Искажение

Секунды тянулись мучительно долго. Прижатый к стене, Джисон с ужасом смотрел в глаза напротив, ожидая от этой встречи чего угодно, словно загнанный зверь, ждущий удара. Брюнет бесцеремонно ворвался в его обитель, в комнату, где парень мог спрятаться от насущных проблем, где он чувствовал себя в относительной безопасности, мог позволить себе быть собой. Теперь его убежище осквернено присутствием дьявола. Бежать больше некуда. Он обречён, ему больше никогда не найти место, где он обретёт такой желанный покой. «Тебе страшно?» — вдруг тишину разорвал слащавый голос. Джисон сам того не осознавая свёл брови, и глаза наполнились влагой. Он медленно покачал головой и потупил взгляд в пол. Минхо улыбнулся, и с нескрываемым торжеством прильнул носом к русой макушке, жадно вдохнув аромат волос. Но тут же отстранился, с удивлением поглядывая на парня. «Ты недостаточно боишься!» — почти перейдя на грубый крик, сказал Минхо и с силой перекинул Джисона на кровать. Раздался мерзкий скрип, и в воздух поднялся шлейф пыли, пританцовывающей в свете заходящего солнца. «Раздевайся», — сорвалось с холодных, безэмоциональных губ. Джисон с нескрываемым изумлением посмотрел на брюнета. Тот не шевелился, даже не моргал, ожидая действий. Минута их молчания тянулась, как вечность. Минхо не выдержал первым. Тишина и тупой взгляд одноклассника начали невыносимо раздражать его. «Снимай свою блядскую одежду», — проскользнуло сквозь сжатые до скрежета зубы. Джисон невольно дёрнулся, наблюдая, как его мучитель медленно приближается к кровати. Русоволосый принялся стягивать с себя штаны, а страх подкатывал к горлу. Хотелось закричать, но нельзя. Минхо довольно ухмыльнулся, достав свой мобильный телефон. Но его взгляд резко устремился на пару свежих, неглубоких царапин, расположившихся на тощих бёдрах. «Ты что, режешь себя? — он прильнул к ноге. — Да ты не только урод, ты ещё и псих». Брюнет стремительно навис над Джисоном, расхохотавшись дьявольским басом. «Издашь звук — и ты труп», — прошипел он. Одна массивная рука легла на рот русоволосого, плотно прижав его. Другой рукой Минхо стал постепенно надавливать пальцами на свежие порезы, вонзая ногти в плоть. «Я покажу тебе, как правильно это делать», — шёпотом промямлил брюнет, вдавливая ноготь всё сильнее в порез, заставляя рану рваться глубже. Русоволосый не выдержал и проскулил от боли. Минхо шумно выдохнул ртом, убирая руку, попутно заставляя Джисона закусить губу, чтобы тот не издал ни звука. Брюнет переместил руку на русые волосы, а сам приблизился лицом к чужой щеке, вдыхая запах страха и боли, сжимая кровоточащее бедро со всей силы. Джисон прокусил губу, не обращая внимания на неприятные ощущения. Он снова был парализован, снова беспомощно позволял творить с собой страшные вещи. Минхо, с приоткрытым ртом, приподнял голову и прижался лбом к влажному лбу напротив. «Тебе страшно? Больно?» Джисон судорожно покачал головой, болезненно скуля. От этого Минхо тяжело задышал, обжигая прокушенную губу горячим, зловещим дыханием. Слёзы медленно текли из опухших глаз. Брюнет собрал влагу языком и удовлетворённо простонал, сжимая рукой постельное бельё. Откинув голову назад, он судорожно хватал воздух, стараясь вернуться в реальность. «Я ведь всегда честен с тобой, — уже надменно брюнет смотрел сверху вниз на раскосые красные глаза. — Твой запах страха сводит меня с ума». Наконец, вдоволь насладившись моментом, Минхо отстранился, поглядывая на нижнее бельё Джисона. «Снимай». Русоволосый, испугавшись окончательно потерять свою честь, судорожно завертел головой и тихо всхлипывал, умоляя не делать с ним этого. «Я не такой пидрила, как ты, успокойся», — фыркнул Минхо. Но тогда зачем ему это? Джисон мучительно медленно стал снимать предмет одежды, пока не получил шлепок рукой по сломанному пальцу, заставляющий действовать быстрее. Превозмогая адскую боль, он сделал это, представ во всей красе перед своим мучителем. Щёки налились румянцем. Руки то и дело старались прикрыть его достоинство, но Минхо снова нанёс удар ладонью, заставляя раскрыть себя полностью. Брюнет схватил телефон и принялся делать бесконечные щелчки камеры. Джисон сразу понял, в чём дело, и уже открыл рот, чтобы закричать, но его остановила грубая пощёчина, от которой слюна, скопившаяся под губой, вылетела прямиком на одеяло. Удар был настолько сильный, что со звонким звуком испарились и частицы здравого рассудка. «Ты какой-то не особо фотогеничный», — недовольно буркнул Минхо. Сняв часы с руки, он наклонился ближе, положив ладонь на горло Джисона: «Так будет намного лучше». И принялся постепенно сжимать шею, пока русоволосый от нехватки воздуха не начал закатывать глаза, судорожно глотая воздух, под раздражающие щелчки фотоаппарата. «Вот чёрт…» — зловещий шёпот вновь раздался в комнате. Сдавливая пальцы сильнее, Минхо с удовольствием наблюдал за реакцией одноклассника. Словно обезумев, он потянул обмякшее тело, усаживая между своих ног, не обращая внимания на чужие гениталии, прижавшиеся сквозь джинсы к его паху. «Не дыши, не дыши», — безумно шептал он, всё сильнее сжимая чужое горло. Джисон изо всех сил прохрипел: «Я умираю», и эта фраза заставила Минхо вновь издать грубый стон. Рука ослабла, парни тяжело дышали: русоволосый — от удушья, а брюнет — от извращённого возбуждения. Опомнившись, мучитель схватил телефон, открывая галерею. «Последнее фото вышло отлично», — Минхо приблизил уже готовые снимки на экране телефона, чтобы русоволосый оценил его проделанную «работу». Ужас с новой силой накатил, он никогда не видел себя в таком виде. Смотреть на это было противно, ком ярости и отвращения вырвался из горла, и Джисон громко всхлипнул, разрывая тишину дома своим отчаянием. В соседней комнате раздались шаги, мать тихо постучала в дверь: «Мальчики, у вас там всё в порядке? Может, мне зайти?» Минхо резко повернул голову на шум и прошептал грубым тоном в лицо Джисону: «Если она зайдёт, я убью вас обоих». Уже измотанный русоволосый еле нашёл в себе силы, чтобы успокоить хриплый голос, и прокричал, что всё хорошо. Мать оставила их в покое, а Джисон был благодарен всем высшим силам за то, что она не настолько сильно проявляла интерес к его жалкой жизни. «С меня хватит, я закончил, — победно заликовал Минхо, блокируя телефон и пряча его в карман. — Ну, ты и сам прекрасно знаешь, что будет дальше. В любой момент, когда мне захочется, эти фото разлетятся по всей школе». «Ты грёбаный псих… Зачем тебе это?» — наконец Джисон набрался сил, чтобы открыть рот. «Да просто так, настроение такое. Захочу — разошлю, не захочу — не разошлю», — приторно улыбнувшись, брюнет вышел в коридор, больше не сказав ни слова. Новая волна паники разлилась по телу, но Джисон был слишком вымотан, чтобы поддаваться ей. Пытаясь сфокусировать взгляд в одной точке, он, без белья, с кровавыми подтёками на ногах, постепенно стал осознавать, что сейчас произошло. Случившееся казалось ночным кошмаром: пришло внезапно и так же мгновенно растворилось в воздухе. Первые несколько минут ощущалось, будто этих грязных махинаций и не было вовсе, будто это просто страшное наваждение. Джисон погрузился в безжизненный сон, но был разбужен резким звуком сообщения на телефоне. Удивительно, обычно ему никто не писал, кроме банка с его бессмысленными смс. На дисплее всплыл незнакомый номер. В сообщении была та самая фотография распластавшегося, красного, голого парня с закатившимися глазами. Трясущимися руками отбросив телефон подальше, он взвыл, закрывая лицо подушкой. Всё-таки это была реальность, его и правда собрались шантажировать этими мерзкими снимками.