона коснулись его руки, в голове у Спенсера мелькнуло несколько мыслей. Например — размахнуться и врезать ему по самодовольной роже, чтобы поставить наглеца на место. Или… или просто поцеловать. Ради того же эффекта. Удар повлек бы за собой лишь очередную перепалку — а их и так было предостаточно. Да и боли от этого Саймону было бы маловато. А вот поцелуй… — Вместе мы сильнее… — Мы сможем… Он резко перевернулся, прерывая поток слов назойливого поклонника. Не дав воцариться тишине, Спенсер взял Саймона за подбородок и прижался губами к его губам. Как и ожидалось, глаза Саймона округлились от шока, а все слова застряли у него на языке. Если честно, ощущение было не таким уж плохим. Но Спенсер резко отстранился, сел и наблюдал, как Саймон медленно моргает, пытаясь осознать произошедшее. Его губы слегка приоткрылись от потрясения. — Вот так соблазняют людей. А не той… дурью, которую ты устроил. — …Значит, ты знал. — Про твою идиотскую игру? Да. — С каких пор? — Саймон тоже сел, с комичным разочарованием глядя на него. — Ты правда думал, я клюну во второй раз? К тому же это было жутко. — Он швырнул в Саймона подушку и направился к выходу. — С таким подходом тебя еще и придушат когда-нибудь. Выйдя из комнаты, он увидел Гэвина на кухне — тот отмывал в раковине поддельную кровь с одежды, чувствуя себя как дома. Зрелище раздражало Спенсера сильнее, чем следовало. — Мне очень жаль, мистер Макгуайр. Этот беспорядок… — начал Гэвин, на его лице расплываясь улыбка. Спенсер нетерпеливо нахмурился. — Еще бы. Улыбка застыла, сменившись чем-то вроде виноватой осторожности. — Мистер Макгуайр… а где Саймон? — Рыдает над провалом вашей дурацкой затеи, наверное, — ответил он мстительным тоном. — А теперь — проваливай нахрен. Можешь ждать его где угодно, только не в моем доме. Когда Гэвин ушел, Спенсер закрыл дверь и облокотился на нее с облегченным вздохом. И тут же увидел Саймона — тот уже вышел из спальни и смотрел на него с кривой ухмылкой. — Спенсер, это твой способ отыграться на мне? — Однако улыбка быстро сошла с его лица, сменившись глухой грустью в больших глазах. — Но хотя бы сцена убийства вышла убедительной, да? Я видел твой испуг. Ты не сможешь сказать, что это было плохо. Его тут же потянуло поспорить, но споры с Саймоном никогда не кончались хорошо. — Мне вообще не стоило с тобой связываться, — осенило его. Именно поэтому он всегда позволял Саймону манипулировать собой. Тем временем Саймон медленно приближался, совершенно не догадываясь, о чем он думает. — Мне не нужно «отыгрываться», Саймон. Если что — я уже это сделал. — Он прочистил горло. — Все, чего я хочу, — чтобы ты ушел и больше не возвращался. — Просто… — Саймон взглянул на него и тут же опустил глаза. — Ты не должен был догадаться. Но догадался. Я не понимаю, где ошибся. Еще вчера ты говорил о том, чтобы вырезать сцену с бароном. — И что? — Ты даже не читал сценарий. Так откуда ты знал, что я… ну, репетировал эту роль? Спенсер замер, но, к счастью, Саймон не отрывал от него взгляда и вряд ли заметил его внезапную скованность. — Ты упоминал об этом в подкасте. — Один раз! И парой слов — недостаточно, чтобы сложить полную картину. — Ну, а я сложил. — Или… ты не спал прошлой ночью? У тебя… темные круги под глазами. — Саймон тронул его лицо пальцем, и Спенсер едва не подпрыгнул. Он дернулся не потому, что испугался. Скорее — из-за перемены в выражении лица Саймона: блеска в глазах, дрожи в уголках губ. Уж точно не из-за прикосновения. — Спенсер, есть одна вещь, которую я не понимаю. — Какая? Саймон замолчал, и под его задумчивым взглядом у Спенсера перехватило дыхание. — Почему ты не признаешь, что мой сюжет хорош? Или хотя бы то, что ты его прочел? Неужели… ты ждал, чтобы посмотреть, как я сыграю сцену соблазнения? — Нет! Чертов самовлюбленный идиот. Я читал. И это было убого. Так что не льсти себе. — О… — тихо проронил Саймон, потупив взгляд. Его выражение напоминало ребенка, которого только что отругали за попытку угодить. — Значит, ты все это время просто терпел меня, — вздохнул Саймон. — Не верится. — Мне тоже, — честно признался Спенсер. — Слушай, я позвоню агенту, и мы это уладим. — Только еще один вопрос, мистер Макгуайр. Он нахмурился от неожиданно формального тона и своей фамилии. Саймон давно не называл его так. — Что еще? — Поцелуй. Что… — Это был сарказм, черт возьми. — Нет, я о другом. Что мне делать для настоящей пробы? Нужен ли… язык, или достаточно просто прикоснуться губами, как ты? Или лучше сначала завязать разговор? У Спенсера дернулся уголок рта — слова звучали так искренне и в то же время как насмешка над ситуацией. Его взгляд скользнул вниз, к глазам Саймона, в которых читался вызов. Тот толкнул его локтем, а затем сократил оставшееся между ними расстояние. Когда эти невероятно мягкие губы коснулись его, Спенсер понял, что Саймон улыбается — по движению его подбородка. Сначала он действовал осторожно, но, убедившись, что Спенсер не ударит его, стал смелее. Он захватил его губу своими, слегка прикусил, и Спенсер глухо застонал. Теперь он оказался в ловушке между дверью и телом Саймона, который уперся руками по обе стороны от него, не оставляя шанса сбежать. Саймон слегка приподнялся на цыпочках, его ладони медленно скользнули к бедрам Спенсера, не столько притягивая, сколько намекая на движение. Когда он прервал поцелуй, в его глазах уже не было вызова — только улыбка. — Значит, сначала — разговор. Спенсер глубоко вдохнул: — Прекрати. — Как я справился на этот раз? О… тебе понравилось. — Нет. Не… не понравилось. — Ну же, Спенс, не ври. Даже твое тело говорит об обратном. Ему пришлось крепче ухватиться за дверь, чтобы не рухнуть, но Саймон вовремя подхватил его. — Мне не хотелось воскрешать Гэвина, тем более в твоем доме. Но я хотел поцеловать тебя так же сильно, как и удивить. Риск того стоил, — прошептал Саймон. — У меня не было выбора. Ты человек принципов, и я обязан был сказать, что чувствую. Поэтому я это сделал. Я влюблен в тебя. С каждым словом глаза Спенсера расширялись, сердце бешено колотилось под ладонью Саймона, но он заставил себя говорить, хотя и не хотел. — Это безумие. — Спенс… — Отпусти. — Ладно. — Хватка ослабла, но колени Спенсера вновь подкосились, когда Саймон легко коснулся его носом своим, прежде чем окончательно отстраниться. — Могу я остаться здесь на последнюю ночь? В гостевой, конечно. Я не хочу… просто мне нужно время собрать вещи и найти жилье. Это… — Да. — …Что? — Останься на ночь, — вздохнул он. Честно говоря, он и не собирался выгонять Саймона сразу. Было поздно, и агент мог разобраться со всем только завтра. Они жили вместе уже так долго, что это стало привычкой. Утром, собирая вещи Саймона в сумку, он понял, насколько тот везде оставил след. Даже под его подушкой оказалась тетрадь с разбором сюжетов и диалогов из ключевых эпизодов. Больше половины страниц были исписаны. Листая их, Спенсер отметил, что некоторые идеи действительно блестящи. Его даже тронуло, что кто-то вложил столько мысли в его работу. Размышляя о Саймоне, он не мог отрицать его проницательности — несмотря на все манипуляции. Если бы они встретились при других обстоятельствах, и Саймон не был бы фанатом… возможно, он бы им восхищался. Он и сейчас им восхищался. От этого внезапного осознания Спенсер едва не вздрогнул. Может, поэтому он почти не сопротивлялся. Конечно, Саймон не должен об этом узнать — хотя, по какой-то причине, Спенсер чувствовал, что тот уже догадывается. В замке щелкнул ключ, дверь открылась. Он бросил тетрадь на кровать и выбежал. Саймон стоял на пороге с двумя пакетами продуктов, будто это обычное утро. Увидев Спенсера, он улыбнулся. — Доброе утро. В холодильнике пусто, так что я купил еды. Итак, когда начинаем? — Что?.. О чем ты? Что начинаем? — Сегодняшний подкаст. Мы же должны обсудить сюжет, верно? — Что… — Спенсер стиснул зубы и покачал головой. — Саймон, ради всего святого, все кончено. Подкастов больше не будет. Понимаю, тебе тяжело… Не смотри на меня так. Разве что, если тебе некуда идти, я мог бы… — Но, — Саймон опустил глаза, но не настолько быстро, чтобы скрыть хитрющую ухмылку, — я записал вчерашнее. Наш разговор… и поцелуй. Особенно поцелуй. И мне бы не хотелось выкладывать это в свой подкаст, Спенс.