Сильнее, чем любовь.

Эва слушает внимательно, вслушивается в каждое слово и следит за малейшим движением переговаривающихся черномагов, но так же не может не следить за ребёнком, который вместе с ней спрятался за колонной, зажав ладошкой рот и с ужасом смотрел на лежащие бездыханные тела родителей. Она едва успевает дёрнуть мальчика на себя, укрыв накидкой, когда переговаривающийся с наставником Реммао останавливается слишком для мальчика неудачно, и едва ли не раскрывает его, но Эва успевает спрятать его за своей колонной и отчаянно жестами просит Амена не издавать ни звука. Она помнит множество разговоров о жизни эпистата в годы юности, множество упоминаний о том, что у мужчины в тот день, когда он потерял родителей появился наставник, но никто не знал, кем он был. Эва, когда черномаг с учеником, так и не найдя ребёнка, покидают внутренний двор обители эпистата, ждёт того самого наставника – её из сна не выкидывает, и она думает, что должна передать мальчика в руки будущего наставника. Она не может сдержаться – слёзы катятся по щекам, скрытые маской шезму, пока она дрожащими руками ласково поглаживает вздрагивающую от слёз спину и перебирает белые прядки. Ей безумно больно смотреть на страдания любимого человека и понимать – в этот момент он был совсем один, некому было ему помочь. А сумерки тем временем сгущались…   ***   - Вот сюда, аккуратно. Лучше наклонись, мы не знаем насколько низкие здесь потолки. – мягкий голос девушки едва слышно отражают стены пещеры, в которую она пропускает мальчика только после тщательного осмотра входа. Они осматривают пещеру тщательно благодаря заранее купленным на рынке факелам, через который им пришлось идти (Эва мысленно благодарит всех богов, что у неё всегда была привычка таскать деньги при себе и за то, что все монеты оказались при ней и во сне Амена) Внимательно осматривая небольшое углубление пещеры, куда был едва виден небольшой вход, а вся остальная часть камня служила перегородкой между главным входом, Эва задумывается, почему она всё ещё не вышла из сна эпистата. И где же затерялся тот самый наставник, который должен был взять мальчика под свою опеку? Ведь они просидели, спрятавшись, во дворе около двух с половиной часов и никто за это время так и не появился. Девушка поэтому и решила взять всё в свои руки – в конце концов, что ей ещё оставалось? Она не могла бросить его – всё внутри отчаянно тянулось к потерявшему в один миг абсолютно всё мальчику. Только теперь остаётся решить вопросы ночлега и питания хотя бы на ближайшее время и думать, что делать дальше.     ***     Время утекает словно сквозь пальцы, бежит слишком быстро, и девушка практически не замечает, как проходит первый месяц их проживания в этой пещере. Амен первые несколько недель не разговаривает совсем, обходится лишь слабыми кивками и жестами и не даёт Эве приблизиться. Девушка решает просто быть рядом, но не мешать мальчику выстрадать свою боль. Но спустя две недели Эва замечает первые подвижки. В ту глубокую ночь она сидела у небольшого костра, который ещё не успел погаснуть после ужина. Она размышляла о том, что им делать дальше и перебирала в голове варианты, куда она могла бы пойти работать со своим скудным образованием – в конце концов, какие бы запасы монет у неё ни были, они не были безграничны, а им вдвоём здесь быть ещё неизвестно сколько. Да и одежда новая мальчику нужна, старая износиться успела вся. - Почему ты не спишь? – неожиданно раздавшийся за её спиной детский голос заставляет девушку вздрогнуть, обернувшись и внимательно посмотрев на вышедшего из углубления, где был обустроен ночлег, ребёнка. - Задумалась. А ты? – Эва выдыхает, возвращая взгляд к костру и смоченной в воде, чтобы не загорелась, палкой расшевеливает хворост, чтобы света от огня было чуть больше. - Не могу уснуть, кошмары замучили. -  устало отвечает мальчик, снимая капюшон накидки и присаживается на небольшое поленце рядом с девушкой. – Тебе так лучше. – он указывает на полупрозрачную тканевую маску, которая прикрывает нос и губы девушки. - Считаешь? – она не сдерживает усталой ироничной усмешки, которую ребёнок не видит, потому, видимо, и воспринимает её вопрос серьёзно. - Да. У тебя глаза красивые, честные. – Эва едва сдерживает удивленный смешок, и пожимает плечами.   - Спасибо. – тихо отвечает, но мальчик тут же отрицательно качает головой. - Это я тебя благодарить должен. Ты не обязана была спасать меня, как и помогать дальше. Не важно почему, но ты это сделала – и я хотел сказать спасибо. Спасибо, что не бросила там одного и что всё время была рядом. – он смущённо прячет взгляд и теребит рукава накидки пальцами, но, сглотнув, говорить продолжает под пристальным взглядом девушки. – Я всё понимаю. Ты не обязана быть здесь и дальше и печься обо мне, я и так наверняка надолго разрушил твои планы. -  он поджимает губы, поднимая неуверенный взгляд на девушку и сталкивается с лёгким прищуром голубых глаз. Хоть он и не видел её лица, но понимал, что она улыбнулась. - Ты очень умный для своего возраста. – мягко отвечает девушка, не отрывая взгляда от бледно-голубых глаз. – На самом деле ты ничего не нарушил. Планов у меня не было, да и идти некуда. – она пожимает плечами, возвращая взгляд к костру и вновь шевелит горящий хворост. - Как тебя зовут? – после нескольких минут тишины спрашивает Амен, натягивая рукава накидки на пальцы. – Ты мне столько помогла, а я даже имени твоего не знаю…- отвечает он на её вопросительно приподнятую бровь, улыбнувшись неуверенно. - Нефа. – промолчав с минуту и обдумывая, какое имя назвать так, чтобы ей это не аукнулось в её мире, Эва вовремя вспоминает о данном матери имени – Нефтида – и решается сказать его краткую версию. В конце концов, это обеспечит ей хоть какую-то безопасность. Если обеспечит… - Нефа… - задумчиво произносит мальчик, словно пробуя звук её имени на вкус, и улыбается мягко. – Красивое. А меня Амен зовут. - Комплиментами прям завалить решил. – тихо смеётся Эва, переводя взгляд с костра на улыбнувшегося мальчика. – Приятно познакомиться.     ***     Спустя три недели Эва и Амен вышли на рынок после полуденного пекла, чтобы закупится продуктами и тканями на несколько дней. Перед выходом из пещеры, ставшей им домом, Эва плотнее запахивает накидку Амена и наказывает ему ни за что не стягивать капюшон на людях и не отходить от неё ни на шаг, сразу же объяснив ребёнку, что недоброжелатели могут быть где угодно и если, не дай Ра, что-то случится - у неё слишком мало возможностей ему помочь. Девушка благодарит всех богов, что Амен - ребёнок послушный и тихий, и он действительно всё понимает, не требуя от девушки невозможного (как, например, прогулки в людных местах). Они по рынку ходят, не переговариваясь, и Эве не приходится тянуть мальчика за собой - он сам покорно ходит рядом, переживая, кажется, не меньше самой девушки потерять друг друга в толпе. Лишь единожды, когда они стоят у прилавка с мясом и Эва покупает кусок, она замечает как замирает на несколько секунд Амен, смотря на что-то за спиной девушки, но не говорит ни слова, и, кажется, даже не думает, что она его заминку заметила. Расплатившись и положив упакованное в пергамент мясо в сумку, она берёт Амена за руку и поворачивается, сразу же заприметив прилавок со сладостями. Она не может сдержать ласковой улыбки, когда Амен по привычке пытается пойти к выходу с рынка, как всегда было после покупки мяса, и недоумённо оборачивается, смотря на не сдвинувшуюся девушку. Она сжимает его ладошку чуть крепче и, он видит по лёгкому прищуру голубых глаз, улыбается, направляясь к тому самому прилавку. Когда они останавливаются у прилавка и Эва присаживается на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с Аменом и спросить его, чего именно он хочет, она замечает, как вспыхнули под тканью капюшона бледные щеки, как Амен неуверенно кусал нижнюю губу, смотря на неё неверяще, удивленно. Это было настолько по-детски невинно и мило, что сдержать широкой мягкой улыбки девушка не могла. Но ещё более милая картина ждала её после - оплатив собранные в стеклянную баночку полкилограмма ирисовых кубиков, на которые указал Амен и сразу же открыв её, чтобы он не ждал и мог съесть сладость прямо сейчас, она с замиранием сердца наблюдала, как смущённый ребёнок неуверенно взял один из кубиков, положив его в рот, как медленно пережёвывал, с недоумением смотря на так и оставшуюся в его руках баночку всё время, пока они не пришли домой. Амен вышел к ней лишь когда она заканчивала готовить ужин, присел возле неё и попытался предложить ей ирисок, на что она дала мягкий отказ. - Во-первых, когда становишься старше, сладкое очень перебивает аппетит, а во-вторых я не сильно люблю сладости. - переворачивая мясо, с мягкой улыбкой отвечает Эва на недоумённый взгляд ребёнка. Тот крутит баночку в руках, смотря на девушку удивленно несколько секунд прежде, чем перевести неуверенный взгляд на сладость в своих руках. - Но зачем тогда ты купила так много? - вопрос Амена заставляет Эву повернуться к нему, задумчиво его осматривая. - Много? - с лёгкой улыбкой переспрашивает. - Я думала, тебе её хватит максимум на неделю, и то если сегодня не съешь. - Я... Можно ещё одну съесть? - то, насколько робко прозвучал вопрос Амена заставило девушку, тихо рассмеявшись, обратить более пристальное внимание на него. - Да хоть две. Главное аппетит не перебей, поужинать нужно.     ***     Проснувшаяся посреди ночи девушка встречает рассвет у потухшего костра, вся в мыслях о грядущем дне и составлением мысленного списка дел на ближайшие пару часов. Её мысли прерывают еле слышные шаги, приближающиеся к ней и она видит, как ребёнок останавливается у входа, натягивая рукава накидки на пальцы, жмётся неуверенно, смотря на неё. Она подходит к нему, привычно присаживаясь на корточки. - Ты чего встал так рано? Замёрз? - Эва говорит с ним мягко, тихо, аккуратно берёт руки мальчика в свои, пытаясь понять, насколько ему сейчас холодно. Из-за особенностей происхождения Амен мёрз довольно часто, несмотря на духоту египетских ночей и жара солнца днём. Он отрицательно качает головой, аккуратно забирает свои руки из её ладоней, чтобы в следующую секунду крепко обнять девушку, уткнувшись прохладным кончиком носа в изгиб между её плечом и шеей. Она замирает на секунду удивленно, прежде чем аккуратно обнять в ответ, медленно, мягко поглаживая спину ребёнка через ткань накидки. - Спасибо, Нефа. Я очень ценю всё, что ты делаешь для меня. - приглушенный, неуверенный, но неизменно искренний голос ребёнка заставляет сердце девушки дрогнуть, когда она доверительно прижимает его к себе, обняв крепче. - Не благодари меня. - она сглатывает вставший в горле ком, пытаясь сдержать ставшие слишком сильными эмоции. Аккуратно зарывается одной рукой в белые волосы, мягко перебирая слегка отросшие пряди. - Просто знай, что я тебя не брошу и буду рядом столько, сколько смогу. Она ещё не знает, что в этот день Амен мысленно поклялся незримому Богу, что найдёт сил, вырастет и будет помогать и оберегать девушку всем, чем сможет.