Пожелай мне удачи

— Я думаю, тебе подойдёт. — Идя по дороге, услышали Геракл и Иолай знакомые голоса. Это оказался Салмоней, что продавал красивый хитон голубого цвета кузена Геракла, Илорана. — Удобно, легко и не жарко, а то в этих кожаных штанах и тунике скоро изжарюсь. Да и косится не будут. Спасибо, что помог. Твой удар «левой» меня выручил… — О чём вы тут шепчитесь? — Приподнял бровь подошедший Геракл. — Герк, привет, сто лет тебя не видел. — Обнял кузена кудрявый блондин. — В Афины иду. Мне один друг денег должен. — Там живёт моя знакомая Кассандра. — Кассандра, что из Атлантиды? Мне есть, что ей предложить. — Ухмыльнулся Салмоней. *** На протяжении всего пути Геракл заметил, что Илоран сам не свой, одно то, что он идёт тяжело, опираясь на длинный посох. Геракла насторожило состояние кузена. Будто стеснялся или прятал что-то. — Мне в Афины до праздника Афродиты нужно, я и так эту ночь почти не спал. Ох, мужики, давайте остановимся, мне плохо, жарко, и я очень пить хочу. — Илоран присел у куста рядом с небольшим ручейком. — Расскажи всё, всё равно узнают. — Шепнул на ухо Илорану Салмоней, пока Геракл и Иолай набирали воду. — Да как я это сделаю? Что он обо мне подумает? Салмоней, я сам разберусь. — Ты в таверне уже разобрался. До Афин не дотянуть или в обратную посреди дороги… — Чего все шепчитесь, я не пойму! — Подавая флягу кузену, недоумевал полубог. — В общем, Геракл, я, как это сказать, порождение Гермеса и Афродиты и в интересном положении, а в Афины иду искать отца ребёнка. Ух. — С этого места поподробней. — Округлив глаза, потребовал Геракл. Иолай вообще не понял, что тут происходит. *** — Я омега, мой Амфитрион альфа. Ну знаешь же ты эту историю про отпрыска Гермеса и Афродиты, и лесной нимфы, в противовес нам, Аполлон и создал альф. Мы поженились во время празднований Вакха. Потом на деревню напали, Амфитрион попал в плен, а я узнал, что беременен. И ушёл искать мужа. Мы по запаху друг друга находим, у каждого индивидуален, я пахну ванилью и лаврушкой, и гранотом, мой апельсиновым маслом и жасмином с примесью перца. — Ответил на немой вопрос друзей Илоран. — И как часто у вас всё происходит, ну, «любовь»? — Спросил немного шокированный Иолай. — Да, весной и осенью на три дня. — Привал до завтрашнего утра. — Проговорил спокойно Геракл. *** Ночь была душной, и спать не хотелось. Илоран сидел на берегу реки и омывал ноги, так было легче. Периодически накрывая ладонью живот. — О чём задумался? — Подсел к парню Геракл. — О своём. Я понимаю, о чём ты хочешь поговорить. Я думал об этом. Амфитрион ни разу не дал о себе знать; либо у него не было возможности, либо я ему больше не нужен. Попрошу у него денег и для начала отправлюсь к Алкмене, они с Ясоном готовы меня приютить. — Вот тебе "на" матери ты сказал, а мне нет. — Он мне сказал. — Подошёл Салмоней, наполняя флягу водой. — Ладно, Иолай от всего всегда в шоке, но мы не чужие друг другу, Илоран! — Я боялся, что ты не поймёшь всего этого, что вот, всё вот это даже для тебя странно. Ой. Беспокойный что-то малышь последнее время. — Ошибаешься. Тем более ты всю беременность ходишь один. Как ты выжил вообще? Пойдём. Спасть уложу. — Я молился Гермесу и Афродите. Гермес пару раз навещал меня, а Афродита прислала Салмонея. Наверное. — У меня как раз есть пуфик, наполненный зерном. Удобно и полезно. Подарю. — Тараторил вслед Салмоней. *** Следующий день выдался спокойный, но жаркий. Пришлось пару раз останавливаться для отдыха. На что очень ворчал Иолай. В Афины они добрались ближе к ночи. Шумный большой город, освещённый факелами. — Амфитрион! — Крикнул, увидев одного из легионеров, Иландер. — А-а. Это ты. — Сухо сказал легионер, скрестив руки на груди. Это был человек одного роста с Гераком, носом с горбинкой, пушистыми бровями и небесно-голубыми глазами. — Я. Пришёл поговорить. От тебя нет вестей очень долго… — От кого нагулял ребёнка, раз меня долго не было? — Ты забыл, что мы с тобой были вместе три дня, когда у меня течка была. Если мы тебе не нужны, дай мне денег сколько хочешь, и я уйду… — Я почему-то не уверен, что дитя моё, и ты ломаного гроша не получишь. Уйди! Когда компания скрылась за поворотом, вместо Амфитриона возник смеющийся Страйф. — Как, как он мог во мне усомниться! Я же люблю его. — Почти рыдал Илоран. — Весь Рим такой. — Вздохнул Иолай. — Он не стоит ни твоих слёз, ни того, чтобы быть отцом ребенка. — Пойдём, слёзы лишь вода. Ты своей истерикой сделаешь плохо ребёнку. Идём. — Нежно обнял кузена Геракл. *** — Я знала, что вы придёте. Проходите. Жилье Кассандры оказалось светлым и просторным. За чёрным бархатом была комната предсказаний. Из неё вышел человек, по одеянию римлянин. — Илоран! Афродита! ЭТО ТЫ! Амфитрион подлетел к парню, опустился перед ним на колени и стал целовать руки. — Ты живой! — Я же видел тебя на улице, ты сказал, что ребенок не твой и ты меня видеть не хочешь. — Илоран был несколько ошарашен. — Я здесь целые сутки. Мне на рынке сказали, что деревня сгорела, а ты беременный погиб. Командир легиона отправил меня сюда. Нас переводят в Галию, в Лютецию. — Альфа поднялся на ноги, обхватив лицо омеги руками. — Значит, в Галию, моё солнце и звёзды, мы с тобой. Поцелуй был крепкий и нежный. Оторвавшись от губ омеги, руки альфы накрыли живот мужа. — Какая милота. — Улыбался, глядя на эту сцену, улыбался Салмоней. — Тогда кто же устроил нам такую подлость? Солнце и звёзды. — Не важно, миленький. Теперь мы вместе. Ты же мне расскажешь, что с тобой было. — Страйф, подручный Ареса. С жиру бесится. — Заключил Геракл. — Сейчас все ужинать и спать. Голубки останутся в доме, а остальная компания придётся в хлеву ночевать, там сено мягкое. — Заключила Кассандра. *** — Тебя не хватятся? — Спросил взволнованно Илоран. — Нет. Весь гарнизон на ушах стоит: кто семейный пожитки собирает, кто холост, ах-ха, ну сам понимаешь, где могут быть. — Снимая доспехи, проговорил Амфитрион. — Что это такое у тебя? Это они с тобой так! — Взволнованно и плача проговорил Илоран, увидев изрезанную шрамами спину альфы. — Да. Хотели в рабство продать. Вступился командир гарнизона. Перестань плакать, после всего, что мы пережили. Не разрывай мне сердце и не делай плохо ребёнку. — Амфитрион стал вытирать широкой ладонью слёзы омеги и целовать в макушку.       — Прости меня всё я успокоился. Я люблю тебя.       — Я тоже те. вас люблю. Солце моё и звёзды.       — Ой! Позови Кассандру. И Геракла… Больно.

***

      — Терпи! Немного осталось.- Поговорила Кассанда.       — Не могу больше! Я устал.       — Попей, гранатвый сок. Ты сильный. Справишся — Геракл дал стакан с соком.             Амфитрион разрывал простони на полотеце и тряпки, молясь богам.       — Ну что тут произходит? — Возникла Афродита в своём прозрчно розовом платье.       — Привет естрёнка.       — Привет.       — Издеваетесь над бедолагой. Не могли сразу позвать!- Афродита взяла у альфы смоченую в холодно воде тряпку и подойдя к Илорану вытерла том лоб и поцеловала— Успокойся, мой хороший. Всё уж закончилось, отдыхай.       Омега почуствовал как ушла боль, разался скийкрик и омега провалился в сон.

***

            —Как устроитесь в Лютеции напишите.- Прогворил Геракл прважая узена с мужем и ребёнком.        — Если будут проблемы, найдите двух галлов Астерикса и Обелиса. Они мне должны. Да и небольшой подарок для вас и маленького Салмонея- Салмоней достал небольшой кошелёк с монетами.       Когда Илоран и Амфитрион скрылись вместе с остальными. Геракл задал вопрос: — Откуда ты двух галлов знаешь и что тебя сподвигло отдать все зааботанные деньги?       — Расскажу по дороге в Фивы.