mon cœur

***

      — Господин Чхве, ей уже намного лучше, Вам следует побеспокоиться о своём состоянии.       Бомгю осматривает привычного пожилого врача, который держал в руках пачку документации. Каждую эту бумажку омега выучил досконально, во многом даже не понимая смысл написанного.       — Побочные эффекты после химиотерапии уже не такие явные. И госпожа Чхве даже немного набрала вес за последнюю неделю. — мужчина в белом халате поджимает неуверенно губы. — Но всё же это нельзя назвать утешающим. Мы не можем быть всегда уверенны на сто процентов, особенно в этом случае. Необходима пересадка костного мозга и...       — Я знаю. — выдыхает Бомгю, ища в небольшом дипломате конверт. Он передаёт его на стойку регистрации, где медсестра заносит на его имя ежемесячную сумму за содержание и лечение мамы. — Делаю всё возможное, чтобы накопить на операцию.       Бомгю не говорит, что деньги в эту копилку добавляются слишком медленно. Что его зарплата уходит на аренду небольшой кондитерской мамы, на оплату больничных счетов и перечисление крупной суммы за обучение младшего брата, живущего в Лондоне.       Он уже продал свою квартиру, перестал скитаться по отелям, ведь это тоже всегда влетает в немалые суммы, и теперь согласился жить вместе с лучшим другом.       — Вы хотите зайти к ней? Посещения ещё не разрешены, но Вы торопитесь... — понимающе произносит мужчина, указывая на палату.       — Да, спасибо. — учтиво кланяется омега и проходит внутрь комнаты с до тошноты белыми стенами. — Привет, мама.       На кровати лежит женщина с нежной улыбкой. Платочек на голове скрывал редкие волосы, от которых омега отказывалась избавляться наотрез. Она желала, чтобы когда-то длинные чёрные пряди опадали постепенно.       — Бомгю, милый, иди сюда. — раскрывает Чхве Суджи объятия, вмиг позволяя сыну окунуться в них. — Как твои дела?       — Хорошо.       На самом деле всё ужасно. Бомгю едва стоит на ногах от недосыпов и вечных истерик. Из-за нервов его некогда пушистые и густые волосы стали обламываться, а кожа побледнела. Он старался скрывать своё тело в одеждах, а лицу придавать свежесть с помощью косметики.       — Как работа? Уверена, ты, как обычно, превосходен. Далеко еще до должности главного маркетолога?       — Всё по-старому. Господин Ким доволен моими проектами.       Верно, господин Ким доволен. А вот его заместителю, господину Ли, кажется, что Бомгю может справляться лучше. Вероятно, "лучше" он станет, если всё же согласится на встречи с этим человеком.       — Мне звонил Тэмин. Завтра у него турнир по теннису, но у меня в это время процедуры, поэтому я не смогу посмотреть эфир. Если в Лондоне начало в полдень, то для нас это девять вечера. Ты ведь в это время будешь дома?       — Да. Я обязательно посмотрю.       Если в цветочном магазине не будет сильный наплыв. Хотя он уже заранее связался с Тэмином и извинился, если всё же не сможет поддержать его, и попросил не говорить об этом маме.       — Тебя правда не гложет обязанность платить за аренду кондитерской? Во всяком случае, мы можем продать её.       — Нет! Ты столько на это потратила, я не могу позволить тебе пойти на такое...       Конечно, ведь эта кондитерская – главное воспоминание об отце, слишком рано покинувшего их, оставляя неимоверно счастливые воспоминания в прошлом.       — Не могу представить, как ты всё это выдерживаешь... — вздыхает женщина, нежно поглаживая ладони младшего. — Прости свою глупую маму. Если бы я принялась за лечение раньше...       — Я должен просить прощения. — уверяет Чхве. — Если бы я имел возможность на чуть большие деньги... Мама, я... Продал свою квартиру...       Ведь с этого он смог выплатить задолженность по зарплатам работникам кондитерской.       — Что?! — усталая в последние месяцы Суджи приобретает на лице эмоцию удивления. — Милый, не говори мне такое... Ты же совсем недавно купил её и...       — Не волнуйся, мама. Именно покупка была необдуманной, я не проверил всё тщательно, и приходилось терпеть постоянную поломку сантехники и перебои электричества. — на ходу придумывал омега. — Я не мог жить в таких условиях.       — Жаль, что наш дом так далеко в Тэгу. Ты даже по выходным редко мог приехать, что уж говорить о буднях...       Бомгю сдерживается, лишь бы обречённо не застонать. Счета за дом. Нужно выделить день, чтобы съездить и оплатить их. Но тогда придётся брать отгул в цветочном магазине и потерять сто тысяч вон.       — Но где ты живёшь тогда? — хмурится мама.       — Тэджу пригласил к себе. — старается держать ровный голос Чхве от воспоминаний о лучшем друге.       — Замечательно! — хлопает в ладони женщина. — Мне всегда нравилась ваша дружба, не удивительно, что он так заботиться о тебе.       — Да... — протягивает омега и смотрит на настенные часы. — Мама, у меня через полчаса начнётся рабочий день.       — Конечно-конечно! Не переживай и иди, только позвони вечером!       Суджи тянется к щекам сына, оставляя на каждой нежный родительский поцелуй. Бомгю как можно теплее улыбается, сдерживая эмоции и заглядывая в глаза старшей. В них столько заботы и благодарности, что омега чувствует себя паршиво от неспособности помочь.       Чхве до боли кусает губы, когда выходит из палаты, следует к выходу из больницы и оглядывает взглядом парковку. Не признаётся себе, что ему хочется не найти нужную машину, а отправиться на работу на автобусе и хоть немного отдохнуть от мыслей.       Но слух оглушает звук гудка, и перед Бомгю останавливается знакомый синий автомобиль. Незаметно закатив глаза, омега открывает дверь с пассажирского сиденья и тут же морщится от прикосновения к своей руке.       — Почему ты так рано ушёл? — тянет его внутрь Тэджу, нежно поглаживая по ладони. — Мог разбудить меня, я бы отвёз сюда.       — Позвонили неожиданно. Ночью маме стало плохо, но я... Не ответил. — вырывается с чужой хватки Чхве и тут же чувствует, как его лицо сжимают пальцы, направляя к себе. Альфа мажет губами по щеке омеги. А Бомгю едва успевает увернуться от поцелуя в губы. Он ударяет Тэджу в грудь, прошипев: — Не надо.       — Ты до сих пор дуешься? — со смешком спрашивает Сон.       — Если бы не ты, я сразу приехал сюда. — с нескрываемой злобой говорит Чхве.       — Я думал, всю свою агрессию ты выплеснул сегодня ночью. — выворачивая руль и выезжая с парковки, говорит: — Заедем куда-нибудь?       — Зачем?       — Ты же помнишь наш небольшой договор? Мы оба без отношений, но разрядку ведь получать нужно. — Тэджу замечает, как сморщил Бомгю носик от этих слов. — Эй, не делай вид, будто не ты начал это.       — Я начинал это единожды. Но ты продолжаешь принуждать меня. — Чхве замечает, как альфа минует поворот к компании, в которой они работают, и возмущённо восклицает: — Если мы опоздаем, получим выговор. Это не добрый господин Ким, который закрывает глаза на подобное.       — Именно. Нам необходимо расслабиться. Эй, Бомгю... — Тэджу тормозит на перекрёстке, когда перед ними загорается красный сигнал светофора. Руку снимает с рычага переключения передач и сжимает ей бедро омеги. — Я ведь твой лучший друг. Я пустил тебя к себе домой, не прошу деньги за квартплату и продукты, даже одалживаю крупные суммы и не спрашиваю обратно. И я продолжаю заботиться о тебе сейчас. Позволим друг другу выплеснуть пар?       — Работа...       — Бомгю, таких, как мы, еще несколько десятков человек. Если мы припозднимся на пару часиков, никто не заметит, но ты сможешь выдохнуть.       — Твои речи ужасны. Так и скажи, что просто хочешь трахнуть меня перед работой.       — Это ведь стало нашим утренним ритуалом. — пожимает плечами Сон. — Просто найди уже себе какого-нибудь дружка, а потом познакомить меня с ним.       — Найти дружка мне или тебе?       — Нам обоим.       — Поехали. Только быстро. Не хочу слушать крики господина Ли с утра пораньше.       — Не оскорбляй меня! — наигранно обижается альфа. — "Быстро"! Что это значит?! Мой кубок за первое место в том марафоне для тебя является шуткой?!       Бомгю натягивает на губы улыбку. Смеётся лишь секунду и отворачивается к окну. Глубоко выдыхает из-за собственного бессилия.       Кажется, он никогда не будет по-настоящему в безопасности.

***

      Тэхён всегда отчётливо слышал нотки гнева в голосе главы семьи – его деда.       Кан Джихан являлся не только авторитетом каждого, кто входил в их семью, но и уважаемым человеком всей Кореи. Генеральный директор и основатель крупнейшей компании в сфере заграничного туризма. Мужчина за долгие 50 лет своего бизнеса смог расширить его до невероятных размеров. Сотни небольших офисов по всех стране и три главных, располагающихся в центре Сеула. Между своими тремя внуками он распределил руководство отраслями: Европой, Азией и Америкой. И теперь последние три года почти полностью освободил свой пост, хоть чётко и не передал эту власть кому-то из своих внуков.       Однако негласно эту должность занял Тэхён, как и стал руководить отраслью туризма по Европе.       А его дед, в свою очередь, стал уделять очень много времени семье: своему мужу, детям, внукам и единственной правнучке. Его забота всегда граничила с напутствиями и критикой. Чаще всего родственники старались отшучиваться при таких разговорах, но Тэхёну единственному приходилось терпеть и покорно кивать головой. Всё же должность генерального директора официально ему ещё не принадлежит, а дед спокойно может назначит одного из других своих внуков, что были кузенами Тэхёна.       Хотя супруг Джихана – Кан Вону всегда старался успокоить мужа в его излишней требовательности к детям. В молодости он тоже являлся успешным бизнесменом, хоть во многом это и было благодаря помощи его мужа. Сейчас, в свои 73, он может гордиться собственным брендом одежды, руководство над которым он передал в руки старшей внучки.       Джихан и Вону за свой молодой и влюблённый период завели троих детей: старший сын – омега Юджун, единственная дочь – омега Ерин и сын – Хаджун.       Юджун стал первой детской моделью для своего папы, поэтому был в этом деле неимоверно успешен и в молодости, и по сей день. Он вышел замуж за своего временного начальника, режиссёра реклам – Чхве Сонхуна. Не прошло и года с регистрации их брака, как у них появился первый сын – альфа Дэхан, в нынешнее время состоявший в волейбольный сборной Кореи. Спустя два года после рождения первенца родился и второй сын – альфа Субин, взявший на себя одну из заведующих должностей в компании деда. Именно он сейчас во главе туристического направления по Азии.       Кан Ерин с малых лет была влюблена в путешествия, поэтому часто вместе с отцом бывала заграницей, параллельно создавая картины и развиваясь в сфере графического дизайна. В одной из таких поездок она и познакомилась с гавайским шоуменом и певцом – Хюнин Давидом. Ещё до брака у них родилась дочка – альфа Леа, в руки которой её дедушка и передал свой бренд. Спустя год на свет появился сын – альфа Кай, заведующий направлением Америки в их туристическом агентстве. А ещё спустя год появилась вторая дочь – омега Бахи, ставшая соло-айдолом в одной из самых популярных корейских лейблов.       Кан Ходжун же, желая пойти по стопам отца, старался помогать ему в ведении бизнеса. И это действительно было его мечтой и главным стимулом жить. До первой поездки во Францию и встречей с Ким Сиюном. И Ходжун уверен, что до конца своих дней будет благодарить дождливую погоду Парижа и свой начавшийся неожиданно насморк. Именно благодаря этому он тогда зашёл в аптеку и встретил его. Милого фармацевта с большими глазами, словно шарики тапиоки.       Отец Сиюна был переводчиком, прилетевшим из Кореи во Францию вместе с группой врачей, совместно разрабатывающих вакцину от бушующего в то время гриппа. В иностранной бригаде была чудная аспирантка – француженка, с которой впоследствии переводчик и завёл семью.       Сиюн, сколько себя помнит, жил во Франции. Даже обручение, свадьба и появление ребёнка произошли в этой стране. Однако молодые родители точно решили, что в возрасте, когда пора поступать в младшую школу, их сын начнёт жить в Корее.       И Тэхён безмерно любил своих родителей и Францию, которую считал второй родиной. Но всё же ежемесячные встречи его огромной семьи в Корее были намного ближе.       — Даён хочет заниматься балетом. — слышит Тэхён издалека голос кузена. Вчерашний день был последним из трёх выходных для их семейной встречи. В это время каждый член семьи, если ему позволяли обязанности и работа, приезжал в огромный загородный коттедж главы семьи и наслаждался бытом, разговорами и наставлениями от Кан Джихана. — На днях они с Юной присутствовали на показе какого-то мультфильма, связанного с балетом, и теперь это единственное, что я слышу.       В голосе Кая не слышны нотки упрёка или грусти. Он скорее желает узнать мысли деда, который лишь тяжело вздыхает:       — Знаешь ведь, насколько тяжёлый это вид деятельности... Принесёт ли это ей удовольствие?       — Не слушай его, Кай-а. — отмахивается от супруга Вону. — Он снова включил режим зануды. Если Даён-и хочет, значит, и будет получать от этого удовольствие. А в ином случае всегда можно отказаться от занятий и выбрать что-то другое, верно? В жизни нужно пробовать если не всё, значит то, чего желает душа. О, Тэхён-и, доброе утро! Мингю испёк чудесные панкейки. — и в подтверждении своих слов омега указывает на свою тарелку с очередным шедевром от их повара.       — Говоришь о занудстве, а сам не снимаешь розовые очки. — бурчит старший Кан. После этой фразы Тэхён решает: сегодня завтракать за этим столом он не будет. Утреннее ворчание деда никогда не предвещало ничего хорошего.       — Но это ведь ты надел их на меня когда-то. — мило улыбается Вону и проводит пальцами по седым прядям супруга.       — Я поем в компании. — Тэхён подходит к дедушке, позволяя тактильному омеге обнять его.       — Интересно, каким образом, если у тебя даже нет человека, который сможет принести кофе. — язвит Кан Джихан.       Тэхён едва сдерживается, чтобы не закатить глаза. На днях, когда дед захотел проверить рабочие места внуков, остановился и в офисе Тэхёна. И ему весьма не понравилось отсутствие у кабинета Кана стола секретаря. Альфа закатил часовую лекцию о том, как важно первое впечатление, считая, что милая улыбка какого-то омеги поможет гостям настроиться на нужный лад.       — Я в состоянии приготовить себе кофе сам. — невозмутимо говорит Тэхён.       — Как и помнить о своём расписании, разгребать документы и самолично вызывать подчинённых к себе. — начинает перечислять альфа обязанности секретаря. — Тэхён, эта должность не просто так придумана. У тебя есть свои незавершенные дела, и ты не должен взваливать на себя лишнее.       — Я найму кого-нибудь. — врёт Кан. Но от этих слов, к огромному облегчению, дед кивает.       — Кстати, помимо секретаря есть ведь ещё тот, кого тебе не хватает.       — Мне пора. — проговаривает Тэхён. Уж лучше бы старший продолжал возмущения из-за секретаря, чем переходил на эту тему.       — Я не говорил с тобой на эту тему лишь потому, что вы с Субином оба были одиноки. Но сейчас появилась Наён. Не знаю точно, в каких они отношениях, но она – признак того, что Субин не стоит в этом плане на месте. Тэхён, понимаешь? Я планирую сделать тебя своим преемником в бизнесе, но я не пойду на такое, если ты будешь посвящать всего себя работе. Отчасти это зависит и из-за моих эгоистичных желаний. Всё же я тоже хочу погулять на свадьбе своего внука.       — У меня тоже всё нормально в этом плане. — выдыхает Тэхён.       — Действительно? — внезапно оживляется Вону. — Как его зовут? Или её? Кто он? Кто-то из твоей компании? Из какой он сферы? Модель?       — Дедушка, сейчас всё сложно...       — Так ты не в отношениях?       — Нет.       — О ком тогда говоришь? Ты влюблён?       — Вроде того. — Кан надеется не запутаться в собственной лжи, отвечая на бесконечные вопросы омеги. — Я ещё не могу чётко объяснить, что происходит.       — Мы вернёмся к этой теме. — произносит Джихан напоследок, уходя в свой кабинет. — И найди секретаря.

***

      — Чхве Бомгю, зайдите в кабинет господина Ли. — получил Бомгю сообщение, когда только сел за своё рабочее место. Он с опаской смотрит на настенные часы офиса, показывающие 12:10. Они опоздали на целых три часа.       — Тебя тоже вызвали? — проходя мимо стола Тэджу, интересуется Бомгю. На лице альфы играла довольная улыбка, по которой вмиг захотелось хлопнуть.       — Куда? — на этот вопрос Чхве лишь кивает в сторону двери заместителя их директора. — Нет, а должны были?       — Мы опоздали.       — А, ты об этом. — кажется, нотки нервозности слышатся в голосе Тэджу. — Я заскочил сюда перед тем, как поехать за тобой в больницу. Написал заявление, в котором упомянул, что немного опоздаю.       — Ты ничего не сказал мне об этом. — хмурится Чхве. Своеобразное предательство паршиво кольнуло где-то внутри. — Ты потащил меня в тот отель, зная, что я уже на карандаше у господина Ли, при этом сам отгородил себя от риска?       — Прости, малыш. Я просто забыл тебе сказать об этом. — пожимает плечами альфа.       — Зачем мне твои извинения? Вряд ли меня зовут ради отчётов к...       — Чхве Бомгю, поторопитесь, пожалуйста. — через систему оповещений слышит Чхве напутствия секретаря.       Омега бросает на друга разочарованный взгляд, уворачивается, когда Тэджу желает коснуться его запястья, и уходит в направлении кабинета заместителя директора. В общем-то, Бомгю догадывается о причинах его вызова, лишь надеется, что беседа с Ли не перейдёт за дозволенные рамки.       Первое, что бросается на глаза в кабинете альфы – лежащая на столе коробочка. Её вчерашним утром Бомгю нашёл на своём рабочем месте. Однозначная записка, прикрепленная к драгоценному колье, заставила поморщиться и вернуть "подарок" альфе. Вчера господина Ли не было в офисе, следовательно, его возмущения перенеслись на сегодня.       — Господин Ли, вызывали?       — Да. — мужчина указывает на коробочку. — Что это значит?       — Могу спросить то же самое у Вас. — отвечает омега. — Это отказ.       — А причина?       — Господин Ли, при всём моём уважении, но Вы женаты. Это отвратительно.       — Вот как? — наигранно удивляется Ли. — Будет ли это так же отвратительно, если я предложу тебе должность директора по маркетингу? Согласись, продвинуться по карьере в таком молодом возрасте достаточно престижно, не так ли?       — Я смогу сделать это собственными силами.       — Интересно, как? С твоими косяками за последний месяц? — начинает загибать пальцы альфа. — Ежедневные опоздания, которые поначалу тебе прощались. Мы понимаем твою ситуацию, но у всего есть грань. Почему сегодня ты опоздал на несколько часов? — ждёт несколько секунд, за которые омега лишь молчит. — Вялость на рабочем месте, ужасные отчёты и идеи.       — Назовите хоть одну ошибку в моих отчётах.       — Дерзость с начальством. — продолжает перечислять альфа. — Так что? Ты соглашаешься на мои условия, либо придётся попрощаться с этой работой.

***

      Бомгю захотел проклясть свою гордость уже на девятый день после увольнения. Господин Ли действительно набрал на него достаточно компромата, большинство из которого – банальные опоздания или сон на работе. Ко всему прочему, умудрился написать на него рецензию таким образом, что омеге отказали уже десять раз за последние дни.       Его жизнь действительно начала приобретать все особенности драматичного сериала. Только вот счастливого конца он не может даже представить. Болезнь мамы, отношения с единственным другом, которые стали по-настоящему пугать, увольнение и неспособность найти новую работу. Сутками проводить в цветочном магазине тоже он не способен, ведь утренние и дневные смены всегда занимают практикующие студенты.       — Почему так долго? — будто невзначай спрашивает Тэджу, когда Бомгю хлопает дверью в их квартиру.       Омега проходит в небольшой зал, где перед телевизором с какой-то глупой комедией сидел альфа. Чхве всегда закатывал глаза над вкусами друга, но терпеливо продолжал смотреть подобное вместе с ним. Поэтому и сейчас он сел на диванчик рядом с Соном, отбирая из его рук стопку с соджу и опрокидывая её сам. Приторный клубничный вкус остаётся на языке.       — Пришлось заехать ещё кое-куда. — отмахивается Чхве. Он ждёт, когда альфа задаст ему вопрос про работу, но тот лишь смеётся от очередной глупой шуткой в телевизоре. — Сегодня мне вновь отказали.       — Не отчаивайся. Они просто не видят твоего таланта. — пожимает плечами Тэджу, даже не взглянув на Чхве. И без того ужасное настроение падает ещё сильнее. Бомгю берёт со стола пульт, выключая раздражающую плазму. — Эй, я ведь смотрел!       — А мне казалось, ты издеваешься надо мной. Ты связался со своим знакомым из той компании по туризму?       — Kang Vista Travel? Я забыл.       — Забыл? — повышает голос омега. — Ты шутишь? Тэджу, знаешь ведь, как важно мне найти работу!       Бомгю встаёт, желая уйти в другую комнату, но альфа обхватывает его запястье и тянет на себя. Сажает омегу к себе на бёдра, удерживая пытавшегося слезть парня за талию.       — Отпусти меня! — толкает Чхве чужую грудь, но его ладони обхватывают одной рукой. Свободной же Тэджу находит на диване свой телефон, какое-то время печатает в нём, не слушая возмущения омеги: — Идиот! Лучше бы я так и скитался по отелям, чем доверился тебе! Эгоист, желающий делать только то, что хочешь сам!       — Доволен? — показывает Сон экран своего телефона, где виднелся диалог:

Ёнджун-и, привет. Сможешь помочь и узнать, если ли свободные должности в Kang Vista Travel? Мой друг попал в непростую ситуацию, ему знатно подпортили репутацию. В общем, надеюсь на твою помощь;)

23:40

      И прямо на глазах Бомгю появляется ответ: Ёнджун-хён♡ Тэджу-я, давно не списывались На самом деле наш директор в последнее время жутко не в духе, но ради тебя я готов пойти на риск и порекомендовать этого друга:) Люби хёна^3^ 23:41       — Кто это? — спрашивает Бомгю, как только Тэджу отложил телефон.       — Тур-агент, работающий в этой компании. — альфа опасно близко наклоняется к чужой шее, вдыхая сладкий персиковый аромат.       — Я не об этом. — пытается увернуться Чхве, когда его кожи касаются влажными губами. — Вы с ним так мило общаетесь.       — Несколько лет назад познакомились на студенческой вечеринке. Пару раз переспали и остались в хороших отношениях, иногда ходим выпить вместе. — Сон касается белой футболки омеги, выправляя ту из бежевых брюк. — Ты ревнуешь?       — Понадеялся, что ты кого-то нашёл себе. — Бомгю вздрагивает, когда холодные пальцы касаются его живота. — Прошу, давай не сегодня. Я устал и...       — Я всё сделаю сам. — Тэджу щёлкает ремнем на чужих брюках, после следуя ладонью выше по телу омеги. — Ты сегодня такой напряженный. Расслабься.       — Тэджу, пожалуйста. — хнычет Бомгю, когда шею больно кусают. Он давно бы оттолкнул его, но альфа выпускает свои чёртовы феромоны. Чхве ненавидел это. — Я не хочу. Не трогай...       Альфа оглаживает грудь омеги, едва прикасается к соскам, оттягивает и внезапно сжимает их, чувствуя странный холод. Бомгю вскрикивает, не жалея силы, отталкивает тело Тэджу, сам больно падая на пол.       — Бомгю, что за... — не в силах продолжить Сон, когда замечает, что на белоснежной футболке расцветают багровые пятна. Точно на груди, где Тэджу почувствовал металлические шарики. Внезапное осознание заставляет выдохнуть: — Ты сделал пирсинг?       — Я же просил... — шепчет сквозь скатывающиеся слёзы Бомгю. Он обхватил своё тело ладонями, но жгучая боль не утихала ни на секунду. — Тэджу, пожалуйста, возьми мой телефон... Позвони по последнему номеру. Это салон, где я сделал этот пирсинг... Они сказали, если появятся осложнения, я смогу обратиться...       — Зачем ты это сделал? — параллельно с поисками телефона омеги спрашивает Тэджу.       — Они заплатили за то, что я побыл их моделью. В пятницу должна состояться ещё одна съёмка, и мне говорили, что будут больше платить, если я добавлю в образ что-то необычное...       — Бомгю, серьёзно? Снова те съёмки? — раздраженно цедит Тэджу. — Если об этом узнает твоя мама?       — Она не узнает. — твёрдо отвечает омега. — Меня снимают без лица. Тэджу, позвони... Мне так больно...       И Бомгю говорит далеко не о физической боли.

***

      — В седьмой раз повторяю: не говорил я ему про Наён. — с раздражением выдыхает Субин. С самого своего прихода в компанию Тэхёна он столкнулся с полным игнорированием со стороны кузена, что нещадно злило.       — Как же он узнал? — выгибает бровь Кан, нервно постукивая пальцем о поверхность стола. — Мы с тобой пообещали друг другу, что если у нас кто-то появится, дед об этом узнает в самый последний момент.       — Пообещал ты. — высказывается альфа, падая в кресло. — Это ты должен наследовать компанию, с тебя и спрос.       — Спрос должен быть насчёт работы, а не личной жизни. Ты сам где только нашёл свою Наён? — задаёт вопрос Кан.       — Она просто попала в непростую ситуацию. — отмахивается Субин. — Не думай, будто это что-то серьёзное.       — Тем не менее меня ты подставил.       — Отставь своё нытьё. Найти омегу для встреч и имитирования любви не так сложно. Особенно когда имеешь красивое лицо и деньги. Зарегистрируйся на первом попавшемся сайте знакомств, лайкни симпатичного омегу, а спустя месяц представь деду. Даже если твои "отношения" не растянутся надолго, он будет знать, что ты не так безнадёжен в этом плане, и официально запишет тебя в наследование. Всё просто.       — Я безнадёжен в плане отношений? — проигнорировав остальные сказанные братом слова, спрашивает Тэхён. — Между прочим...       — Не аргументируй это своим еженедельным сексом с теми, кого подцепишь в клубе. — закатывает глаза Чхве, когда альфа перед ним смолкает. — Тэхён, в твоих жилах течёт французская кровь. Очаровать кого-то проще простого.       — Из французского во мне лишь умение владеть языком. — заметив поднявшиеся брови альфы и постепенно появляющуюся улыбку, Кан прерывает его: — Не в этом смысле.       — Что ж, я вообще не по этому вопросу пришёл. Дед сейчас в городе. Утром заходил в мой офис, а после направился к Каю. Захотел очередную внеплановую проверку.       — Серьёзно? — взволнованно смотрит на альфу Кан. — Субин, какого чёрта ты сказал об этом только сейчас?       — Успокойся. У Даён какой-то утренник в детском саду, ты сам знаешь, как наш старик любит её. Поэтому придёт к тебе только вечером. Кай пообещал его подольше задержать. — кивнув в сторону двери, Субин продолжает: — Ещё Кай упомянул, что ты обещал найти секретаря две недели назад. Но?       — Но я не нуждаюсь в секретаре. — отрезает Кан.       — Принципиальный идиот... — вновь закатывает глаза Чхве, прекрасно понимая, что его слова не воспримутся как оскорбление. — Ты не нуждаешься в секретаре, омеге, семье, отдыхе и многом другом. Но в этом нуждается человек, благодаря слову которого зависит будущее компании.       — Максимум, что я могу это...       Слова Тэхёна прерывает скрип двери. И, не дождавшись разрешения войти, в кабинете появляется омега, чей стук каблуков заставляет Субина нервно выдохнуть. Вошедший проходит ко столу директора, выкладывает перед ним несколько документов и проговаривает:       — Необходимо утвердить новые программные туры по Испании. Я просил зайти Вас ко мне ещё вчерашним днём, но так и не дождался. — тон омеги явно имеет нотки раздражения.       — Слишком много дел. — отмахивается Кан, изучая каждую из бумаг. — Это срочно? У нас важная встреча, Ёнджун.       — Не вижу ничего важнее наших клиентов, а этим... — указывает омега на документы. — Уже за сегодняшний день заинтересовались несколько людей. Поэтому поставьте свою подпись везде, где необходимо, а после возвращайтесь к своим... делам. — специально пропустив слово «важным», высказывается Чхве.       Субин не может сдержать неловкий кашель от подобных жестов омеги. С самого своего прихода этот парень старался игнорировать его полностью, но теперь, услышав неоднозначный кашель, обернулся и каким-то оценивающим взглядом прошёлся по альфе.       — Господин Чхве, Вы всё ещё живы? — натягивая улыбку на лицо, произносит Ёнджун.       — А Вы всё ещё на обеих ногах стоите, господин Ёнджун? — парирует вопрос старшего Чхве. — Жаль, что я забыл приобрести беруши после нашей последней встречи.       — Как же так..? — надувает Ёнджун свои пухлые губы. — Удивительно, что я старше. Ваш склероз начался раньше, чем пропала моя детская непосредственность.       — Отличные слова, чтобы описать Вас. Ребёнок. Но причём здесь непосредственность? Как по мне невинность – последнее, что может Вас охарактеризовать.       — Неужели Вы решили открыть книгу и узнать значение определенных слов? Даже нашли синонимы, я поражён.       — Не волнуйтесь, к книгам, написанным Вами, я не притронусь никогда.       — Почему? — уже нервно постукивает носком своих лакированных туфель омега, смотря, как директор подписывает последний из листов. — Узнали бы что-то новое.       — Меня не интересует сто и один способ использования анальной пробки.       Ёнджун ошарашено оборачивается на альфу. В его окружении никто и никогда не говорил про детективы омеги подобным образом, ведь знали, сколько сил и времени он уделял им.       Старший осматривает строгий костюм альфы. Слишком идеальный, вылизанный и выглаженный по всем правилам. Лишь приспущенный на грудь галстук и парочка расстегнутых пуговиц на рубашке делала образ проще.       — По Вам, господин Чхве, не трудно догадаться, что банальный секс со времён Чосона – Ваш максимум. — Ёнджун принимает из рук Тэхёна подписанные бумаги, обращая всё внимание теперь на директора: — Господин Кан, как обстоят дела в маркетинговом отделе?       — А что с ним?       — Есть хороший знакомый, неудачно попавший под сокращение на прошлом месте работы. У него замечательное портфолио и... — речь омеги прерывается усталым вздохом директора.       — Ёнджун, я уважаю тебя и твою работу, но у нас и так половина рабочих – твои "хорошие знакомые". К тому же маркетологов у нас хватает. Если у тебя всё, можешь идти. — дождавшись, пока омега закроет дверь с противоположной стороны, Тэхён усмехается: — Кто из вас кому не даёт?       — Ты серьёзно? — выгибает бровь Субин, хоть и привык к подобному мнению брата. — Единственное, что он не даёт – право на чистый воздух. Его парфюм ужасен.       — Ce mec est si désespéré... — подперев кулаком подбородок, ухмыляется Кан, прослеживая за тем, как старший нервно потряхивал ногой. — О Наён думаешь?       — Думаю о том, как же быстро ты забыл о своих проблемах. — с раздражением выдыхает Чхве и поднимается с кресла. — У меня тоже есть работа, а уговаривать тебя найти за день хоть какое-то подобие секретаря не собираюсь.       — Если я начну обзванивать все кадровые агентства, это не останется незамеченным. К тому же нужен тот, кого без проблем после можно уволить.       Дверь в кабинет вновь открывается, но уже без стука. В проёме показывается светлая макушка Ёнджуна, который, прикладывая телефон к уху, покусывал губу:       — Может, какая-нибудь нейтральная должность? Мальчик очень нуждается в работе... — почти шёпотом произносит.       А Тэхён с сомнением поглядывает на висевшие на стене часы. Конечно, выбор есть всегда, но сейчас ему слишком нелегко находить иные варианты.

***

      Звон колокольчика оповещает об очередном клиенте в цветочном магазине. Это должно приносить радость Бомгю, ведь чем больше клиентов, тем выше его зарплата. Однако красные царапины на пальцах и бесконечное количество пластырей буквально молили хоть о малом отдыхе.       Для всех работников этого цветочного флористика была не более чем хобби. Это подработка, где каждый выходил на смены в меру своих возможностей. Несмотря на такие условия, рук всегда хватало и на круглосуточные часы работы.       Бомгю хватался за каждую свободную смену. Иногда получалось работать сутками, а нередко приходилось на пару дней оставаться дома. Конечно, это время он тратил на поиск основной работы, но до сих пор это было безрезультатно. Господин Ли действительно уничтожил его репутацию. Последняя надежда в виде знакомого Тэджу до сих не подавала никаких знаков.       — У тебя наверняка много близких коллег. — рассуждает его напарник Чонвон, обвязывая букет белых лилий. — Попроси, чтобы они написали жалобы вашему директору. Он наверняка что-то сделает, раз ты упоминал, будто он тепло к тебе относился.       — Я начинал работать сразу после университета. Многие преподаватели замолвили за меня словечко, лишь из-за этого господин Ким принял меня. — сложив ладони на столе, омега опускает на них голову. Пошёл уже восемнадцатый час его работы, сменщик придёт только через шесть.       Как бы сильно голова не гудела от усталости, а пальцы не щипало от новых неудачных порезов секатором, домой идти не хотелось. Вернее, не хотелось в дом Тэджу, с которым Бомгю не общался с того дня, когда альфа в очередной раз наплевал на его просьбы остановиться. Обошлось без последствий, чему омега был нескончаемо рад. Но этот случай заставил вновь задуматься: правильно ли двигаются их отношения?       А ещё Бомгю чертовски боялся. Тэджу был слишком вовлечен в это, будто омега действительно привлекал его. Именно это стало причиной, по которой Чхве всегда противился поцелуям.       Боялся, что они окажутся истинными, ведь Тэджу – точно не тот, с кем Бомгю готов провести свою жизнь.       До всех событий альфа определённо занимал особое место в сердце омеги. Лучший друг, даже единственный, который не отвернулся от него в самый ужасный момент жизни ещё в средней школе. Не брезговал общаться с таким, как Бомгю.       А теперь стало казаться, что ничего от былой дружбы не осталось. Бомгю необходимо жильё без лишних трат, а Тэджу – подходящий партнёр в постели. Теперь же омега жалеет, что когда-то впервые поддался этим инстинктам.       — Хён, кажется, тебе звонят. — заставляет отвлечься от раздумий Чонвон. Он кивает на двери служебного помещения, откуда доносилась приятная мелодия.       Бомгю подавляет зевок, когда следует в направлении комнаты персонала. Мобильный находится быстро, но неизвестный номер заставляет на секунду помедлить. Не найдя подписи «спам», омега ведёт по экрану и прикладывает телефон к уху:       — Да?       — Бомгю? — слышится неизвестный мягкий голос, отчего-то кажущийся запыхавшимся. — Это Чхве Бомгю?       — Это я. А Вы..?       — Прекрасно. Наверняка Тэджу говорил обо мне. Я Ёнджун, работаю в Kang Vista Travel. Помнишь?       — Да! Да, Ёнджун, я помню! — излишне громко произносит Бомгю, но скрыть эмоции не получается. Вряд ли ему бы позвонили с плохими новостями, значит, он всё же получит работу. — Так...       — У нас есть должность. Совершенно новая, но требующая срочной вовлеченности. Ты сейчас занят?       — Я на работе, но мой напарник сможет побыть какое-то время один. — заметив поднятые пальцы Чонвона, который в одобрении кивнул, произносит Бомгю. — Мне лишь нужно съездить до дома и взять портфолио, после чего...       — Понимаешь... — как-то скомканно начал Чхве. — Должность не связана с твоими способностями в сфере маркетинга.       — В каком смысле? — хмурится омега, параллельно снимая фартук.       — Нашему директору нужен секретарь. А ты, как я понимаю, очень нуждаешься в работе.       — Секретарь? Ёнджун, я даже не...       — Это не сложно! Я могу за тобой заехать, если ты согласен? Времени мало, я объясню тебе всё при встрече. Где ты сейчас?       — Цветочный магазин в Мёндоне. — не успев ответить на остальные вопросы, произносит Бомгю.       — Я подъеду через пару минут.       Дальше слышатся продолжительные гудки. Бомгю отнимает от уха телефон, в сомнении поджимает губы и смотрит на непонимающего ситуацию Чонвона. Вкратце пересказывает состоявшийся разговор, на что получает банальный совет: иди.       Кажется, будто рукава на зелёной ветровке стёрлись за те минуты, пока он ждал. Как назло, слабый вечерний ветер заставлял сильнее кутаться в одежду. Бомгю уже хотел потянуться в карман за телефоном, чтобы набрать Ёнджуна, но в этот момент услышал свист. Обернувшись, заметил подпирающего чёрный мотоцикл омегу, машущего ему рукой.       — Отлично, ты красивый! — первое, что услышал Бомгю, подойдя к Ёнджуну. — Первый критерий на удачного секретаря пройден.       — Всё-таки секретарь? Прости, но я совсем не смыслю в подобных рода вещах. — пожимает плечами омега.       — Сейчас нужна лишь красивая картинка и подобие деятельности. — Ёнджун протягивает свой шлем младшему, а после садится на мотоцикл. — Забирайся. Быстро доедем, и я всё объясню.       — А ты? — кивнув на шлем, спрашивает Чхве.       — Лишь бы "служителей закона" нигде не было. — усмехается омега. — Хотя я предпочитаю ездить безлюдными местами.       Бомгю сглатывает, но всё же садится позади старшего, обхватывая его за талию. Из-за шлема на голове пришлось неудобно отстраниться, но та неожиданность, с которой начал движение Ёнджун, переключила все мысли на желание обезопасить себя.       — Если коротко, нашему директору Кану необходим секретарь просто для галочки. — слышит Бомгю голос Ёнджуна вперемешку со звуками дороги. Всё же старший решил ехать по правилам, чтобы не пугать Чхве. — И он нужен срочно. Очень скоро в офис приедет дед нашего директора, который и требовал секретаря... Я не вникал в эту тему, просто услышал о работе и сразу вспомнил о тебе.       — Мне нужно просто притвориться? — так же громко спрашивает Бомгю.       — Да. Поулыбайся дядям в костюмах, если попросят, сделай им кофе, а в остальном сиди за столиком и жди, когда они уйдут. Дальше узнаем мнение директора Кана, и если ему и вправду понадобится секретарь, продолжишь этим заниматься по-настоящему.       А Бомгю хочет кричать о том, что у него нет желания "по-настоящему". Он не должен в ближайшем будущем заниматься приготовлением кофе и улыбками. Не для этого получал диплом, не для этого мама тратила на его обучение деньги.       Но сейчас для него согласиться на фальшивую работу секретаря – единственный выход.

***

      Честно сказать, Бомгю испытал наслаждение, когда зашёл внутрь огромного офисного здания. Он определённо соскучился по этой атмосфере: вечно спешащим людям, стуку каблуков, идеальным рубашкам и несмолкаемым голосам.       Однако долго рассматривать окружение не позволил Ёнджун, ухватив омегу за локоть и следуя в свой кабинет.       — Хорошо, что у меня всегда есть парочка лишних нарядов. Всё же мотоцикл – не очень удачный выбор средства передвижения, когда на работе нужно выглядеть ухоженно. — как только они оказываются в просторном кабинете, Ёнджун находит на своём столе небольшой пульт и опускает шторки на окнах. Он подходит к шкафу, взяв пару вешалок с одеждой, и передаёт её младшему: — Надень. Твои джинсы, конечно, милые, но сейчас нужен деловой стиль.       Не долго провозившись с шелковой блузкой кремового цвета, Бомгю позволяет Ёнджуну поправить высокий воротник, проверить посадку на чёрных брюках и застегнуть золотую пряжку на коричневом кожаном ремне.       — Итак, твоя задача сейчас – сесть за подготовленный стол около кабинета директора Кана. Как только увидишь подошедшего мужчину, нажмёшь на кнопочку связи и скажешь имя того, кто пришёл. Услышишь ответ от директора Кана и позволишь гостю войти. Если тебя попросят сделать кофе, просто воспользуешься кофемашиной на том же этаже. — проскальзывая между толпами уходящих с работы людей, проговаривает Ёнджун. Он указывает на лифт и нажимает его кнопку вызова: — Тебе на последний, 43 этаж. У меня через пять минут встреча с клиентом, поэтому не могу тебя сопроводить. Самое главное уже объяснил, да и директор Кан сказал, что не собирается давать сложные задания сегодня.       — Спасибо. — шепчет Бомгю, наблюдая за открывающимися дверьми лифта. — За предоставленную возможность. Даже такую.       — Позже отблагодаришь, как только действительно сегодня справишься. — Ёнджун поднимает большие пальцы вверх, напутственно произнося: — Удачи!       Бомгю успевает только слегка приподнять уголки губ, прежде чем двери лифта сами собой закрываются. Скорее всего, кто-то этажом выше вызвал его, ведь сам омега не успел нажать на кнопочку. Зеркало, занимающее почти всю стену, позволило немного отвлечься и поправить взъерошенные пряди. На удивление, Бомгю выглядит неплохо. Почему-то казалось, будто из-за нескольких часов непрерывной работы синяки под глазами виднеются как никогда.       Экранчик над дверьми загорается, показывая цифру «7». Омега отходит в сторону, нервно кусая себя за щёку и задаваясь вопросом: что ответить, если кто-то спросит о нем? Секретарь директора? Просто мимо проходил? Навестить кого-то решил?       Пока он буравил собственное отражение в зеркале, не заметил, как двери лифта открылись, впуская внутрь человека.       — Какой этаж? — раздаётся со стороны, вынуждая омегу обратить внимание на вошедшего.       Невольно Бомгю зацепляется взглядом за тёмно-синие волосы альфы. Очень комично увидеть подобную особенность внешности в таком серьёзном предприятии.       Омега чувствует, как в ноздри ударяет терпкий аромат белого вина, так идеально гармонирующий с образом этого человека. Вероятно, Бомгю слишком долго осматривал тёмный пиджак и рубашку альфы, выискивал хоть намёк на изъян, потому что услышал нетерпеливый кашель.       — 43. — проговаривает Чхве, отвешивая небольшой поклон. Альфа медлит пару секунд, но всё же нажимает тот же номер, что сказал омега.       — По какому вопросу? — раздаются слова, за которые Бомгю переживал больше всего.       — Я новый секретарь директора Кана. — решает ответить самым простым образом.       — Вы опоздали.       — Что? — удивлённо округляет глаза омега. Ужасная холодность, сквозившая от мужчины, вызывала покалывание на коже.       — Я просил Ёнджуна, чтобы человек на должность секретаря прибыл не позднее пяти часов. — словно показательно альфа поднимает запястье с часами. — Десять минут шестого. В это время Вы должны уже сидеть за своим столом.       — Из-за десяти минут уже выговор? — хмурится Чхве. Не знает, что его раздражает больше: излишняя заинтересованность неизвестного мужчины или то, что ему тыкают в ошибки, за которые его выгнали с прошлой работы? — А Вы...       — Кан Тэхён. Директор филиала Kang Vista Travel в направлении Европы. — альфа протягивает руку, на которую Бомгю непонимающе смотрит: — Полагаю, секретарь Вы именно мой.       — Ч-Чхве Бомгю. — запнувшись на собственной фамилии, омега касается чужой ладони в рукопожатии. Такой привычный жест для него, но сейчас заставляющий взволнованно сглотнуть. — Извините, господин Кан. Я был не в подходящей одежде, нужно было переодеться. Поэтому и задержался.       — Хорошо. — взглядом пройдясь по шелковой блузке, одобрительно кивает Тэхён. — Предлагаю отложить обсуждение обязанностей секретаря, твою заработную плату и другие нюансы до более подходящего времени. Мне необходимо, чтобы ты просто поприветствовал моего деда, принёс нам кофе и спустя, скажем, минут пятнадцать, вошёл и сказал, что из юридического отдела мне передали отчёты. Соответствующую папку найдёшь на столе.       — Постараюсь всё сделать в лучшем виде. — подавляя интересующие вопросы, Бомгю с надеждой поднимает глаза на табель с этажами, облегчённо заметив число «43». Отчего-то сейчас захотелось приступить к выполнению своих "обязанностей", чем томиться в лифте с Каном.       Раздаётся писк, двери открываются, и Тэхён указывает на них, позволяя Бомгю пройти первым. Этаж почти полностью состоял из коридора, в конце которого располагалась дверь в кабинет Кана. Рядом стоял оборудованный всем необходимым стол, около которого стояли трое: пожилой альфа, несмотря на возраст, державший ровную осанку, и молодой мужчина с необычно пепельными волосами, удерживающий ладошку маленькой девочки.       — Чёрт, они рано. — слышит Бомгю фразу, брошенную Тэхёном. Видимо, этот мужчина и есть дед альфы.       — Тэхён. — нотки строгости прослеживаются в голосе старшего Кана, который, заметив внука, сложил руки на груди. — Кажется, я звонил тебе и предупреждал о своём визите. Где ты ходишь?       — Извини, пришлось спуститься на нижние этажи и уладить некоторые дела. — пожимает плечами альфа, посылая немую просьбу Каю.       — Мы ненадолго. — утверждает Хюнин, с улыбкой обращаясь к дочери: — Верно, Даён-и? Ты ведь хотела съездить к дедушке?       — Да-да! — подхватывает девочка и начинает крутиться, демонстрируя своё бежевое платье. — Оппа, смотри! Красивое, да? Дедушка его сделал! На сегодняшнем празднике все про-о-о-осто были в восторге! Даже госпожа Мин, а ведь она взрослая! Как тебе, оппа?       — C'est magnifique, Даён-и. — отвечает ей Тэхён, вызывая счастливую улыбку на лице ребенка. Хоть омежка и знала всего парочку французских фраз, но радовалась в те редкие моменты, когда Кан произносил слова восхищения. — Может, пройдём в кабинет? Если вы хотели что-то обсудить, нужно...       — Подожди. — останавливает его Джихан, с интересом рассматривая за спиной Кана Бомгю. — А это у нас...       — Чхве Бомгю. — глубоко кланяется омега. — Секретарь господина Кана.       — Секретарь? — как-то поникши произносит старший. — Ну... Секретарь тоже неплохо. Хоть к чему-то ты прислушался. Может, до брака недалеко?       — Дед, не сейчас. — устало произносит Тэхён.       — Верно, твоё любимое «не сейчас». Всякий раз сажусь за документы, но в шаге от того, чтобы наконец-то утвердить твою должность генерального директора, слышу «не сейчас». — начинает наступление Кан. — Тэхён, сколько можно...       — Прошу прощения... — с трудом уняв волнение, подаёт голос Бомгю и смотрит на Тэхёна. — Господин Кан, мы только что были в юридическом отделе, где сотрудники заканчивали составление ежемесячных отчётов. Мне стоит сходить за ними, чтобы Вы успели всё рассмотреть до конца рабочего дня. И... — уже переводя взгляд на Джихана, продолжает омега: — Сделать вам кофе?       — Надо же... — поражённо произносит Джихан, и на его серьёзном лице появляется улыбка: — Хоть ты и перебил меня, но так вежливо, что не могу не оценить. Тэхён, ты, кажется, понял, что я именно от тебя требовал. Надеюсь, дальше пойдет в том же темпе. Бомгю, кофе действительно не помешает.       — А юная госпожа что пожелает? — обратившись к Даён, Бомгю мысленно облегчённо выдыхает.       — Ммм... — задумчиво девочка поднимает взгляд на родителя: — Здесь такой вкусный горячий шоколад...       — Милая, ты сегодня уже достаточно съела сладкого... — пытается противиться лишь несколько секунд Кай, но, заметив поджатые губы дочери, делает жест ключика и говорит: — Маме ни слова. Бомгю, возьми в автомате на первом этаже горячий шоколад.       Чхве кивает, бросает быстрый взгляд на Тэхёна, в глазах которого плескалась смесь из благодарности и удивления. Бомгю и сам немного озадачился из-за реакции старшего Кана, который так спокойно вышел из назревающего конфликта.       Если омега правильно понял, Джихан до сих пор является владельцем Kang Vista Travel, а Тэхёна негласно назначил преемником, но официального документа так и не подписал. Он требует от внука исполнения своих приказов, и поиск секретаря являлся одним из них. Поэтому и оправдывается вся спешка и нервозность альфы в лифте.       Бомгю мысленно отсчитывает пять минут, во время которых он исследует полупустой первый этаж, находит специальный автомат и заказывает горячий шоколад. На всякий случай берёт парочку пакетиков с сахаром и деревянную палочку, закрывает стаканчик крышкой и направляется вновь на этаж, где располагался кабинет альфы.       Заприметив ещё во время разговора с родственниками Тэхёна кофемашину, Бомгю подходит к ней и сразу замечает наклеенный стикер:

Деду американо с корицей, добавь 1,5 ложки сахара. Каю латте и три ложки сахара.

      Бомгю пытается найти на противоположной стороне упоминание, какой напиток сделать Тэхёну, но видит лишь пустоту. На небольшом подносе выставляет стаканчик с горячим шоколадом, а после две чашечки кофе. Долго думает насчёт третьей и рискует, набирая комбинацию из своего любимого рецепта.       Стучит в дверь кабинета Кана и, услышав разрешение войти от Джихана, аккуратно заходит.       — Я посещал этот музей. Норвегия, да? — просматривая небольшую биллютень, рассуждает старший альфа. — Не очень удачный выбор для посещения. Стоит заменить.       — Ты посещал его лет двадцать назад. Во время моей последней поездки там было довольно интересно. К тому же нам предлагают сотрудничество. — отвечает Тэхён, со скепсисом осматривая чашку кофе перед собой.       Даён тут же с восторгом обхватывает тёплый стаканчик своего напитка и под волнение отца, переживающего насчёт сохранности наряда, делает первый глоток.       — Отчёты. — Бомгю протягивает Тэхёну несколько папок.       — Хорошо. Рабочий день уже закончился. Спасибо, что задержался. Можешь идти. — кивает Кан. Когда омега уже почти дошёл до дверей, окликает: — Бомгю, подготовь к завтрашней встрече смету с требуемыми финансами на ближайший месяц. И лучше приди раньше. Скажем, к восьми.       — Я приду, господин Кан. Хорошего вечера. — напоследок Бомгю кланяется всем присутствующим и выходит за двери.       Тэхён незаметно для деда облегчённо выдыхает, мысленно благодарит Ёнджуна, что тот нашёл этого Бомгю, сумевшего быстро понять, что от него требуется. И на удивление, он смог очаровать своим образом и поведением не только Джихана, но и малышку Даён, весело машущую ему на прощание.       Придётся ли задержать омегу надолго, Кан не знает. Поиск секретаря был лишь малой частью к тому, чтобы заслужить признание старшего альфы. И благодаря Бомгю хотя бы этот пункт был достигнут.       — Как он справляется с работой? — отвлекает Джихан Тэхёна от мыслей.       — Хорошо. Как и любой достойный секретарь.       — Но у тебя не было до этого секретарей. Как ты можешь судить? — вновь зацепившись за неважные слова, хмурится мужчина. — Впрочем, может, благодаря ему ты наконец-то найдёшь время для своей личной жизни.       — Вероятно. — отмахивается Тэхён и просматривает уже известные ему документы, стараясь сделать занятой вид.       — Почему не пьёшь кофе? — вновь задаёт вопрос альфа.       — Я...              «Не пью кофе, приготовленное другими» – фраза, оставшаяся не озвученной. Хоть он упоминал это тысячи раз, этот принцип всегда был проигнорированным, либо же он являлся началом для очередной поучительной беседы. Второго сейчас хотелось меньше всего.       Тэхён не любит все эти определённые сочетания. Кофе, молоко, сахар, корица, сиропы, сливки в "правильном" соотношении и с названиями, где одно сложнее другого. Особенная комбинация "безымянного" напитка: не слишком горький кофе, разбавленный тёплыми сливками, без сахара, но с добавлением персикового сиропа. Тэхён привык к этому, всегда лично для себя готовит только так и на дух не переносит иные рецепты.       Но чтобы вновь не застрять в тираде новых нравоучений, берёт пальцами ручку чашки, немного вдыхает аромат. Он не специалист, не знает всех тонкостей кофейных нот и даже сейчас не находит в аромате этого напитка чего-то особенного. Лишь губами касается тонкой пенки, надеясь, что этого хватит, чтобы утешить желания деда. Хмурится, когда языком собирает капли и, к собственному удивлению, делает глоток.       Идеально.       Словно кофе его собственного приготовления. Однако без особенного ингредиента. Этого недостаёт, но почему-то напиток не стал от этого хуже.       И лишь после, оставив на дне чашки несколько капель, Тэхён осознаёт: напиток не содержал его любимого персикового сиропа. Однако аромат этого фрукта был в лёгких альфы с той самой минуты, когда он впервые вошёл в лифт и встретился с Бомгю.

***

      Бомгю не помнит, как пришёл домой, вмиг завалившись на свою кровать и уснув. Он слышал шум телевизора в гостиной и голос Тэджу, но никак не отреагировал. Едва ли не забыл завести будильник на утро, не думая ни о чем. Пара суток без сна, что складывались из работы в цветочном и поисками основной, почти уничтожили его, если бы не эта возможность в Kang Vista Travel. Хотя это совсем не то, чего омега желал. Это даже не полноценная работа, а всего лишь необходимость делать её вид. Тем не менее, это лучшее, что ему сейчас доступно.       На всякий случай Бомгю взял своё рабочее портфолио и документы для устройства, надел классическую белую рубашку и тёмные брюки. Не то, чтобы он поздно проснулся или его сборы заняли слишком много времени, но подходил к компании он уже за десять минут до назначенного времени. Возможно, частота его опозданий – это уже врожденная особенность.       Кажется, Тэхён и вправду позвал его немного раньше, ведь в офисе Бомгю едва ли наткнулся всего на пятерых человек. Лифт обрадовал своей пустотой и возможностью поправить спутанные от долгой дороги волосы.       Он впервые сел за своё новое кресло, осмотрел идеально чистый стол с компьютером, канцелярией и папками для документов. К столу был прикреплён стикер с написанной запиской:

Бомгю, в моём кабинете ты сможешь найти заявление на принятие на работу. Подпиши и ознакомься с правилами.

      Омега сразу следует в кабинет Кана. Из-за вчерашнего волнения не удалось рассмотреть весь интерьер: панорамные окна с видом на живой Сеул, тёмные стены и мебель, множество книжных стеллажей, кресел и единственный стол. Именно там Бомгю находит упомянутое заявление.       Для видимости или нет написаны эти пункты о рабочих обязанностях он не знает. Просмотр поступающих писем, проверка документов и их подготовка, организация проведения телефонных переговоров, планирование заседаний и советов, частичный контроль рабочего персонала и многое другое, кажущееся сложным и лёгким одновременно. Конечно, после этого Бомгю взглядом находит предлагаемую сумму заработанной платы.       Пятнадцать миллионов вон.       Это число кажется невозможным настолько, что омега решает вернуться к его пересмотру после заполнения остальной части заявления.       — Секретарь Чхве? — доноситься со стороны двери именно в тот момент, когда Бомгю ставит последнюю подпись. Тэхён в недоумении осматривает сидящего в его кресле омегу, который просто увлёкся изучением этого договора.       — Простите! — подрывается с места Чхве, отходя на достаточное расстояние. — Я заполнил заявление на работу и... — Бомгю тут же прикусывает себя за язык, заметив рядом с Каном другого альфу.       — Это Чхве Субин. Директор филиала Kang Vista Travel в направлении Азии. — представляет Тэхён альфу, но, заметив реакцию омеги, спешит успокоить: — Он знает, что ты только вчера начал работу.       — Приятно познакомиться, Бомгю. — кивает Субин и легко улыбается, демонстрируя ямочки на щеках. — Надеюсь, ты поможешь Тэхёну, наконец, укротить нашего сурового деда.       — К сожалению, теперь он в два раза чаще говорит о необходимости отношений для меня. — выдыхает Кан, закатывая глаза. Приняв с рук омеги заявление на работу, спрашивает: — Тебя всё устраивает?       — Более чем. — стараясь скрыть волнение в голосе, мямлит Чхве. — Эта сумма... Она приемлема для простого секретаря?       — Для простого – нет. — пожимает плечами Тэхён. — Но ты должен не просто работать, но и создавать идеальную картину. Думаю, этих денег будет достаточно, чтобы ты мог обеспечивать себя одеждой, косметикой и другими средствами. — пройдясь взглядом по образу омеги, альфа говорит: — Сегодня выпишу тебе аванс. В обеденный перерыв сходи и подбери себе что-нибудь...       — Что-нибудь? Я должен буду тратить деньги не на свои нужды, а на Ваши прихоти? — слетает с языка Бомгю, который он тут же спешит прикусить. Эти слова о деньгах и о бессмысленных трат знатно выбили его из колеи. Главной целью сейчас являются больничные счета и скорейшее накопление на операцию для мамы. Вторым же желанием – переезд от Тэджу. А ещё школа брата... И закрытие кредитов... — Извините, но я слишком рачительный, чтобы тратить заработанные деньги на... Свой внешний вид.       — Так? — первые секунды Тэхён почти не верит словам омеги. Идеальные черты лица, розовые от помады губы и едва заметно подведенные глаза. Человек, который не тратит деньги на себя, просто не может выглядеть так красиво. Однако мнение вмиг меняется, стоит заметить не скрывающие консилером синяки под глазами, явно дешёвую помаду, что скаталась прямо на пухлых губах, и ни единого украшения на теле омеги. — В твоём столе новый телефон. Используй его по работе, все требуемые контакты и чаты уже в нём. Отправь мне свои реквизиты и все-таки сходи за обновлением для своих образов.       — Господин Кан, я правда не думаю...       — Это не в счёт твоей заработной платы. Создать идеальную картинку – лишь моя прихоть, тебя просто прошу исполнить её. — Тэхён подходит к своему столу, показывает на небольшой чёрный аппарат с динамиком и одной кнопкой. — Это для наших с тобой переговоров. У тебя на столе есть такая же. Нажмёшь на кнопку и говори, я услышу.       — Хорошо. — кивает Чхве и направляется к выходу. Лишь услышав, как за ним закрылась дверь, хлопает себя по щекам. Он был на грани, чтобы не повысить голос на собственного директора. Идиот.       Телефон со всеми встроенными данными находиться быстро. Разобраться в нём тоже не составило труда, как и найти контакт, подписанный «Кан Тэхён». Бомгю быстро меняет его на «Директор Кан», отправляя по указанному номеру свои реквизиты.       — Я получил от тебя сообщение. — голос из переговорного устройства заставляет вздрогнуть. — Это номер твоего банковского счёта?       Бомгю зажимает единственную кнопочку на устройстве и проговаривает:       — Да.       — Хорошо. Сейчас к тебе поднимется Ёнджун. Он введёт в курс дела насчёт дел в компании и...       — Он уже пришёл. — заметив вышедшего из лифта омегу, спешит оповестить директора Бомгю. — Спасибо, господин Кан! — и убирает палец с кнопки.       — Бомгю-я! — мило проговаривает Ёнджун, осматривая стол омеги. — Вчера ты так устало выглядел, что я не стал мучить вопросами, но сейчас тебе не отвертеться. Я рад, что тебя приняли, ты сразу показался мне чудным парнем.       — Спасибо, Ёнджун, это...       — Хён.       — Что?       — Можешь называть меня просто «хён». Мы ведь друзья?       — Оу... — тушуется омега, прежде чем кивнуть. Давно он не слышал этого слова. Вернее, ни от кого, кроме Тэджу, не слышал. — Хён... Господин Кан сказал, что ты поможешь мне адаптироваться здесь.       — Точно... Если коротко... — начинает загибать пальцы Ёнджун после каждого пункта. — Если хочешь, чтобы в твой день рождения о тебе знал каждый член компании, начни общаться с Чон Хосоком из отдела управления качества. Он безумный любитель всяких корпоративов, но если хочешь, чтобы на них была достойная выпивка, познакомься с Мин Юнги из отдела продаж. Он единственный, кто не позволит Хосоку смешать спрайт и текилу.       — Они, типа, отвечают за эти корпоративы?       — Они типа спят друг с другом. Ну и Хосок любит танцы, а Юнги выпить. Благодаря этому логика всего коллектива решила, что именно они – гении тусовок. — пожимает плечами омега. — Дальше... Не советую пить воду из кулера на пятом этаже. Уволенный уборщик однажды смачивал там тряпку, но это быстро увидели по камерам. Кулер, конечно, сменили, но, думаю, ты потеряешь часть репутации, если всё же решишься глотнуть местной воды.       — Ты серьёзно? — морщится Чхве.       — В общем-то, это лишь слухи. Что-то вроде местных легенд, подобные, я думаю, есть в каждом офисе. — Ёнджун забирается перед омегой прямо на стол для собственного удобства. — Каждый четверг госпожа Сон, наш чудо-повар приносит свое домашнее кимчи. Поверь, оно лучшее во всех Корее, поэтому советую попробовать. Ежегодно в июне мы проводим «Тайного Санту».       — Летом?       — В этом и весь шарм. Летние подарки намного интереснее, чем зимние носки и термокружки, согласен?       — Возможно...       — На самом деле таких особенностей много, но если я начну обо всём рассказывать, к концу недели не закончу. — искренне хихикает Чхве. — О, ещё кое-что... Видел даму за стойкой администрации при входе? Соён. Дрянь ещё та, притворяется подружкой со всеми, но в то же время на всех плюёт своим ядом. Любительница осуждать за общение с альфами на рабочем месте, а сама роняет слюни на каждого, кто пройдёт мимо неё.       — Судя по всему, ты её недолюбливаешь. — издевательски тянет Бомгю.       — Она всего-то пыталась увести парня, с которым я планировал завести служебный роман. — пожимает плечами Чхве. — К моему ликованию, этот человек предпочитал бет. А я удовлетворил свою натуру, когда именно Соён получила отказ. Нечего было лезть. Хотя сейчас под её зелёной слюной находится новый объект обожания. Как раз видел, что он сюда зашёл. Верно?       — Кто? Господин Чхве?       — Господин Чхве... — высовывая язык, передразнил младшего Ёнджун. — Нытик и педант, отличающийся длинным телом. Явно в детстве много молился, чтобы быть высоким и не получать за свой язык по смазливому лицу.       — Знаешь, мне ведь теперь до жути интересно. — подложив кулаки под подбородок, смотрит на старшего омега.       — Не хочу его обсуждать. — отмахивается Чхве. — Хотя поговорить про их семью люблю. Знаешь, сейчас генеральным директором всё ещё является их дед. Я хоть и редко его вижу, но даже так, по коже мурашки от его холодного вида. У него с супругом трое детей, а внуков шестеро. Директор Кан Тэхён у своих родителей единственный, он заведует Европейским направлением в компании, но ещё должен в будущем унаследовать должность генерального директора. Кстати, холост, бери на заметку.       — В обязанности секретаря входит поиск пассии директору? — искренне удивляется Бомгю, вызывая улыбку у старшего.       — Я просто люблю такие сюжеты дорам, не обращай внимание. — криво подмигивает Ёнджун омеге, хоть это и получается сделать обоими глазами. — Американским направлением заведует господин Хюнин Кай. Не спрашивай, их семейные переплетения даже для меня сложны. Он женат на успешной актрисе, а также имеет дочку. Ещё у него две сестры, тоже с неплохим влиянием в своих рабочих сферах.       — Хорошо... — после долгой паузы произносит Бомгю. — А что насчёт заведующего по Азии?       — М?       — Чхве Субине.       — Заинтересовал тебя?       — Нет. Просто интересно посмотреть на твоё раздражение снова.       — Бомгю-я, мы знакомы два дня, а ты уже умудряешься надо мной насмехаться... — в шутку вздыхает омега. — У него есть брат, он в корейской сборной по волейболу. Горяч и неплох собой, я даже позалипал на несколько игр с ним, но подобный спорт всё-таки не особо люблю. А Чхве Зануда – просто типичный офисный планктон с вечно идеальной белоснежной рубашкой и чёрными брюками. Надеюсь, он их хотя бы меняет.       — Чувствую странные флюиды от тебя, когда ты говоришь о нём. — в ладошке прячет свой смех Бомгю.       — Нет, заткнись. О нём ходят такие слухи... Я не хочу даже представлять себя рядом с... Подобным...       — С "подобным"?       — Ты ведь его видел, да? Идеальный образ хорошего мальчика, лицо скорее невинное и нежное, стройная фигура без намёков на мускулатуру...       — Так к чему ты ведёшь?       — Мне кажется, он ложится под альф.       Это прозвучало так непринуждённо и просто, словно омега не имел в виду ничего плохого. Бомгю покосился на переговорное устройство, издавшее странное шипение, но быстро вернул внимание старшему:       — Ты же сказал, что это слухи?       — Это слухи.       — Но ведь их кто-то распускает. — задумчиво поджимает губы омега. — Господин Чхве не создаёт впечатление такого человека.       — Как бы то ни было, людям просто нужно вбросить некую провокационную информацию, а дальше болтливые рты сделают всё за тебя. — на лице старшего играет странная улыбка.       — Ёнджун-хён...       — Что?       — Это ты распускаешь подобные слухи?       — Мне стоило сказать такое один раз, и мои слова распространились сами собой. Давай, это будет наш с тобой секрет. — подмигивает Чхве и вытягивает мизинец.       — Хорошо, но...       — Секретарь Чхве, впредь, когда хотите прервать связь, нажимайте на кнопку дважды. — доносится из динамика переговорного устройства голос директора Кана.       — И, Чхве Ёнджун... — раздался голос Субина. — Зайдите в кабинет. Думаю, нам есть что обсудить.       — Два нажатия, секретарь Чхве. — напоминает Тэхён, чьим словам Бомгю повинуется.       Слабый красный огонёк, который по мнению Бомгю должен был гореть всегда, гаснет. Он сглатывает вязкую слюну и поднимает взгляд на застывшего в немом вопросе Ёнджуна, который задумчиво буравил глащами место, откуда пару секунд назад доносились голоса.       — Оно... — глухим голосом начинает старший. — Было включено всё это время?       — Я не знал, хён... — отвечает Бомгю, больно кусая губу. Внезапная неловкость заставила щёки окраситься в красный. — Ты...       Дверь в кабинет директора Кана распахивает, и оттуда выходит Субин, подпаляя и без того напряженную атмосферу. Ёнджун мигом спрыгивает со стола секретаря, обходит Бомгю и встаёт за ним, укладывая ладони на плечи омеги.       Почему-то Бомгю показалось, что если Субин двинется в сторону них – Ёнджун свернёт шею омеги, ведь лишь он виноват в этой нелепой ситуации.       — Я приеду. Минут десять. — говорит альфа в динамик телефона и убирает его в карман. Нечитаемым взглядом следит за Ёнджуном, чьи руки сильнее сжимают худые плечи Бомгю.       — Уже уходите, господин Чхве? — улыбается младший омега.       — Да. Возникли неотложные дела. — слегка поморщился Чхве, отвечая с хрипом в горле. — Рекомендую в ближайшую неделю унять все "слухи". Иначе узнаете, что фантазия работает не только у Вас, Ёнджун.       Субин разворачивается и направляется к лифту, параллельно вынув из кармана пиджака маленький предмет. Подносит его ко рту и вдыхает необходимый воздух. Бомгю лишь на последних секундах понимает, что это – ингалятор.       — Между вами чёрная кошка пробежала? — спрашивает Бомгю, запрокидывая голову.       — Два года назад из-за него я чуть не лишился работы. А он из-за меня почти умер. — пожимает плечами Ёнджун. — Бомгю-я, встретимся на обеденном перерыве? У меня скоро встреча с клиентом, да и если вернётся этот... Не особо хочу попадаться на глаза.       Бомгю кивает, следит за тем, как явно взволнованная фигура Ёнджуна скрывается в дверях прибывшего лифта, и не скрывает улыбку. Наверняка, здесь далеко не простое недолюбливание.       — Секретарь Чхве, можешь созвониться с действующими начальниками всех отделов и назначить собрание к 11 часам? — Бомгю явно не скоро перестанет вздрагивать от этого голоса.       — Да, директор Кан.

***

      За прошедшие пару дней Бомгю на полном серьёзе мог сравнить себя с манекеном. Конечно, он изредка получал некие задания и выполнял просьбы Кана, но всё это было из разряда «сделай кофе» или «вызови того сотрудника ко мне».       Тэхён проходил мимо омеги чаще, чем Бомгю вставал с места. Кан сам ходил за разными документами, занимался их оформлением и даже забирал доставку своего обеда. Словно не доверял.       На те деньги, которые Бомгю пожаловал альфа, он купил несколько симпатичных рубашек, брюк и корсетов, вспоминая фразы Ёнджуна о том, что пиджаки и жилеты лишь скроют красоту изгибов омеги. Не осмелился зайти в ювелирные магазины и всю ночь потратил на то, чтобы довести парочку своих серебряных браслетов и колец до блеска.       С Тэджу Бомгю до сих пор не пересёкся. После работы секретарём он сразу уходил на смену в цветочный магазин, до полуночи проводя время там и возвращаясь достаточно поздно, чтобы застать старшего в сонном положении. Это радовало. Ведь нередко боль на груди напоминала о лишних действиях альфы.       Чхве уже сотню раз пожалел о том, что согласился на очередную съёмку. На съёмку, из-за которой он вынужден был сделать этот пирсинг. К счастью, действия Тэджу хоть и принесли боль, но осложнений, а тем более визуальных дефектов, не сподвигли. Только вот раньше он бы смог снять пирсинг уже через полгода, а теперь вид небольших штанг на сосках вынужден терпеть не меньше года.       Съёмки. Чем больше он о них думает, тем чаще жалеет, что в студенческие годы впервые нашёл этот журнал. Да, специфическая направленность и углубление в эротику поначалу пугало. Но уже тогда Бомгю поставил условие, что у него есть определенные рамки.       Первые его фотографии были до смешного скромные: запястья, скованные в розовые наручники в форме сердец. Тогда это стало обложкой. И так продолжалось несколько месяцев. Просили лишь вид его рук, держащих разные провокационные предметы.       Но однажды, словно специально, в дни, когда начались проблемы с финансами, ему предложили новые условия. Больше денег, но и тела омеги соответственно. И он согласился, лишь взяв обещание с редактора журнала, что лица Бомгю публиковать не станут.       Так и начались эти пытки, мучителем которых стал именно Бомгю. Бёдра, спина, ключицы, живот, талия, шея, плечи, грудь, ягодицы. Сначала всё было спокойно. Маленькая частичка тела, в которой нет ничего особенного. Но постепенное добавления неких "образов" сподвигло первый отказ.       И Чхве перестал этим заниматься на целые два года. Но вновь вернулся, когда окружающие его долги и счета стали тошнотворно огромными.       Чулки, бельё, женские туфли, интимные аксессуары и костюмы для эротических игр. Всё стало настолько привычным, что Бомгю даже не заметил, как согласился на изменения в своём теле. И определённо, прокол сосков принёс ему весомую сумму, как и съемка с ними. Но стоило ли оно того?       Сквозь оливковую рубашку Бомгю касается своей груди, вновь обдумывая все свои ошибки. Хочется поклясться себе, что он не позволит свершиться новым, но фальшивых обещаний он давать не готов.       На включённом мониторе компьютера прикреплён стикер, где крупно написано:

СОБРАНИЕ В 15:00!!!!!

      Он бы и так не забыл. Сегодня к этому времени в офис вновь пожалует Кан Джихан для подведения ежемесячных итогов. И, конечно, Бомгю должен быть у него на виду, как сказал Тэхён.       Часы показывают волнительные 14:48. Чхве не знает, какое впечатление он произвёл на мужчину в их первую встречу, но если до сих пор не услышал наставлений от директора Кана, значит, всё прошло неплохо.       Раздаётся мелодия любимой песни, от которой Бомгю странно хмурится. Он уже отвык, что ему звонят на не рабочий телефон, да и не представляет, кому он вдруг понадобился? Два варианта: Тэджу, с которым он не общается, или мама, которая говорила, что не будет отвлекать сына в рабочее время.       «Господин Пак» – горит контакт лечащего врача его мамы.       — Да? — с явным волнением выдыхает Бомгю. Хоть бы она просто потеряла телефон...       — Господин Чхве? — в голосе мужчины звучат нотки беспокойства. — У Вашей мамы возникли осложнения от последней химиотерапии. Она в состоянии фебрильной нейтропении.       — Что?! — карандаш, что держал омега, глухо стукает о пол.       — Она в реанимации, мы делаем всё возможное...       — Что мне сделать? — едва контролируя дрожь в голосе, спрашивает Чхве.       — Я бы посоветовал приехать. Ей тяжело, а Ваше присутствие смогло бы хотя бы немного снизить приступ лихорадки.       — Я... — рассматривая стрелки часов, продолжает: — Скоро буду.       Отключает вызов, прячет телефон в карман и без промедления нажимает на кнопку переговорного устройства.       — Господин Кан, я вынужден уехать. Прямо сейчас. Прошу меня простить. — и сразу дважды кликает по всё той же кнопке.       Едва успевает пройти пару метров к лифту, как слышит хлопок дверью, на который оборачивается и встречается взглядом с непонимаем в глазах Тэхёна.       — Секретарь Чхве, какого чёрта? Встреча через пять минут. — выгибает бровь альфа, словно не веря в то, что Бомгю правда собрался уходить.       — Знаю, но... Не могу остаться. — поджимает губы Чхве, медленно отступая назад. — Я отработаю эти часы в другие смены. Можете вычесть из зарплаты или отдать мне новые обязанности...       — Твоя единственная обязанность – сидеть здесь и имитировать занятой вид. Особенно сегодня.       Бомгю лишь сильнее склоняет голову, но не останавливается, продолжая двигаться к выходу. Застывает на месте, когда чувствует хватку на запястье, которое с нескрываемой силой удерживает альфа.       — Господин Кан, я правда спешу...       — Я собираюсь платить тебе сумму, которую обычные секретари не видят даже в премиях. А ты пренебрегаешь своими обязанностями?       — Пожалуйста, обсудим это завтра. Я на всё готов, только...       — Ты остаёшься. — потянув руку омеги на себя, тем самым толкая его ко столу. — Не испытывай моё терпение. После проведённой встречи сможешь идти, куда захочешь.       — Что Вы... — осматривая лицо альфы, Бомгю на секунду тушуется. Ни намёка на сомнения не видит.       — Для тебя не должно быть ничего важнее этой работы. — произносит Тэхён фразу, ставшая последней каплей.       — Этой работы? Какого чёрта Вы называете это работой, если у меня нет даже чётких обязанностей?! Почему я целыми днями просиживаю здесь свою задницу в ожидании команды от Вас? Вы желаете сделать из меня хорошую обложку для себя? Вынуждаете тратить деньги на одежду и косметику, просто чтобы угодить Вашему идеальному представлению о секретаре? Извините, но Вы – идиот.       — Что ты несёшь...       — Вы – трус! И я слишком горд, чтобы скрывать за собой Ваш страх не угодить окружающим. — поясница омеги больно упирается в угол стола, когда Тэхён приближается непозволительно близко. — Хотите сделать из меня простую улыбчивую куклу, готовую поклоняться каждому Вашему слову? Но я – человек! И я не готов тратить свою жизнь и время на такое! Подстраиваться под Вас, угождать Вашим родственникам и делать вид, будто это меня устраивает... Бред! У меня есть понятие ценности. И есть здравый смысл. И я не хочу продолжать доказывать что-то человеку, который готов создавать вокруг себя иллюзии ради признания. Ведь признание нужно заслужить! А Вы недостойны! Слышите? Вы...       — Замолчи. — Тэхён слышит отдалённо шаги, укладывает ладонь на губы омеги и одним только взглядом приказывает успокоиться.       Но чёрт, Кан уже слишком заигрался в директора для Бомгю. Мысленно поблагодарив Чонвона, который прошлым вечером подарил омеге вазу специально для рабочего стола, Чхве тянется к ней, что была наполовину наполнена прохладной водой. Плескает её в лицо альфы, вмиг заставляя намокнуть синие пряди и чёрную рубашку.       Тэхён убирает ладонь от лица омеги, чтобы смахнуть влагу со своих глаз. Чувствует сильный толчок в грудь и слышит:       — К чёрту такую работу, такие обязанности, такую жизнь и такого человека, как Вы. Принципиального труса и лжеца. — Бомгю разворачивается к выходу, мысленно проклиная себя и свой язык за очередную упущенную возможность работы. Эта импульсивность вновь очернила его и без того уничтоженную репутацию.       Омега не останавливается, даже когда проходит мимо Кан Джихана, явно успевшего заметить сцену с вазой. Всё равно. Теперь точно всё равно.       — Надо же... — проследив за закрывающимися дверьми лифта, усмехается Джихан и подходит к внуку. — Ты снова повёл себя эгоистично?       — О чём ты? — непонимающе хмурится Кан и тянется в карман своего пиджака. Необходимо, чтобы омегу не выпустили из здания. За такое поведение и вольность он обязан ответить.       — Я проводил с тобой время чаще, чем с остальными своими внуками и даже детьми. Разумеется, я знаю о твоём характере. И в особенности о том, что единственные причины твоей злобы – это неподчинение.       — Он не выполнил свои сегодняшние обязанности и хочет уйти.       — Обязанности встретить меня? Тэхён, это не те вещи, которые должны быть для него основными. Он предупредил тебя о том, что должен уйти?       — Только что, но...       — Каковы причины для того, чтобы задержать его? Кроме моего визита, ведь это не является причиной. — Джихан ожидает несколько секунд ответа, после чего, осмотрев влажное лицо внука, вновь смеётся: — Наконец-то тебя поставили на место.       — Что? — не понимает альфа веселья старшего.       — Ты всегда учился и работал как робот. И был готов к тому, что все станут подстраиваться под тебя, ведь ты "главный". Ну и каково тебе встретиться с человеком, который не собирается терпеть такое отношение? Чудесный парень, не зря он мне понравился. — обернувшись на двери лифта, улыбается Кан. — Осталось тебе найти похожего омегу, который точно не даст себя в обиду.       — Похожего? — уголки губ Тэхёна нервно дёргаются от проскользнувшей в голове мысли.       «Насколько сильно он должен быть похож?»

***

      — Всё обошлось... — отвечает Бомгю на вопрос Чонвона о здоровье мамы. — Как только я ушёл с работы и сел в такси, позвонил господин Пак и сказал, что её состояние стабилизировалось.       — Из-за чего, известно? — закончив составление букета, спрашивает Ян.       — Последствия химиотерапии. Если в ближайшем будущем не смогу обеспечить ей операцию, это может повториться. — слегка бьёт головой о стол омега. Радует, что в ночное время посетителей мало, поэтому спокойно можно говорить на тревожащие темы.       И думать. Очень много думать о том, что идиотом выставил себя Бомгю, а не Тэхён. Что теперь делать? Найти работу с похожими условиями, а уж тем более зарплатой – нереально. Молить о прощении? Но гарантий, что его извинения будут приняты, нет.       Просто омега действительно не мог привыкнуть к этому режиму. К этим скучным рабочим дням, безделью и несправедливости. Он бы с удовольствием выполнял и был занят настоящей работой, а не её подобием.       Прав ли он?       Возможно, он действительно заслуживает подобный отдых? Нет. Отдых настанет лишь после выздоровления самого близкого человека.       — Хён? — отвлекает Чонвон омегу от мыслей. — Пришёл заказ, можешь посмотреть, что там?       Бомгю подходит к рабочему ноутбуку, заходит в раздел новых заказов и удивлённо округляет глаза:       — Вау...       — Что там? — прикрепив ценник к новому букету, подходит ближе Ян и заглядывает в монитор. — Ого! Кажется, кто-то очень провинился.       — Или хочет затащить омегу в постель. — осматривая надпись «Корзина с 301 розой», заключает Бомгю. — Заказ на алые розы, значит, мой вариант ближе.       — Чёрт, к какому времени? У нас обработано меньше двухсот цветов... — беспокойно оглядывает составленный заказ младший. — К утру...       — Мы успеем. Часа за 4 сделаем, если клиентов будет не особо много. — подсчитывает в уме время омега.       — Но твоя смена закончится через 2 часа.       — Я задержусь. — пожимает плечами Бомгю, понимая, что оставлять Чонвона одного с таким большим заказом – жестоко. — Ещё необходимо вставить записку с именем того, кому будет адресован букет. Чхве... А?       — Кажется, в постель хотят затащить тебя. — с не меньшим удивлением перечитывает имя Чонвон. — Хён, если ты смог найти себе богатого альфу, готового тратить на букеты для тебя по 500 тысяч вон, я восхищён! Когда ты только успел...       — Это просто совпадение.       — Посмотри, кто заказчик?       — Анонимный заказ.       — А оплата прошла? Может, это шутка?       — Оплата есть.       — А адрес доставки? — проявляя гораздо больше любопытства, Чонвон вчитывается в название улицы. — Это где?       — Kang Vista Travel...       — Компания, в которой ты работаешь? Теперь это точно не совпадение! Кто-то положил на тебя глаз! — немного потряхивая плечи старшего, лепечет Чонвон. — Бомгю, наверняка это кто-то из главных лиц. Заведующий отделом или кто-то постатуснее!       В кармане рабочего фартука вибрирует телефон. Бомгю с глухим стуком сердца разблокировал его, проходясь по сообщению: Неизвестный номер Это Кан Тэхён. Бомгю, будь завтра в моём кабинете к восьми утра. Есть важный разговор. Думаю, мы сможем друг друга понять и оказать взаимную помощь. 22:16       Бомгю переводит взгляд на экран ноутбука с пугающим заказом. Теперь он именно такой.

***

      — Можно? — после ночной бессонницы голос Бомгю кажется ужасно хриплым. Он перебрал уже сотню вариантов всех возможных ситуаций: от того, что в компании действительно может быть ещё один Чхве Бомгю, до исхода, при котором заказанные розы – похоронные цветы для омеги.       — Входи. — раздаётся из кабинета Тэхёна.       «Забирай свои вещи и уходи» — вот фраза, которую планирует услышать Бомгю дальше.       Он задерживает дыхание, когда открывает дверь, но стоит заметить около окна действительно тот букет, над которым они с Чонвоном трудились половину ночи, горло стискивает неожиданный кашель.       — Всё нормально? — заметив то, каким красным зашёл омега, интересуется Тэхён.       — Д-Да...       — Садись. — указывает на кресло перед собой Кан. — Любишь розы?       — Господин Кан, простите. — желает сменить тему Бомгю. — В последние дни столько всего навалилось, а в итоге я сорвался на Вас. Все те слова... Я не имел права говорить их и тем более обливать Вас водой... Мне жаль. Если дадите шанс исправить всё, я готов! Ваши условия действительно лучшие из возможных для меня сейчас, но...       — Как себя чувствует твоя мама? — задаёт неожиданный вопрос Тэхён. Увидев замешательство в глазах омеги, продолжает: — Ты ведь к ней вчера уехал?       — Да... Откуда Вы знаете?       — Решил изучить тебя и навел некоторые справки. — поджимает губы Кан и прерывисто выдыхает. — Я был не прав. Не стоило тебя задерживать вчера и требовать остаться.       — Значит... Мы оба остались виноваты. — лишь уголками губ улыбается Бомгю.       — Да. — зеркалит эту улыбку альфа. — Твоя мама больна. Онкология?       — Острый лимфобластный лейкоз. — кивает омега, сжимая в руках ткань брюк. — Требуется пересадка костного мозга.       — Мне жаль.       — Нет. Жалеть не нужно. Она справится, и я ей в этом помогу. — твёрдо отвечает Чхве. — Господин Кан, я ночью подрабатываю в цветочном магазине. И этот букет... — указывает на стоящую корзину. — Сделал я. Что всё это значит?       — Это причина для сплетен. — просто отвечает альфа без капли удивления.       — Сплетен? — повторяет бездумно омега. — Каких?       — О наших отношениях.       — Не понимаю.       — Бомгю, как насчёт договора? — ослабляет галстук Тэхён. — Я проспонсирую операцию твоей мамы и дальнейшее её восстановление.       Бомгю пару раз моргает, словно не веря в услышанное. Но подвох определённо есть, и заключается он в части, которую должен исполнить омега.       — А взамен?       — Ты согласишься выйти за меня замуж.