нежная любовь

Чонгук нервно теребил край футболки, взгляд его метался, словно искал выход, которого нет. Сердце билось оглушительно громко, не давая и на мгновение забыть о том, насколько он испуган.  Испуган тем, что вот-вот собирался сделать.  Он чувствовал, как дрожит все его нутро, как кончики пальцев покалывает от напряжения, а из глаз вот-вот польются слёзы. Ему страшно от реакции собственного тела.  Он безусловно доверял Тэхену. Такой человек, как Тэхен, просто не мог вызывать в нем обратные чувства. Он ведь такой нежный, чуткий и любящий партнер. Так почему в своих мыслях Чонгук все еще оскорбляет мужчину своим страхом? Они вместе уже год. Четыре месяца живут под одной крышей, и день за днем, с момента знакомства, Тэхён окружал его заботой, любовью и лаской. В его чувствах усомниться было невозможно, Чонгук и не собирался. Он всё вспоминал эти моменты, в которых вновь и вновь мужчина отгонял все его сомнения по поводу чувств. Он был с ним искренним, пробирался в сердце медленно, ещё не зная, что покорил младшего еще до того, как начал добиваться. Всегда был рядом, всегда готов придти на помощь, совершенно ненавязчиво и ни к чему не обязывая, просто давая понять, что рядом, что любит. И Чонгук отчасти понимал, что его так пугало. Его пугал он сам. Его неопытность, неуверенность в себе, в своем теле и..  Он сглотнул вязкую слюну, смаргивая непрошенные слезы. К чему вообще такая реакция? Это ведь привычный процесс для всех любящих пар, обыденное дело. К тому же, им давно пора, и только лишь благодаря терпению Тэхена они до сих пор не пересекли черту. Чонгук не проявлял инициативы, мужчина не смел напирать. Все просто. Он правда его хотел. Тэхена невозможно было не хотеть. Его надежные руки, которые всегда так осторожно ложились на тонкую талию, прижимая к крепкому торсу, вызывали в Чонгуке невероятный трепет. Бархатный голос, горящие глаза, нежные улыбки, уверенные касания – все это заставляло нутро поджиматься. Ему нравились прикосновения его полных губ, пальцы, что каждый раз так нежно оглаживали краснеющие щёки. Мальчишеское тело горело в желании познать, какого это – быть обласканным любимыми руками. Хотелось утонуть, хотелось отдаться, хотелось быть ближе. Хотелось, хотелось, хотелось. Каждый раз, когда его возбуждение было замечено, Чонгук виновато улыбался, краснел, но неизменно получал поцелуй в висок с успокаивающим «все хорошо» от мужчины. Он всегда был таким – понимающим и мягким. Никаких намеков, никаких признаков несдержанности, лишь терпение и осторожность. Чонгуку правда было приятно, что его не торопили, но эта неизвестность медленно и уверенно уносила его в пропасть своих же мыслей. Когда Тэхен перестанет ждать? Когда это случится? Будет ли больно?  Чонгук вздрогнул, когда вода в ванной перестала литься и дверь открылась с тихим щелчком. В груди что-то опасно забилось в поступающей к горлу истерике. Даже в полумраке комнаты он видел яркий блеск в глазах, спокойную улыбку, подаренную лишь ему. Всё как всегда. Тэхен даже не подозревал о той буре, которая изводила его последние дни.  Он должен решиться.  –Ещё не лег, родной? – легкий поцелуй в лоб, будто на мгновение даже успокаивающий.  –Я ждал тебя. – Чонгук виновато опускает взгляд, сжимая ладонь в кулак. Мужчина улыбается, расправляя постель и мягко похлопывая по простыни.  –Иди ко мне, – Тэхен принимает юношу в свои объятия, гладит крупной ладонью по спине, целует мягко и почти невесомо. Он правда хотел быть смелым, хотел сделать первый шаг, показать, что тоже хочет, что готов. Но накручивал себя, представляя каждую мелочь – прикосновение, взгляд, шепот.  Боль. Тонкий комок неуверенности в горле разросся до слёз. Чонгук тихо всхлипнул в чужие губы, когда грудь сдавило от страха. Мужчина невольно отпрянул, услышав тихое шмыганье носом. –Эй, – ласково поднимает покрасневшее лицо за подбородок, обеспокоено вглядываясь в блестящие глаза. – Солнце, ты чего?  –Тэ.. – Чонгук в страхе хватается за теплую ладонь. – Я хочу, я правда хочу, я думал что у меня получится, и.. –Родной, – Тэхен мягко прерывает его бессвязную речь, непонятливо хмурясь. – О чем ты?  –Я.. – лишь всхлипывает, не в силах объяснить, дать ответ. Вжимает голову в напряженные плечи, желая просто исчезнуть. И выдавливает из себя слова с трудом. – Я боюсь. Боюсь того момента когда мы.. Сблизимся. Мужчина с понимаем и облегчением выдыхает, взяв дрожащую ладонь в свою, большую и теплую. Будто окутывает своим спокойствием, пытаясь передать его и младшему.  –Гук-а, – серьезно начинает он. – Это нормально, что сейчас ты боишься. Тебе нужно больше времени, чтобы начать мне доверять, понимаешь?  –Нет, нет, – Чонгук сжимает в своей вспотевшей ладони чужие пальцы. – Я тебе доверяю! Не думай пожалуйста что я не хочу, это не так, я просто.. Младший в безысходности замолкает, снова не зная, как правильно объяснить все то, что чувствует. Он судорожно вздыхает, будто сдерживая в себе подступающий плачь, ломающимся голосом вновь тихо извиняясь. –Чонгук, – мужчина снова успокоить пытается, смотрит внимательно, глубоко, с любовью. – Я всё понимаю. И я не хочу, чтобы ты делал что-то, что пока тебя пугает. Почему ты вдруг решил об этом поговорить? Я где-то был слишком настойчивым? –Нет! – выходит слишком резко, и младший отрицательно машет головой. – Конечно нет, ты никогда.. Я просто не знаю, что со мной. Мне показалось, что мы уже должны это сделать.. Но я не могу. Моё тело будто замыкается, и я себя за это ненавижу.  Слова вышли с усилием – будто каждая буква царапала горло. Он смахивает с щек горячие слезы, голову опускает, боясь увидеть в родных глазах осуждение, но тут же чувствует: Тэхен прижимает его к себе. Не резким движением, а будто укрывая собой – осторожно, с бесконечной нежностью. –Тише, хороший, – прошептал он, целуя темную макушку. – Здесь нет понятия «должны», слышишь? Не надо себя ругать. Ты ни в чем не виноват. Абсолютно ни в чем, любовь моя. Эти слова упали прямо в сердце. Ласковые и искренние, такие Чонгук слышал от мужчины часто, но прежде они никогда не говорили на такие темы. Он сжался, будто не верил, что имеет право на понимание и доброту.  –Но ты наверное хочешь, – выдохнул он. – Мы ведь столько времени вместе, и я..  –Тшш, – Тэхен заботливо оглаживает напряженные плечи. – Конечно. Конечно, я хочу тебя, Чонгук, но я жду не момента. Я жду тебя. И буду ждать столько, сколько нужно, ведь только ты знаешь, когда будет настоящее «готов». – объясняет, словно ребенку, надеясь успокоить дрожащее тело. – Нам стоило раньше об этом поговорить. Мне казалось, ты не думал об этом, поэтому я не хотел тебя смущать.  Младший всхлипнул. Он чувствовал себя уязвимым, почти голым – не телом, а душой. Но в этих объятиях не было осуждения, давления и разочарования. Только покой и ласковый голос, шепчущий прямо в сердце:  –Не плачь, – едва слышно, будто страшась напугать. – Мой солнечный, ты не должен ждать, когда придет время. Ты – уже всё, чего я хочу. И я люблю тебя, всего, без условий. Просто знай, что я никогда не сделаю тебе больно, хорошо?  Под робкий кивок, аккуратно провел пальцами по влажной щеке, стирая остатки слёз. Чонгук потянулся ближе, прячась в его груди, уткнувшись носом в шею мужчины. Его дыхание сбивалось, но внутри что-то смягчилось. Тревожный комок в горле начал таять. Он чувствовал теплые губы у себя на лбу, щеках, виске – поцелуи, легкие как прикосновения крыльев.  –Просто полежим, родной, да? – прошептал Тэхён. – Я буду благодарен, если ты когда-нибудь мне доверишься, но я никогда не стану давить на тебя. Мне важно, чтобы тебе было хорошо и комфортно.  –Спасибо, – едва слышно в ночной тишине. – Мне так важно знать, что ты не уйдешь, даже когда я испугаюсь. –Мой драгоценный. – мужчина упирается о спинку кровати, потянув за собой прильнувшего к нему Чонгука. – Никогда не уйду. Я всегда рядом, слышишь?  Он целовал его снова. В губы, в волосы, в висок, в плечо. И убаюканный любовью, Чонгук наконец позволил себе закрыть пекущие от слез глаза. Впервые за долгое время – спокойно, без страха. Мужчина поправил одеяло, накрыл их целиком, и обнял крепко, но так нежно, что младший почувствовал: ему можно всё. Даже быть слабым. Даже бояться.  Даже не быть готовым.