I need you to stay

Kid LAROI & Justin Bieber — Stay

      Просыпаться с похмельем было тяжело. Очень не хотелось вставать с кровати, но пить хотелось сильнее. Минги медленно сполз с дивана, поднялся с колен и, держась за голову, болезненно отзывающуюся на каждое движение, добрался до кухни. Он взял графин и сделал несколько жадных глотков, закинув голову чуть назад. Когда он поставил его на место, глаза невольно зацепились за часы. 9:30. «Блять» — только и пронеслось в мыслях.       Ночь выдалась поистине весёлой. Группа выступила очень хорошо, живо, публика была в восторге, а участники после триумфального, как им показалось, выступления ушли в неудержимый угар. И Минги с ними. Как он мог оставить товарищей в такой важный для них всех момент. Юнхо тоже там был. Сон часто поглядывал на него со сцены, усердно перебирая струны на гитаре. И, кажется, Чону понравилось. Юнхо поддерживал Минги, хлопал и шумел вместе с залом, пританцовывая, смотрел только на него. Минги был благодарен ему за банальное присутствие. Он видел эти глаза, в которых отражался свет неярких ламп и блики дискошара. Ради этого чистого взгляда Сон Минги был готов на многое.       Когда выступление закончилось, Юнхо тихонько прошёл за кулисы и постучался в маленькую гримёрку. В ней было ужасно шумно, музыканты громко смеялись, что-то обсуждали и планировали предстоящий вечер. Сон заметил, как красноватая макушка заглядывает в щель между дверью и косяком, и быстро вышел в коридор.       — Вы были потрясающими, — с улыбкой сказал Чон, как только Минги прикрыл за собой дверь.       — Спасибо, — Сон аккуратно взял чужую руку. Кожа под огрубевшими от струн пальцами была нежная и прохладная. Минги потянулся чуть вперёд и едва ощутимо поцеловал. Он отстранился и заметил, как щёки и кончики ушей Юнхо, кажется, окрасились в розоватый цвет.       — Ты придёшь сегодня? — спросил Чон, заглядывая в глаза с надежой. — Я же завтра...       — Приду, — Сон не дал ему договорить. Он не хотел слышать конец фразы. — Подожди меня дома, хорошо? Я скоро буду, — Минги взял вторую руку, продолжая смотреть в глаза.       — Обещаешь? — Юнхо выглядел ужасно мило, когда это спрашивал.       — Обещаю, — кивнул Сон.       — Хорошо, — Чон слегка улыбнулся. — Тебе очень идёт играть на сцене, — после небольшой паузы добавил он.       — Спасибо, — Минги усмехнулся и потупил взгляд куда-то в обувь. Комплименты все ещё его смущали.       9:30. Чон уезжает через полчаса. Сон смотрел на часы, а в животе свернулась тревожность, словно парализуя. Идти почти 40 минут. Надо бежать. Быстро. Может за 25 успеет.       Минги вышел на улицу, предварительно выпив ещё немного воды. Он посмотрел на предстоящий путь. Организм мутило после выпитого ночью алкоголя. Но чувство, что выбора нет, отметало мысли о собственном недомогании. Сон бросился вперёд так быстро, как только мог. Утренний, уже немного подогретый солнцем воздух странно обжигал кожу сквозь прохладный влажный ветерок. Становилось душно, хотя лицо обдувало от бега. Минги стянул кожанку, в которой так и проснулся, и продолжил бег в одной майке. Он проклял всё на свете, поклялся больше не пить и молился, чтобы успеть. Чтобы снова его увидеть. Даже если это будет последний раз. Сону нужно. Ему нужно, чтобы Чон остался, но и увидеть его будет сверх любых желаний. Нужно.       На парковке у дома уже виднелась машина. Возле неё были люди, кто-то положил в багажник чемодан и рюкзак. Последний рывок. Минги добежал, выжимая максимум сил из организма. Кажется, родственники Юнхо увидели, что Сон уже близко, и куда-то делись. Решили оставить их наедине. Спасибо. Представать перед ними в таком виде не очень хотелось.       Как только Минги увидел Чона, стоящего у пассажирской двери, на лице невольно проступила улыбка. Он подбежал, остановился и был не в силах что-то сказать, тяжело дыша. На него смотрели глаза с проступающими слезами.       — Почему ты не пришёл!? — Юнхо толкнул Сона в грудь, от чего тот немного пошатнулся не в силах что-то сделать. — Почему?! — Чон сделал шаг и толкнул ещё раз. — Почему?! — И ещё толчок. Его голос смешивался с плачем, срывался на крик и звучал чуть охрипше.       Следующий толчок Сон всё же смог предотвратить, несмотря на слабость всего организма. Он поймал чужие запястья и с усилием прижал к себе, не давая Юнхо вырваться. Тот стоял и пытался глотать слёзы, но те предательски капали по щекам.       — Почему? — Чон перешёл на полушёпот и прижался к Минги, положив голову ему на плечо. Сон отпустил его запястья и обнял, как умел только он, буквально сгребая тонкое тело Юнхо.       — Прости, — только и смог прошептать Минги. — Я... я приходил, но думал ты спал, — попытался он оправдаться. — Все как-то затянулось... прости, — он шмыгнул носом и ощутил, как глаза начинает щипать.       — Ты же обещал... — всхлипывал Чон. — Что придёшь.       — Прости, — снова повторил Сон.       Он ощущал слёзы Юнхо на своём плече. Они пропитали майку и стекали по голой коже. Быть причиной этих слёз было невыносимо. Минги обнял парня еще крепче, стараясь самому не разреветься. Он не имел на это право. Не сейчас. «Снова испортил» — подумал Сон. Последний вечер перед отъездом самого важного человека во вселенной и тот проебал. Ощущать собственную никчёмность было ужасно. Было ужасно знать, что он снова всё испортил. Даже если Чон Юнхо ему не скажет. Минги знает, что сделал больно снова.       — Прости, — снова прошептал он. Юнхо плакал уже чуть меньше. — Я бы так хотел чтобы ты остался, — едва слышно добавил Сон. «Мне нужно, чтобы ты остался» — думал он.       — Не говори так, — Чон произнёс это шепотом, всё ещё справляясь с эмоциями. — Ты же знаешь, что я не могу. Я... столько сделал, чтобы попасть туда.       — Знаю, прости, — Сон поглаживал Юнхо между лопатками, прижимая к себе. Вот опять. Говорит то, что не нужно. Но смолчать — выше его сил. Он хочет, чтобы Чон знал, что нужен ему. Едва ли не как воздух. Чтобы было ради кого стараться. Чтобы было для кого играть и было к кому приходить. — Я изменюсь, правда, — тихо сказал Минги.       — Ты уже так говорил, — грустно, но почти без слёз ответил Юнхо и поднял на Сона заплаканные глаза.       — Прости, — Минги посмотрел себе под ноги, не в силах ощущать собственную жалкость. Он снова врал. Вряд ли он когда-то поменяется. — Прости, я совсем не знаю, что мне делать, — протараторил Сон.       Он знал, что на этой фразе Чон мягко улыбнётся. Его заплаканные глаза будут бликовать солнцем и будут прекрасны, словно у ангела. Минги собирался попасть в ад, так что ангелов он вряд ли увидит где-то ещё. Он посмотрел на Юнхо и был прав. Чон Юнхо был его ангелом. Он обнял Сона и сказал:       — Я буду рядом. Даже так.       Чужие руки мягко лежали на спине Минги так правильно и, кажется, он только в этот момент понял, что потратил время впустую. Весь этот грёбанный вечер, пока здесь его ждали эти руки, эти глаза. Было ужасно горестно из-за собственной глупости и пустоты.       — Знаешь, наверное, мне придется сегодня напиться, — в шутку сказал Сон.       — Не смей, — Юнхо отстранился, держа Минги за плечи и серьезно смотря ему в глаза.       Сон прыснул и заметил, как взгляд напротив смягчился. Минги рассматривал чужое лицо и еле смог произнести:       — Хорошей дороги тебе.       Юнхо поцеловал его, чуть замерев, сжимая плечо своими длинными пальцами. Этими пальцами бы на гитаре играть. Сон иногда думал об этом, и ему едва ли не срывало крышу от подобных мыслей. Минги ощущал запах зубной пасты. Неужели Чон даже сегодня не позавтракал? От этого становилось и смешно и грустно. Юнхо был человеком привычек.       Привычек... «Я перестану быть для него привычкой?» — подумал Сон, медленно отстраняясь. Станет ли он чем-то из прошлого? Человеком без будущего, которому Чон пытался помочь? В жизни Юнхо начинаются перемены, новый этап. Университет. А Минги останется здесь. Он, его группа, чувство пустоты и неопределённости. Если Чон уедет, то всё точно потерянно. Сон больше никогда не найдёт кого-то под стать Чон Юнхо. Он разорвал поцелуй, видя закрытые глаза Юнхо.       — Я так хочу...       — Не надо, пожалуйста, — шёпотом молил Чон, все ещё не смотря. И Минги понимал, что не имеет права на эти слова. Юнхо открыл глаза и по щеке снова пробежала слеза. — Я приеду на Новый год. Позвоню, как доеду и заселюсь, ладно?       — Пора ехать, — ласково позвала госпожа Чон.       Юнхо ещё какое-то время стоял на месте, держа Минги за руки.       — Давай садись, а то родители без тебя уедут, — послышалось с крыльца. Это была старшая сестра семьи Чон.       Юнхо еще раз заглянул в глаза Сона, кратко поцеловал его в щёку и быстро залез в машину. Минги подошёл к пассажирской двери и постучал в окошко. Чон опустил стекло, но сам не повернулся. Снова плакал. Сон Минги хотелось сцеловать каждую слезинку, лишь бы Юнхо не грустил.       — Я люблю тебя, — сказал Сон.       Чон сглотнул.       — И я тебя... люблю, — тихонько ответил он, стараясь не заплакать ещё сильнее. «Даже не посмотрел» — подумал Минги с горечью.       Машина тронулась. Сон уставился в стекло заднего вида, рассматривая красные пряди чужой причёски.       — А ведь он не спал сегодня ночью, — послышалось рядом. — Вообще никогда не спал, если решал тебя ждать.       Минги больше не мог сдерживаться. Слёзы градом стали стекать по щекам, носу и губам. Машина впереди стала размываться. Ошущать себя самым ужасным человеком на свете было невыносимо. Он делал Юнхо больно столько раз. «Боже, блять». А тот всё равно выбирал Сона. Снова и снова. За что Минги заслужил это ангельское существо себе в отношения? Никто не спешил отвечать Минги на этот вопрос. Сам он лишь надеялся, что ему удастся стать лучше. Чтобы Юнхо больше никогда не было из-за него больно, чтобы он никогда не плакал.       — Держись, — сказал тот же голос, и по плечу похлопала аккуратная тонкая ладонь. Это была сестра Юнхо. Она медленно поднялась на крыльцо дома, закрывая дверь. А Сон так и стоял посреди дороги, смотря туда, где раньше была машина. Но она уже пропала из виду.       Обратно Минги шёл медленно, утираясь найденным в джинсах платком. Ноги едва слушались, голова болела, гудела, дыхание то и дело сбивалось. Сон не знал, что делать дальше. Не понимал, сможет ли измениться. Не чувствовал ничего, кроме потерянности и пустоты в груди после отъезда Чон Юнхо.       Но хотелось верить, что Сон постарается. Правда.