Разбитое сердце Льюиса

Ночью Льюис со страхом перебирал собственные воспоминания. Они были расплывчатыми, словно затянутыми плотным утренним туманом, но всё ещё читались на удивление ясно. ‎ ‎... ‎ ‎— Вы ведь... математик, верно? ‎ ‎А ведь Луи никогда не был силён в точных науках. В школе его куда больше увлекала литература, а чуть меньше — биология. ‎ ‎На очаровательном лице Льюиса промелькнуло замешательство, однако Мориарти быстро взял себя в руки. Дамы, стоявшие позади незнакомца, уже начали восторженно вздыхать. ‎ ‎Моргание. Уильям подошёл ближе, так близко, что его губы почти коснулись уха собеседника, и тихо прошептал. Лишь тогда выяснилось, что они были одного роста. ‎ ‎— А вы детектив. К тому же любите играть на скрипке и... — он вдохнул тепло чужого тела, не перебитое навязчивым ароматом парфюма, — ...питаете слабость к опиуму... ‎ ‎(Льюис уткнулся лицом в подушку и беззвучно закричал от стыда.) ‎ ‎За этот «цирковой номер» Уильям заслужил такой смех и такие аплодисменты, каких его брат со своей никчёмной харизмой не добился бы и за всю жизнь. ‎ ‎Весь остальной круиз развивался по вполне предсказуемому сценарию. К счастью, Льюис не был посвящён в подробности плана, и увиденное повергло его в настоящий... трепет. ‎ ‎Сжав кулак, блондин наблюдал с расстояния, как человек — а точнее, его жалкое подобие — рухнул с огромной высоты. Прядь волос упала Луи на глаз, но он лишь помедлил и убрал её. ‎ ‎Смерть того человека была настолько грандиозной, что казалось, будто его падение длилось не несколько секунд, а целую вечность. ‎ ‎Тот подлец умудрился умереть настолько эффектно, что в тот миг мог бы заменить собой праздничный салют. ‎ ‎На обратном пути Льюис старался идти ровно и не хромать, однако всё равно выглядел потерянным. Его мысли раз за разом возвращались к образу аристократа, летящего вниз. ‎ ‎Он думал об этом даже позже, лёжа в кровати и оставшись наедине с собой. ‎ ‎Сойдя на берег, он наконец узнал имя этого забавного детектива. ‎ ‎(Льюис одними губами прошептал его, чтобы брат, лежавший рядом, не услышал. Впрочем, с его крепким сном переживать об этом не приходилось.) ‎ ‎... ‎ ‎— Стойте! Стойте же, мистер Мориарти! ‎ ‎Уже знакомый мужчина бесцеремонно растолкал нескольких прохожих, пытаясь пробраться к объекту своего интереса. ‎ ‎Льюис остановился и с невозмутимым спокойствием наблюдал за этим нелепым зрелищем. К тому же теперь господин выглядел куда более неряшливо. Особенно нелепой казалась странная прядь, торчавшая на макушке. ‎ ‎До смешного ужасна. ‎ ‎— Шерлок Холмс! Так меня зовут. Вы без труда сможете меня найти, если захотите. ‎ ‎Шерлок протянул руку, но её так никто и не пожал. Губы Льюиса, однако, тронула умилительная улыбка. ‎ ‎— Вряд ли мне когда-нибудь потребуется ваша помощь, мистер Холмс. ‎ ‎— Вот как... Тогда учтите, что я тоже смогу вас найти. Тело было холодным. Я успел проверить почти всех на борту. ‎ ‎Льюис моргнул, вновь неосознанно уступая место брату в собственных воспоминаниях. ‎ ‎— Зато ваш пыл был весьма горяч, — хмыкнул Уильям, взглянув на детектива через плечо. ‎ ‎После чего неспешно направился к экипажу, не обращая внимания на дальнейшие оклики. ‎ ‎(«Нет... Или... Разве всё было именно так?») ‎ ‎— Приятно познакомиться, мистер Холмс, — Мориарти лениво отсалютовал рукой и развернулся. ‎ ‎Ему следовало идти быстрее. Намного быстрее, если он хотел добраться до экипажа на своих ногах. ‎ ‎Льюис устал настолько, что уже с трудом соображал, поэтому почти не реагировал на крик Шерлока. ‎ ‎... ‎ ‎Луи посмотрел на спящего брата и поправил сбившееся одеяло. ‎ ‎— Второй вариант мне нравится больше. Но тот дурак вряд ли стал бы орать из-за подобной банальности. ‎ ‎Он вздохнул и подпер щёку ладонью. ‎ ‎Беда.