После перерождения я решил унаследовать семейный бизнес

В первый раз все в новинку, во второй – полегче, есть протоптанные тропинки. Наученный опытом, Сун Юньжань проковылял в спальню, завалился на кровать, накрылся одеялом и стал ждать нового перерождения. Цинь Кэ, вздохнув, поплелся за ним и присел на край кровати: - Почему ты вдруг напился? Сун Юньжань не хотел ничего объяснять. Лежал и считал звезды в темных глазах Цинь Кэ, сердце его наполнилось грустью прощания: - Когда мы снова встретимся, я тебе точно не понравлюсь. Да, в этот раз он напился не из-за обиды на Цинь Кэ, поэтому его очередное перерождение никак не повлияет на главного героя. А значит, на каком бы этапе он не переродился, Цинь Кэ он не понравится. Воспоминания об их второй жизни будут стёрты, и ему придётся немало потрудиться, чтобы заставить Цинь Кэ назвать его отцом и склонить перед ним голову. Это так несправедливо, - уныло размышлял Сун Юньжань. - Неужели такова истинная судьба пушечного мяса? Цинь Кэ погладил его по голове: - Не говори чепухи. Ты пьян, сначала поспи, а когда снова откроешь глаза, ты обнаружишь, что ты мне все еще нравишься. - Глупый, ты знаешь, что если я засну, то меня ждет перерождение, и при этом убеждаешь меня уснуть! - сердце Сун Юньжаня было разбито, он был так зол, что хлопнул по кровати. – Я тебе что – собака?! - … - Хочешь завести себе другого отца? – сердито закричал Сун Юньжань. – Я тебе не позволю! Я запрещаю тебе иметь другого отца, даже биологического! Цинь Кэ поджал свои тонкие губы. Что за чушь! Зачем ему заводить другого отца? И вообще Сун Юньжань же не пьет. Ну как можно было напиться с одной банки пива?! Что-то случилось, пока он ходил в душ? Надо посмотреть новости в интернете. Цинь Кэ протянул руку, пытаясь дотянуться до своего телефона на тумбочке. Сун Юньжаня его неожиданное движение так напугало, что он резко вскочил, и, как маленькое пушечное ядро, врезался в грудь Цинь Кэ. Цинь Кэ, застигнутый врасплох, едва удержался на кровати, избежав трагического падения на пол. Но маленький дьявол не сдавался, крепко вцепился в воротник халата Цинь Кэ, норовя свалить его с постели. Халат, который был слегка расстегнут, соскользнул с плеч Цинь Кэ. Сун Юньжань поднял голову и нервно зашептал: - Не смотри в телефон. Дыхание Цинь Кэ невольно участилось. Горячая щека и теплое дыхание человека в его объятиях горячили кожу на его груди, с каждым вздохом Сун Юньжаня легкий запах алкоголя медленно поднимался и пьянил голову Цинь Кэ. Он изо всех сил пытался успокоиться и тихо переспросил: - Даже быстро взглянуть нельзя? Сун Юньжань отчаянно замотал головой, от этого она закружилась еще сильнее. Он жалобно заныл: - Не верь тому, что там говорят. Я не сделал ничего плохого. Такое заявление звучало очень подозрительно. Цинь Кэ, естественно, верил своему Сяо Суну, что никак не влияло на его подозрения, что мозг Сун Юньжаня в очередной раз начал работать с перебоями. Молчание Цинь Кэ смыло всю уверенность Сун Юньжаня в унитаз. Он обиженно скривил губы: - Меня обвинили ошибочно. - Эм? - На самом деле, я никого не обнимал, - Сун Юньжань посмотрел на Цинь Кэ влажными от наплывающих слез глазами и торжественно объявил. - Я – только твой отец и буду твоим отцом всю оставшуюся жизнь. Дикие посевы и сорняки меня не интересуют! Прозвучало гордо. Но следующие слова прозвучали уже по-другому, жалобно и тоскливо: - Но в следующей жизни ты даже не будешь знать об этом. И когда ты увидишь меня, я тебе не понравлюсь, подумаешь - какое-то пушечное мясо, и ты отшвырнешь меня со своего пути! Отлично, снова вернулись к перерождению. В голове Цинь Кэ носилось уже столько вопросительных знаков, что их хватило бы на создание олимпийской сборной. Цинь Кэ выдернул ворот своего халата из рук Сун Юньжаня и осторожно уложил пьяного, бормочущего парня обратно на кровать, успокаивающе погладив того по его больной головушке: - Я не буду отшвыривать тебя. - Откуда ты знаешь? – возмущенно засомневался Сун Юньжань. Пьяного человека не так-то легко урезонить, понял Цинь Кэ. Он решил сменить подход: - Как это возможно? Если я тебя пну, ты пнешь меня в ответ. Сун Юньжань от возмущения с трудом раскрыл свои заплывшие глазки и прибавил громкости: - Ага, я так и знал, что ты захочешь меня пнуть! Цинь Кэ: - … Не сработало. - Я так хорошо к тебе относился, а ты все еще хочешь меня пнуть, - грустно заявил Сун Юньжань. - Цинь Кэ, у тебя нет сердца. В этой ситуации, кажется, что ни скажешь, останешься виноват. Цинь Кэ потер виски и подумал, что ему лучше молчать. Однако Сун Юньжань отказывался сдаваться, снова сел в кровати и пробубнил: - Почему ты хочешь меня пнуть? - …Ты ослышался, я сказал, что хочу пнуть себя, - попытался вразумить пьянчужку Цинь Кэ. - Я не позволю тебе издеваться надо мной, - Сун Юньжань решил напомнить сыну об отцовской любви. - Послушай меня, папа очень тебя любит. Ты должен беречь себя. Необязательно быть безжалостным к себе. Иногда надо себя баловать. Цинь Кэ удивленно посмотрел на него – откуда такие серьезные речи? Сун Юньжань пьяно усмехнулся: - Ты не знаешь, тетя Цинь мне много рассказала о тебе тогда, во время Нового года. Сказала, что ты с самого детства был разумным. Другие дети во время каникул били баклуши и хулиганили. А ты каждый день на велосипеде привозил тетушке обед на работу. Однажды ты упал с велосипеда и разбил себе колени. И если бы она не нашла в мусорном ведре окровавленную ватку, ты скрывал бы это от нее до конца своей жизни. Воспоминания из детства картинками выплыли в памяти Цинь Кэ. Для него это были быстро сменяющие друг друга зимний холод и летняя жара. Он никогда не считал, что его детство было несчастливым. Но… - Еще тетушка сказала, что я выгляжу как избалованный ребенок, но она рада, что мы с тобой подружились. Потому что рядом со мной, таким шумным и искренним, и  ты научишься открывать свое сердце, и тебе не придется в одиночку бороться с жизненными трудностями. Цинь Кэ рассмеялся. Он действительно хотел встретить кого-то теплого, как солнце, и вспоминать о своем трудном детстве с нежностью, а в будущее идти с уверенностью и надеждой. Сун Юньжань нервно заморгал: - Запомни все, что я сказал. После перерождения рядом с тобой больше не будет такого заботливого отца. Будь сильным в следующей жизни и помни мое трогательное напутствие. - …Оно меня совсем не тронуло, - Цинь Кэ ущипнул его за щечку и нахмурился. - Похоже, ты действительно не умеешь пить. - Я никогда не умел пить, - Сун Юньжань похлопал Цинь Кэ по ущипнувшей его щечку руке и вдруг встрепенулся. - Что за звук? Цинь Кэ вздохнул: - Кажется, это звонит твой телефон. Из гостиной донеслось еще несколько звонков. В Сун Юньжане вдруг взыграл дух противоречия: - Нет, ты ослышался. - Я не ослышался, - мягко убеждал его Цинь Кэ. - Может, у кого-то срочное дело к тебе. Давай я отвечу за тебя, или ты ответишь сам? Сун Юньжань был в ярости: - Почему ты не веришь своему отцу?! - он выбрался из кровати и босиком рванул в гостиную, вернулся с трезвонящим телефоном в руке и на глазах у Цинь Кэ выключил его, а потом нахально заявил: - Видишь, он спит, он не звонит. Цинь Кэ замер. Он успел увидеть на экране имя звонившего. Если я не ошибаюсь, то звонила… Бай Ваньнин. - Ты не ответил на звонок матери, - заметил Цинь Кэ и припугнул его. – Не боишься, что она отругает тебя? Сун Юньжань задрожал. Даже алкоголь не смог полностью изгнать из его памяти образ суровой матери. Когда он подумал о Бай Ваньнин, негласной главе их семьи, ему поплохело. Отчаяние совсем затмило его мозги, похерив всякую реальность. - Хватит врать отцу! - Сун Юньжань вернулся в кровать, положил телефон на соседнюю подушку, натянул на себя одеяло, прикрыв и телефон. - Мы спим. Мы ничего не знаем. Цинь Кэ: - … Он не понимал, зачем Сун Юньжань укрыл одеялом свой телефон – боялся, что тот простудится? Минуту спустя Цинь Кэ осторожно поднял пушистое одеяло и обнаружил, что Сун Юньжань уже уснул. Его ресницы легко трепетали, словно крылья тутовых шелкопрядов. С лица еще не сошел румянец, вызванный выпитым алкоголем. Дыхание было едва слышно. Похоже, его очередное перерождение оборвал неожиданный звонок матери. Цинь Кэ долго смотрел на пьяную красавицу, потом вздохнул и включил свой телефон, чтобы узнать причину сегодняшнего пьянства Сун Юньжаня. Ответ был найден в течение минуты. Прямо в первый строчках горячих новостей. Массовое перемывание косточек президента Xinghe Entertainment привело Цинь Кэ в ярость. Он вспомнил страстные заверения Сун Юньжаня и догадался, что так мучило этого человека. Цинь Кэ в отличие от этих кумушек-сплетниц прекрасно знал, что Сун Юньжань так бы не поступил. И что его особо беспокоило, так это… Маркетинговая атака на его парня явно была со стороны знакомой ему из прежней жизни компании. Эта компания была тесно связана с его бывшим менеджером Сюй Пином. Всё ясно, подумал Цинь Кэ. Он взял «спящий» телефон Сун Юньжаня, включил его и разблокировал с помощью отпечатка пальца спящей жертвы чужих пересудов. Через несколько секунд телефон зазвонил. На этот раз звонил Сун Цзидун. Цинь Кэ нажал кнопку «принять звонок», но не успел ничего сказать. - Малыш, ты, наконец, ответил на звонок! Ты до смерти напугал своего папу! – услышал он. - … Малыш? Сун Цзидун, не ожидая ответа, продолжил причитать: - Не бойся, малыш, мама и папа уже все поняли. Вся эта шумиха направлена против Ningdong Group, чтобы снизить цену акций нашей компании. Этот сукин сын осмелился направить на тебя нож! Папа не позволит этому Лу, ​​Лу… Цинь Кэ тихо подсказал: - Лу Няньтину? - Да, ему! – подтвердил Сун Цзидун и тут же сменил тон. – А ты кто? Цинь Кэ: - Я… - Почему у тебя телефон Юньжаня? - сердито заорал Сун Цзидун. - Быстро дай ему трубку! - Боюсь, он не сможет сейчас ответить, он уже спит… Сун Цзидун впал в панику: - Как ты посмел похитить его! Это Лу Няньтин послал тебя?! - … Цинь Кэ оторопел. Его не посылал Лу Няньтин. Он просто был сыном Лу Няньтина. Кажется, он, наконец, всё понял. Одно осталось без объяснения – почему мозг Сун Юньжаня всегда так странно работает? В три часа ночи Сун Юньжань проснулся. Некоторое время он бездумно пялился в потолок. Мозговое вещество в его черепушке было подобно мягкому хлопку, и не могло дать ему ответ, что с ним произошло. Кто я? Где я? Какой сейчас год? Голова так болела, что Сун Юньжань обхватил ее руками и застонал, перевернулся и замер. В темной комнате почему-то горела маленькая лампа. Теплый тусклый свет падал на спящего рядом человека, Цинь Кэ. - ??? Сун Юньжань протянул руку и осторожно коснулся его губ. Его словно ударило током. Он ощутил чужое дыхание. Это живой человек. Но разве он не переродился заново? Почему рядом с ним спит Цинь Кэ? Он… не переродился? У Сун Юньжаня от множества вопросов даже голова закружилась. Он медленно сел и огляделся в поисках своего телефона – хотя бы время он может узнать. Телефон обнаружился на тумбочке с другой стороны кровати. Сун Юньжаню ничего не оставалось, как, опершись одной рукой на подушку, другой постараться дотянуться до своего мобильного устройства. Почувствовав движение, Цинь Кэ проснулся. Открыл глаза, его взгляд медленно скользнул по склоненному над ним лицу,  сознание постепенно вернулось к нему. - Проснулся? – прошептал он. - … Хм, - Сун Юньжань слегка занервничал и неуверенно уточнил. - Ты меня знаешь? Цинь Кэ рассмеялся: - А что? Сун Юньжань, не ослабляя бдительности, фиг знает, переродился он или нет, решил прощупать почву: - Какие у нас с тобой отношения? Цинь Кэ помолчал, раздумывая, не подразнить ли ему этого Рихарда Зорге. Сел и лениво оперся на кровать: - У тебя амнезия? Сун Юньжань осторожно двинулся дальше: - Может, я что-то и забыл, но не полностью потерял память. Цинь Кэ, еле сдерживая смех, выдавил из себя: - Это и есть амнезия, - пригладил свои спутанные со сна волосы и спокойно объявил. - Разве ты не знаешь, что Ningdong обанкротилась? - Что?! В Сун Юньжаня словно ударила молния - как такое могло случиться?! Разве Ningdong вообще может обанкротиться? - Чтобы погасить долг, семья Сун продала тебя мне, - бесстрастно сообщил Цинь Кэ. Сун Юньжань покачал головой: - Не может тыкого быть. Мои родители меня очень любят, они бы не продали меня. Цинь Кэ согласно кивнул: - Они и не хотели этого делать, но у них не было выбора. Разверзнувшийся перед ним ад заставил Сун Юньжаня содрогнуться. Он отшатнулся и испуганно пропищал: - А почему мы спим в одной кровати? Мы… Цинь Кэ помедлил и с серьезным видом подтвердил: - Именно так, как ты и думаешь.