Глава 3. Кровать на ночь
19 августа 2025 г., 11:25
Пошатываясь, они добрались до набережной. Мужчина, чья рука была в её крепком хвате, внезапно поскользнулся и едва не сорвался к самому краю, где тёмная вода Темзы с шумом разбивалась о камни. Резкий рывок больно дёрнул её плечо, но Гермиона успела удержать его, втянув обратно на безопасное место.
Ночь была мрачной. Тонкая морось ложилась на каменные плиты, заставляя их поблёскивать в редком свете фонаря. Вода внизу казалась маслянисто-чёрной, а над её поверхностью клубился туман, дрожащий в холодном дыхании реки.
— Не ради того я всё это проделывала, чтобы ты утонул, — выдохнула она, осторожно разминая ноющее плечо и отводя взгляд от крутого обрыва.
— Что это было? — прохрипел мужчина, с трудом переводя дыхание, и отшатнулся к товарищу. — Чёрт возьми, что это вообще было? Как мы оказались здесь?
Тот вздрогнул, глаза его расширились, зрачки дрожали в тусклом свете.
— Клянусь, будто нас сжимали до смерти… Вы… кто вы такие?
— Да всё ясно, — пробормотал второй, косясь на Снейпа и Гермиону. — Демоны или пришельцы. Хотят прикончить нас, так или иначе.
Оба маггла пригнулись, встали спина к спине, подняли кулаки, готовые драться тем единственным способом, который им был знаком, несмотря на полное непонимание происходящего.
— Ведьмы и волшебники, — лениво произнёс Снейп, глаза его мерцали холодным светом. — Но вам лучше об этом не задумываться.
Он поднял палочку, и мужчины дёрнулись, когда из её кончика скользнул тонкий зелёный луч, соединяя их виски.
Едва свет коснулся их кожи, лица стали мягкими, глаза остекленели, плечи опустились. Снейп безразлично стёр их память.
Не прошло и минуты, как они, пошатываясь, уже уходили прочь, словно внезапно вспомнили, что им срочно нужно исчезнуть.
— Что ж, занятно, — произнёс Снейп, поворачиваясь к Гермионе. — Заговор наших собратьев, не слишком жалующих магглов. Очевидно, не все согласны с решением Кингсли защищать их права.
— Более чем очевидно, — отозвалась она. — Нарцисса Малфой… неудивительно. Но палочка, эта ясенёвая палочка… я ведь её уже где-то видела.
— Разумеется, — пробормотал он. — Она принадлежит нашему достославному начальнику, главе департамента Сэму Кроули. Никогда он не отличался любовью к магглам. Удивительно даже, что избежал Азкабана и сохранил должность после падения Тёмного Лорда. Я всегда считал это ошибкой.
— Вы знали? — Гермиона едва не ахнула. — О его взглядах? В нашем департаменте? Я думала, он милый старик… он ведь так хорошо относился к Мерриману Гейнсли. О нет… тот инцидент тоже был его рук дело?
— Разумеется, — усмехнулся Снейп. — Ты умна, Грейнджер. По крайней мере, так принято считать. Думаю, ты понимаешь, почему меня держали в Отделе тайн.
Она удивлённо моргнула и прошептала:
— Вы… шпионите? Для кого?
— Для Ордена. Как всегда, — он нахмурился, словно её наивность его разочаровала. — Никто здравомыслящий не поверил бы, что Пожиратели и их прихвостни просто так исчезли. А Отдел тайн — идеальное убежище для тех, кого куда больше занимает магия, чем люди.
Гермиона покачала головой, пытаясь уложить всё в сознании. Голос её дрогнул:
— Но почему я ничего не знала? Почему мне не сказали? Я могла помочь! Кингсли знает о моей кампании, он поддерживает меня в борьбе за права магглов, и…
Снейп слегка коснулся её плеча.
— Прости, Грейнджер. Пришлось подвергнуть тебя паре унизительных ситуаций ради того, чтобы сохранить прикрытие — твоё и моё. Общее мнение было таково: ты умна и способна, но пока не умеешь скрывать чувства. Слишком прозрачна. Слишком рвёшься вперёд. Для кого-то это дар. Но для шпиона… — он не договорил.
Её внезапно кольнула тревога: а что, если он действительно видел всё, что прорывалось наружу сквозь эту… прозрачность?
— Ну да ладно, — пробормотал он. — Вернёмся на склад. Мне нужно наложить чары отслеживания, и придётся постараться, чтобы обмануть самого себя и снова найти это место.
***
Когда они вернулись, склад оказался пуст, а коробка вновь обрела свои обычные размеры. — Неудивительно, — сухо заметил Снейп. — Услышали звук аппарации — и в ту же минуту разбежались. Он наложил чары отслеживания, тщательно закрепил их и лишь после того, как они оба убедились в надёжности работы, обернулся к ней. — Нужно снять номер, — сказал он. — Домой вернуться нельзя, в собственных постелях спать — тем более. Министерское финансирование ограничено… сама понимаешь, делить придётся. На два номера никто не раскошелится. У Гермионы внутри всё оборвалось, словно в животе открылся бездонный провал. Номер. С ним. Вдвоём. Ночью. И ведь она чувствовала его возбуждение, когда он случайно прижимался к ней… Губы пересохли, дыхание стало прерывистым, а всё тепло тела будто стекло вниз и собралось там, между бёдер, разливаясь липкой влагой. — Два номера, — выдавила она сквозь пересохшее горло. — Я требую отдельный. Снейп взглянул на неё так, словно она только что предположила, что он подлый насильник, готовый пытать любую невинную ведьму, до которой ему удастся дотянуться, и усмехнулся: — Уверься, Грейнджер, я был бы только рад. Но министерство не балует нас излишествами. Я участвовал в достаточном числе миссий, чтобы знать: о двух номерах в отчётах речи не идёт. Он шагнул ближе и рывком притянул её к себе. Сердце у неё забилось так яростно, что она всерьёз испугалась — не вырвется ли из груди. Его дыхание скользнуло над её кожей, почти лаская. — Пойдём, — прошептал он, и мир закружился в вихре аппарации.***
Даже молодой администратор в захудалом маггловском отеле приподнял бровь, заметив её наряд. Гермиона густо покраснела. На ней по-прежнему было вызывающее платье, поверх — порванная на спине шуба, будто кто-то пытался сорвать её силой. Она открыла рот, собираясь хоть как-то оправдаться, но слова застряли в горле. В свете дешёвой неоновой вывески её кожа выглядела мертвенно-бледной сквозь сетку чулок, под предательски коротким подолом. Снейп же действовал совершенно иначе. С холодной уверенностью он прижал её к себе за плечи так крепко, что она едва не пошатнулась, словно пьяная, и с нарочитой хрипотцой бросил: — Номер на ночь. И уж поверь, эта ночь будет длинной. К утру малышка едва сможет ходить. Администратор только устало дёрнул уголком губ, явно привыкший к подобным репликам. На вид он был почти мальчишкой — таким скорее полагалось сидеть над учебниками к завтрашнему экзамену, чем вручать ключи «клиентам». — Как скажете, сэр. Третий этаж, комната триста девяносто четвёртая, налево. — Триста девяносто четыре, — протянул Снейп с едва заметным урчанием удовольствия и, к её изумлению, лёгким, но точным шлёпком коснулся её поясницы. Гермиона вскрикнула, инстинктивно прижимая ладони к пострадавшему месту. — Ах, ранимая, значит? — он ухмыльнулся шире. — Это только начало. Придётся тебя… научить. Её тело предало её: соски болезненно напряглись, дыхание сбилось, жар прокатился волной по спине, хотя взгляд её метнулся на него с явным раздражением. — Гляди-ка, — пробормотал он, — у моей киски когти. Похоже, придётся укротить, чтобы она знала своё место. Не произнеся ни слова, Гермиона направилась к узкой лестнице сбоку от стойки, пытаясь собрать себя в кулак. Он только играет, убеждала она себя, просто разыгрывает сцену, чтобы убедить администратора. Но… в этом не было необходимости. Любой наблюдатель понял бы: мужчине и женщине в такой ситуации нужен только один номер, и никто не стал бы задавать вопросы. Снейп же делал это исключительно, чтобы смутить её, и, несомненно, получал от этого удовольствие.***
Наверху ей пришлось ждать, пока Снейп откроет дверь. Он выглядел таким же собранным, как всегда, не суетился, не путался с ключом. А Гермиона нетерпеливо притопывала ногой, словно он нарочно тянул время. — Нетерпеливая, — пробормотал он, наконец поворачивая замок. Комната была небольшой: огромная кровать и крошечная дверь в ванную. Ничего более. Гермиона фыркнула, но быстро вытащила палочку и наложила на постель грубые чистящие чары, а затем провела очищающим заклятием по всему помещению. — Умно, — оценил Снейп, закрыв за ними дверь. И тут же начал расстёгивать одежду. Прямо перед ней он небрежно стянул маггловскую куртку и принялся за пуговицы рубашки. — Что вы делаете? — с испугом спросила она. Он едва закатил глаза: — Готовлюсь ко сну, Грейнджер. Что ещё? — В ванной! — почти выкрикнула она в приступе паники. — Я переоденусь там, как нормальный человек! Снейп пожал плечами, но на его лице мелькнула едва заметная улыбка. — Стой, — произнёс он, шагнув к ней. Привычка повиноваться оказалась сильнее её возмущения. Она замерла, раздражённая лёгкостью, с которой он ожидал подчинения… и одновременно охваченная странным, обжигающим жаром. Казалось, искры вспыхивали под кожей, разгоняя кровь быстрее. Сглотнув, она резко повернулась, высоко вскинув голову: — Что вам нужно? — Ты знаешь, — его голос звучал низко, почти певуче, а тёмные глаза скользнули по ней с жадным вниманием. — С-совершенно не знаю, — возмутилась она. Но знала. О, знала слишком хорошо. В животе словно взорвались фейерверки, напряжение расползалось по телу, каждая мышца готова была сорваться с места, горячая волна накрывала её с головой. Потому что теперь… теперь Снейп собирался воплотить то, что они оба ощутили в переулке. И она… хотела этого уже давно. Он подошёл сзади, нависая мрачной тенью. Одна рука обвилась вокруг её талии, притягивая к себе, другая легла на горло, пальцами нащупывая бешеный ритм её пульса. Прислонившись к его широкой груди, она почти задыхалась, когда он уткнулся носом ей в волосы. — Знаю, — прошептал он. — Всегда знал. Потому что ты, Грейнджер, напрочь лишена окклюменции. Всё лезло наружу — желание, нужда, стыд. Ты и представить не можешь, сколько раз мне хотелось нагнуть тебя над столом и трахнуть сзади, или заткнуть твой умный рот своим членом. Всё это из-за твоей жадной похоти, просачивающейся сквозь твои хилые защиты, пропитывающей комнату так же, как ты пропитывала собственное бельё, сладкая моя. Но теперь… время вышло, и ты получишь то, в чём так отчаянно нуждаешься. Гермиона сглотнула, судорожно чувствуя, как его тёплые, твёрдые пальцы сомкнулись на её шее, и он наверняка чувствовал, как яростно бьётся её пульс. Он откинул её волосы в сторону, дыхание обожгло нежную кожу на шее, заставив её вздрогнуть. — И ещё, мисс Грейнджер, — прошептал он, — зови меня «Сэр».
