Лепет колыбели

Они все пошли плавать, и вскоре оказались далеко от пляжа. Внезапно поднялся сильный ветер, который принёс с собой большие волны. Бомгю хорошо умел плавать, так что для него это было не проблемой, но Афелия не любила сильное море. Она пыталась вернуться обратно на песок, а Бомгю уже плыл где-то дальше. Миранда оставалась рядом, но Афелия вдруг почувствовала лёгкий укол в голове, словно сама вода тянула её вниз. Она больше не могла сопротивляться — очередная волна накрыла её, и Афелия ушла под воду, теряя сознание. Когда она открыла глаза, то увидела свет — близкий, мягкий, манящий. Она поплыла к нему, и всё вокруг стало странно тихим. Только один звук проникал в её уши — детский плач. Это был не юноша, а маленький мальчик, в руках у него был белый кролик, на голове — корона, за спиной — маленькие крылья. Его хныканье пробудило в Афелии сильное желание его утешить. — Хнык… хнык… хмхв… хмхв… Когда она подплыла ближе, мальчик начал петь: "Морские волны уносят за собой Моё, твоё сердце под глубиной пучиной. Назови мне моё имя, ну же назови, И сломай проклятья мои, что поставил Монстр. Спаси меня, пожалуйста…" Закончив, он посмотрел на неё взглядом, от которого Афелия замерла. Внезапно между ними возник гигантский трезубец, оттолкнув её ещё глубже в воду. Она не могла сопротивляться, не могла подняться наверх. Перед глазами мелькнуло суровое лицо огромного мужчины — пугающее, властное, будто он был отцом этого мальчика. — Кайо, не плачь! Ты должен нести свою роль хранителя! Как ты не понимаешь?! Видение начало смываться, словно растворяться в воде. Трезубец прошёлся прямо по мальчику, но он просто исчез, оставив только грустное лицо. Слёзы Афелии сами начали течь, но тут же растворялись в солёной воде. Она закрыла лицо, задыхаясь в мучительной агонии, чувствуя, как её тело леденеет. Темнота затянула всё вокруг. И вдруг — смутные, но знакомые голоса: — АФЕЛИЯ! АФЕЛИЯ! Это был Бомгю. Она увидела его лицо — и рядом лицо Миранды. Они были напуганы и отчаянно пытались вытащить её, держа за руки и уплывая к берегу. Наконец-то она оказалась на сухом песке, но реальность ощущалась будто через туман. — Ты в порядке? — Бомгю осторожно убрал мокрую чёлку с её лица и посмотрел ласково. — Д-да… я хочу домой… — прохрипела Афелия. — Тогда пошли, — уверенно сказал Бомгю, поднял её на руки. Миранда лишь следовала рядом. Когда они подошли к фургону, Бомгю уложил сестру на соседнее сиденье и сел за руль. Миранда села сзади просто за компанию, а Афелия закрыла глаза, пытаясь согреться и отдышаться.