Not good enough.

Спустя пару дней холод под лопатками по‑прежнему поражал, словно иглы. Пальцы правой руки плавно скользили по струнам, пока левая зажимала аккорды. Белоснежный потолок казался вот-вот рухнет. Джисон смотрел на него, не замечая пятен грязи и пожелтевшей от времени штукатурки. Рядом жужжал телефон, но пальцы не останавливались. Под кофтой болела не только душа, но и новые порезы. Палец проскользнул по струне, задевая ногтем. Сильный выдох нарушил тишину, прервав звучание гитары. Прикрыв глаза, Джисон погрузился в темноту и воспоминания о карих глазах. — Почему… почему это ты… — дрожь в голосе сопровождалась замиранием сердца. Гитара давила на грудь, как неподъёмный груз. Стащить её с себя показалось практически невозможным. Но, отложив её в сторону, он неторопливо поднялся с холодного пола, и мурашки тут же пробили спину. Окинув полутьму комнаты беглым взглядом, нашёл горящий экран. Жужжание начало отдаваться пульсацией в голове. Хотелось закрыть уши и спрятаться, скрыться от этих чувств и звуков. Просто раствориться. Джисону казалось, словно сейчас его разбудят и потрясут за плечи. Вся его спальня, с небольшим потоком солнечных лучей, расплывалась, как акварель. Надоедливое гудение затихло, позволило пальцам обхватить телефон. На экране было имя Феликса. В груди защемило, а нижняя губа невольно задрожала. — Я ж… ему даже не сказал… — холодными на кончиках пальцами начал набирать номер. Гудки тянулись слишком долго, несмотря, что прошло несколько минут. Присев на кровать, Джисон перевёл взгляд на чёрные шторы. — Алло! — ворвался голос Феликса. — Джи! Где ты пропадаешь?! — Я… — Джисон облизнул пересохшие губы, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Дома… взял выходной. Прости, я… сегодня не приду. — Выходной?! Ты в своём уме?! — в голосе прорезалось беспокойство. Фоном слышался шум школьного двора, обрывки разговоров. — У нас же сегодня контрольная! Ты чего?! С тобой всё в порядке? Ты заболел? Мне приехать? — Нет, — отрезал он, опускаясь на кровать. — Я не заболел. Просто… не готов к контрольной. Тишина в трубке давила, словно ватой заложило уши. Джисон сжал телефон, стараясь не выдать дрожь в голосе. — Джи… — голос стал совсем тихим, словно боялся спугнуть что-то хрупкое. — Не готов Что-то случилось? Давай я сейчас приеду, поговорим? Может, чего привезти? Металлический привкус обжëг, стоило чуть сильнее прикусить губу. В висках отдавалось странное биение. Быстро-быстро, вызывая головную боль. Лишь стоило сделать выдох, как осознание ударило болью. Рассматривая покрасневшую рану, Джисон чувствовал, как сердце сжимается. Мир расплывался, будто затуманенный. Сейчас внимание было приковано к порезам. Вцепившись в край одежды, он прикрыл глаза. — Н-нет… — прошептал, шумно дыша. — Я сегодня просто… просто поваляюсь в постели… Нормально всё… — Ну ладно… — голос Феликса дрожал. На заднем плане слышались разговоры и громкий звонок. — Мне… мне пора. Но я позвоню тебе! — Да, окей. — прикрыв глаза, Джисон смотрел на проникающий сквозь шторы свет, чувствуя, как пустота сменяется поглощающим страхом. — Нужно в аптеку… Тяжесть в ногах была не физической, а ментальной. Казалось, каждый шаг — это усилие, требующее непомерных затрат энергии. Дверь квартиры захлопнулась за ним с глухим звуком. Лёгкое прикосновение ветра к лицу было не освежающим, а скорее неприятным, чужим. Солнечный свет, проникающий сквозь редкую дымку, бил в глаза, словно насмешка — мир жил, а он замирал. Джисон шёл, пряча руки под чёрным худи, стараясь не встречаться взглядами с прохожими. Их оживленность казалась ему абсурдной, далёкой. Мелодия в наушниках тонула в гуле мыслей, который было невозможно заглушить. «Я бы понравился тебе?» «Джи… я же не показатель…» — Ты идиот… — прохрипел, опуская взгляд с витрины. Зайдя в аптеку, он прикрыл глаза. Едкий аромат медикаментов и стерильной чистоты ударил по обонянию, но не вырвал из оцепенения. Он хотел одного — быстро закончить. Окинув незаинтересованным взглядом витрины, он подошёл к кассе. Миловидная девушка с очками на переносице встретила его яркой улыбкой. — Добрый день, — голос достиг ушей, стоило отключить музыку. — Что вам нужно? — Антисептик… бинты… — запнулся, его взгляд скользнул по ближайшей витрине. Там, среди ярких упаковок пластырей с мультяшными героями, лежали они. Тонкие, блестящие лезвия в маленькой упаковке. Облегчение, смешанное с невыносимой болью, пронзило грудь. — И… — вновь запнулся, обращаясь к девушке, но в голове продолжал звучать шёпот. — …эти… — поднял взгляд на витрины, пытаясь подобрать слова, но в горле встал ком. — Ну… — С твоим набором, кажется, тебе нужны пластыри, — знакомый голос, наполненный насмешкой и лёгкой тревогой, прозвучал у самого уха. — Прогуливаешь школу, Джисон? — Гхм… да, мне пластыри, — тихо прошептал Джисон, когда фармацевт ожидающе смотрела. — И ещё пачку презервативов! — внезапно добавил Чонин, хлопая себя по карманам, словно в поисках денег. Заметив непонимающий взгляд, он лишь пожал плечами, очаровательно улыбаясь. — Я тебе вас верну. Не бойся. Проигнорировав его улыбку и лисий прищур, Джисон отвернулся, ожидая покупок. Фармацевт, невозмутимая, собирала товары. Он кинул взгляд на витрину с лезвиями. Свежие порезы заныли, а ладони вспотели. Закусив нижнюю губу, резко отвернулся. — Так что наш пай-мальчик тут делает? — Чонин неторопливо постукивал пальцем по груди, взгляд скользил по полке с обезболивающими, затем вернулся к парню. — Сегодня же контрольная. — Ты тоже не в школе, — равнодушно пробормотал Джисон, сильнее натягивая рукава худи на руки. Чонин довольный обвëл взглядом аптеку. Стоило девушке вернуться, как он улыбнулся ей, рассматривая упаковку в руках. Фармацевт, как будто не замечая напряжённого обмена репликами, молча пробивала товар. — Ну, я и не надежда нашего класса. — повернувшись, он заметил тёмные круги под глазами. — У тебя лицо опухшее. Пил что ли? — Не пил, — наблюдая за тем, как фармацевт выкладывает на кассу вещи, тяжело выдохнул. — Можно ещё вон ту пачку лезвий. Чонин, который уже собирался отвернуться, замер. Улыбка сползла с лица, и он посмотрел сначала на упаковку лезвий, потом на лицо Джисона. На тёмные круги, на натянутые рукава худи. В глазах появилось что-то новое. — Странный стартовый набор, — голос потерял прежнюю игривость, став тихим и напряжённым. — Ещё бы решил купить трамадол. Я бы офигел. — Что это? — опустив брови, Джисон оплатил покупки. Чонин наблюдал за тем, как парень неторопливо всё убрал по карманам, а затем протянул пачку презервативов. В глазах, таких неестественно голубых, не было ни огонька жизни. Пустой взгляд пробивался из-под опущенных ресниц. — Это… — забирая упаковку, бросил взгляд на девушку. Та смотрела на них с неким интересом. Отвернувшись, он вновь улыбнулся, — читал что-то в интернете про это. Говорят, запрещёнка. Ну что, пошли? Джисон не ответил, лишь молча прошёл мимо, опустив голову. Чонин, небрежно убирая пачку презервативов в задний карман джинсов, двинулся следом, не сводя взгляда с опущенных плеч впереди. Объёмное худи скрывало очертания фигуры, но он отчётливо видел, как тот прятал руки в карманах — судорожно, будто пытался унять дрожь. Чонин достал из кармана помятую пачку сигарет, вынул две штуки и одну протянул вперёд. Джисон замер, когда перед ним оказалась сигарета, тонкая, с чуть загнутым краем. Поджав губы, медленно перевёл взгляд. Одноклассник стоял напротив, улыбался широко и непринуждённо. — Чего тебе? — выдохнул, забирая из рук сигарету, не касаясь его. — Ничего. Просто покурить, — он зажал губами фильтр, поднося с другой стороны зажигалку. — Ты решил заняться селфхармом? Выдыхая дым, Чонин заметил, как потупился взгляд Джисона. Уголок губ приподнялся, когда протянул зажигалку. Молча приняв её, тот закуривал. Горло обожгло, а привычного вкуса вишни не было. Пальцы едва дрожали. Джисон опустил взгляд на ногти, покрытые чёрным лаком. Лезвие в кармане худи добавляло тяжести и чувства, что скоро всё закончится. — А если и да, — равнодушно ответил он, не поднимая глаз, — тебе то что? — М-м-м… — задумчиво протянул Чонин, опуская руку с сигаретой. — Не используй лезвие несколько раз подряд. Затупится, станет ужасно неприятно… хотя, это даже плюс. Да? В этот момент раны заныли, напоминая о себе. Тяжесть давила на плечи, а в глазах словно насыпали песок. Вдыхая новую порцию никотина, Джисон слабо улыбнулся. Но не успел ответить, как со стороны послышался низкий и знакомый голос. — Джисон! — по коже побежали мурашки. Сжав сигарету в руке за спиной, он поднял глаза. — Ты что здесь делаешь? Чанбин шёл, словно надвигающаяся буря. Его полицейская форма сидела идеально. Накаченное телосложение подчеркивалось светлыми оттенками и облегающей тканью. Чонин, видя мужчину, сделал шаг назад за спину. Пальцы, державшие сигарету, чуть дрогнули. — Вы знакомы? — хрипло проговорил он. — Бля… — Чанбин? Ты… ты ч-чего тут? — сглотнув ком в горле, прохрипел Джисон. Видя мрачный взгляд старшего, сильнее сжал пальцы. — Чан в курсе, что я не в школе… Парень замер перед двумя школьниками. Скрестив руки на груди, он провёл взглядом по Чонину. Замерев на секунду на сигарете у его губ, он лишь покачал головой. Стоило перевести взгляд на Джисона и мягкость в глазах не осталась незамеченной. — Да тут… ларёк решили идиоты ограбить. — он изучающе смотрел на осунувшееся лицо. — Всё нормально? — Нормально. Вот решил в аптеку сходить, — он указал на Чонина, который напряг свои плечи и стал вдыхать дым полной грудью. — Ему надо было лекарства купить. — Добрый день, мистер полицейский, — с ямочками, проступившими при улыбке, проговорил Чонин. Выбросив окурок, он обнял Джисона за плечи, чуть притягивая. — Обычная простуда, а хочется умереть, хоть режься. Чанбин прищурился, его взгляд скользнул с Чонина на Джисона. На мгновение в глазах мелькнуло что-то, похожее на усталость, но тут же исчезло. Тот прятал взгляд под капюшоном, чуть прикрыв глаза. — А ларëк-то ограбили? — подняв глаза, поинтересовался Джисон. Он почувствовал, как пальцы Чонина едва сжали худи. Хоть улыбка и оставалась на лице парня, она напоминала натянутую нить. — Да-а… — проговорил Чанбин, едва потерев затылок, — Подростки, видать, покурить решили. Хожу вот, опрашиваю, где они могли засветиться. — Во-о-от как, — покрутив в руках сигарету, протянул Джисон, отводя взгляд в сторону, — Надеюсь, ты их найдёшь. Прости, нам пора, хочу ещё отдохнуть немного. Отойдя от старшего, Джисон смог расслабленно выдохнуть. Разжав руку, он увидел, как сигарета, оставила небольшой ожог. Боль от этого немного притупила сердце и внутренние терзания. Вновь почувствовал приятную пустоту. — Блять, чувак, — Чонин поправил волосы, улыбаясь, — спасибо тебе… ты не поверишь… Но осёкся, наблюдая, как тот протянул к нему пустую руку. Он медленно сдвинул брови. Яркие голубые глаза стали на несколько тонов темнее. Могло показаться, что на него смотрит загнанный зверь. Потрескавшиеся губы кое-где кровоточили, а рана на ладони багровела. — Давай, — низко проговорил Джисон, не опуская взгляд. — Ч-чего? — Чонин нахмурился, но тут же губы изогнулись в усмешке. Спрятав руки в карманах, отвернулся в сторону, словно изучая, где сейчас находится полицейский. — Сдашь? — Не для того я сейчас врал, — чуть наклонив голову, Джисон снял с головы капюшон. — Лишь несколько пачек, и я забуду про то, что ты парень, что так хотел покурить. — Блять, — тихо засмеялся, окидывая взглядом парня. — Как ты понял? — У тебя сигареты слишком дорогие, — он показал смятую сигарету. — Они хорошие, но не по карману школьнику. Вкус у тебя точно есть и быстрые ноги, раз успел добежать до аптеки. Алиби, верно? Улыбка расцвела на лице Чонина. Сделав шаг навстречу Джисону, он не переставал смотреть изучающе, стараясь уловить хоть малейшее сомнение. Только на лице не дрогнула ни единая мышца. Он смотрел так же спокойно и равнодушно. И эта равнодушность вызывала в груди Чонина какой-то огонь заинтересованности. — Теперь понятно, почему ты отличник, — с усмешкой проговорил он. Чуть сжав губы, кивнул, взглянув за плечо Джисона. — Не хочешь выпить? — Сигареты, — перебил Джисон. Он ещё раз протянул руку, не давая попытки отступить. — Да бля, — раздраженно выдохнул Чонин. — Они дома у меня. Я ж не один был. Выпьем, покурим, расслабимся. Давай, пошли. Выдохнув, Джисон отвернулся, но руку не опустил. Почувствовал, как холод стал покалывать кончики пальцев. Мысли об алкоголе рисовали в сознании картины: он видел, как выпивал брат, как они сидели друзьями… Минхо всегда был на этих посиделках. Опуская взгляд, он сжал пальцы, стараясь скрыть дрожь. — Блять… — прохрипел Джисон, отворачиваясь. — Я домой. — Да ладно тебе, — Чонин положил руку на плечо, чуть сжимая. — Я могу дать тебе пачку, что у меня с собой. Не проблема. Но по поводу выпивки… подумай. Алкоголь, сигареты порой лучше помогают, чем лезвия, — он сделал шаг к парню, чуть поднимая свой рукав. Взгляд Джисона зацепился за яркие шрамы на запястье. — В курсе, как это. Чонин усмехнулся, взглянув на парня. Уходя, чувствовал взгляд на своей спине. А Джисон стоял и сжимал новую пачку сигарет, предвкушая, как ещё не вскрытое лезвие проходит по коже. Фантомная боль и желание её заглушить накрыли с головой. Медленно выдыхая, он поднял взгляд на чисто синее небо. Слабость накрыла с головой, подобно цунами, лишая возможности дышать. Смотрел на то, как белоснежные облака мимо проплывали, закрывая изредка собой солнце. В воздухе витало ощущение, что его тянет к чему-то неизбежному. — Ладно… — проговорил он, чуть сжимая пачку сигарет. — За презервативы ты мне не переведëшь, хоть сигареты получил.