Прикоснись

Утро этой пятницы вполне себе обычное, ничем не приметное. О́н уже через это проходил, поэтому в некотором даже радуется предсказуемости и понятности рутины. Спешить некуда, идти до школы буквально пять минут, а до магазина и того меньше. Осталось дождаться Олега, он вот вот должен спуститься. Им повезло жить в одном доме, хоть и разных подъездах, потому каждое утро они могут идти вместе в школу, а по пути у Магнита прихватить и Шантера. Перф и Ждунишка живут подальше, да и учатся в параллели, поэтому встречаются они только в школе. Дверь пиликает, а потом выходит лучший друг О́на — Олег. Он мягко улыбается, обнимает в знак приветствия и поправляет шапку на голове. О́н едва растягивает губы в ответной улыбке и наконец-таки они вместе идут к магазину. Нужно купить что-нибудь на перекус, зная, что Шантер, проголодавшись, его съест на четвёртом-пятом уроке, а потом будет щебетать о всякой ерунде. Как всегда, впрочем. Это знакомо, понятно и привычно. Такие вещи даже приподнимают настроение, ведь в его жизни, вечной гонке за достижениями, совершенством и идеалом — место обычным, ничего не значащим делам мало. Каждый день забивается подготовкой к экзаменам, волейболом и учёбой. Все это смешивается в убийственный коктейль тревожности, который О́н пьёт стабильно раз в день, вечером перед сном. — Ты же спал надеюсь? Во сколько заснул? — Спрашивает Олежка, заметив как О́н зевает, прикрывая рот рукой. Парни остановились у светофора, ожидая, пока загорится зелёный. Снег медленно кружится в воздухе, это красиво, а ещё радует, что на улице не так холодно, как ожидалось. — Ну, где-то в час заснул. Может, пол второго. — О́н пожимает плечами. Поздно ложиться спать — для него обыденность, столь привычная и незаменимая, что без неё уже никуда. Всё-таки подготовку к экзаменам отменить нельзя, даже если до них ещё где-то год. Медицинский — это довольно серьёзно, поэтому О́н должен хорошо написать экзамены и закончить одиннадцатый класс в будущем. Нельзя подводить отца. Пусть даже если Рогатый не хочет идти именно в медицинский, выбора особо нет, да и если не медицина, то куда? — Когда-нибудь, ты будешь ложиться раньше. — мечтательно вздыхает друг рядом, начиная идти, ведь им дают зелёный. О́н идёт следом, догоняя Олега, задумываясь о школе, об оценках, волейболе и всей такой ерунде. — Не в ближайшее время до выпуска. Отец с меня шкуру спустит, если начну пропускать подготовки. — Это правда. Александр, отец О́на, записал его к репетитору по нескольким предметам. Так же хотел, чтобы сын бросил волейбол, сосредоточившись на учёбе, но отнять у О́на спорт не получилось. Тот упрямо стоял на своём, как отстаивал однажды своих друзей. А точнее, право с ними общаться. Зато теперь отец требует от него победы, ведь если не будет призов за первые места, О́ну придётся бросить. Только так отец согласен. А в Феврале как раз соревнования против Москвы. Они не должны проиграть. О́н не хочет бросать. — Ты только на тренировке не переусердствуй... — Мягко тянет Олег, видимо прочитав мысли О́на. А Коралловый кивает, немного раздражаясь. — До соревнований ещё почти полтора месяца, думаю, мы успеем хорошо подготовиться. — Должны. Это время нужно использовать по максимуму. — Кивает О́н, когда они заходят в магазин. Проходит к стенду с выпечкой, смотрит, что тут есть, замечает сосиски в тесте и набирает их пару штук. Ждунишка будет им рад, два или три урока, не будет ныть о голодающем желудке. Олег тоже берёт булочку, кажется, с ванилью, а потом парни идут в сторону напитков. Тут вспоминается, как в этом отделе они встретили Чупепа перед уроками пару дней назад. Чуп отчего-то раздражающий. Молчаливый, вечно закатывающий глаза, стоит кому-нибудь что-то сказать и сторонящийся людей. Хотя Шантер, вроде, нашёл с ним язык, потому что тот, по всей видимости, не против компании Шантерпура. О́н же пока не идёт на контакт, молча наблюдает со стороны за тем, как Чупеп пытается найти своё место в их классе, но больше похоже на то, что он и не стремится к этому, предпочитая уединение с собой другим людям. Изредка разве что позволяет Шантерпуру или иногда Ждунишке, заводить с ним диалоги и даже поддерживает их какие-то ничтожные пару минут. О́н чаще всего смотрит на это со стороны, подозрительно щуря глаза. Вот, вроде бы, новенький вполне нормальный, но что-то как будто не так. А что конкретно, пока не понятно, Рогатый не успевает ухватиться за эти странности. А потом к ним подходит Ждунишка, весь такой позитивный и энергичный в чёртовы восемь утра, сияющий своей улыбкой. О́н пожимает ему руку и они все втроём идут на кассу. — Бля-я-я, — Тянет вдруг Ждунишка, когда они выходят на улицу. — У нас же контрольная по химии сегодня... Олежка, поможешь? Олег смотрит на него устало и укоризненно, но О́н знает, что друг всё равно ему поможет. У О́на совсем мелкие и почти незначительные проблемы с химией, физикой и тому подобным предметам, тем временем когда Олег весьма неплохо их знает. О́н даже пару раз подходил к нему за помощью, заметив при этом, что Олег довольно хорошо может объяснить ту или иную тему. — А сам когда готовиться начнёшь? — Всё же спрашивает О́н вопросительно выгнув правую бровь с пирсой. Ждунишка смотрит в ответ, машет на него рукой, повернувшись к Олегу. А О́н закатывает глаза от такой наглости. — Я вчера к этому Английскому готовился пол вечера. — А потом О́н вспоминает, что английский у них был вчера, сам он домашнее задание сделал без колебаний, а факт того, что Ждунишка начал делать домашку заранее, весьма удививляет. Обычно он откладывает всё до последнего. Или, если память О́на его не подводит, Ждунишке, возможно, давали дополнительное задание, для оценки, которое учительница велела принести уже сегодня. Да, тяжело приходится другу. — Горе ты мое луковое, помогу конечно же. — Отвечает ему Олег, и потом сгребается Ждунишкой в благодарные объятия. Олежка мягко похлопывает того по спине, не скрывая своей улыбки. Ждунишка ужасно тактильный человек, это все поняли ещё в детстве, когда он постоянно хватал то О́на за руку, то Яшу с Шантерпуром или Перфом. — Спасибо! Вот, что называется настоящие друзья, а не то что ты, душнила, О́н. — Это просто шутка, Ждунишка черными глазами смотрит на О́на и качает головой так, будто тот и правда никогда не помогает. Да, О́н, конечно, прочитает нотацию, а потом попытается объяснить тему, чтобы Ждунишка, смог в дальнейшем сделать всё сам, но конечном итоге то, все равно поможет. — Ой, всё пошлите. — За О́н даже не заметил, как парни доходят до самой школы. Первым уроком стоит информатика, ничего сложного или непонятного, да и есть вероятность, что они будут смотреть какой нибудь мультфильм, если учитель окажется в хорошем настроении. Кабинет информатики на четвёртом этаже, ждать пока его откроют приходится чуть ли не до самого звонка, потому что учитель имеет привычку где-то зависать на переменах, а ключи брать не разрешает. Поднявшись на нужный этаж, троица идёт по коридору к правому крылу, уже слыша разговоры одноклассников. А когда доходят, занимают место у крайнего подоконника, О́н усаживается на него и аккуратно прислоняется к стеклу, смотря в потолок. — Как вы думаете, если бы мы оказались в средневековье, кто бы первый умер? — Вдруг спрашивает Ждунишка, а О́н усмехается, думая, что это был бы сам Ждун. Или Перф, с его русыми волосами. В то время не принимали людей, отличающихся от каких либо канонов, а тех, кто ярко отличался внешностью, сжигали на костре. — Ты. — Честно отвечает О́н, а Черный хмурится. — Скорее бы сказал чего-нибудь глупое или родился бы в этой жизни с зелёными глазами. — Но я же не ведьма... — Да, но тогда время в принципе было сложное. — Мне кажется, я бы сдох от какой-нибудь чумы. — Как хорошо, что мы не в средневековье. — Выдаёт Ждун и улыбается, посмеиваясь в кулак. Если так подумать, то Олег бы мог бы продержаться подольше, чем те же самые Яша или Шантер. А сам О́н бы наверное умер от чумы, неповиновения или чего-нибудь такого. И правда, хорошо что они не в средневековье. До начала урока около десять минут, большая часть класса уже собралась, отсутствует всего пару человек. А потом О́н замечает идущего к соседнему, никем не занятому подоконнику, Чупепа. Тот выглядит устало, синяки залегли под глазами, а волосы собраны в неряшливый пучок, из которого несколько прядей падают прямо на лицо. Он то и дело поправляет их, но волосы вновь и вновь лезут в лицо. Чуп ни с кем не здоровается, ни к кому не подходит, просто запрыгивает на подоконник, начиная вилять ногами и утыкается в телефон. Парни его тоже замечают. — Мне кажется, он чувствует себя некомфортно. — Говорит Ждунишка немного тише, поглядывая на новенького. — Хотя, возможно, времени слишком мало прошло, чтобы он смог подружиться с кем-то. — Да он в целом и не горит желанием это делать. — О́н пожимает плечами, неосознанно начиная мотать ногами туда сюда. — Сам же очевидно сторонится людей. Вон, сколько раз Яша и Куст пытались как то с ним подружиться, в свою компанию загрессти. Очевидно, он держит дистанцию. — Это да... — Кивает Ждунишка, а потом направляется прямо в сторону Чупепа, видимо решив, что должен помочь с вливанием в коллектив. О́н наблюдает, не удивляясь безразличию и апатии на лице Чупепа, когда Ждунишка пытается завести с ним разговор. Очевидно, получается из рук вон плохо, потому что, спустя время, он все-таки возвращается. — Ну и ладно, будет волком одиночкой. — Скорее всего ему и правда нужно время. — Олег запрыгивает на подоконник рядом с О́ном, а потом замечает пришедших к ним Спедака и Перфа. — Вы чего опять по школе мотаетесь? На урок, опоздаете.. — Да нам скучно. — Отвечает Дио и тоже садится рядом. Спедак затем вновь залипает в какую то игрушку, а когда проигрывает, поднимает взгляд и кивает парням в знак приветствия. — Да и тем более у нас физра сейчас, не опоздаем.. Парни и правда в физкультурной форме, немного легко одетые для четвёртого этажа с хромающим отоплением. О́н пожимает Спедаку руку, замечая его холодные пальцы и качает головой. — Хоть бы кофты накинули, только попробуйте с температурой слечь, гады, тренировки пропускать нельзя. — Говорит О́н хмурясь, пытаясь замаскировать искреннее волнение о товарищах и посещаемости тренировок. Хотя, признаться честно, и то, и то будет плохо, что они видимо понимают и важно кивают О́ну в ответ. — Никаких болезней, капитан. — Отчитывается Перф, а потом зевает, видимо тоже не выспавшись. О́н зевает следом, прикрывая рот ладошкой, а за ним Яша, Ждунишка и Шантерпур. — Шикарно, все зевнули. — А не зевни ты, не зевнул бы никто. И вообще, спать надо, а не рубиться в телефон до поздна. — В этот раз ворчит Спедак, в привычном тоне обращаясь к Перфу. Тот ему кивает, соглашаясь, а потом убирает телефон в карман, смотря на него уставшими глазами. Красными, уставшими глазами. — Вообще офигел. Ты хоть спал? — Да, заснул где-то в час. — О́н хмурится, привыкший к тому, что у него одного такой сбитый режим. Тот краем глаза видит как Чупеп продолжает мотать своими ножками, это даже немного отвлекает. — А что так? — Всё же спрашивает О́н, на что Олег просто пожимает плечами, а Яша отвешивает ему подзатыльник. Чтобы дурью не маялся. С каких пор Яша записаласльв мамки, О́на тоже интересует, но он решает помолчать. Ученики десятого «А» класса уходят на свой урок, а Яша, О́н и Ждунишка проходят в кабинет, когда учитель его открывает. Их информатик — мужчина странный. Юмор его никому непонятен, а система оценивания вообще хромает. О́н так и получил однажды четвёрку, даже не смотря на то, что не сделал ни одной ошибки. Вячеслав Петрович тогда объяснил это тем, что О́н написал без ошибок при помощи класса, вот и заниженная оценка. Ребята конечно отвоевали эту заслуженную пятёрку, потому что О́ну никто не помогал, но теперь информатик рогатого не очень то любит. Параллель ему, очевидно, нравится больше. Урок проходит тихо, без всяких происшествий, любящих случаться именно на уроки информатики. Вячеслав Петрович вызывает к доске пару учеников, ставит оценки, опять странным образом. А потом замечает новенького. — Чупеп, давай-ка, к доске, проверим, заслуженная ли была четвёрка в той школе. — Говорит мужчина, а О́н замечает, как Чупеп встаёт из-за своей последней парты с третьего ряда и направляется к доске. Выглядит, как великомученик, отправленный на войну, в самый центр битвы. Он мнётся у доски, молча смотрит на учителя, объясняющего ему задание, а потом кивает и начинает решать. А Вячеслав Петрович решил дать ему задания с прошлого урока, алфавитный подход. Предварительно выяснив, что ученик тоже проходил эту тему, он диктует ему задачу. О́н тоже решает своими силами, а потом сверяется с доской. Чупеп, встав на носочки, молча, а главное, правильно, пишет решение. Учитель тоже наблюдает, оценивает, а потом смотрит на такой же тихий класс. Альбинос впервые за весь день кажется что-то говорит, потому что его голос звучит хрипло, так будто только-только проснулся. Он просит проверить задание. — Так, ну ты молодец в целом, видимо, всё же оценка заслуженная. — Информатик поправляет очки, а потом берёт классный журнал в руки собираясь написать оценку. Чупеп кивает, отряхивает руки от мела, при этом поправляя свои митенки и садится за парту. О́н же отвлекается на учителя, рассказывающего о новой теме, по которой у них скоро будет контрольная. А после неё Вячеслав Петрович даст классу темы для презентаций. Ждунишка сзади возмущённо мычит, не будучи любителем таких заданий, а Олег никак не реагирует, просто записывает задание в дневник. Это же делает и О́н. ‌До звонка остается пару минут, учитель немного, расслабившись, решает провести остаток урока за разговорами о своей жизнь и молодости, — очень странной молодости. Вячеслав Петрович даёт домашнее задание и заканчивает урок прямо со звонком, решая не задерживать старшеклассников. О́н за это благодарит, потому что на следующую Физику опаздывать не хочется от слова совсем. Учитель закрывает класс на перемену, а весь десятый «Б» спускается на третий этаж. Тут есть стол для пин-понга, что несомненно, является плюсом, ведь можно себя немного развлечь себя на— иногда — до ужаса скучных переменах. О́н закидывает рюкзак в класс, заодно прихватив лопатки и зовёт Олега и Ждунишку в коридор. — Давайте поиграем, пока время есть. — Говорит он, подкидывая лопатку и сразу же её ловя, довольно улыбается, когда парни подходят к столу. — Может ещё и Спедака с Перфом позовём. Олег поднимает взгляд с телефона, видимо, уже успев написать им и, пожимая плечами, отвечает: — Не, они готовятся к Географии. Их класс же не писал контрольную. Лохи, а мы уже прошли ад. — Костя хихикает, представляя страдания десятого «А» класса. У них, между прочем, последний урок географии отменили, а у «Б» класса — нет, поэтому они и писали контрольную. Сегодня, по идее, должны по ней сказать оценки. О́н почти не волнуется, будучи уверенным в своих знаниях. — Как думаешь, на что написал? — Спрашивает Рогатый у Олег, а тот пожимает плечами, отбивая запущенный О́ном мячик. — На четыре может быть, но скорее всего на три. — Олег внимательно следит за мячиком, пока О́н готовится его отбивать, Ждунишка, стоящий ровно посередине, наблюдает за игрой. — Тема так то понятная была. Надеюсь сегодня будут карты... — Возможно, — Кивает Олег и отвлекается от игры, смотря куда то в сторону кабинета напротив. Кажется, оттуда кто-то вышел, но у О́на нет времени на это, потому что игра ждать не может. Тот вновь отбивает мячик с звонким звуком, отправляя его к Олегу, ожидая разрешения игры. — Поиграть хочешь? — Не отказался бы, — Звучит рядом голос Чупепа, удивив тем самым О́на. Мячик мечется с одной стороны на другую, скорость нарастает, а чистота отбитых мячей пропадает. В какой то момент Олег всё же промахивается и мячик падает на пол. — Ни разу не играл, хотелось бы попробовать. — Сейчас тогда мы, — Отвечает ему Олег и улыбается, О́н же на него не смотрит, наблюдает за Чупепом, упорно игнорирующего старосту. — На следующей тоже можем поиграть. — Ты потом обязан поиграть с О́ном! — Улыбаясь, встревает в разговор Ждунишка, а потом передаёт лопатку О́ну. Тот всё же встречается взглядом с О́ном, пожимает плечами, вертит в руках почти невесомую лопатку и встаёт у края стола. Рогатый садится на лавочку у окна вместе с Олегом, обзор хороший, ведь стол стоит прямо напротив окна, поближе к стенке. — Он у нас что-то типо короля, никто обыграть не может. — Посмотрим, — Олег подкидывает мячик и направляет на другую сторону стола, Чупеп готовится отбивать и конечно промахивается. Хмурится, не обращая внимания на ухмылку О́на, подбирает упавший на пол мяч и пробует отбить. Выходит так себе, но для того, кто ни разу не играл очень даже неплохо. — Сразу видно и правда новичок. — Комментирует Ждунишка, когда Олег отправляет мяч вновь на сторону Чупепа. Ждунишка достаёт телефон, заходит в общую группу и начинает записывать кружок. — Чур я болею за Чупепа, а ты за Олега. — Ждунишка,кажется, и правда верит в удачу новичков. Ну, а новичок в этом деле справляется даже не так уж и плохо, как О́н ожидал. Тот играет почти на уровне О́на, заставляя Олега напрячься, лишь бы не пропускать свой ход. Чупеп резко двигает тонкими запястьями, сосредоточенно хмуря брови, не обращая ни на что внимания, отбивает мячик с каждым разом всё резче и резче, из за чего, в какой то момент, Олег всё-таки пропускает один. — Что-то не верится, что в первый раз играешь. — Комментирует О́н, впервые обращаясь к Чупепу. Тот смотрит на него нечитаемым взглядом, моргает пару раз, а потом пожимает плечами. — Я просто видел как вы играли, пытался повторить.. — И О́н даже подозревает, за кем он повторял. Всё-таки, этот резкий и быстрый стиль игры только у него, и О́ну почти льстит, что с него берут пример. — У меня в школе таких не было. По коридорам разносится звонок, заставляя Чупепа вздрогнуть и почти выронить лопатку из рук. Он отдаёт её Ждунишке, идёт в кабинет, а следом за ним идут и остальные. О́н задумчиво смотрит Чупепу в сгорбленную спину, видя как тот поправляет пучок на голове. Всё время с ним ходит, волосы довольно не слишком длинные, где-то до плеч. Вспоминаются даже пару случаев, когда некоторые учителя отчитывали его за длину волос. О́ну, в целом, всё равно. Физика, и учительница, познакомившись с новеньким, продолжает объяснять тему прошлого урока. О́н, на самом деле, любит Ольгу Владимировну , объясняет понятно, относится к ученикам на равных и оценки так же выставляет. Бывает немного злится, может поставить особенно обнаглевшего ученика на место, к своему предмету относится ответственно. Женщина любит пошутить, зная, когда это лучше делать. В классе её любят, даже не смотря на частые проверочные работы. — Так, ну, на оценочку у доски быстро кого вызвать? Хм, может наш Альбинос выйдет? Как раз посмотрим что ты там у нас знаешь. — О́н хмыкает, думая, что сегодня новенького обязательно спросят все учителя. — О, не смотри на меня таким недовольным взглядом, некоторые учителя говорят, что, не смотря на молчаливость, ты всё хорошо знаешь, вот, решила проверить. Живее, тридцать второе задание решай. — Может быть, и знаю, но не горю желанием отвечать у доски. — Отвечает Чупеп, беря учебник и задачник по физике в руки. Тот хмурится, всё ещё недовольный, сдувает с лица непослушную прядь и всё же направляется к доске. Олег переглядываются с О́ном, а потом оба вновь погружаются в работу, наблюдая за одноклассником у доски. Чупеп...не выглядит как тот, кто старается ради учёбы. На первый взгляд кажется, что его вообще ничего не волнует, он будто не в этом мире с вечным выражением апатии и усталости на лице. Но, видимо, всё же что-то да смыслит, ведь за все три дня, что он учится в их классе, ещё ни разу не получал двойку или тройку. Но и пятёрок не было. О́н почти раздражается при виде его беспечности, но делает выбор не сосредотачивать на этом вниманиие Тот решает задание, в классе тишина, а Ольга наблюдает за ходом решения на доске. О́н тоже смотрит, пока что не замечая ошибок. — Ты откуда к нам, кстати? — Спрашивает учительница, когда Чупеп заканчивает с один из номеров. Белый вертит мел в руках, смотрит на неё, размышляя пару секунд и отвечает: — Из Сочи. — Немногословно отвечает тот, потом смотрит на доску, думая вернуться к решению. Чупеп вновь убирает лезущие в глаза волосы и смотрит в учебник. — Нравится то в нашей школе? — А Ольга Владимировна не унимается, видимо, заинтересованная в новом ученике десятого «Б» класса. Хотя, О́н с ней солидарен, почему-то хочется узнать, какое впечатление об их классе сложился у новенького. — Мне нравится пин-понг, только ради него и буду приходить в школу. — И приподнимает руки в честном жесте, вызывав учительницы смешки. — В тех школах, которых я учился до этого, его не было. — Не все школы могут себе его позволить, так что не удивительно. Ладно, всё решай, а потом будешь играть в свой пин-понг, может и О́на обыграешь. — Комментирует женщина и смотрит на Кораллового, славящегося чемпионом пин понга и волейболом в их школе. А вообще, если вспомнить, то в 9 классе и правда было что-то вроде чемпионата, когда вся школа приходила, играла друг против друга, а О́н вышел в этой игре победителем. Это воспоминание греет душу, пускай и шуточную грамоту за первое место повесить на стенку нельзя. Чупеп же выгибает бровь, продолжая дописывать уравнения, а класс вспоминает прошлый год, переговариваясь между собой тихим шёпотом. А О́ну вспоминается прошлое лето, проведённое вместе с парнями в двух недельном лагере. Когда экзамены были сданы, ребята выпросили у родителей деньги на путёвки, пополнив коллекции общих фоток и воспоминаний. — Я решил, — говорит Чупеп, а О́н, подняв голову, смотрит на доску, замечая в предпоследнем номере ошибку. Видимо, учительница тоже замечает, поэтому заставляет Чупепа переделывать его. — Так? — Да, хорошо. Садись, четыре. — Чупеп кладёт мел в коробочку на столе и уходит к себе за парту. О́н больше не наблюдает за действиями у доски, решает номера самостоятельно, а потом относит их учительнице, когда она просит показать его решение для оценки. Ставит заслуженную пятёрку. Физра в эту пятницу у их классов совмещённая, что только поднимает настроение. Совместный урок с Олегом и Перфом напоминает о времени, когда компания ещё училась в одном классе, не разделяясь на маленькие подгруппы. Тогда, как и сейчас, с тех пор не многое поменялось, детские игры, смех и почти наивная вера в людей спасали О́на от страха перед отцом. Всё-таки хорошо, когда рядом есть настоящие друзья. А совместный волейбол и того интереснее. Классы делятся на две группы и собираются играют друг против друга. — Ну, что, О́нчик, готовься. Щадить мы тебя не будем. — Говорит Спедак по ту сторону сетки, а О́н ему азартно улыбается в ответ. Десятый «А» класс не такой спортивный, как их, однако это не мешает ему неплохо играть. Некоторых ребят тот был бы даже не против видеть в волейбольном кружке, но те, очевидно, не горят желанием. Тренер стоит у окошка и поглядывает на десятиклассников, записывая что-то на бумагу. Пока что игра не начинается, но за спиной Олег и Перф очевидно соглашаются на вызов, а когда О́н краем глаза замечает щёлкающего пальцами Чупепа, ему думается, что это будет интересно. Вот, звучит свисток, и начинается игра. Школьный волейбол О́ну нравится своей беззаботностью. Когда играешь просто потому что весело, потому что рядом друзья, а соперники увлечены игрой так же сильно как и они. Перф и Олег заметно прокачали свой стиль игры, блок Олега пробить становится тяжелее. О́н пасует, а Спедак, взлетающий за мячиком, пробивает по нему и зарабатывает им очко. Они вырвались вперёд, и это не может не радовать, особенно, когда О́н ухмыляется по-доброму закатывающему глаза Перфу, подогревая азарт и соперничество. Сейчас его очередь делать подачу, поэтому, вспоминая все пройденные тренировки, О́н отправляет мячик на другую сторону. Тот летит не совсем так, как нужно, но прогресс есть, поэтому Рогатый возвращается на место, когда перф принимает мяч. Он летит в сторону связующего, а когда тот пасует, то замечает взлетевшего в воздух Чупепа. Чупепчик, вопреки своему небольшому росту, прыгает высоко, да и выглядит неплохо, можно даже подумать, что тот вероятно и до этого занимался волейболом. Не прыгают так, как прыгнул Чупеп люди, совсем не знакомые с волейболом. Это невольно заставляет О́на задуматься, а потом удивлённо приподнять брови, ведь Чупеп заработал им ещё одно очко. Чуп играет хорошо, даже не смотря на внешнюю отстранённость, чувствует ритм игры и, очевидно, смог подобрать нужный момент для прыжка. О́н, не ожидавший от него этого, слегка впечатлён, а вот тот все равно остаётся таким же равнодушным. Что не скажешь о Ждунишке, тут же подошедшего к нему. — Это было сильно! — Сказал Ждунишка, а Чупеп пожал плечами, смотря в ответ ничего невыражающим взглядом. Ждунишка подходит к О́ну, всё ещё смотря на новенького, а потом переводит взгляд на друга. — Тот, вероятно, раньше занимался волейболом. Может, до сих пор занимается. Хорошо прыгнул. — Ждунишка перевёл взгляд на подошедшего тренера, велевшего всему классу построиться в ряд. Игры длились долго, О́н даже не заметил, как урок подошёл к концу, а до начала перемены осталось около 10 минут. Алексей Алексеевич заглядывает в их журнал, почёсывает свои усы, а потом поднимает взгляд на класс, встречаясь взглядом с О́ном. Тот смотрит в ответ, уже подозревая, что может быть в мыслях мужчины, а потом тренер говорит: — Чупеп, — И очевидно пытается найти новое лицо, поэтому названный поднимает руку. — Ты хорошо играешь в волейбол, занимался раньше? — Да. — Кивает тот, а подозрения О́на подтверждаются. Тут появляются мысли о новом игроке в их команде и ему даже становится интересно, но вместе с тем, где-то в области груди шевелится тревога. — С класса шестого занимался. — У нас есть волейбольная команда, не хочешь записаться? — Предлагает тренер Чупепу и вот это О́ну не нравится. Не смотря на то, что Чупеп показал себя как хорошего игрока, О́н ему не доверяет. Может, дело в подозрительности альбиноса, в том, что он вечно всех сторонится, а волейбол, — на минуточку, — командная игра. Капитан волейбольной команды поглядывает на, возможно, нового сокомандника, размышляя о дальнейшем развитии событий. — Не отказался бы. — Отвечает наконец тот, а О́н вздыхает. Даже не понятно от чего, от разочарования или от неизбежности. С другой стороны, кто знает, как дальше будут развиваться события. Чупеп может оказаться вполне полезным игроком. А может и нет, будет как Куст, прогуливающий тренировки всякий раз, когда не лень. — Ну, я тебя записываю? — Спрашивает Алексей Алексеевич для достоверности, а получив кивок и правда устремляет взгляд в тетрадку в руках. — Капитан волейбольной команды является О́н, он добавит тебя в группу по волейболу и скинет расписание тренировок. К нему все вопросы. А теперь все переодеваться. И класс уходит в раздевалки. О́нчик хмурится, обдумывая произошедшие события, пока переодевается, а потом встречается взглядом с карими глазами Олега. В них читается лёгкое беспокойство, но парень в ответ качает головой, отмахиваясь от ненужных вопросов. О́н поглядывает на белого,притаившегося в дальнем уголке раздевалки и пытается прочитать его. Хоть что-то, что выдаст к чему стоит готовиться. Но Чупеп — непробиваемая стена, за ней не достучаться ни до чего, не понять и не узнать. О́н никогда не был любителем перемен. Приходят слишком резко, меняют всё с ног на голову, а потом за ними приходится ещё и убирать беспорядок жизни. В команде будет очевидный беспорядок, а на адаптацию к новому игроку в ней уйдёт время. У каждого человека свои способности, таланты и история развития, а если остальные в команде изучены и уже понятны, то Чупепчик наш — нет. Если из-за него их команда начнёт проигрывать — будет плохо. Команда только вышла на новую дорожку, с неё нельзя сходить. А проигрывать О́н не может, отец не даст другого шанса. Планируется разговор с новеньким при первой проводимой тренировке. А ведь Чуп уходит из раздевалки никого не дождавшись, вновь включив в себе режим одиночки. О́на это откровенно раздражает, потому что такое поведение в команде будет вызывать проблемы, но О́н даже не успевает пойти за ушедшим, как рядом оказывается Олег. — Вот и наш новый игрок. — Олежка улыбается одними уголками губ, но улыбка не выглядит привычно мягкой. Скорее обеспокоенной. Это тоже невольно заставляет О́на напрячься. Перф подходит ближе, поднимает глаза с экрана телефона, внимательно осматривая обоих, а потом говорит: — О́н, хорош загоняться. И ты, Олег, тоже. Как будто впервые новый игрок приходит. — Качает тот головой, а потом вновь заглядывает в телефон, поправляя хвостик на затылке. — Да и он неплохо играет. — Я не загоняюсь, это во-первых, у меня просто плохое предчувствие. А во-вторых, как ЧУПЕП собирается играть, если на контакт ни с кем не идёт? Волейбол командная игра, как бы. — Ворчит О́н, всё ещё слишком отчётливо замечая закрытость новенького. Олег говорит, что нужно время, но откуда у него это время будет, если Чупеп даже приблизиться к себе никому не даёт. О́ну это всё ещё не нравится. — А мне кажется, ты слишком предвзято к нему относишься. — Отвечает ему Перф, убирая телефон в карманы брюк. Он вновь смотрит на рогатого, а тот закатывает глаза. — Ты ничего о нём не знаешь, да и он всего третий день у вас, думал он сразу же подружится с кем-нибудь? — Да он даже и не пытается. — Ворчит О́н из вредности, понимая, что отчасти Перф прав. Может, всё дело в том, что О́нище слишком сильно не любит неожиданности, перемены и, еще больше, неприятности... А от Чупепа этим всем так и прёт. — Он ровный пацан. В любом случае на тренировке и посмотрим, что, да как. — Вмешивается Спедак,который вышел из двери, смотря на О́на немного удивлённо и озадаченно. — Я ж видел удивление на твоём лице, когда он забил нам. Отрицать того, что у него есть способности ты не сможешь. — Всё зависит от того, как он будет реализовывать эти "способности" — Закатывает глаза коралловый, замечая что раздевалка опустела. Он видит боковым зрением Ждунишку переодевающегося рядом, так непривычно затихшего и всё же задумывается. — О́н, этот тип же уже часть команды, не будь с ним так жесток. — Встревает Спедак, до этого молчавший. О́н знает, что его волнует, но ничего поделать с собой не может. Тот всегда очень внимательно относился к переменам внутри команды, да и компании, особенно если они как то касаются О́на, он ведь знает немного взрывной характер лучшего друга, поэтому всегда старается сглаживать острые углы. — Всё будет хорошо. — Надеюсь. — Всё же сдаётся О́н, размышляя о том, что всё решится потом. На следующей тренировке, а если уж появятся проблемы, решать он их будет по мере их появления, вместо того, чтобы накручивать себя сейчас. — Ладно, пойдёмте. Ждунишка, до этого молча переодевающийся, встаёт с лавочки, выключает телефон и, устало вздыхая, вместе с компанией выходит из раздевалки. Какое-то время между парнями воцарилась тишина. Но не привычная, знакомая и комфортная, а какая-то отстранённая. Ждунишка выглядит задумчивым, Спедак тоже, а Перф и Олег идут сзади них и периодически переглядываются между собой ведя безмолвный диалог. Такое напряжение внутри их довольно болтливого круга бывает редко, но метко, всякий раз, когда у кого-то из них плохое настроение. О́н не скажет, что против Чупепа, просто всё же что-то его настораживает, а парни это, видимо, чувствуют, поэтому стараются не вмешиваться. Когда они выходят из школы, на улице большими хлопьями идёт снег. О́н раздумывает о волейболе, о медицинском, понимая, что не очень-то и хочет учиться на врача, но сказать против отца даже одно слово не может. Да и куда, если не медицинский? Двадцать седьмого февраля у них игра против Москвы, придётся хорошо постараться, чтобы выиграть, но, вспоминая прошлогоднюю игру, надежды на победы почти нет. Вероятнее всего, отец, из-за проигрыша, накажет его домашнем арестом, кучей дополнительных заданий и уроков, а потом, как вишенка на торте, запретит заниматься волейболом и, наверное, с позором заставит покинуть команду. О́н уже чувствует как внутри пышным, красивым и цветущим бутоном разрастается тревожность. О́н не может проиграть. Пусть у него отберут все грамоты, все пятёрки, даже лишите его статуса старосты, но забрать у него волейбол всё равно, что перекрыть ему воздух. Тот будет выкладываться на все сто, не спать ночами, учить уроки лишь бы получать удовлетворяющие отца оценки, но зубами, когтями вырвет победу у Москвы прямо из под носа. — О́н. — Зовёт его Перф, когда они доходят до их дома и останавливаются на тропинке между своими подъездами. Мр. Перфоратор смотрит хмуро, серьёзно и слегка устало. — Ты весь день на нервах. До игры есть время, мы справимся. Ты не один, помнишь? Мы команда. О́н вздыхает, расслабляя напряжённые плечи и спину. Хочется пожаловаться на усталость, больше моральную, чем физическую. Отец сейчас в командировке, но как только вернётся — вновь не будет сводить пристального взгляда с оценок и успехов сына, выискивая ошибки, промахи и недочёты. Будет упрекать в них, тыкать пальцем, напоминая о том, каким позором ему приходится О́н. — Помню... — Отвечает Рогатый, проводя рукой по волосам и немного устало, не скрывая своих эмоций улыбается Бежевому. — Прости за то, что заставил тебя поволноваться. — Знаешь же, что не могу не волноваться. — Хихикает в ответ друг, смотрит мягким, уже не таким грустным взглядом. — Когда отец приезжает? — Через две недели. — О́н мнётся с ноги на ногу, пряча руки в карманы куртки, ведь они уже начинают замерзать. — После прошлого собрания будто с ума сошёл. Перф обнимает его хлопает по спине, как это иногда делает мама О́на, а коралловый обнимает в ответ, думая, что очень устал. Лишь думает, но ничего не говорит. Перф итак всё понимает, а если понимает, значит ему и не обязательно всё озвучивать. Мама, наверное, ещё работает, вернётся только через пару часов, раньше бы О́н был только рад остаться один дома, но сегодня настроение такое себе. Одному оставаться не хочется. — Ладно, всё, давай по домам. — Спустя минуту обнимашек всё же говорит О́н, чувствуя себя получше. Перфоратор улыбается ему, смотря снизу вверх, а другой улыбается уголками губ в ответ. — Отдыхай, на тренировку без опозданий и поесть не забудь. — Хорошо, хорошо. Прям напишу тебе, когда есть буду. — Перф повторяет его привычку, закатывая глаза, но делает это даже как-то мягко и по-доброму, что злиться на него нельзя. О́ну повезло с друзьями. — Увидимся! И, уже в более или менее приподнятом настроении, парень уходит в сторону своего подъезда, перед тем, как открыть дверь, машет другу на прощание. Поднимается по лестнице, доходит до лифта, доезжает до своего этажа и, когда заходит в квартиру, устало выдыхает, чувствуя, как привычные стены давят на плечи.