Созерцание

      Зима прибывает. Она окрашивает окружающий мир в белый цвет и оповещает нас о том, что долгий год наконец-то подходит к концу. Но, прежде чем отпустить прошлое, предстоит столкнуться с холодами, которые на самом деле закаляют. Они заставляют нас свыкнуться с их существованием, ведь иначе мы просто не выживем. Если задуматься и как следует оглядеться вокруг, то можно заметить, что, несмотря на огромную белую пелену на улицах, которая, казалось бы, должна означать добрый знак и ассоциироваться с чем-то светлым, зимняя жизнь делится на две стороны: одна из них — по-настоящему ледяная, холодная настолько, что постепенно начинает зябнуть всё тело, и чем дольше находиться на холоде, тем сильнее можно замёрзнуть. День становится короче, а жизнь — темнее и мрачнее. Этот негативный окрас превращает зиму в долгую и тяжёлую участь, при которой и апатия рада поприветствовать, захватывая уже совсем онемевшего тебя в свои цепкие лапы.       Но что же насчёт другой стороны? Она в свою очередь характеризует тепло. Парадоксально, не правда ли? Она не так уж проста и заметить нечто позитивное в ней может не каждый человек. Всё дело в том, что приближающийся праздник и завершение года может не только раскрыть привычный белоснежный цвет по-новому, но и открыть новые: зелёный — цвет ёлки, красный — цвет костюма Деда Мороза, золотистый — цвет ёлочных игрушек, гирлянд и красивых сверкающих вывесок. Всё это создали и продолжают создавать люди; вся эта атмосфера существует только благодаря им. И когда весь этот уют, навевающий тепло для души, всё-таки выполняет свою задачу, рядом с человеком оказываются самые родные и любимые, именно с ними можно разделить эти волшебные моменты. Счастливые улыбки и их полные чуда глаза стоят того, чтобы переживать этот миг из раза в раз.       Поэтому две эти стороны — инь и ян, чёрное и белое — это явления, которые естественны настолько, насколько и любое событие в нашей трудной и холодной, как в первом случае, и тёплой и уютной, как во втором, жизни.

***

      Гаара сидел за столиком, раскрашивая последние детали оленя, на рисование которого и ушла большая часть дня. Животное было срисовано с принта на красном свитере, уж очень понравившемся Сабаку но. Предварительно оглянув рисунок, парень уже собирался оставить его на столе. Как вдруг в дверь кто-то постучал.       — Гаара! Ты занят? — раздался голос Рок Ли по ту сторону двери.       Про себя парень отметил, что он ещё не научился различать кто пришёл по звуку стука, но усердно готовился запомнить звучание каждого стука членов семьи. Наверное, не самая нужная в мире информация, но для Гаары это важно.       — Нет, Рок Ли, я не занят. Войди.       Дверь поспешно открылась, позволяя увидеть брата, который, по всей видимости, хотел сказать что-то важное и очень интересное: глаза его горели, а улыбка украшала лицо. В образ отлично вписывался зелёный свитер с изображением новогодней ёлки, а чёрные, как смоль, волосы придавали ещё большую миловидность.       — Извини, что я так резко тебя тревожу, но у меня есть одна идея, — затараторил Ли, — и её реализация очень важна.       — А что за идея?       — В общем, нам нужно подобрать родителям новогодние подарки. Летом я работал в парке аттракционов, у меня есть некоторые сбережения. — Ли всё ещё старался выложить всю информацию очень быстро, не переставая торопиться. — Ты ведь пойдёшь со мной, правда? — Глаза Рока блеснули мольбой, словно согласие младшего было вопросом жизни и смерти.       Гаару позабавило это выражение лица Ли. Безусловно, он бы согласился, чего бы ему это ни стоило.       — Конечно. Побежали, пока не стемнело, — спокойно, но не скрывая своей улыбки, ответил Сабаку но.       — Ура! — Восторг вышел более громким, чем Ли хотел выразить. — Ты не представляешь, какое чудо ты мне подарил. Бежим, пока всё не закрылось.       Гаара не успел подумать ни о чуде, ни о других каких-либо словах, сказанных ему ранее. Рок Ли одним движением ухватил его за руку, и дальнейшие их действия пробежали перед глазами, словно в ускоренной съёмке на киноплёнке, — не удалось заметить, как они оказались в прихожей. Ли начал надевать на себя верхнюю одежду, а Сабаку но последовал его примеру.       Однако выходящая из комнаты Ханаре быстро заметила сыновей.       — Ой, а вы куда это собрались? — спросила она, озадаченно взглянув на одевающихся парней.       Гаара растерялся, не зная, что можно и придумать, однако Ли не медлил ни секунды:       — Мам, мы прогуляться. Там, кажется, Тен будет парень в любви признаваться, мы не можем такое пропустить!       — Да ну, серьёзно? У неё появился ухажёр? — Ханаре явно заинтересовалась такой информацией; выражение лица мгновенно изменилось: теперь на нём было изумление.       — Да! Ещё какой! Мы поэтому и торопимся, — умело подбирал аргументы Ли, уже поправляя зелёную шапку.       — Ого, неожиданно, конечно… А Гаара что, уже знаком с Тен?       — Он со мной за компанию, при встрече их познакомлю, — произнёс парень, наконец направляясь к двери, и потянул Гаару за локоть. — Ну, мы пойдём. Мам, не теряй нас!       — Хорошо, только отвечайте на звонки и допоздна не задерживайтесь!       — Да, мам, конечно… — завершил диалог Гаара, сказав свою фразу непривычно тихо.

***

      При выходе на улицу сразу почувствовалась смена температуры. Погода, к счастью, не была слишком холодной; можно было сказать, что она умеренно тёплая. Дышалось приятным холодным воздухом, а снег блестел и привлекал внимание своим сияющим видом.       Гаара заметил это не сразу, но, как только обратил внимание, не стал умалчивать о своём восхищении:       — Рок Ли, ты видишь? Снег так красиво блестит, мне кажется, я этого не видел раньше.       —Да, он прекрасен! Я каждую зиму замечаю этот блеск, — ответил Ли, стараясь ускориться.       Гаара понял, что в ближайшее время размеренно им поговорить не удастся, потому решил не зацикливаться на очаровательном свойстве снега.       — Почему ты сказал маме именно это? Как-то странно.       — Я торопился, это была первая мысль, которая пришла в голову.       Ответом Сабаку но был удовлетворён и старался больше ничего не спрашивать, а лишь наблюдать за тем, куда Ли его поведёт. Как оказалось, путь вёл к ближайшему торговому центру. Очень повезло, что он находился недалеко.       Парни могли немного осмотреться, наконец добравшись до заветного места. Люди явно постарались его украсить: по центру стояла огромная ёлка; различной формы игрушки выглядели весьма ярко, они даже светились; на стенах во многих местах были повешены аккуратные фигуры из мишуры. Где-то ёлка, а где-то — Дедушка Мороз со своим посохом, а на потолке красовались золотистого цвета звёзды на красной ленте.       Ли наконец перестал спешить — теперь он шёл и внимательно разглядывал полки с товарами. Гаара хоть и мог предположить, что Ли не станет делать ему резких замечаний, всё равно притих, пытаясь найти что-нибудь особенное для мамы и папы. Рок Ли приостановился ровно в тот момент, когда перед его глазами оказался длинный и плотный на вид тёмно-зелёный блестящий шарф. Сабаку но посмотрел на брата и заметил, что его глаза сверкают не хуже этой вещи.       — Гаара, смотри! — привлёк внимание парень, не заметив, что брат и без того на него смотрел. — Это же идеальный подарок для папы. Точно, он давно хотел шарф! Когда он заходит домой с улицы, у него такие красные щёки и нос.       — Да, — кивнул Гаара, — хороший подарок.       Ли взял шарф с полки, и теперь дело оставалось за малым — найти подарок для мамы. Эта задача оказалась не из самых лёгких: было сложно понять, что же по-настоящему могло понравиться ей. Да, она была бы очарована любым подарком, ведь для неё главное — это внимание. Однако это не давало права расслабляться и не относиться к подбору серьёзно. Ли провёл взглядом по ещё некоторым стеллажам — адвент-календарям, косметике. Разве это подойдёт? Как-то дороговато, и не факт, что принесёт достаточно удовольствия… Гаара, сам не понимая почему, решил пойти немного дальше и забрёл в книжный отдел. Конечно, войдя, он увидел огромное количество книг разных жанров, но все его чувства и ассоциации вели почему-то к сказкам. Взгляд зацепила вполне известная и популярная книга — «Питер Пэн» от Джеймса Барри. Хоть все и говорили, что не стоит судить книгу по обложке, эта была достойна внимания: светловолосый мальчик летел по звёздному синему небу, рядом с ним, кажется, волшебник или фокусник в белой сорочке, судя по его шляпе, а также рыжеволосая девочка. Совсем маленьким элементом на картине оказалась крохотная фея в зелёном платье, пространство рядом с ней восхитительно блестело. Недолго думая, Гаара взял эту книгу с полки.       Подарки наконец были выбраны, оставалось их оплатить.       — Быть может, желаете красиво упаковать свои товары? Это подарок в честь приближающегося праздника, — доброжелательно сказала консультантка.       — О, да, было бы очень неплохо! — согласился Ли.

***

      Больше не было нужды торопиться. И теперь можно было рассмотреть зимнюю картину на улице повнимательнее. Деревья, полностью белые, ни капли не изменившие своего внешнего вида, — каждая веточка была покрыта снегом. Ли решил взять его в руки и слепить снежок. Холодный кусочек всё интенсивнее таял в тепле ладони. Гаара тем временем немного опережал брата, разглядывая зимний пейзаж. Мальчики шли молча, между тем Сабаку но ощутил слабую ноту печали — захотелось о чём-то поговорить.       — Рок Ли, а вот… — выдержал паузу парень, пока пытался сформулировать, — знаешь, ты постоянно таким радостным выглядишь. Но тебя никогда не посещала мысль, что каждый год похож на предыдущий, и ничего особо не меняется? Ты остаёшься прежним и продолжаешь проживать эту однотипную жизнь. Люди друг на друга похожи, твои действия тоже. Мир ведь не продвигается, он всё тот же, что и многие годы тому назад. Всё человечество просто-напросто повторяет свои же ошибки, и… — проговаривал одну мысль за другой Гаара, желая выложить всё и не оставить этих грустных раздумий внутри себя, — в чём же тогда смысл, если дальше будет точно так же?       Ли слушал. Возможно, благодаря успешным покупкам и приятной атмосфере, он ни капли не огорчился из-за слов Гаары. Хотелось высказать свою точку зрения и показать, что может быть иначе.       — А я думаю, что мир и люди в нём не стоят на месте. Медленно, но верно мы приходим к чему-то новому. Мы анализируем всё происходящее вокруг и что-то выявляем для себя, разве нет? — пустился Ли в рассуждения. — Самое главное — это то, что находится внутри нас самих, каждого по одному. От нас и зависит, изменится наша жизнь или нет.       — Не всё зависит только от одного человека, общество влияет на каждого живущего среди людей.       — Да, но в конечном итоге каждый сам отвечает за свою жизнь, многие живут по привычным устоям. Но есть ведь и те, кто не согласен делать это как все, они идут по собственной дороге, а выбирают её из своих убеждений.       В словах Рок Ли была правда, но всё же эта тема слишком неоднозначна. Гаара захотел её сменить, дабы не превратить их разговор в долгие рассуждения, которые обречены оказаться в тупике или и того хуже — превратиться в неприятный спор.       Однако у Ли были иные планы.       — А я верю, что в этом году твоя жизнь точно изменится, — неожиданно сказал парень. — У тебя всё получится.       Он хотел добавить: «Весь мир в твоих руках». Но решил, что это будет слишком уж неестественно и громко. А поддержка должна быть искренней, без излишних пламенных речей.       Сабаку но почувствовал то, что можно было описать, как сжатие где-то внутри, неконтролируемая улыбка, желание в сию минуту куда-то убежать и спрятаться, или, если уместить это в одно слово, — смущение. Неожиданно было столь резко услышать такое; он вроде как не выдавал собственной мнимости и связи с собой, но Рок Ли понял это и дал понять, что верит в него? Для начала уверять не просто самого себя, а других — тем более. И он делал это так невозмутимо?       — У меня много вопросов к тебе, — не стал скрывать тот, — но всё же спасибо, это приятно.       — Так задай их, — Ли был открыт к обсуждению и не боялся отвечать, — во мне нет особой загадки.       — Думаю, я сохраню интригу. Будет интересно самому понять и найти ответы на свои вопросы в новом году. Для меня ты очень даже загадочный человек.       Парни сошлись на этом. Тишина вновь продолжилась, но на этот раз каждый довольствовался ею. Иногда пропадает смысл о чём-то долго размышлять вслух, и становится комфортнее немного помолчать, оставляя пространство для кратких, еле уловимых мыслей. Кажется, теперь становилось немного холоднее — пришлось ускорить шаг, чтобы холод совсем не приблизился к коже, пока морозный воздух сопровождал их весь оставшийся путь.

***

      В последующее вечернее время всё проходило спокойно, и кадр переключился на следующий день хоть и плавно, но достаточно быстро. Пришла пора дарить подарки, которые ребята так старались выбрать сутки назад. Гаара ощутил какой-то трепет, сжимая красочный упаковочный пакет в руках. Это впервые в его жизни, когда ему предстоит подарить что-то своим родителям, и от этого становилось очень волнительно. Ли чувствовал себя спокойнее, но замечал, как дрожат пальцы брата, сжимающие подарок.       — Гаара, всё хорошо, не беспокойся так, ты молодец, — успокоил он, легонько приобняв того за плечо. — Ты выбрал прекрасный подарок.       Парень кивнул, но волнение всё ещё не покидало его. Он постарался взять себя в руки и пойти вперёд, делая шаги к тому, чтобы выразить благодарность и ценность своей семьи, несмотря на то что никак не мог прекратить переживать.       В конце концов Гаара и Рок Ли вышли в гостиную. Родители тем временем собирали искусственную ёлку. Вскоре они заметили ребят, тихо стоявших у входа.       — О, Гаара, Ли, мы как раз хотели позвать вас украшать ёлочку, идите скорее сюда! — позвал сыновей Гай, не догадываясь ни о чём.       Ханаре несколько смутили неактивные действия и молчаливость парней.       — Мальчики, всё хорошо? — вопросила та, а потом к ней пришла мысль: — А-а, что-то явно задумали, да?       Ли нисколько не удивился тому, что мама так оперативно смогла определить причину их поведения.       — Мам, пап, дело в том, что приближается Новый год, и мы хотели бы искренне отблагодарить вас за всю заботу и любовь, что вы подарили нам, и вручить скромный подарок от нас двоих, — проявил инициативу Ли, сказав всё просто и по делу.       Ханаре стояла, учащённо моргая, будто информация всё ещё не дошла до неё. Гаара в это время протягивал подарочный пакетик в руки маме, улыбаясь уголками губ. Ли не терял времени и вручал увесистый пакет отцу в этот же момент.       Гай открыл свой подарок первым и вынул большой элемент одежды дольше, чем мог бы вытащить любую другую вещь. Он взял шарф в руки и стал рассматривать его.       — Ух ты! Какая нужная вещь на эту зиму, вот так порадовали. Большое спасибо, очень красивый шарф.       Мужчина обнял сыновей по очереди, подкрепляя свою благодарность тактильностью. Ханаре тоже успела распаковать свой подарок.       — Какая прелесть! Как вы угадали? — восторгала она. — Я как раз заглядывалась на книгу именно с этой обложкой. Спаси-ибо-о! — протянула мама в умилительном тоне, прижимая к себе Гаару и поглаживая того по волосам: именно он стоял к ней ближе.       — Это как раз выбирал Гаара. Кстати, он как чувствовал! — радостно и вместе с тем с ноткой гордости оповестил Ли.       — Я очень-очень рада! Вы мой самый большой подарок судьбы. — Ханаре притянула к себе и Ли, простояв так пару минут с двумя детьми в объятиях.       Гааре хотелось расплакаться от такой реакции; он всё ещё пытался понять, многое понять. Одна лишь книга может так осчастливить человека, подарить ему такую радость? Он не привык наблюдать такое, ведь в моментах прошлого не помнил настолько бурных реакций на подарки. Возможно, это потому, что в них не было столько души. А в этом случае мама чувствовала их связь — этим и была обусловлена её реакция. Парень верил в это.

***

      В скором времени семья начала совместно наряжать ёлку. Они вешали игрушки разных цветов одну за другой: шарики, звёздочки, гирлянду, красную звезду на верхушку. И, наконец, можно было выключить свет, дабы посмотреть на мерцающую ёлку в полной темноте.       Краем глаза Ли заметил в окне крохотную падающую с неба звезду, на которую тут же указал остальным членам семьи.       — Смотрите, звезда падает! Загадывайте скорее желание.       Все эти моменты были очень дороги и ценны. Гаара берёг все эти воспоминания в самых сокровенных уголках души, и поэтому ему нечего было больше желать, кроме как:                                           «Пусть моя семья всегда будет счастлива».