Аккорды, которые помнят нас

Поздний вечер. Квартира Мии была наполнена тишиной. Девушка уже собиралась ложиться спать — волосы были собраны в небрежный пучок, мягкая футболка свободно спадала с плеча. Она выключила свет в гостиной и направилась в спальню, когда раздался неожиданный стук в дверь. Она нахмурилась. В такой час никто обычно не приходил. Приоткрыв дверь, она замерла. На пороге стоял Лукас. Его волосы были растрёпаны, будто он весь день провёл в дороге или же слишком много нервничал. Взгляд был уставший, но при этом напряжённый, бегал по её лицу, словно боялся что-то упустить. — Можем поговорить? — тихо спросил он, голос дрогнул. Мия вцепилась пальцами в ручку двери. Сердце сразу забилось быстрее. Они виделись всего пару раз за последние месяцы — и всегда это были короткие встречи, на публике, с улыбками для всех. Но вот так… ночью, наедине… этого не было уже долгие годы. — Что-то случилось? — быстро произнесла она, отойдя в сторону, впуская его в квартиру. Лукас зашёл, снял кроссовки, но не прошёл дальше прихожей. Словно невидимая стена не давала ему сделать шаг. Он смотрел в пол, руки в карманах дрожали. — Я так больше не могу… — произнёс он едва слышно. Мия нахмурилась, шагнула ближе. — О чём ты?.. Не успела она договорить. Лукас резко поднял голову, подошёл почти вплотную и схватил её за щёки. Его ладони были горячими. Мгновение — и его губы коснулись её губ. Она замерла. Тело не слушалось. Голова закружилась от неожиданности. Секунда… другая… Она могла оттолкнуть его, крикнуть, закрыть дверь и поставить точку навсегда. Но вместо этого через несколько мгновений её губы дрогнули в ответ. Поцелуй был сначала осторожным, неловким, но с каждой секундой становился всё более отчаянным. Словно оба боялись, что это их последний шанс. Но вместе с теплом в груди в голове Мии зашумели воспоминания. Они обрушились на неё лавиной. *** Семнадцать лет. Она идёт домой под дождём. Волосы мокрые, одежда прилипла к телу. В руках — школьный рюкзак, ставший в тот момент невыносимо тяжёлым. Они только что поссорились. Лукас сказал, что им лучше перестать общаться. Она тогда не плакала при нём. Держала лицо, чтобы не показать, как больно. Но стоило отойти — и слёзы хлынули сами. Каждый шаг был как удар. В голове звучали его слова, будто нож. «Нам лучше прекратить общение». Но как могло быть лучше, если внутри всё горело и рвалось на части? 12-й класс только начинался. Ей предстояло целый год видеть, как он ходит по школе, смеётся с другими, будто её никогда не было. Видеть, как он танцует с Амелией на выпускном, а не с ней. Она тогда поклялась себе — бегать за ним не будет. Пусть сердце разрывается, пусть ночью душат слёзы, но унижаться она не станет. *** Она отстранилась резко, будто обожглась. — Зачем ты это сделал? — голос дрожал, но в нём слышался и страх, и злость, и непонимание. Лукас тяжело дышал. Он смотрел на неё так, словно на кону стояла вся его жизнь. — Потому что… — он сделал паузу, сжал кулаки. — Потому что я больше не могу молчать. Мия отвернулась. Слёзы предательски зажглись в глазах, но она старалась не показать их. — Семь лет, Лукас. Семь лет! Где ты был всё это время? Где ты был, когда я ночами рыдала в подушку? Когда я училась жить без тебя? Когда мне казалось, что я больше никогда не выйду на сцену, потому что каждая песня напоминала о тебе? — слова вырывались сами, громче, чем она хотела. — Я тоже страдал, — выдохнул он. — Думаешь, мне было легко? — Страдал?! — Мия резко повернулась к нему. — Ты танцевал на выпускном с Эмилией, пока я смотрела со стороны и делала вид, что мне всё равно! Ты шутил с друзьями, жил, как будто ничего не произошло! Лукас шагнул ближе. Его глаза сверкали, в них смешались вина, отчаяние и любовь. — Я делал вид, что мне всё равно. Потому что так было проще. Потому что я боялся. — Чего ты боялся? Меня?! — её голос сорвался. — Себя! — почти крикнул он. — Я боялся, что не справлюсь, что сломаю тебя, что у нас ничего не получится… Я тогда был дураком. Мия закрыла лицо руками. Слёзы всё же прорвались. — Ты и сломал меня… — прошептала она сквозь всхлипы. Лукас осторожно коснулся её руки, но она отстранилась. — Мия… — его голос дрогнул. — Я приходил к тебе во сне все эти годы. Я пытался забыть — не смог. Слушал твои песни, видел, как ты растёшь, и понимал: я упустил самое важное. Она молчала. В груди всё жгло. — Почему именно сейчас? — наконец выдохнула она. — Почему не раньше? Он тяжело вздохнул, словно собирался с силами. — Потому что я думал, что у тебя всё хорошо. Что ты счастлива без меня. Но когда я увидел тебя на сцене… твою улыбку… и одновременно твой страх, я понял: я всё ещё нужен тебе. Так же, как ты нужна мне. Они стояли напротив друг друга. Воздух между ними был натянут, как струна. Мия смотрела на него сквозь слёзы. Она видела того самого парня, которого когда-то любила до безумия. Которого потеряла. Которого ненавидела за боль. И которого, как бы ни старалась, всё ещё не могла вычеркнуть из сердца. — Я боюсь снова поверить тебе, — прошептала она. Лукас сделал шаг ближе, убирая расстояние. Его ладонь осторожно коснулась её щеки, вытирая слезу. — Я тоже боюсь, — признался он. — Но ещё больше я боюсь потерять тебя снова. Она дрожала от каждого его слова. Внутри бушевал шторм: ненависть, обида, любовь, надежда. Всё переплелось в один клубок. И вдруг он снова склонился к ней, но на этот раз не стал целовать. Он просто прижался лбом к её лбу, закрыв глаза. — Мия… — его голос был почти шёпотом. — Я понял… Она задержала дыхание. — Что? — еле слышно спросила она. Он открыл глаза. В них — вся душа, вся боль и вся правда. — Я понял, что жить без тебя, уже совсем не могу.