Votre jeu préféré

      Pov Danielle Sokolova       Честно говоря, я не до конца понимала, зачем согласилась на съёмки у Ильи Эксайла. Ну ладно, «Кто последний выйдет из комнаты» — формат вроде весёлый. Но зная компанию, я подозревала, что через час все мы будем либо истерически смеяться, либо строить гениальные планы побега.       В студии стоял тот самый запах: смесь светового оборудования, пиццы и энергетиков. Сабина уже размахивала руками, что-то доказывая Наташе. Саша — FrameTamer — сидел в углу и залипал в телефон. Данила по привычке занимал половину дивана.       — Дани! — Сабина заметила меня первой, махнула так, будто не видела год. — Иди сюда! У нас тут дискуссия века.       — Ох, боюсь, что я попаду под перекрёстный огонь, — я закатила глаза, но подошла ближе. — Сначала скажите про что спор.       — Про кино, конечно, — отозвалась Наташа. — Сабина считает, что «Шрек второй» лучше первого.       — А я права, — парировала Сабина с видом королевы.       Я только рассмеялась и в этот момент заметила его. Слава Бустер. Тот самый, которого я до этого видела только через экран телефона. Сидел рядом с Яриком, но вёл себя так, будто пространство вокруг было чуть теснее, чем хотелось. Сначала просто скользнул взглядом по всем, а потом поймал мои глаза.       — Новенькая? — с лёгкой усмешкой спросил он.       — Соколову не обижать, — встрял Данила, кивая в мою сторону. — Она своя.       — Ага, ещё как своя, — поддакнул Саша. — Если что, она тебя словом задавит.       — Ну да, у меня лицензия на сарказм, — я не удержалась от колкости.       Слава прищурился, но улыбка у него стала шире: — Значит, мы с тобой быстро найдём общий язык.       И вот тут я ощутила странное совпадение. Как будто я разговариваю с человеком, который тоже не умеет сидеть на месте, у которого мысли скачут быстрее, чем камеры щёлкают.       — Главное, чтобы этот общий язык не превратился в оружие массового поражения, — добавила я, и он рассмеялся.       Илья хлопнул в ладоши, призывая всех к порядку: — Так, дамы и господа! Сегодня у нас простое правило: кто последний выйдет из комнаты — тот получает приз. Камеры готовы, свет выставлен, остаётся только понять, кто из вас сдастся первым. И да, по классике — переодевайтесь в комбинезоны. После этого сразу идём в куб. Время у вас десять часов. Оно обнуляется либо, когда вы вышли, либо после испытаний. А если провалите испытание — получите минус к таймеру.       — Классика жанра, — буркнул Данила, лениво потянувшись. — Обожаю, когда меня лишают времени ещё до старта.       Мы рассмеялись, и вся компания потянулась в раздевалку. Комбинезоны оказались голубыми.       — Это что, новый дресс-код? — хмыкнул Саша, натягивая свой. — Я думал, мы в «Кто последний выйдет из комнаты», а не в «Побег из психушки».       — Ну хоть не розовые, — добавила Сабина, закатывая рукава. — Я бы в таком не выжила морально.       Я надела свой комбинезон, поправила волосы, и мы всей толпой пошли в сторону куба. Он выглядел внушительно: огромная стеклянная комната, подсвеченная холодным светом.       Все громко переговаривались. Наташа с Яриком спорили, можно ли будет заказывать доставку еды, а я осматривала пространство.       — Полный куб тестостероновых мужчин, — с театральным вздохом заявила Сабина, обняв меня и Наташу за плечи.       — А можно выключить женские голоса? — почти синхронно сказали Слава и Сатир, и вся толпа взорвалась смехом.       — Так и знала, что они по мужикам, — парировала я, поднимая бровь.       — Ну наконец-то! — поддержал меня Саша. — Кто-то должен был это сказать.       — Да-да, я всё понял, — Слава сложил руки, изображая обиду. — Вы, значит, сразу против меня?       — Не против, — я усмехнулась. — Просто констатируем факты.       Он посмотрел на меня чуть дольше, чем следовало, уголки губ дрогнули. Почувствовала, как внутри поднимается то странное ощущение — будто мы оба понимаем, что этот обмен подколами только начало.       — Ну держитесь, — Сатир потер руки. — Я уже вижу, как вы будете объединяться в коалицию.       — Только не в коалицию, — возмутилась Сабина. — Лучше в женсовет.       — Женсовет? — Слава вскинул бровь. — Всё, я официально боюсь.       — Я в такие секты не вступаю, — говорю я.       — А зря, — фыркнула Сабина. — Там есть привилегии: чай с печеньками и право критиковать мужчин без ограничений.       Время пошло. Сначала все бодро болтали, потом начали сыпаться вопросы: кто как будет тратить деньги в случае победы. Мы расселись в круге, словно в каком-то подростковом лагере, и перебрасывались идеями.       Мы играли в каламбуры, ассоциации, кто-то пытался спеть песни задом наперёд — словом, контент рождался сам собой. Сабина всё время приставала к Саше:       — Саш, ну скажи хоть слово для камеры! — она чуть ли не подпрыгивала вокруг него. Саша же с каменным лицом уставился в пол, явно решив отыгрывать «молчаливого героя».       Я в это время сидела с Наташей, обсуждая последние новости про западных артистов. Тем временем Илья с Андреем начали по одному вызывать ребят из куба. Первым ушёл Данила. Вернулся с видом победителя и… с пончиками.       — Вор! — закричала Сабина.       — Герой, — поправил Ярик.       Данила гордо раздал всем по кусочку. Слава схватил сразу два, один из них протянул мне.       — Держи, чтобы не скучала, — сказал он и хитро подмигнул.       Я успела только сказать «спасибо», как снова щёлкнула дверь, и голос Эксайла позвал меня.       Я вышла в коридор, где сидели Илья и Андрей с тем самым видом, как у учителей, которые сейчас придумают пакость ради развлечения.       — Ну как тебе тут? — спросил Андрей.       — Отлично. Дадите запить чем-нибудь этот пончик — вообще шикарно будет, — я рассмеялась.       Илья тоже захихикал и протянул мне бутылку «Колы» 0,5.       — Смотри, твое задание до конца куба, — заговорил он с той самой ехидной улыбкой. — Всё время ходить за Бустером и постоянно задавать ему вопросы.       — Ок, дайте ещё пончик? — с надеждой протянула я руку.       — Нет, — сказали Илья и Андрей хором.       — С хрена ли? — я возмутилась, приподняв бровь.       — Такие правила, — спокойно ответил Илья.       — Морить нас голодом? Это пытки, между прочим! — заявила я, скрестив руки.       Эксайл махнул рукой, будто сдался: — Ладно, только покушай по пути. — И протянул бокс с пончиками.       Я посмотрела на него с максимально задумчивым видом: — Так, какой же выбрать?.. Шоколадный или клубничный?.. А нет, карамельный!       Пока Илья отвлёкся на оператора, я резко схватила всю коробку и сорвалась с места.       — ЭЙ! — раздался крик Андрея.       — Соколовааа! — заголосил Эксайл.       Я неслась по коридору, едва не поскальзываясь, с коробкой в руках. Толкнула дверь куба и влетела внутрь под громогласные крики восторга.       — Учись, тезка! — я выставила коробку вперёд, показывая Даниле. — Вот как надо красть пончики!       Компания взорвалась смехом. Сабина хлопала в ладоши, Наташа снимала всё на телефон, Саша впервые за всё время улыбнулся, а Слава… Слава сидел, уставившись на меня, и уже не сдерживал смех.       — Ты вообще нормальная? — выдохнул он, но сам тянулся за пончиком.       — Нет, — гордо ответила я. — Зато с добычей.       Он взял один, и наши пальцы на секунду соприкоснулись: — Ну всё, теперь ты мой напарник по еде, — сказал он.       — Могу даже разделить с тобой Колу, только тшшш, — говорю я.       — У Дани, минус тридцать минут за кражу пончиков, — говорит Илья.       — Чего? — кричу на него я.       — Не честно, — кричит Сабина.       — Честно? — Илья скрестил руки на груди, но в глазах читалось веселье. — Вы только что устроили ограбление века в моей студии!       — Ограбление? — Я притворно возмутилась, размахивая коробкой. — Это называется стратегический запас провизии!       — Данила, ты точно уверен, что она не твоя потерянная сестра? — Слава бросил взгляд на Данилу, который уже доедал второй пончик.       — Нет, но я бы не отказался, — ответил Данила с набитым ртом.       — Ой, всё, хватит! — Сабина вскочила и потянулась за коробкой. — Если уж нас наказали, то хотя бы доедим это до конца!       Мы всей толпой набросились на пончики, словно неделю не ели. Шум, крошки на полу, Сабина пищит, что «это лучше, чем свадьба», а Илья с Андреем снимают всё для сторис, называя нас «преступной группировкой пончиковых рейдеров».       Слава наклонился ко мне ближе, будто хотел что-то прошептать, и на секунду запах ванили от пончика перебился запахом его парфюма.       — Кстати, — он понизил голос. — А что там тебе сказали?       Я театрально поджала губы, сделав вид, что думаю: — Ммм… секретная миссия.       Он прищурился: — О, значит, ты шпионка?       — Может быть, — я ухмыльнулась. — А может, мне просто велели следить за тобой, потому что ты подозрительный.       — Я? Подозрительный? — Слава приложил руку к груди с выражением оскорблённой невинности. — Да я самый открытый человек здесь!       — Конечно, — протянула я. — Настолько открытый, что надо на всякий случай приставить охрану.       Он покачал головой, но в глазах блеснула та самая искра: — Ладно, ладно. А тебе что вообще задали-то?       — Секрет, — я ухмыльнулась и откусила кусочек пончика, нарочито медленно.       — Несправедливо, — пробормотал он. — Я вот думал, мы тут союзники.       — С каких пор? — приподняла я бровь.       Он наклонился ещё ближе, его голос стал серьёзнее, но при этом с ноткой вызова: — Ладно, давай вступим в коалицию.       — А что мне с этого? — спросила я, скрестив руки и слегка качнув ногой.       Слава ухмыльнулся так, будто уже всё просчитал: — Делаем всё, чтобы один из нас победил. А победивший делит выигрыш пополам.       — Хм… звучит как афера, — сказала я, прищурившись.       — Афера — это когда без меня, — уверенно парировал он.       Я не удержалась и рассмеялась. Где-то сбоку Сабина и Наташа с интересом наблюдали, будто смотрели сериал.       — Ну всё, Соколова, — добавил Слава, протянув руку. — Договорились?       Я посмотрела на его ладонь. Он явно ждал рукопожатия. И в этот момент я вдруг поняла: если соглашусь, то это значит, что ближайшие часы у меня официально будет партнёр в хаосе.       — Договорились… но учти, я задаю очень много вопросов, — сказала я, вложив ладонь в его.       Слава рассмеялся и крепко пожал руку: — Вот это я уже понял.       — Твое задание? — спрашиваю я.       — Не отвечать на твои вопросы, — говорит Слава. Из-за чего я начинаю громко смеяться. — Так, дай угадаю, тебе задали задавать мне вопросы? — Я смеясь киваю, после чего и он начинает смеяться тоже.       — Это что такое? — кричит Сатир. — Почему они смеются и пьют одну колу на двоих?       — Откуда у вас кола? — спрашивает Сабина и резко тянется выхватывая у Бустера Колу.       — Всем внимание, первое задание. Вам нужно построить карточные дома, — говорит Илья. — Кто не справиться минус час.       Время идет и все начинают собирать домик. Все справляются, кроме Саши, Сабины и Славы. После сразу же начинается второе задание. Где минус час у Славы и минус два у Сабины. Съемки идут несколько часов. После них мы сидим некоторое в гримёрке, кушая доставку, которую заказал Илья и разговаривая о съемках.       Гримёрка пахла лазаньей и уставшим весельем. Я сидела, поджав ноги на диване, доедая кусок пиццы, пока Сабина с Наташой листали отснятый материал на ноутбуке Ильи.       — Смотри, смотри, вот момент, когда ты украла пончики! — захихикала Сабина, тыкая пальцем в экран. — Ты бежала, как будто за тобой гнался маньяк!       — Ну, технически так и было, — я кивнула в сторону Ильи, который как раз раздавал всем напитки. — Он же кричал, как будто я вынесла кассу из банка.       Слава, сидевший рядом, фыркнул и протянул мне банку колы: — Держи, партнёр по преступлению.       — О, теперь мы ещё и коллеги по криминалу? — я взяла банку, нарочито проверяя, не открыта ли она.       — Ну, ты же не хочешь, чтобы я пил один, — он ухмыльнулся. — Это подозрительно.       — Ага, особенно после того, как ты проиграл в строительстве карточного домика, — я злорадно приподняла бровь.       — Эй, это был саботаж! — Слава возмущённо указал на Сабину. — Она дышала на мои карты!       — Я просто дышала в принципе! — закричала Сабина, бросая в него салфеткой.       — Да, слишком громко, — пробурчал Саша, не отрываясь от телефона.       Мы все рассмеялись. В этот момент Илья хлопнул в ладоши: — Так, народ, завтра монтаж, а потом выпуск. Кто хочет остаться на пиццу и дубляж шуток — welcome.       — Я остаюсь! — тут же заявила Сабина.       — Я тоже, — кивнула Наташа.       — А я… — я сделала паузу, глядя на Славу. — Зависит от того, будет ли там ещё будет коробок пончиков.       Слава покачал головой: — Ты одержима. Умрешь из-за диабета.       — Это не одержимость, это стратегия, — парировала я.       — Ладно, я тоже остаюсь, — неожиданно сказал Слава. — Кто-то же должен следить, чтобы ты не украла всю студию.       Я фальшиво ахнула: — Ой, а мне разве можно доверять?       — Нет, — хором ответили Илья, Андрей и Данила.       — Вот видишь, — Слава развёл руками. — Ты официально под колпаком.       — Ну что ж, — я сделала глоток колы и ухмыльнулась. — Значит, завтра будет интересно.

***

      Когда все начали собираться, шум в студии постепенно стихал: кто-то собирал вещи, кто-то обсуждал планы на завтра, а кто-то уже зевал, прикрываясь рукавом толстовки. Я натягивала рюкзак на плечо, когда Слава неожиданно тронул меня за локоть. Его ладонь была тёплой, цепкой — будто специально, чтобы я не вывернулась.       — Эй, Соколова, подбросить тебя?       Я приподняла бровь и чуть скрестила руки на груди: — Это ещё зачем?       — Ну, ты же не на метро поедешь в два часа ночи, — он пожал плечами, будто говорил о чём-то очевидном. В его глазах при этом плескался лёгкий вызов, словно он специально нарывался. — Или боишься?       — Ой, да ладно, — я фыркнула, нарочито отмахнувшись. — Ты же видел, как я воровала пончики. Какая разница — метро или твоя машина? И кто сказал, что я на метро?       — Ну-ну, — протянул Слава, склонив голову набок. — Ты, значит, ещё и лихой гонщик на такси?       Я фыркнула, поправляя лямку рюкзака: — А что, у такси хотя бы рейтинг есть. Можно проверить, что человек в здравом уме, а не с СДВГ.       — Э, вот сейчас обидно было, — Слава театрально схватился за сердце. — Ты же сама знаешь, что это наш козырь, а не минус.       Я скептически прищурилась: — Наш?       — Ну а что, — он ухмыльнулся. — Я сразу понял, что мы с тобой из одной «секты». Вечно отвлекаемся, спорим, придумываем фигню на ходу. Это даже не диагноз — это суперсила.       Я закатила глаза, но улыбку сдержать не смогла: — Ладно, Суперсила, допустим, я согласна. Но! Если твоя музыка окажется хуже, чем у таксиста, — я выхожу на первом же светофоре.       — Договорились, — Слава крутнул ключи на пальце и подмигнул. — Проверим твою выдержку. Но сначала, — я обернулась в сторону Данилы, который уже натягивал куртку и шаркал к выходу. — Надо уточнить, не решил ли Горилла ехать со мной. Горилла! — крикнул Слава. — С нами едешь или как?       Данила даже не поднял головы, только махнул рукой: — Забейте, я домой, спать. У меня завтра тренировка.       — Ну вот и всё, — Слава развёл руками. — Ты моя пассажирка.       В этот момент мимо нас прошли Наташа и Сабина. У обеих на лицах были такие заговорщицкие улыбки, что я насторожилась: — Куда это вы собрались?       — У нас девочковые планы, — Наташа хмыкнула, а Сабина потянула её за рукав.       — Какие ещё планы? — прищурилась я.       — Секретные, — отрезала Сабина, и они почти бегом скрылись за дверью. Я осталась стоять с Славой, который выглядел чересчур довольным.       — Ну что, — он протянул руку в сторону выхода. — Поехали?       Я закатила глаза, подхватила рюкзак повыше: — Ладно. Но помни: первый же светофор — мой шанс на побег.       — Ага, ага, — он рассмеялся и пропустил меня вперёд.       Мы вышли на ночную улицу, где асфальт блестел от недавнего дождя. Воздух был прохладным, пахло мокрым бетоном и чем-то сладким от соседней пекарни. Слава уверенно направился к чёрному внедорожнику, щёлкнул брелком — и фары мигнули в темноте.       — Серьёзно? — я окинула машину взглядом. — Я думала, ты максимум на электросамокате гоняешь.       — Спасибо, конечно, — он хохотнул, открывая пассажирскую дверь. — Но у самоката нет сабвуфера.       — Тоже аргумент, — буркнула я, залезая внутрь.       Двигатель мягко заурчал, а из колонок полилась музыка — смесь электроники и инди. Неожиданно атмосферно. Я бросила на Славу взгляд: — Ладно. Жить можно.       — Видишь, — он скользнул по мне взглядом и ухмыльнулся. — Я же говорил: выдержку проверим.       Слава вырулил на пустую улицу, и город словно изменился: не тот шумный мегаполис, а какой-то сонный, редкие огни фонарей отражаются в мокром асфальте, в окнах домов едва мерцают лампы.       — Так что, — он кивнул на мой рюкзак, — расскажешь, куда тебя везти, или тоже секретная миссия?       — Ну… в теории домой, — я пожала плечами. — Но если ты хочешь отвезти меня к наркодилерам — я сразу скажу: я не твоя цель, я всего лишь связное звено.       Слава прыснул от смеха и чуть повернул голову ко мне: — Ага, ещё скажи пароль какой-нибудь. Типа: «Пончики на рассвете».       — Ну, вот теперь ты точно подозрительный, — я прищурилась. — Слишком хорошо придумал.       Он усмехнулся, переключил передачу и, не глядя на меня, сказал спокойным голосом: — Слушай, а прикольно с тобой ехать. Обычно в машине все либо молчат, либо залипают в телефон. А ты сразу шпионские страсти закрутила.       — Ну, а ты думал? — я чуть наклонилась к окну, наблюдая, как отражаются огни в каплях дождя. — Со мной скучно не будет. Но предупреждаю: иногда я молчу целыми минутами.       — Ого, — он изобразил удивление. — Целыми минутами? И как люди это выдерживают?       — Некоторые до сих пор в терапии, — я хмыкнула.       Он снова рассмеялся, но потом на секунду посерьёзнел, бросив на меня короткий взгляд: — А если без приколов… ты вообще часто вот так соглашаешься? Сесть в машину к парню, с которым знакома меньше суток?       Я повернулась к нему, прищурившись, и с самым серьёзным видом выдала: — Ну, во-первых, ты не парень — ты Бустер. Во-вторых…       Слава аж стукнул ладонью по рулю, громко рассмеявшись. — Ой, блядь, вот это заход! Значит, я теперь типа не человек, да? Просто никнейм с ютуба?       — Ну да, — я ухмыльнулась, облокотившись на дверцу. — Ты как персонаж из мема. Ну знаешь, «случайный бустер в ночи».       — Ахуенно, блять, — он покачал головой, но ухмылка не сходила с его лица. В отблеске фонарей у него глаза блеснули весело, почти мальчишески. — Значит, по твоей логике, если бы я был каким-нибудь Ваней с улицы — ты бы ни за что не села?       Я сделала театральную паузу, постукивая пальцами по колену, будто правда думала: — Хм… возможно. Но ты же не Ваня, так что вопрос снят.       — Ну ты жёсткая, — он фыркнул, перестраиваясь на пустой ночной дороге. Рука на коробке передач двинулась резче, чем нужно, будто он иронично подчеркнул свои слова. — Ладно, допустим. Но всё равно — не страшно? Мало ли, я маньяк какой-нибудь.       Я медленно потянулась к дверной ручке, специально демонстративно: — Ну что, первый светофор уже был. Могу выйти, если что.       — Да иди ты нахуй, — он снова рассмеялся, но в смехе слышалось больше тепла, чем раздражения. Машина даже не сбавила хода. — Ты же знаешь, что я не маньяк.       — Откуда мне знать? — я приподняла бровь, поджимая губы. — Может, ты специально такой милый прикидываешься, чтобы я расслабилась.       — Блядь, Соколова, — он покачал головой, и я заметила, как уголки его рта снова дрогнули. — Ты вообще когда-нибудь выключаешь этот режим?       — Какой режим? — я сделала максимально невинные глаза.       Он даже одной рукой показал на меня, чуть оторвавшись от руля: — Вот этот, блять. Вечный троллинг. Ты даже сейчас, в три часа ночи, в машине у незнакомого мужика, продолжаешь гнать.       — Ну, во-первых, — я подняла палец, выдержав паузу, — не троллинг. Это называется «остроумие».       Он скосил на меня взгляд: «ну да, конечно». Но ответить не успел — музыка в колонках внезапно сменилась на что-то с тяжёлым битом. Слава чуть подался вперёд, ухмыльнулся и резко прибавил газ. Машина рванула вперёд, и меня впечатало в кресло.       — Эй, ёб твою мать! — я вцепилась обеими руками в подлокотник. — Ты совсем ебанутый?!       Он лишь шире ухмыльнулся, будто наслаждался моими возмущёнными криками: — Ну что, Соколова, ещё не передумала насчёт моего вождения?       — Да я уже передумала насчёт твоего адеквата! — я попыталась нахмуриться, но губы предательски дрогнули, и в итоге получилось больше похоже на сдержанную улыбку.       Слава, довольный эффектом, рассмеялся и сбросил скорость. Гул мотора стих, и дорога снова потекла спокойно, ровными огнями фонарей.       — Ладно, ладно, не пугайся, — он бросил короткий взгляд в мою сторону. — Просто хотел показать, что не такой уж я и безопасный вариант.       — О, значит, ты всё-таки признаёшь, что можешь быть опасен? — я прищурилась, склонив голову чуть набок.       — Ну, блядь… — он провёл ладонью по лицу и тихо хмыкнул. — Ты специально всё переворачиваешь, да?       — Может быть, — я беззастенчиво ухмыльнулась и, наконец, откинулась на спинку сиденья.       Он покачал головой, будто сдался, и включил музыку чуть громче. Салон наполнился басами, вибрация прошла по дверям и полу. Мы ехали дальше сквозь ночной город — два саркастичных идиота, которые не признавались себе, что им нравится этот обмен репликами чуть больше, чем просто «поболтать в дороге».       Машина плавно остановилась у моего дома. Слава выключил музыку, и внезапная тишина показалась странной после нашего непрекращающегося трепа.       — Ну что, довезли принцессу до замка, — он развел руки, изображая торжественность.       — Замок? — я оглядела свою многоэтажку. — Ну да, прямо тридевятое королевство.       Он фыркнул, облокотившись на руль: — Ладно, Соколова, признаю — ты меня развлекла.       — Ого, — я притворно удивилась. — Это что, комплимент?       — Не радуйся, — он ухмыльнулся. — Просто констатация факта.       Я потянулась за рюкзаком, но его рука вдруг легла мне на запястье — легко, почти невесомо.       — Слушай, а давай замутим совместный стрим? — в его голосе внезапно появилась та самая азартная нотка, как во время съемок. — Ты же знаешь, что мы бы порвали интернет.       Я замерла, чувствуя, как его пальцы слегка сжимают мою руку.       — Это что, новый способ затащить девушку к себе домой? — приподняла бровь.       — Блядь, — он рассмеялся и отпустил мою руку. — Нет! Хотя… — его взгляд скользнул по мне, — возможно.       — Ха-ха, очень смешно, — я открыла дверь, но не спешила выходить. — Ладно, насчет стрима… Может быть. Если принесешь пончики.       — Договорились, — он кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на азарт. — Только учти — я выбираю музыку.       — Вот это уже перебор, — я выкатила глаза, но улыбка предательски crawled на губы.       — Ну так что, Соколова? — он наклонился ближе, и в свете уличного фонаря его глаза казались ярче.       Я задержала взгляд на его лице, потом резко открыла дверь и выскользнула наружу.       — Посмотрим, Леоньтев, — бросила через плечо, захлопывая дверь. — Присылай детали. И не забудь про пончики, и не только я люблю сладкие вкусняшки. — Ночной воздух был прохладным и свежим после салона машины. Сделала пару шагов, потом обернулась — Слава всё ещё сидел, наблюдая за мной через лобовое стекло. — Эй, Слава! — крикнула я.       Он приоткрыл окно: — Что?       — Ты всё-таки маньяк? — с усмешкой спрашиваю я.       Он рассмеялся: — Узнаешь завтра!       Я покачала головой и направилась к подъезду. За спиной услышала, как заурчал двигатель, но машина не трогалась с места. Обернулась в последний раз — Слава ждал, пока я зайду в дом. И почему-то это было… мило. Чёрт.       Определённо, завтра будет интересно.