𐌺᧐ᴦдᥲ нᥲᥴᴛуᥰᥙᴛ ᧐ᥴᥱнь

Прошло, по ощущениям, часа три — не меньше. Всё это время я пролежала, пялясь в потолок и думая о том, какого хера вообще произошло. Но надо вставать, а то я дико хочу ссать. Пожалуй, тетрадь засуну под кровать.

***

Толчки тут, конечно, ужасные. Мне нравится. По дороге до палаты я встретила медсестру. Она орала за то, что я выдрала себе катетер. Выгляжу я, кстати, ужасно. Лицо бледное, под глазами синяки, косы растрепались, а по руке — высохшая дорожка крови. Это от катетера. Есть ещё пару пятен на одежде. Мне предложили новую, но она белая. Я не только своей кровью маралась, и так полежу. Из хорошего: меня обещали выписать через день. Сегодня, кстати, оказывается, 6 октября 2012. Недолго я в коме валялась. Главное Я узнала, где Энид. Дрыхнет рядом со мной, на кушетке сзади. Отложу дневник до трёх дня, надо пообедать. Пока ждала обед, походила по палате. Какая же тут дикая скука. Решила глянуть на Синклер. Не знаю… Скучно просто. А она ничего. Её духами шманило на всю палату. А светлые, почти белые волосы растрепались по лицу, которое было словно вылеплено из фарфора и присыпано сладкой пудрой. Она напоминала античную богиню. Вдруг она распахнула свои ледяные глаза, настолько голубые, что на секунду они мне показались мёртвыми. Я отпрянула от убитого взора, а Синклер зажмурилась. — Что, тоже потолки по глазам бьют? — максимально равнодушно произнесла я. Наверное, та кивнула, но я не обернулась. А вот обед был отвратительным. Каша настолько сладкая, что меня едва не вырвало. Кисель такой жидкий, что я поперхнулась. От ужина я отказалась. Живот к спине прилипал, но язык мой подобного более не коснётся. Синклер на ужин ела ту самую кашу, за обе щеки умяла. Странная. Мои родители пришли меня навестить. Они были не такие, как обычно. В них не было того самого, что делало их моими родителями, которых я всегда знала. Даже в десна не похлестались. Переживают, наверное, но меня это не трогает. Я всё ещё молчу. Ушли они только в десять часов вечера. Ладно, отбой. 7 октября 2012. Меня разбудило неровное дыхание, мешающее моему сну. Я продрала глаза. У окна стояла фигура. Мне она сразу узналась — Синклер. Я отвернулась, попытавшись закрыть уши. Бесполезно. У Синклер фигово получается заглушать всхлипы. Наверное, стоны тоже. Не повезло её соседям. Я подошла к ней. — Почему ты ревёшь? Она промолчала и отвернулась. — Не реви, спать мешаешь Сказала я и вновь направилась в кровать. — Тебе легко. Послышался мне дрожащий голос Конечно, меня это возмутило. — Что? — Ну, тебя-то родители навещают. — Уж лучше бы не приходили, — повела бровью я. — Почему ты не ценишь то, что имеешь, Уэнсдей? — А ты ценишь свою ушную серу? — Не думаю. — Однако, ты её имеешь. Пойми, что в твоём розовом мире не всё имеет ценность. Она стала ныть, что это другое. Глупая отмазка. Почему люди так любят всё обобщать? — Мои родители меня… Начала было она. Но,я попросила её заткнуться, ибо хочу спать. — Дай мне излить душу хоть кому-то, и я усну, — пообещала Синклер. — У тебя есть пять минут. Блондинка начала свою серенаду — Мои родители меня совсем не принимают. — Меня тоже, — хладнокровно проворчала я. Энид продолжила — Дело в том, что они даже ребёнком своим меня не считают Я из детдома. От меня избавились. Знаешь, как это обидно? Я опустила глаза. Мне Стыдно? -Нет. Просто… задумалась. Синклер поблагодарила меня за то, что я её выслушала, и действительно легла и уснула. В моём сердце что-то кольнуло. Странное чувство… 8 октября 2012 Меня одолевает слабость от того, что я ничего не ела. Синклер с удовольствием чавкает завтраком, я отдала ей свою порцию. Она, кажется, тревожится о моём состоянии, как бы врачам не ляпнула о моей незапланированной диете. Но, ничего, сегодня меня должны выписать. Надеюсь, нормально поесть в Неверморе. Скоро я, впрочем, буду уже дома. Только узнаю, кто взорвал нам дверь — для меня это раз плюнуть. А сейчас У меня темнеет в глазах С меня стекает липкий Я упала в голодный обморок. Из-за этого мне пришлось выпить сладкого чаю. Я напоролась на то, от чего бежала. До сих пор чувствую этот привкус сахарозы. Отвратительно. Но ,самое интересное не это. Пока была в отключке, видела видение. Дословно: Я лежу на траве, всё тело ломит. А кругом опять туман. Ничего не видно. Кто-то плачет, и его слёзы капают на моё лицо. Туман начинает меня окутывать. Голоса затихают. Я слышу белый шум. И вдруг чувствую у себя в руке чью-то тёплую, потную ладонь. Вопрос на засыпку: кому могла принадлежать эта ладонь? Варианты ответов: Энид Синклер Энид Синклер Энид Синклер Потом я просыпаюсь и опять вижу Синклер. Уже настоящую, к сожалению. — Ты вернёшься в Невермор? Ослабленным голосом спрашиваю я. — Конечно Бодро отвечает она и хлопает дверью больничной палаты. Её уже выписали Завидую, причём далеко не белой завистью. Мне опять несут этот садистский завтрак, который мне придётся есть под присмотром. Напишу завтра, если не выблюю все свои органы.