Между правдой и ложью

      Следующее утро он провел, купаясь в роскоши жизни Мажора. И в переносном, и в буквальном смысле: бассейн, завтрак, поданный на террасе, мягкая, дорогая одежда вместо вчерашнего официантского костюма. Все это напоминало о его прошлом — беззаботном и легком, но в то же время теперь казалось чужим, как маска, которую пришлось надеть.       После завтрака Влад поставил задачу:       — Нужны деньги, Сокол? Заработай. Поезжай с Зоей, побудь ее охраной.       Игорь лишь усмехнулся. Это было именно то, что ему нужно: быть рядом с женой Влада означало доступ к информации и возможность завоевать доверие.       Единственный нюанс, который нервировал его, сидел рядом на пассажирском сиденье.       Борис. Его холодный взгляд и напряженная поза ясно показывали — этот человек не просто недолюбливал Игоря, он искал повод выставить его врагом.       Машина ехала по дороге, когда Борис, не скрываясь, смотрел папку с его делом и заговорил:       — Я тебя пробил, старший лейтенант Соколовский.       Игорь бросил короткий взгляд на документы.       «Кто бы сомневался…», — пронеслось у него в голове, но внутри все сжалось. Главное, что его тревожило: информация о Вике. Ему обещали, что легенда надежна, что все будет чисто.       Борис продолжал, нарочито медленно перелистывая фотографии.       — А ты опасный. Как-то многовато смертей вокруг тебя. Знакомые… — фото Яны, секретарши Игнатьева, мертвой перед отелем. — Друзья… — следующее фото, застреленный Стас. — Даже жена, — ухмылка Бориса была ядовитой, когда он поднял снимок Вики.       Игорь почувствовал, как внутри все оборвалось. Его дыхание сбилось на секунду, пальцы судорожно сжали руль так сильно, что побелели костяшки.       — Умерла при родах, — прочитал Борис, показывая фото так, будто это был трофей.       С заднего сиденья Зоя бросила короткий взгляд на Игоря.       Он выдохнул — медленно, контролируя каждую мышцу, чтобы не сорваться. Но то, что у них была фотография Вики, тревожило куда больше слов Бориса. Нужно будет предупредить Пряникова.       И вдруг Борис добил:       — С тобой опасно связываться. А что дочка? Сколько ей осталось?       В этот момент злость ударила в виски, как молот. У Игоря все внутри закипело, словно лава под тонкой коркой. Он едва удержал себя, чтобы не развернуться и не врезать кулаком прямо в ухмыляющееся лицо. Вместо этого он резко выпрямился за рулем, глубоко вдохнул, будто проглатывал огонь.       — Сложно быть тенью, — выдавил он, и на губах появилась тонкая усмешка.       — Не понял, — нахмурился Борис.       — Жить в чужом доме. Спать в чужой кровати. Кататься на чужой машине, — каждое слово Игорь произнес с намеком, не сводя взгляда с дороги.       — На что ты намекаешь? — Борис подался вперед, в голосе зазвенела ярость.       — У тебя есть три попытки, отгадай, — Игорь бросил на него короткий, обжигающий взгляд.       — Я сам себе хозяин, понял?! — рявкнул Борис, не сдержавшись.       — Борь, музыку погромче сделай, — вмешалась Зоя с заднего сиденья, не меняя спокойного тона. — А себя потише.       Борис отвел взгляд, пальцы нервно дернули ручку магнитолы. Музыка в салоне зазвучала громче, его пыл угас в одно мгновение.       Игорь встретился глазами с Зоей через зеркало заднего вида. Кивнул ей едва заметно, в знак благодарности. Она слегка улыбнулась и покачала головой, переводя взгляд к окну.       Затем он снова сосредоточился на дороге. Улыбка коснулась его губ — спокойная, почти ироничная.

***

      Услышав весь разговор Влада и Мэй, Игорь подошел к окну. Его взгляд задержался на женщине, которая садилась в машину.       «Значит, не показалось… вот он, их поставщик.»       Он слегка усмехнулся. Операция шла гораздо быстрее, чем он надеялся. Но улыбка быстро спала, когда боковым зрением заметил Зою, направлявшуюся к его комнате.       Игорь резко отпрянул от окна и побежал к балкону. Выйдя, увидел ее: она спокойно шла по садовой дорожке, ведущей прямо к его двери. Прямая дорога. Он не успевал вернуться.       — Черт… — выругался он, бросив взгляд вниз.       Второй этаж. Прыжок не смертелен, хотя последствия могли быть болезненными. Но хуже будет, если его не окажется в комнате в тот момент, когда она постучит.       Он решился. Перебросив ногу через перила, Игорь опустился максимально низко, цепляясь за декоративные прутья. Сердце гулко ударило в груди, секунда — и он отпустил руки. Приземлился на ноги, чувствуя, как мышцы пронзила судорога. Но не задержался: пригнувшись, скрылся за кустами, обходя так, чтобы Зоя его не заметила.       Она как раз повернулась к тому месту, где он приземлился секунду назад, и в этот момент Игорь метнулся обратно. Несколько быстрых шагов, прыжок к задней двери — и он оказался в комнате за секунды до того, как в дверь постучали.       Рывком сорвав с себя одежду, он включил душ. Ледяная вода хлынула на волосы, помогая сбить сбившееся дыхание. Он успел. Намотав белое полотенце вокруг талии, вышел в комнату, стараясь выглядеть как можно спокойнее.       — Привет.       Зоя подошла к нему.       — Прости, я стучала, — она указала на дверь.       — В душе был, не слышал, — выдохнул он, будто оправдываясь.       Она опустила взгляд — и заметила золотое кольцо, свисающее на его шее.       Игорь уловил ее взгляд.       — Обручальное? — тихо спросила она.       — Да, — его голос стал тише, и он сам опустил глаза. Рука почти машинально потянулась к цепочке, сжимая кольцо в ладони.       Он не смог снять его. Никогда. Особенно если легенда позволяла оставить — для него это было больше, чем часть образа. Это был якорь, ее частичка, напоминание о том, ради чего он все это делает.       — Ты что-то хотела? — спросил он, стараясь отвлечь и себя, и ее.       — Ничего. Вот принесла, — Зоя протянула ему конверт с фотографиями. — Подумала, захочешь, чтобы они были у тебя.       Игорь протянул левую руку. Она задержала взгляд на его пальцах, а потом чуть выше. Маленькие круглые отверстия, рубцы, шрамы по всей руке доходящие до плеча, и несколько на груди и чуть ниже — память о пулях, о боли, о прошлой жизни.       — Боевые? — тихо спросила она.       Он опустил взгляд на руку, слабо усмехнувшись.       — Что-то типа того. Один псих.       Но глаза уже были прикованы к фотографии Вики. Голубые глаза жены будто ожили на снимке, пронзая его насквозь. Сердце болезненно сжалось. Прошло всего три дня, но он уже изнывал от тоски по ней: по ее голосу, по теплу ее рядом, по их вечерам.       Он глубоко вдохнул, сжимая фото в руке чуть сильнее, чем нужно.       — Важный для тебя человек? — Зоя смотрела прямо на него.       — Да, — так же тихо ответил он и поднял взгляд. — Из другой жизни, — уголки губ дрогнули в слабой улыбке.       Из той жизни, где он был не беглецом и не под прикрытием. Где у него была семья, любимая работа и чувство безопасности, которое сейчас не вернуть.       — У меня тоже когда-то была… другая жизнь, — Зоя слабо улыбнулась, и в ее голосе прозвучала странная грусть.       — До Влада? — тихо спросил Игорь.       — Да нет, с ним, — медленно сказала она, будто удивляясь его словам. — Почему? Он хороший, правда, просто иногда…       — Слушай, не обязательно оправдываться, — прервал он ее мягко, сделав шаг ближе.       Зоя подняла на него взгляд. Он заметил, как в ее глазах мелькнула тень сомнения.       — Не обязательно было меня спасать, — ее взгляд стал серьезнее.       Игорь улыбнулся — коротко, едва заметно.       — Пожалуйста.       Она задержала паузу, потом резко повернулась и быстрым шагом вышла из комнаты.       Игорь выдохнул с облегчением, словно только что избежал катастрофы. Это было слишком близко…

***

      Приехав в назначенный клуб, Игорь неторопливо прошел по залу, скользя внимательным взглядом по освещенным неоном стенам, танцполу и людям вокруг. Музыка била ритмом прямо в грудь, а воздух был густо пропитан алкоголем и парфюмом.       «Давно я тут не был…», — мелькнуло в голове. Раньше такие заведения были частью его жизни, частью его беззаботного прошлого. А теперь это место казалось чужим. Ему куда комфортнее было дома, за семейным ужином, рядом с Викой и их дочкой.       Он прошел дальше, к бару. Бармен скользнул по нему взглядом.       — Что желаете?       — Виски, — коротко бросил Игорь.       Пока он ждал, к нему почти вплотную наклонилась девушка без топа, лишь с чуть заметными трусиками скрывающее хоть что-то, и пахнущая сладким парфюмом. На ее теле переливались блестки, волосы блестели от света прожекторов.       — Пойдем, красавчик? — ее голос был низким и обволакивающим.       Игорь слегка усмехнулся и кивнул.       — Ну, пойдем.       Она взяла его за руку и повела через зал. Танцоры, смех, музыка — все это постепенно глохло, когда они свернули в коридор. Где-то в глубине вибрировали басы, но здесь было уже тише. На полпути девушка остановилась, отпустила его руку, лишь слегка улыбнувшись — дальше он должен был идти сам.       Игорь шагнул внутрь VIP-комнаты.       Свет приглушенный, воздух пах дорогим табаком. На противоположной стене возвышалась стеклянная коробка, в которой под падающей сверху водой танцевала девушка в ярком купальнике. Каждое движение было выверенным и гипнотизирующим.       Игорь посмотрел на нее. Его взгляд поймал отражение в зеркале сбоку.       — О, здравия желаю, товарищ генерал, — усмехнулся он, вскинув руку шутливо отдав честь. — Интересное место вы выбрали для встречи.       На диване, у стены сидел Погодин. Голубая рубашка с кобурой, бокал в руке, а взгляд холодный и изучающий.       — Давай к делу, — коротко сказал он. — Что ты выяснил?       Игорь подошел ближе, опустился на диван рядом, откинувшись на спинку.       — Поставщик Хрусталя — Мэй.       — Мэй Лин, — генерал чуть кивнул, будто подтверждая свои данные. — Двадцать семь лет. В России два года. Ее работы сразу ворвались в топ. Ты уверен?       — Она только что встречалась с Владом, — твердо сказал Игорь. — Говорили о поставках.       Погодин слегка нахмурился.       — Что еще?       Игорь сдвинул взгляд в сторону, задержав дыхание на секунду.       — Пока выясняю. Влад… осторожный.       Генерал не отрывал взгляда от танцовщицы, и спокойно сказал будто это не было чем-то особенным:       — Попробуй действовать через женщину.       Игорь резко повернул к нему голову. Его глаза сверкнули холодом, челюсть напряглась.       — Я как-нибудь разберусь. Без этого.       Погодин усмехнулся, взглянув на него, заметив перемену в его лице.       — Раньше для тебя это не было проблемой.       — Вот именно, — отрезал Игорь, голос стал ниже и тверже. — Это было в прошлом. Сейчас у меня есть семья и любимая женщина. Так что, при всем уважении, но в таких ваших советах я не нуждаюсь. Найду способ. Не беспокойтесь.       Он встал, собираясь уходить, но генерал тоже поднялся.       — Если ты провалишь операцию… — начал он с нажимом.       Игорь обернулся, его взгляд стал острее, чем лезвие.       — То что? — его голос был тихим, но в нем чувствовалась угроза. — Что вы мне сделаете?       Погодин прищурился, губы сжались в тонкую линию.       — Не думай, что на тебя нет грязных дел.       Игорь шагнул ближе, усмехнувшись, но в этой усмешке не было веселья — лишь стальной вызов.       — Кажется, судя по тому, что вы обратились именно ко мне, это я нужен вам, а не вы мне. Так что не стоит пренебрегать положением. На все я найду управу. У меня есть все средства. А вот вам, вряд ли удастся найти лабораторию, если я сейчас выйду из операции. Так ведь?       Тишина. Лишь слабый стук капель по стеклу в аквариуме с танцовщицей.       Погодин смотрел на него долгую секунду, сжав челюсть так, что на лице проступили скулы. Но ничего не ответил.       Игорь усмехнулся, вскинул руку в легком салюте.       — Аривидерчи.       Он развернулся и уверенной походкой направился к выходу, даже не оглядываясь.