Легкости перевода

      На другой день Несс притащил три новых фильма, настолько же любимых и черно-белых.       В понедельник вставлял в потертый CD-проигрыватель, – его ровесник, не меньше, – переливчатый диск, прокручивал до нужной любимой песни, и, дослушав, вынимал и переходил к следующему.       Во вторник обедали до противного острой сычуаньской лапшой.       В среду отсматривали сцены и курили вишневые сигареты.       Четверг пропах жареными кальмарами, – Несса никогда не тянуло на сладкое.       В пятницу, конечно, пили.       Несс за рулем серебристой Миаты без крыши превышал, перекрикивал мотор и рычал немецким матом на нерасторопных японцев. Или не японцев. Город мог быть любым, – на такой скорости его не невозможно было разглядеть. С волосами ветер не справился, а вот щеки расчеркал розовым восковым мелком. Несс светился: неоновый, громкий, насыщенный.       Другой.       Остановились на бесцветной и неживописной набережной, где якудзы передавали деньги за оружие или, наоборот, продавали его другим бандитам. Несс заглушил мотор и выпрыгнул наружу. Неохотно раскрылся багажник, и, цок, – стукнулись на прощанье бутылки в пакете.       Дешевое японское пиво полилось скромной струйкой мимо рта Несса. Утолив свою жадную жажду, он вытер подбородок воротом белой хлопковой водолазки и посмотрел в небо. Луна была полная тихая и сюрреалистичная. Она хотела заговорить. Всё хотело заговорить. Каждая сцена, в которой появлялся Несс, закипала. Кайзер попытался охладиться, но не смог: выйдя из машины, он выплюнул пиво на асфальт.       - Белый – цвет невинности, Несс. - Кайзер прижался ногами к капоту. - Тебе нельзя его носить.       - Если я не буду привлекать внимание, оно все падет на вас, герр Кайзер.       - Так это забота?       - Еще чего. Это соревнование.       - И кто побеждает?       - Вы, конечно.       Несс улыбнулся, вставил пустую бутылку в левый карман брюк и достал полную из правого.       - Ты привез меня в этот безлюдный порт, чтобы убить и скинуть в море?       - Именно так.       - Ведь пятна крови на белом выглядят ярче.       - Сияют прям по-киношному.       - И что мне сделать, чтобы спастись?       - Вы должны рассказать мне секрет.       - Ты и так все про меня знаешь. Для своего персонажа выспросил все без остатка.       - Нет, он должен быть личным.       - Да там столько личного было. Ты только личное и тянул, как форменный журналюга!       - Вот именно, – сплошные истории для прессы. - На зубах Несса отразился лунный блик. - По-настоящему личное, – это вы и я.       Ветер против шерсти погладил море, и то с шипением ударилось об откос.       - Что-то про держаться за ручки?       - Например. Вы ведь в конечном счете не в фильме моем сняться хотели.       - Для человека, который пришел не ради фильма, я что-то слишком много для него делаю.       - Что ни говори, вы настоящий профессионал, герр Кайзер.       - Ты, Несс, что ни говоришь, только лесть и получается. - Кайзер скрестил руки на груди и подошел вплотную к краю. - Личного захотел.       - Нельзя?       Примитивный запах пива совсем не лишил вопрос игривости. Новый Несс по всем законам жанра должен был очаровывать каждый жестом, каждым словом. Но этот властный шарм тянул вместе с возбуждением вполне естественный страх. Уж не играет ли он?       А если играет, то что? Несс стал ручным и покорным. Он всегда рядом, но из-за взрывной непредсказуемости попросту не может наскучить. Зачем рядиться жертвой? Секс по большому счету та же игра. Любви не существует. Поэтому если хорошо, то, по определению, нужно нырять с головой.       - Ты когда-нибудь влюблялся, Несс?       Море встрепенулось, – до брюк Кайзера долетели брызги.       - Как-то все времени не было.       Кайзер ухмыльнулся.       - Ты выглядишь так, будто очень хочешь влюбиться.       - Отчаянно?       - Волшебно.       Несс откашлялся и, судя по звуку, выплюнул лишнее на асфальт.       - Вы так нагло флиртуете, Кайзер-сан.       - Нельзя?       Дыхание на шее оказалось таким горячим и резким.       - Вам все можно.       Кайзер обернулся, и между ними почти не осталось свободного воздуха.       - Скажи Несс…       - Ммм?       - Завтра утром я ведь снова тебя не увижу?       Кайзер аккуратно коснулся мокрого пятнышка на белом вороте.       - Конечно. Кто тогда пойдет за завтраком?       - Сушеная рыба и…       - Острые чипсы. - Договорил Несс, и по губам, вопреки здравому смыслу, разлилась сказочная сладость.       В субботу моти и промасленными нори пришлось и обедать, и ужинать, – ведь в киотском отеле еду по номерам по-прежнему не разносили.