Легкости перевода

      В студии вот уже вторую неделю было непривычно тихо. Оператор потянул плечо, да так сильно, что без помощи менеджера существовать больше не мог. Красный актер выпал из-за выездных съемок в Европе, куда, к счастью, утащил и демона. Французики тоже подались в самодельный тур по Японии; Локи явно не планировал прятаться от поклонников. Поэтому теперь на убогой мебели Кайзер мог растянуться во весь рост.       Несс скорее всего был неподалеку, но сказать наверняка было сложно. Упругие клацания, стукнувшись о потолок и стены, летели точно в Кайзера, отчего тот вздрагивал, каждый раз все увереннее, что треснула одна из диванных ножек или же сам деревянный подлог. Несс настоящий, из слов и смыслов, полностью утонул в очередных обзорах японского кино. В наступившее межсезонье он строчил их на всех известных языках и продавал в журналы.       - Куда сегодня? - Пробурчал Кайзер спинке ноутбука.       - Франция. - Ответил Несс сквозь дребезжание. - Что-то местечковое, вроде, Лион.       - Сколько платят?       - Без намека на щедрость.       - Я дам втрое больше, если пошлешь их куда подальше.       - Боюсь, моя хилая репутация такого скандала не выдержит.       - Моя психика треснет еще быстрее. - Кайзер боязливо перевернулся на бок, подушечки пальцев поцеловали уставший пол. - Совратил меня, а теперь постоянно работаешь!       - Если я всегда буду под рукой, неизбежно настигнет скука.       - А сейчас-то как увлекательно. На старости лет этому дню в мемуарах выделю отдельную главу.       - Под названием?       - Мой молодой любовник динамил меня ради лилльской газетенки.       - Вроде как это блог.       Кайзер цыкнул, и следом от резкого толчка застонала диванная спинка. Ботинки выдавили скрип из половиц, и, наконец, ухнул стол под актерскими ляжками. Печатание прекратилось.       - Может и мне податься в рекламное турне? Ноа запищит от радости.       - Не имею права вас удерживать.       - Вот крысеныш! - Кайзер раскрутил ручку пальцами, направив на клавиатуру, куда она упала после третьего оборота. - Еще не стал взрослым режиссером, а замашки уже выучил наизусть.       - Прям совсем плохой? - Несс прикрыл крышку ноутбука, и запустил пальцы себе в волосы. - Прям совсем не за что меня похвалить?       - Ты профессионально треплешь мне нервы.       - Скорее дразнюсь.       - Ты заставляешь меня жрать всякую дрянь.       - Знакомлю с новым?       - О, точно! Ты упахиваешь меня десятыми и пятнадцатыми дублями. - Кайзер сложил раскадровку в кривокрылый самолетик. - Монстр. Изверг. Рабовладелец.       - Я раскрываю ваш творческий потенциал, герр Кайзер. И с каждым днем вы все больше поражаете меня.       - Хоть бы дождаться, когда ты вывернешь этот треклятый потенциал без остатка и перейдешь к следующему зажатому актеру. - Кайзер нацелил бумажный нос меж Нессовских бровей. - Ты ж так и планируешь?       - Отнюдь. - Пальчиковые постукивания по Кайзеровскому бедру. - Вы единственный и неповторимый.       Почему сжалось меж лопатками? Слащавые нелепости в бессмысленных связях входят в обязательную программу. Вон, маме отец тоже такие сонеты читал. И она своему именитому любовнику. И другая начинающая актриска, – в этот раз отцу.        В мире кино все отыгрывают один и тот же сценарий. Большой взрыв чувств будоражит вначале, все поблескиет глянцем и пахнет отутюженным отельными простынями. Потом экстаз стихает, и каждый участник вспоминает, что он тут переменная, а не постоянная. Или узнает впервые, если совсем еще свеженький. Молча, одними ухмылками и поглаживаниями все вновь отыгрывают первую сцену, но в этот раз с заделом на будущее. А оно у каждого свое. Финалом склейка через много месяцев: те же гостиницы и страсть, но уже с новобранцами. Титры. Весь этот нарратив как обряд посящения. Классика. Работа бездарного сценариста жизни. Очередное тошнотворное клише.       Кайзер не хотел попасться, но попался. Ему Несс нравится жутко. Он не может надоесть даже гипотетически. И подходят они друг другу как пазлы. Он видит их вместе и в финале тоже. Несс так и не разучится дразниться, и после деланно виновато трогать его за косточки запястья своими длинными вновь увлеченными журналистикой пальцами. И Кайзер будет также дивиться своей неутолимой привязанности, кормить которую сексом оказалось сущим живодерством. Он видит их в последней сцене, отчетливо видит. И также четко знает, что их вместе не видит Несс.       Актеры должны встречаться с противными демонами. С бамбуковыми фехтовальщиками. С шутами из спецэффектов. С теми, кого не берут даже в массовку. А еще лучше, – с антонимами мира кино. Инженерами, автослесарями, доставщиками пиццы. Ветеринарами, поварами, ядерными физиками. С нападающими футбольных сборных или как минимум распасовщиками. Но актеры никогда не должны встречаться с режиссерами. А не то как на одном из первых уроков в училище: пытаешься заплакать на публику, а в итоге просто давишься и выталкиваешь сопли. Потому что больно не по-настоящему, а по сценарию. Потому что такие глупости, как взаимная любовь, встречаются только в кино.       - Я заплачу втрое больше, если скажешь, что я тебе нравлюсь, Несс.        - Вы мне нравитесь и за бесплатно, герр Кайзер. - Мягкие сливовые глаза оторвались от экрана лишь на секунду. - Я ваш преданный фанат.