Маги третьей эпохи

      Сидя за сервированным на двух персон столом, Никита медленно потягивал белое вино из высокого бокала и гадал, придёт ли Эм. Она опаздывала уже на двадцать минут. Волков в очередной раз проверил телефон, но никаких сообщений от девушки не было. «Ещё десять минут, и позвоню», — решил он. Взгляд зацепился за чуть поникший букет. Никита вспомнил о нём буквально в последний момент, и в магазине пришлось выбирать из того, что осталось. Время шло. В колонках закончилась очередная итальянская песня. Допив вино одним глотком, Никита взял в руки телефон и принялся искать нужный номер. Но звонить не пришлось: возле входа он, наконец, увидел Эмбер. Девушка подошла и легко поцеловала его в щёку.       — Никит, привет, прости, что опоздала, — скороговоркой произнесла она. — В последний момент решила переодеться во что-то более соответствующее тону заведения.       Вместо уже ставших привычными джинсов и футболки, сегодня она надела приталенное зелёное платье длиной чуть выше колен с короткими рукавами и открытыми плечами.       — Привет, Эм. Ничего страшного, теперь у нас по опозданиям один-один, — улыбаясь, проговорил Никита. — Отлично выглядишь. Это тебе, — спохватился он и протянул девушке букет.       — Спасибо.       — Вина?       Эмбер кивнула, и Никита наполнил бокалы.       — Как съездила? Много работы было?       — Ерунда, — махнула рукой девушка и пригубила из бокала. – Больше времени на дорогу потратила. А у тебя что нового за два дня? Разобрался с делами?       — Да, всё нормально. В понедельник уже снова выхожу на работу.       К столику подошёл официант, протягивая две папки меню, но Эмбер жестом руки отказалась от них и сразу сделала заказ:       — Букатини алл-аматричана и салат с креветками.       Никита же просто повторил её заказ. Дождавшись, пока официант уйдёт, он спросил:       — Ты и здесь уже успела побывать? Вижу, меню наизусть знаешь.       — Нет, но это же итальянский ресторан, в меню должна быть такая паста. Мне вообще кажется, что все такие заведения одинаковые, будто под копирку слизаны с того, что показали в «Крёстном отце».       — Так уж все?       — Во всяком случае, большинство из тех, где я была. Я серьёзно. Видишь парня за столиком справа? Так и кажется, что он сейчас пойдёт в туалет за пистолетом и застрелит местного МакКласки.       — Не хотелось бы портить впечатления от хорошего вечера всякими там убийствами.       Эмбер звонко рассмеялась.       — Ты забавный.       — А ты, так понимаю, любишь старые фильмы?       — Обожаю, — кивнула девушка. — Это же классика, её можно пересматривать бесконечно. Вообще, раньше по-другому снимали. Как-то с душой, что ли. Сейчас редко кто так может.       Она продолжала говорить, вспомнила с десяток именитых режиссёров из восьмидесятых, но Никита практически её не слышал. Трудно сосредоточиться на словах, когда так приятно смотреть, как свет играет в её волосах, спадающих на обнажённые плечи. Интересно, она понимает, как соблазнительно выглядит в этом платье?       — А у тебя какое любимое кино?       — Что? — вздрогнул Никита. — «Пираты Карибского моря».       — Правда? — удивлённо выгнула брови Эмбер. — Оно же такое несерьёзное, почти комедия. У меня сложилось впечатление, что ты предпочитаешь что-то глубокое, на подумать. Чем оно тебе так понравилось?       — Наверное, своей несерьёзностью и понравилось. — Никита задумался на минуту и, сформулировав мысль, продолжил: — Глубокого «на подумать» мне и в жизни хватает. А в этом фильме чувствуется какая-то лёгкость, я бы даже сказал свобода. Да и в целом снято всё на уровне, актёры хорошие.       — Да, Депп красавчик.       — Кстати, — припомнил Никита, — ты знала, что он ещё в рок-группе играет?       — Знала, Hollywood Vampires.       Никита сделал глоток вина и задал внезапно пришедший ему в голову абсолютно абсурдный вопрос, который больше подошёл бы к той игре, что они вели в прошлый раз в баре:       — А представь, если бы про тебя кино снимали, кого бы ты выбрала на роль себя?       Эмбер засмеялась, а затем, нахмурив брови, принялась размышлять, задумчиво покачивая в руке бокал.       — Тейлор Момсен.       — Знакомое имя, но не помню, кто это.       — Солистка The Pretty Reckless, — будто поясняя азбучную истину, проговорила Эмбер. — Крутая девчонка. Раньше была актрисой, но потом полностью в музыку ушла. Настоящая рокерша. Можно сказать: Курт Кобейн в юбке.       — Знаю я одну настоящую рокершу, — усмехнулся Никита.       — Ну да, я чем-то на неё похожа, — подтвердила девушка.       — Без рок-н-ролла никуда?       — Слушай, это же не только про музыку. Это ещё и стиль жизни, философия, если хочешь. И мне такой стиль нравится.       — Представляю, какая озорная ты была в детстве, — покачал головой Никита. — Родители, наверное, не знали, как с тобой справиться.       Эмбер вздрогнула, встряхнула головой, словно отгоняя наваждение, и ответила:       — Не особо, зато все друзья говорили, что я настоящая зажигалка. — Она выпила вина и, пристально глядя в глаза Никите, спросила: — А что про тебя сказали бы твои друзья?       Пришла очередь Никиты задуматься прежде, чем дать ответ.       — У меня их мало, но, думаю, те, кто есть, могли бы сказать, что я надёжный. Хоть и занудный, — усмехнулся он. — А ещё стараюсь быть честным.       — Для тебя это так важно?       — Да. И с друзьями, и в отношениях. По-моему, если что-то не нравится в другом человеке, лучше сказать сразу, чем придумывать себе разные версии друг друга и потом удивляться, что они не совпадают с оригиналом.       Едва произнеся это, Никита задумался, может ли он утверждать, что сам придерживается того, что только что продекларировал, ведь он скрывает от Эмбер всю правду о себе. Что ж, по крайней мере, он старается быть искренним в своём отношении к ней.       — Красиво сказано, за это надо выпить, — девушка подняла свой бокал. Никита ей ответил, и бокалы со звоном соприкоснулись.       — И давно у тебя были серьёзные отношения? – задала вдруг вопрос Эмбер, заставив Никиту смутиться.       — На самом деле давно, — честно ответил он, решив быть откровенным. — Я привык жить одиночкой. А у тебя?       — Так, чтобы прям очень серьёзных, наверное, никогда, — задумчиво протянула Эм. — А так, встречалась с одним парнем пару месяцев назад, но это уже в прошлом.       Их разговор прервал официант, расставляя на столе заказанные блюда. На какое-то время они замолчали, приступив к еде. Никита тут же пожалел, что заказал пасту. Он вдруг осознал, что не знает, как правильно её есть согласно этикету. Он взглянул на Эмбер: девушка просто наматывала макароны на вилку, не используя других столовых приборов.       — Я ужасно проголодалась, — сказала она, заметив его взгляд, — так что не до этикета, не заморачивайся.       Успокоившись, Никита последовал её примеру.       — Вкусная паста, — проговорил Волков, когда его тарелка наполовину опустела. – Ты так хорошо разбираешься в итальянской кухне? Много путешествовала?       — Да. По мне, это лучший способ отдыха. Ты можешь полностью сменить обстановку, получить какие-то новые эмоции. Не понимаю людей, которые всё время сидят дома и тратят его на сериалы и прочую ерунду. Я за месяц почти весь город уже облазила. И кафешки, и в боулинге местном была, и даже в музее.       — У меня и без боулинга с музеем есть на что потратить время, — пробормотал Никита, вспоминая, как целую неделю выслеживал спятившего оккультиста.       — И на что же?       — На… моделирование, — спохватился он.       — Если честно, чего-то подобного я от тебя и ожидала. И что собираешь?       — Корабли, парусники.       — Здорово. — Эмбер лукаво прищурилась и спросила: — «Чёрная жемчужина» есть?       — Была, — улыбнулся Никита. — На старой квартире осталась.       — А я готовить люблю, — призналась девушка.       — Серьёзно? — не поверил своим ушам Никита. Рокерский образ Эмбер никак не вязался с любовью к готовке. — Я думал, что музыка — твоя единственная страсть.       — Серьёзно. Я такую же пасту гораздо лучше готовлю.       — Уже хочу попробовать.       — Сначала эту доешь, — усмехнулась она.       Они вновь принялись за еду, время от времени обмениваясь короткими фразами. Когда с пастой было покончено, Эмбер спросила:       — Какие дальнейшие планы на вечер?       Никита пожал плечами: ему это казалось очевидным.       — Я думал, ещё здесь посидим.       — Здесь как-то скучно, — деланно надула губы девушка.       — Ну да, рок не играют, коктейли не поджигают, — в тон ей ответил Никита.       — Я не это имела в виду, просто тут все какие-то слишком серьёзные, как на поминках. А я не хочу хоронить вечер пятницы.       — И что ты предлагаешь? — спросил Никита, уже предчувствуя какую-то авантюру.       Девушка наклонилась к нему через стол и заговорщицки проговорила:       — Давай сбежим.       — Сбежим?       — Ну да, прямо сейчас, не заплатив. Я пойду в туалет, а ты через пару минут пойдёшь за мной, но свернёшь в гардероб, — Эмбер протянула ему номерок. — Забери одежду и жди меня на улице.       Девушка решительно встала из-за стола, не давая ему времени на раздумья, и направилась в сторону дамской комнаты. Возле выхода из зала она с улыбкой поманила его за собой. Никита подождал пару минут и тоже встал из-за стола. Поколебавшись секунду, он взял с собой начатую бутылку вина и отправился вслед за Эмбер.       Он быстро дошёл до гардероба, забрал свою куртку и знакомое бежевое пальто Эмбер и вышел на улицу. Через пару минут из двери показалась смеющаяся девушка, и Никита помог ей надеть пальто.       — Идём быстрее, кажется, нас раскусили.       Торопливым шагом они направились прочь от кафе и дошли уже почти до конца квартала, когда услышали позади крики официанта. Они засмеялись и принялись бежать. Через пару сотен метров они поняли, что их никто не догоняет и остановились, чтобы отдышаться.       — Как же неудобно бегать на каблуках, — пожаловалась Эмбер.       — Поверить не могу, что ты меня на это уговорила, — отозвался Никита.       — А что такого? — невинно глядя на него, спросила девушка.       — Как-то это неправильно, — пожал плечами Волков. — В цивилизованных странах за такое, между прочим, в тюрьму сажают, — закончил он и предложил ей локоть. Эмбер переплела его руку со своей и они, уже не спеша, побрели дальше.       — Так то в цивилизованных. Да и что мы там наели? — беспечно откликнулась Эмбер. — Максимум на хулиганку потянет. Это что, вино? — увидела она бутылку в его руке.       — Да, я забрал, когда уходил.       — Люблю предусмотрительных мужчин. Хотя это уже кража, — с лёгкой усмешкой сказала девушка и требовательно протянула руку к бутылке.       Никита отдал ей вино, и она сделала несколько глотков прямо из горлышка.       — Ты только не подумай, что у меня большой опыт в таких делах, — заявила она, чуть поморщившись после выпитого, и вернула бутылку Никите. — Проблем с законом у меня нет. Просто иногда находит что-то, и хочется сделать что-нибудь спонтанное, не раздумывая, что будет дальше. Звучит, может быть, глупо, зато так жить интереснее.       — Я ведь говорил, что ты сумасшедшая, — как бы между прочим заметил Никита.       — А ещё ты говорил, что тебе это нравится, — отрезала девушка.       Никита сделал большой глоток вина и, собравшись с духом, выпалил:       — Мне всё в тебе нравится.       Девушка вдруг остановилась и повернула к нему неожиданно посерьёзневшее лицо.       — Вот как? И чем же я тебе понравилась?       — Ну… – задумался парень, пытаясь сформулировать очевидную, казалось бы, мысль. — Своей непосредственностью, даже непредсказуемостью.       Никита вдруг понял, что именно этого и не хватало в его скучной жизни.       — С тобой… легко, — закончил он, подобрав нужное слово.       Девушка молчала. Никита начал переживать, что своим внезапным признанием мог испугать её, но тут она задумчиво проговорила:       — Ты мне тоже понравился. Может, что-то и могло бы… — Она не закончила и, словно опомнившись, нарочито бодрым тоном проговорила: — Холодно здесь, где наша грелка?       Никита молча протянул ей вино, и они пошли дальше, больше не возвращаясь к этой теме. На город постепенно опускалась ночь. Случайных прохожих становилось всё меньше, а в бетонных блоках один за другим гасли жёлтые огни в окнах. Погода была безветренная и ясная, и в небе ярко светила большая полная луна. Идеальное время для романтической прогулки. Они шли, не выбирая дороги, и разговаривали обо всём и ни о чём одновременно, передавая друг другу бутылку вина, пока та не опустела.       — О чём задумался? — спросила Эмбер, когда Никита надолго замолчал.       — Просто вспоминаю, как неделю назад ты мне позвонила и позвала на концерт. Одна неделя, а столько всего произошло.       — Да, это был классный вечер. Музыка, веселье, всё, как я люблю.       — Угу, и ты меня напоила, — припомнил Никита.       — И мы танцевали, — мечтательно протянула девушка.       — Тебе понравилось?       — Да.       — Тогда давай ещё станцуем, — предложил вдруг Никита.       — Что, прямо сейчас?       — Да, пока я не передумал, — подмигнул ей Волков.       — Вот это по мне, — засмеялась девушка.       Никита достал телефон и включил одну из своих любимых песен — классический медляк Scorpions. Он приобнял Эмбер за талию, а она положила ему руки на плечи. Так они и кружились на пустынной улице в свете одинокого фонаря, пока солист пел о том, что всё ещё любит. Когда музыка закончилась, Никита с сожалением отстранился от Эмбер. Она, не моргая, смотрела ему в глаза, словно раздумывая над чем-то.       — Что-то я совсем замёрзла, — проговорила она, наконец. — Проводишь меня до дома?       Разве он мог отказаться?       Выяснилось, что Эмбер снимает квартиру недалеко от единственного в городе торгового центра. Так что пройти предстояло чуть ли не полгорода, и Никиту это только радовало. Была уже глубокая ночь, когда они по-прежнему неспешным шагом добрались до нужного района.       — Вон там мой двор, — указала Эмбер на несколько стоящих рядом панельных пятиэтажек. Никита уже по привычке осмотрел окрестности. Вся улица за исключением парковки у небольшого магазина была пуста. Там одиноко стоял старенький Volkswagen Passat, из которого доносились приглушённые ритмичные звуки музыки. Видимо, у кого-то ночь была в самом разгаре. «Теперь эти предосторожности не имеют смысла, — подумал Никита. — Убийца пойман, больше не нужно бродить по ночам, с подозрением осматривая каждого встречного».       Они приближались к нужному двору, когда услышали рядом шум двигателя, заглушивший их разговор. Мимо проезжал виденный ими ранее «пассат» с парковки. Автомобиль снизил скорость и стал ехать рядом с ними.       — Не обращай внимания, — произнёс Никита, — идём дальше, как шли.       Заднее окно опустилось, и из него высунулось пьяное лицо молодого парня. Он был пострижен практически под ноль, в руке держал пластиковую бутылку пива. В салоне рядом с ним Никита рассмотрел ещё одного человека в низко надвинутой на глаза шапке.       — Девушка! — закричал высунувшийся. — Бросайте своего скучного друга, поедем с нами! С нами весело!       — Не обращай внимания, – сказала теперь уже Эмбер, сжав предплечье Никиты, который заметно напрягся от слов парня.       Они ускорили шаг, надеясь скрыться во дворе за поворотом.       — Девушка! — надрывался пьяный ловелас. — Ну что же вы не отвечаете? Так же невежливо! — из машины донёсся громкий хохот нескольких человек.       — Ты же видишь, девушка не хочет с тобой разговаривать, — не сдержался Никита.       — Зато ты хочешь, я смотрю, — сразу завёлся сидящий в машине гопник. — Ты кто такой, чтоб со мной разговаривать? Сильно смелый, что ли?       — Никита, пойдём, — тянула его за руку Эмбер.       Машина остановилась, и из неё вышли трое слегка покачивающихся парней. Все трое были в спортивных штанах, куртках с тремя полосками, явно поддельных, и таких же контрафактных кроссовках — живое воплощение самых стереотипных представлений о гопниках. Никита думал, что такие сейчас уже и не встречаются. Они перегородили дорогу Никите и его спутнице.       — Мужики, что вам надо? — как можно более спокойно спросил он.       — От тебя ничего, — загоготал бритый хулиган. Видимо, вожак гопницкой стаи.       — Давайте я сейчас девушку провожу, а потом вернусь, поговорим, — пытался урегулировать конфликт мирным путём Никита.       — Ты не понял, нам с тобой неинтересно говорить, мы с подругой твоей пообщаться хотим.       Никита начал выходить из себя, кулаки его рефлекторно сжались. Эмбер это, видимо, заметила. Она взяла его за руку и тихо сказала:       — Никита, не надо. Пойдём.       — Да, Никита, не надо, — заржал вожак хулиганов. — Вали отсюда!       — Мужики, хватит, давайте разойдёмся спокойно.       — А то фто?! — шепеляво крикнул, тот, что был в шапке.       — Увидишь, — ледяным тоном ответил Никита.       Стоявший ближе всех гопник вдруг шагнул вперёд и, схватив Эмбер за руку, дёрнул её на себя. Девушка испуганно закричала. В ту же секунду Никита ударил. Он мог бы разобраться с ними в два счёта — всего несколько слов и жестов, — но не хотел показывать свои силы. В первую очередь Эмбер. Когда-то его обучали рукопашному бою, а попасть кулаком в лицо пьяному отморозку было нетрудно. Гопник отпустил Эмбер и схватился рукой за разбитый нос, ему на помощь поспешил главарь, а шепелявый достал из кармана кастет. Девушка поспешно отбежала в сторону и неподвижно замерла, глядя на драку широко открытыми глазами.       Обстановка складывалась не лучшим образом, и Никита понял, что одними кулаками не обойтись. Он прошептал: «Аэракаретор», что можно было бы перевести как «удар энергии воздуха», и получившуюся силу разместил на своих сжатых в кулаки пальцах. Несколько ударов — и главарь распластался на земле, опрокинутый силой сжатого воздуха. Никита даже не дотронулся до него, его кулаки просто пролетали в сантиметре от лица гопника. Со стороны же всё выглядело так, что он мастерски владеет рукопашным боем. Та же участь постигла и остальных. Спустя пару минут на тротуаре лежали три пьяных тела, с матерными стонами потирая ушибленные места.       Никита подошёл к Эмбер и обнял. Она вздрогнула от его прикосновения.       — Всё в порядке, — тихо сказал Волков.       — Я так испугалась, — взволнованно забормотала девушка, хотя выглядела скорее задумчивой, чем испуганной. Надо было вызвать милицию, а я что-то растерялась, стояла и смотрела. А если б они с тобой что-то сделали?       — Ну что ты, некого тут бояться. Идём.       Никита взял девушку под руку, и они, брезгливо обойдя лежавших на земле гопников, направились к дому Эмбер. Пока дошли до нужного подъезда, девушка уже успокоилась.       — Как ты? — спросил Никита.       — Нормально, — тихо ответила девушка. Она немного замялась и продолжила: — Спасибо тебе.       — Ну что ты, какие тут благодарности. Как я мог поступить иначе?       — А и я не знала, что ты умеешь так драться. Где ты научился?       — Нигде. Адреналин, наверное, — с безразличием пожал плечами Никита. Вдаваться в подробности он не хотел.       Эмбер задумчиво покачала головой и после минутного молчания произнесла:       — Может, зайдёшь ко мне? Кофе попьём.       — Кофе? — Никита демонстративно посмотрел на часы. — В два часа ночи? Потом не уснёшь.       — А может, я спать и не собираюсь, — заговорщицки прошептала девушка.       — Ну хорошо, — согласился он, отчётливо понимая, к чему всё идёт.       Только бы не облажаться.