Часть 4
20 октября 2025 г., 18:19
Примечания:
М-м-м, я устал писать^^ надеюсь это интересно чем мне со стороны кажется))
— Пап? — сказал ФРГ негромко и посмотрел в сторону отца, который всё так же прикрывал собой сына.
— Всё хорошо. Стой тут, скоро вернусь, — сказал Третий и мельком взглянул в сторону младшего немца.
После чего не торопясь пошёл за США, гордо вскинув голову. Пройдя по коридору, Аме остановился возле двери и, надавив на ручку, пропустил немца вперёд. Сдвинув брови к переносице, Рейх поправил волосы, которые аккуратно лежали на плечах. Глубоко вздохнув, он произнёс, входя в притемнённую комнату:
— Чего тебе надо? Говори быстро… — сказал Третий, скрестив руки на груди и всматриваясь в глаза американцу.
— Ты как твой отец — никогда не любишь медлить, а переходишь сразу к делу, — произнёс Америка, заходя следом и прикрывая деревянную дверь. — Но ты только этим на него похож. — Неожиданно подойдя очень близко к Рейху, он взял его за подбородок, немного приподнимая голову арийца. Лицо Рейха обдало ментоловым дыханием.
Наглости Америки не было предела. Он не спеша оттягивал нижнюю губу немца, словно хотел убедиться, что у них в роду и правда одни клыкастые. Но всему есть предел. Эти манипуляции пришлись Рейху не по вкусу. Резко взмахнув рукой, он нанес несильный, но ощутимый удар по лицу американца. Это был скорее предупреждающий, чем угрожающий жест: не стоит нарушать его личное пространство.
— Не смей до меня дотрагиваться, иначе я сочту это за угрозу моей нации… — вздыбился Третий, словно ворон, готовый напасть.
Американец отступил на несколько шагов назад, схватившись за нижнюю губу, из которой сочилась тонкая струйка крови, пачкая подбородок и ладонь.
— Хех, вот как. Что-то ты не решился показывать свой характер при сыне. Я тут, видите ли, выпустил свои коготки… Хочешь его научить порядку? У меня есть сомнения на этот счёт, — сказал Аме, стараясь вытереть губу и сдерживая раздражение. — Ты, видимо, забыл своё положение, Рейх? Если нет, то просто молчи, слушай меня и не выводи на конфликт… — Но его перебили.
— Это ты трогаешь меня и пытаешься принизить моё достоинство, — почти прорычал немец на США.
— Ха-ха! — негромко рассмеялся Америка, видя удивление на лице немца, словно он сказал что-то очень смешное. — Ох, Немец… Я этого делать не буду, ты ведь сам скоро в ноги поклонишься. Но давай уже к делу. — Сделав паузу, США неспешно начал описывать небольшие полукруги вокруг Рейха, создавая, так скажем, неприятное давление и демонстрируя свою странную доминантность. — Я предлагаю тебе быть моим союзником, — протягивая руку в знак соглашения.
Глаза прищурились с подозрением.
— Допустим, я соглашусь. Что мне с этого? Не желаю принимать решения вслепую, — сказал Рейх, отстраняясь от руки, словно речь шла о сделке с дьяволом.
— Всё справедливо: я буду рассматривать твои предложения, уважать твою культуру. В обмен на это ты будешь меня во всём поддерживать, как в политических, так и в торговых делах, — пожал плечами Америка с ехидной улыбкой.
— Прошу прощения, что делать? Это то же самое, что устроиться проституткой в бордель! — прорычал Рейх, выпрямляясь и давая понять Америке, что его предложение отклоняется. Фюрер не принимает его оферту. — Нет — это мой окончательный ответ, так как тебе верить нельзя.
Американец отпустил руку, и его лицо мгновенно стало холодным, на нём не осталось и следа наигранной доброжелательности. Рейх, повернувшись спиной, двинулся к двери. Когда его рука потянулась к ручке, он понял…
«Заперто?!» — подумал немец про себя, чувствуя взгляд Аме, прожигающий ему спину. Ощутив дыхание на затылке, он покрылся мурашками. — «Чёрт, что ты задумал?» — проглотив комок в горле, проговорил он про себя. — Выпусти меня! — сказал он, не поворачиваясь к капиталисту.
— Выпущу… — прошептал Америка над ухом, прижимая его к двери. — Когда согласишься с моим предложением. — Его свободная рука мигом закрыла рот фрицу. — Укусишь — я выбью тебе зубы и скажу, что ты покушался на мою жизнь, — глаза его сверкали в полумраке кабинета.
«Бесхребетная тварь. Пользуется моим положением ради своей выгоды» — мысленно проклинал Рейх, чувствуя, как рука скользит по его бедру.
— Интересно… Каков ты в постели… Хех… Может, нам стоит это сейчас проверить? А, Рейх? — произнёс Американец, не спеша расстёгивая его брюки. Третий попытался вырваться.
Неожиданно дверь открылась, и Рейх чуть не упал на пол, а Америка уверенно стоял на ногах. Немца подхватили под руки, и он увидел знакомое тату на сильных ладонях. Глаза его расширились от удивления.
— Может, и проверим, — неожиданно раздался низкий бас над головой нациста, которого прижали к груди.
«Запах сена, мороза и табачных сигарет… Союз…» — пронеслось у него в голове, и что-то болезненно сжалось внутри.
— Снова пытаешься добиться желаемого глазными методами? — Голос СССР был громким и грубым, как и положено настоящему лидеру. Он наблюдал, как американец выходит из комнаты и останавливается в шаге от них.
— Ну, Союз, ты же знаешь, я ничего не делаю против воли человека, — соврал он и даже не покраснел под суровым взглядом коммуниста. СССР хотел было врезать ему, но не желал провоцировать конфликт с капиталистом.
Америка, улыбаясь, заметил младшую версию СССР, который стоял рядом с ФРГ и о чём-то дружески беседовал. Хотя они явно были знакомы всего несколько минут. Или ему так показалось. Россия же стоял в шапке-ушанке, с длинными волосами, которые он даже не удосужился заплести в хвостик или как-то иначе, и в куртке поверх клетчатого шарфа.
— О-о-о, хм. Как я погляжу, у тебя появилась мини-копия, СССР. Может, познакомишь нас? — спросил он, глядя прямо на преемника Союза.
— Заткни свой капиталистический рот, — сказал Россия, держа руки в карманах и прожигая его взглядом. — Я прекрасно всё слышал за дверью. Не хочешь лишиться своего смазливого лица или пропустить совещание, которое вот-вот начнётся? — произнёс он, прожигая его голубыми глазами, а на лице виднелись веснушки.
Ответ России заставил замолчать США, а у СССР вызвал гордость, и тот невольно улыбнулся, всё так же придерживая немца на своей груди.
— Настраиваешь его против меня? А, СССР? — решив не слушать коммуниста, американец поспешил уйти из гнетущей атмосферы, которая заставляла его отступить. Рейх же замер на месте. Голос России, как и его холодный характер, невольно испугали его.
— Встреча прошла не так, как хотелось, но всё же… Давно не виделись, Рей… — обратился СССР к немцу, который неспешно поднял голову, чтобы рассмотреть спасителя. На лице Савы была улыбка, которой он часто встречал Третьего.
Внутри всё затрепетало, и Рейх рассеянно улыбнулся.
— Хех! Ты вечно приходишь с сюрпризом, Сава. — Отстраняясь от коммуниста, он подметил: — О мой фюрер, да тебя разнесло в разные стороны.
— Меня разнесло?! Каким боком разнесло?!
— Не я стал под два метра с копейками в росте, что теперь нужна стремянка, чтобы до уха докричаться, — сказал он, скрестив руки на груди. Диалог был дружеским, словно ничего не изменилось и они не расставались на 5-10 лет.
«Ха-ха… Всё же СССР ничуть не изменился характером: добрый, справедливый. Настоящий. И детьми обзавёлся, его мечта сбылась…» — Рейх вдруг померк от собственных мыслей.
— Рейх… — СССР повернулся к сыну. — Сходим, погуляем где-нибудь до собрания? Нам нужно поговорить.
— Угу! — кивнул младший русский, схватил ФРГ за плечо и потащил его по коридору, повергнув в шок самого Геру.
— А-а-а… — протянул руку Третий, пытаясь остановить сына, но на его плечо опустилась рука коммуниста.
— Не переживай, с твоим сыном ничего не случится. Россия — хороший мальчик. Не бойся. Если ты не против, поговорим о делах чуть позже. Успеем, — сказал СССР, ожидая ответа друга.
