Твой свет для моей тени: Всё меняется

Утром я сквозь сон почувствовал, как что-то приятно, но настойчиво давит на мою правую руку, отчего она основательно онемела. В голове яркими, обжигающими вспышками тут же пронеслись воспоминания вчерашней ночи. Я медленно открыл глаза и увидел нечто совершенно прекрасное. Аля мирно спала, уткнувшись лицом мне в плечо и используя мою онемевшую руку вместо подушки. Её серебристые волосы разметались по простыне, источая легкий аромат ванили и шампуня. Во сне её лицо выглядело невероятно безмятежным, без той привычной маски строгой отличницы. Моё легкое недовольство от затекшей конечности тут же испарилось. Ради того, чтобы каждое утро просыпаться вот так, я готов терпеть эти неудобства всю оставшуюся жизнь. Я попытался немного изменить позу, чтобы хоть каплю восстановить кровообращение, но от этого осторожного движения Аля начала просыпаться. Она сонно нахмурилась, приоткрыла свои бездонные синие глаза и, сфокусировав на мне взгляд, замерла. Осознание того, где она находится и что между нами было несколько часов назад, настигло её мгновенно. Густая краска залила её лицо — от изящной шеи до самых кончиков ушей. — Доброе утро, Аля, — тихо произнес я, не в силах сдержать теплую улыбку. — А? Ах… Д-доброе утро, Сачи-кун, — пробормотала она хрипловатым, очаровательно смущенным голосом, инстинктивно натягивая одеяло повыше к подбородку, словно пытаясь спрятаться. — Хорошо спала? — А, ээ, д-да... Масачика, почему ты так улыбаешься? Я сказала что-то смешное? — она нервно затеребила край одеяла. — Нет, просто ты такая милая, что я физически не могу перестать улыбаться. — [Дурак...] Не смущай меня с самого утра! И вообще… Я… я пойду к себе. Она резко подскочила с кровати и, чуть не упав, запутавшись в одеяле, не оглядываясь, буквально выбежала из моей спальни. Видеть её такой растерянной и пунцовой было отдельным видом эстетического удовольствия. Но как бы мне ни хотелось поваляться в постели подольше, наслаждаясь приятным послевкусием этой ночи, нужно было вставать. Хоть сейчас и весенние каникулы, я не имел права отлынивать от тренировок. Преодолевая жуткое желание вернуться под теплое одеяло, я поднялся, быстро переоделся в спортивную форму и вышел на улицу. Несмотря на середину весны, утренний воздух был еще довольно колючим и холодным. Самое то, чтобы прочистить голову и взбодриться. Однако, пробежав пару кварталов, я вдруг осознал одну важную деталь: я абсолютно ничего не сказал Але перед уходом. Решив в этот раз немного сократить свою дистанцию, я поспешил обратно, чтобы она не волновалась. Я вернулся как раз к тому моменту, когда Аля, уже выходила из ванной комнаты. — Масачика? Куда ты так рано ходил? — в её голосе проскользнула легкая нотка тревоги. — Прости, что не предупредил, когда выходил. Я ходил на пробежку. Мне понадобится какое-то время, чтобы привыкнуть к тому, что ты теперь тоже тут, — я виновато потер затылок. Аля заметно расслабилась и мягко улыбнулась. — Всё в порядке. Тебе не обязательно каждый раз докладывать мне, куда ты идешь. Хотя... если соберешься куда-то надолго, я была бы признательна, если бы ты мне сказал. — Хорошо. Но всё же скажу, мне так будет спокойнее: почти каждое утро я буду выходить на пробежку, так что не беспокойся, если заметишь утром, что меня нет дома, хорошо? — Да, теперь, когда ты это сказал, я буду спокойна. Спасибо. — А, чуть не забыл… — я подошел к тумбочке в прихожей и порылся в ящике, вспомнив свою вчерашнюю оплошность. — Вот, держи. Вчера о них забыл, так что отдаю сейчас. Я протянул ей запасной комплект ключей. Аля благоговейно приняла связку, и в её глазах мелькнуло что-то очень теплое. Это было чем-то обыденным, но казалось таким сокравенным. Мы еще немного поболтали, а затем я отправился на кухню готовить завтрак, пока Аля переодевалась у себя в комнате. Когда еда была готова, я тоже успел умыться и привести себя в порядок. Аля уже накрыла на стол, и мы вместе сели завтракать. В воздухе всё ещё витала легкая утренняя неловкость. Да и в целом всё это ощущалось жутко непривычным. Я, видимо, как и она, еще не до конца осознал тот факт, что мы теперь живем вместе. В это верилось с трудом. Мы всё ещё подростки, учащиеся в школе. Я чувствовал себя как в каком-то дешевом ромкоме, где родители пытаются свести своих детей и селят их вместе. Но в отличии от таких сериалов тут это был наш выбор. К тому же это не было чем-то плохим. И я собирался наслаждаться тем временем, что у нас есть. Теперь, даже при нашей загруженности, какой бы она ни была, у нас будет оставаться время для нас двоих, и это не могло не радовать. — Эм… Масачика… — Аля задумчиво помешала ложечкой чай. — А чем ты обычно занимаешься на каникулах? Ну, помимо учебы и тренировок? — Ну… — я пожал плечами. — Обычно смотрю аниме, читаю мангу… Если нет никаких других дел... Если вспомнить прошлые каникулы… В голове тут же всплыла вереница образов: поездка в дом дедушки и бабушки,Юки, Аля, отец, мама… А потом тот тяжелый разговор с Генсеем и… Я определённо не забуду эти каникулы. — Ну, прошлые каникулы мы, можно сказать, провели вместе, — мягко и смущённо произнесла Аля. — И всё же это был Новый год. Праздники, так что это не то о чём я думала. — До этого были летние, мы ездили на виллу президента, а ещё раскрывали 7 тайн академии…— вспомнил я. — Угу. Было весело. Хотя местами и немного... — она замялась, слегка отведя взгляд. — Ага. Это были каникулы, в которые было много чего сказано, — согласился я. — А год назад… Лицо Али резко переменилось. Задумчивость сменилась легким шоком, словно она только что вспомнила нечто жизненно важное. Я тоже погрузился в воспоминания и вдруг понял. Понял, о чем она подумала. — И правда, — я медленно отложил палочки. — Это же было на выпускном из средней школы! Как мы могли забыть? — Ну, полагаю, у нас было слишком много забот? — её щеки снова предательски порозовели. — И то верно. Целый год прошёл? — я посмотрел на неё, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Столько всего произошло… Я думаю, нам стоит это отметить! — Я не против, — Аля мягко улыбнулась. — Но давай не будем строить грандиозных планов, а просто хорошо проведем сегодня время? — Тебя правда такое устроит? — Да, вполне. Главное вместе, остальное не важно. После еды мы еще немного поговорили и решили, что даже не будем целенаправленно что-то выбирать, а просто прогуляемся, зайдем в какое-нибудь кафе, а потом вернемся домой. Мы неспешно выбрались из квартиры, наслаждаясь непривычной свободой. Каникулы уже были в самом разгаре, воздух был пропитан весенней свежестью, и город казался другим — не таким суетливым, как в учебные будни. Мы просто шли, куда глаза глядят, о чем-то болтая, часто смеясь над какой-нибудь глупостью. В одном из кафе в центре мы зависли на пару часов. Аля, как всегда, выглядела безупречно, даже в самой простой повседневной одежде, и я ловил на себе завистливые взгляды других парней. Пусть смотрят. Она со мной. И это чувство… оно чертовски приятное. Мы ели десерты, дурачились, и в какой-то момент я поймал себя на мысли, что благодаря ей я всё чаще могу чувствовать эту лёгкость. Это был редкий, почти драгоценный подарок. Мы веселясь вышли из кафе, наслаждаясь нашим маленьким свиданием. Мы гуляли совсем не думая о дороге и только смотря друг на друга болтали о мелочах. — Масачика, спасибо тебе за сегодня, — сказала Аля, когда мы, наконец, остановились у дороги. — Я рад, что тебе понравилось, но… — я помедлил, глядя ей в глаза. — Я не думаю, что тебе стоит меня за это благодарить. Ведь мы вместе наслаждались сегодняшним днём. — В твоих словах есть смысл, но всё же… — она чуть смутилась, поправив прядь волос. — Хоть мы оба и забыли об этом дне из-за суматохи, ты всё равно вспомнил и уделил этому внимание. К тому же, сделал всё так, как я хотела. Так что я благодарна за это. — Тогда мне ничего не остаётся, кроме как принять твои чувства, — я улыбнулся, взяв её за руку. — Вот и славно… И, кстати… Эм… — Аля внезапно замолчала, глядя на знакомый подъезд. Я проследил за её взглядом и вдруг осознал, что мы на автомате пришли к её дому. По привычке, выработанной месяцами наших встреч, ноги сами принесли нас сюда. Мы переглянулись, и оба одновременно залились краской и слегка посмеялись над этой нелепой ситуацией. — Полагаю, нам еще понадобится какое-то время, чтобы избавиться от привычек, — смущенно предложила Аля, чуть крепче сжимая мою ладонь. — Не хочешь зайти, побыть немного с семьёй, пока они не улетели? — спросил я, чувствуя, как уши начинают гореть от собственной неловкости. — Почему бы и нет? Пойдём. Когда дверь открылась, на пороге показалась Акеми-сан. Она окинула нас острым, внимательным взглядом, и на секунду мне показалось, что она просвечивает нас насквозь. За её спиной показалась Маша, которая тут же расплылась в улыбке, явно догадываясь, что наше появление здесь было чистой случайностью. — Хоть и неожиданно, но, вы пришли как раз вовремя, — Акеми-сан отошла в сторону, пропуская нас внутрь. — Проходите. Чай как раз готов. Чаепитие получилось удивительно спокойным. Мы болтали о пустяках, Михаил Маркович даже пару раз пошутил, что было крайне непривычно, учитывая его обычную суровость. Я сидел, слушал их голоса и понимал, что еще совсем недавно мне было некомфортно от этой атмосферы, но теперь я часть этого. И эта мысль согревала меня изнутри. Время пролетело незаметно и тепло попрощавшись с семьёй Али, мы направились ко мне… Нет. К нам… К нам домой. — Эх, мне будет не хватать этого… — Аля обернулась назад, глядя на отдаляющееся здание. — Но всё же это совсем ненадолго. — Я постараюсь сделать так, чтобы у тебя не осталось времени, чтобы об этом думать, — тихо пообещал я, подходя ближе. Аля улыбнулась, посмотрев на меня с такой нежностью, что у меня перехватило дыхание. Но уже через секунду её взгляд стал пронзительным, почти строгим. — Ты же сейчас не думал о чем-то извращённом? — прищурилась она. — Как я мог? — я попытался сделать максимально честное лицо. — Значит, всё-таки подумал! — она театрально надула щеки, зашагав чуть впереди меня, но я видел, как дрожат её плечи от сдерживаемого смеха. Я не мог не улыбнуться. Эта её сторона — немного детская, забавная, но такая трогательная — была для меня дороже всего на свете. Мы шли домой, и я уже знал: какими бы сложными ни были завтрашние дни, мы справимся. В этот момента казалось что нет такой преграды которую бы мы не смогли бы вместе преодолеть. Дойдя до дома, мы вместе приготовили ужин, поели, и после принятия ванны я ушёл в свою комнату. От кучи событий и накопившейся усталости я очень быстро уснул. Из-за того что уснул я рано, подъём тоже выдался очень ранним. Я, стараясь не шуметь, умылся, переоделся и вышел на пробежку. По возвращению я ещё раз переоделся и принялся готовить завтрак. Пока я готовил, Аля проснулась. К моменту, когда она закончила с утренними процедурами, я уже накрыл на стол. — Доброе утро, Аля. — Доброе утро… В следующий раз готовить завтрак буду я! — Вас понял, мэм. Едва мы успели допить чай и убрать со стола, как в дверь позвонили. На пороге стояли Юки и Аяно, уже одетые в школьную форму. — Доброе утро, молодожены! — бодро возвестила Юки, по-хозяйски проходя в прихожую. — Готовы к труду и обороне? Мы оба проигнорировали подтрунивание Юки и просто поздоровались. Сегодня нам предстояло отправиться в школу для подготовки к нашему первому официальному выступлению в качестве нового Студенческого совета. По дороге мы обсуждали наши планы и грядущие речи, как вдруг разговор зашёл о наших бывших оппонентах. — Раз уж мы заговорили о Саяке-тян... Масачика, как быть с Миямаэ-сан? — задумчиво спросила Аля, слегка нахмурившись. — А? Аля-тян, вы же вроде были довольно близки? — тут же оживилась Юки, услышав как она упоминает девушку по фамилии. — Братец, неужели твоя невеста увидела истинный облик этой персоны? Я спешно огляделся по сторонам, хотя улица была полупустой. — Юки, я же просил на людях избегать таких обращений! — шикнул я на сестру. — Но, в остальном ты права. Отвечая на вопрос Али, я думаю нам не стоит беспокоится о ней, как о члене студенческого совета пока в нём будет Саяка-сан, она не перейдёт черту. К тому же, мы все будем там. Вряд ли она решится что-то делать в ущерб именно совету. А если и решиться, мы сможем с этим справиться. — Тут я соглашусь с братом, не потому что я его сестра, а потому что того же мнения. Эта девушка врят ли сможет сделать что-то против нашего союза. — кивнула Юки, возвращаясь к серьезному тону. — Я тоже поддерживаю позицию Масачики-сама и Юки-сама, — ровно добавила Аяно. — Тогда доверюсь вам, — Аля улыбнулась немного грустной улыбкой. — Что бы она ни делала... Я уже не могу ей так доверять, как раньше, но тем не менее, я всё же хочу оставаться с ней друзьями и не хочу переставать общаться или как-то остерегаться её. Я посмотрел на её профиль. В этом была вся Аля — искренняя и не желающая рубить мосты, даже обжегшись. — Делай как считаешь нужным, я всегда поддержу тебя, — мягко произнес я. — Спасибо, Масачика, — она тепло улыбнулась мне в ответ. — Фу, фу, фу, мне срочно нужен инсулин. Слишком сладко. — Юки была в своём стиле. Так, за разговорами, мы и дошли до школы. Учителя, занимавшиеся организацией церемонии, были заметно удивлены, что помимо Али и меня пришли еще и Юки с Аяно. К тому же, новость о том что я на самом деле часть семьи Суо явно уже успела наделать шуму в учительской. Один из организаторов, увидев меня, заметно занервничал. — Кудзё-кун... Ой, то есть Суо-кун, прости, это всё так неожиданно... — замялся он. — Ничего, обращайтесь как будет удобно, — я постарался ответить максимально вежливо, чтобы снять неловкость. — Хорошо, спасибо. Так о чём это я… А, точно! Почему вы пришли вчетвером? Аля тут же взяла инициативу в свои руки, показывая свои лидерские качества. — Мы хотим сразу показать, что Юки-сан и Аяно-сан уже вступили в Студсовет, чтобы привлечь больше людей, — уверенно объяснила она. — И, к сожалению, с Таниямой Саякой и Миямаэ Ноноа мы не успели связаться. Можно ли будет их включить в выступление, если они не будут против, уже непосредственно в день выступления? Учитель задумчиво покачал головой. — Менять сам сценарий после сегодняшней репетиции уже не получится. Но вы сами можете вызвать их из зала, тут вам препятствовать не будут. — Поняла. Спасибо вам, — Аля вежливо поклонилась, и мы направились в актовый зал для репетиции. Там нас ждала похожая картина. Почти все члены оргкомитета постоянно путались, называя меня то Кудзё, то Суо, и каждый раз начинали сбивчиво извиняться. Кажется, мне самому понадобится время, чтобы привыкнуть к тому весу, который несет эта фамилия. Я лишь неловко улыбался, стараясь сгладить углы. Заметив моё замешательство, Аля полностью взяла ситуацию под контроль. Она четко раздавала указания, подбадривала всех присутствующих и так виртуозно направляла процесс, что все эти мелкие заминки с моим именем быстро забылись. В конечном счёте, репетиция прошла просто блестяще. Когда мы уже вышли со школьного двора и шли в сторону дома, Юки вдруг остановилась и хитро прищурилась, глядя то на меня, то на Алю. — Слушайте... Раз уж мы так славно поработали сегодня... — протянула она сладким голосом. — Пожалуй, я останусь у вас на ночь! Должна же я проверить, как обустроилась моя любимая невестка в логове моего братца! «О нет…» — мысленно простонал я, заметив, как глаза Али в панике округлились. Наша тихая совместная жизнь была под угрозой. Придя домой, мы с Алей переоделись и отправились на кухню готовить ужин на четверых. Юки, разумеется, помогать не собиралась. Она по-хозяйски устроилась за обеденным столом, подперев подбородок руками, и с явным наслаждением наблюдала за нами, то и дело отпуская ехидные комментарии. — Ох, вы только посмотрите на эту идиллию! — ворковала она, когда я передал Але нарезанные овощи, а та молча, понимая меня без слов, смахнула их в сковороду. — Вы так синхронно двигаетесь, словно женаты уже лет десять. Братец, тебя так быстро захамутали? — Юки, если тебе нечем заняться, можешь помочь Аяно-тян накрывать на стол, — вздохнул я, не отрываясь от готовки. Аля рядом со мной густо покраснела и чуть не выронила лопатку, но промолчала, усердно делая вид, что полностью поглощена соусом. Она снова смущается, но... кажется, ей не так уж и неприятно это слышать. Ужин прошел в такой же шумной и веселой обстановке. Когда с едой и посудой было покончено, Юки сладко потянулась, встала из-за стола и беспечно заявила: — Фух, я так наелась! Пойду-ка я к себе в комнату, отдохну. Она уже сделала шаг в сторону коридора, когда я преградил ей путь. — Притормози. На данный момент это комната Али. Так что тебе придется договариваться с хозяйкой. Юки остановилась, хитро прищурилась и медленно перевела взгляд с меня на Алю. На её губах заиграла та самая дьявольская улыбка, от которой мне всегда хотелось спрятаться. — О-о-о, вот оно что... — протянула она с наигранным пониманием и хлопнула в ладоши. — Ну, раз уж я, ваша дорогая и любимая сестрица, то вы можете не притворяться! Спокойно спите в одной комнате, я не буду вам мешать. Я же понимающая сестра. Будьте мне благодарны! Глаза Али расширились до невероятных размеров. Её лицо мгновенно вспыхнуло, сливаясь цветом с помидорами, которые мы недавно резали. — Ч-что?! Юки-тян! Ты.. Всё не так! Всё совсем не так! Мы... мы спим абсолютно раздельно! — замахала руками Аля, запинаясь от смущения. Её лицо мгновенно вспыхнуло. — [Что она такое несет... как можно так спокойно...] И я уже разложила все свои учебники у себя! Да и нам бы было не удобно спать на односпальной кровати вдвоём! Как ты себе это представляешь! [Хочу провалиться сквозь землю.] Она продолжала сыпать нелепыми отговорками, сгорая от стыда. Сама мысль о том, чтобы мы спали в одной кровати, пока за стенкой находятся Юки и Аяно, явно приводила её в панику, но признаться в этом вслух она, разумеется, не могла. — Да-да, конечно-конечно, узкая кровать, учебники... — Юки снисходительно покивала, прикрыв рот ладошкой, чтобы скрыть ехидную ухмылку. — Я же говорю, я могила. Экономите место, укрепляете семейные узы... Аля открыла рот, пытаясь подобрать новые аргументы, но выдала лишь какой-то нечленораздельный возмущенный писк. Наблюдая за тем, как она очаровательно суетится и краснеет, пытаясь выгородить нас, я почувствовал, как у самого начинают предательски гореть уши. Понимая, что Аля вот-вот буквально задымится от смущения, я решил взять удар на себя. Я сделал шаг вперед, слегка заслоняя её, и мягко положил руку ей на плечо, заставляя Юки перевести взгляд на меня. — Прекращай этот цирк, Юки. Хватит этих провокаций, — ровным тоном произнес я, стараясь звучать убедительно. — И раз уж ты решила остаться, выбирай: либо моя комната, либо диван в гостиной. Для Аяно у нас есть запасной футон. Юки демонстративно поморщилась, скривила губки и скрестила руки на груди. — Фу, спать в комнате старшего брата? Нет уж, спасибо. Там наверняка пахнет парнем. Я выбираю диван! — Замечательно. Вот и решили, — хмыкнул я. Аля за моей спиной наконец-то смогла нормально выдохнуть, хотя её щеки всё еще пылали маковым цветом. Я лишь ободряюще улыбнулся ей. Да уж, с этой мелкой интриганкой под одной крышей расслабиться нам точно не удастся. Остаток вечера мы провели за непринужденными разговорами и просмотром телевизора. Хотя напряжение ещё какое-то время витало в воздухе. Юки, к счастью, сбавила обороты и больше не пыталась вогнать Алю в краску, переключившись на обсуждение каких-то школьных сплетен. Ближе к полуночи я достал из шкафа запасной футон, расстелил его для Аяно рядом с диваном, и мы все наконец разошлись по своим спальням. Утром дом проснулся довольно рано. Юки и Аяно собрались и покинули квартиру ровно в то же время, когда я, переодевшись в спортивную форму, выходил на свою ежедневную пробежку. Юки на прощание лишь сонно зевнула, помахав рукой, а Аяно, как всегда, отвесила безупречный поклон, поблагодарив за гостеприимство. Вернувшись с улицы и приняв душ, я обнаружил, что Аля уже вовсю хозяйничает на кухне. После сытного и спокойного завтрака мы, как образцовые ученики, перебрались за стол в гостиной и погрузились в уроки. Заниматься вместе было удивительно комфортно — мы лишь изредка прерывали тишину, чтобы уточнить друг у друга сложные моменты в заданиях. Неловкость, которая раньше возникала между нами в такие моменты, окончательно пропала Так незаметно пролетела первая половина дня, и мы плавно перешли к обеду. Когда с едой было покончено и мы неспешно попивали чай, повисла задумчивая пауза. — Слушай, Масачика... — Аля задумчиво провела пальцем по ободку своей кружки. — Я тут подумала о начале учебного года. Как мы будем вести себя в школе? Точнее... кому мы можем рассказать о нас? Я слегка напрягся, отставляя чашку. Это был серьезный вопрос, который я и сам обдумывал последние дни. — Смотря о чем именно рассказывать, — осторожно начал я. — Если речь о помолвке... Я думаю, мы можем не скрывать этого от нашего окружения. Честно говоря, какая-то часть меня прямо-таки жаждет поведать об этом всем подряд. Если на твоем пальце будет красоваться кольцо, а статус моей невесты станет официальным, возможно, всякие идиоты перестанут пялиться на тебя этими своими голодными глазами на переменах. От одной мысли о том, как другие парни смотрят на Алю, внутри поднималась глухая, собственническая волна раздражения. — Правда? — глаза Али радостно блеснули. — Я бы очень хотела поделиться этим с Саякой-тян и Ноноа. Да и вообще... скрывать такое от близких друзей кажется неправильным.И мой переезд… — Да, с этим проблем нет. Но вот что касается нашего сожительства... — я начал говорить, пока она сделала паузу. — Тут мой ответ категоричен: об этом никто не должен знать. Того, что в курсе Юки, уже более чем достаточно. Выносить это за пределы наших семей нет никакой необходимости. Аля удивленно моргнула и слегка склонила голову набок. — Но почему ты так категоричен? Если мы доверяем друзьям тайну о помолвке, почему нельзя рассказать и о том, что мы живем вместе? Я была бы не прочь, если бы те же Такеши-кун и Хикару-кун знали правду. Они ведь твои лучшие друзья. Я представил себе эту картину, и по спине пробежал холодок. — Аля, дело не только в друзьях, — я тяжело вздохнул, потирая переносицу. — Одно дело — сказать, что мы помолвлены. Это воспримут как официальный статус, решение семей. Но сожительство... Слухи в школе разлетятся со скоростью лесного пожара, и они обрастут такими подробностями, от которых нам потом не отмыться. Наша репутация как президента и вице-президента окажется под серьезным ударом. Но даже это не самое страшное. Аля напряглась, внимательно слушая меня. — Главная проблема — это мой дед, — продолжил я, слегка понизив голос. — Генсей еще ничего не знает о том, что ты живешь тут. Если до него дойдут школьные сплетни — а через его связи это случится очень быстро... Я просто не знаю, что он решит сделать с этой информацией и как попытается вмешаться. Я не хочу так рисковать. Мы не должны давать ему повода. Аля упрямо поджала губы. В её глазах вместо привычного понимания промелькнуло разочарование, смешанное с растущим раздражением. — Я понимаю твои опасения, Масачика. Но как мне всё это объяснять остальным? — она вскинула руки. — Моя семья уехала. Маша вернулась в Россию. Об этом быстро узнают с началом учебы! И когда меня спросят, где я теперь живу, что мне отвечать? Врать в глаза? — Да, если потребуется, — твердо ответил я, не собираясь отступать от голоса разума. — Скажешь, что живешь у маминой подруги или у доверенных опекунов. — Но это ложь! — Аля чуть повысила голос, и её ладони с негромким хлопком опустились на стол. — [Я не хочу начинать нашу год и мою работу президентом с обмана!] Я думала, мы сможем быть честными хотя бы с теми, кому доверяем. Я так хотела, чтобы мы могли звать друзей в гости хоть иногда, чтобы у нас был нормальный дом! А ты предлагаешь превратить его в какую-то засекреченную базу, куда никому нельзя! Она просто хочет нормальной, обычной жизни, а я снова тяну её в интриги Суо. Но у меня нет выбора. Пока что я не могу защитить её иначе. — Аля, пойми, я делаю это ради нас, — я старался оставаться спокойным и объяснить что это необходимая жертва. — Дед — это не та фигура, с которой можно играть в открытую. Если мы поспешим и всё вскроется, он может использовать это против нас. Я пытаюсь защитить наши отношения от его влияния! — Защитить, заставляя меня врать в лицо самым близким подругам?! — в её синих глазах блеснул гнев. — [Почему ты всегда всё усложняешь и всего боишься?!] Она резко отодвинула стул, который с неприятным скрипом проехался по полу. — Я не умею и не люблю лгать. И если ты так сильно боишься малейших сплетен и своего деда, Масачика-кун, то... — она запнулась, глубоко вдохнув, словно слова давались ей с трудом. — То, возможно, нам вообще не стоило так спешить с переездом. Может было бы лучше если бы я улетела с семьёй! Не дав мне и шанса ответить на этот болезненный укол, Аля развернулась и быстрым шагом направилась в свою комнату. Дверь за ней захлопнулась с такой силой, что, казалось, стены вздрогнули. Я тяжело вздохнул, убрал со стола остывший чай и ушел в свою комнату. Упав на кровать, я уставился в белый потолок, чувствуя, как внутри всё сжимается от неприятного, тяготящего чувства вины. Я прекрасно понимал её чувства. Аля оказалась в чужом доме совсем одна, вдали от родителей и сестры. Для неё этот дом — не просто место для ночлега, а единственная гавань. Вполне естественно, что она хочет наполнить его уютом, приглашать гостей и жить нормальной жизнью, а не прятаться по углам, словно мы совершили преступление. Она ненавидит ложь, особенно с теми, кто ей дорог. И начинать свой путь в роли президента Студсовета с обмана для неё — настоящее испытание. Но я тоже не мог просто уступить. Мой принцип — защита. Я слишком хорошо знаю своего деда. Генсей Суо не прощает слабостей и не упускает возможностей. Если он узнает о нашем сожительстве из пустых школьных сплетен, он воспримет это как уязвимость, как повод вмешаться и установить свои правила. Я обязан защитить Алю и наше будущее от его тлетворного влияния, даже если для этого мне придется стать параноиком и заставлять её скрываться. Я не хотел отступать от своей позиции, но и лежать здесь, зная, что она за стеной переживает из-за моих слов, было невыносимо. POV Алисы Я сидела на краю кровати, крепко обхватив руками подушку, и бездумно смотрела в окно. Глаза предательски щипало. [Зачем я накричала на него? Зачем сказала те злые слова про переезд?] Я понимала Масачику. Он не трус и не параноик. Он просто знает свою семью гораздо лучше меня. Он принял на себя удар, вернувшись в этот мир интриг ради того, чтобы защитить Юки. Он помог мне достичь моей цели. Благодаря ему я смогла познакомится со столькими интересными людьми… Я знаю что он всегда старается поступать так, чтобы мне было лучше. Он просто хочет защитить нас. Защитить меня. Но мне было так душно от этих секретов. Моя семья всегда была открытой, и строить отношения со своими первыми друзьями на фундаменте из недомолвок и лжи казалось мне неправильным. Я хотела быть честной, хотела гордиться тем, что мы вместе, а не прятать это. Я не могла предать свои принципы честности, но... мне было так тоскливо от этой ссоры. Дом, который еще утром казался таким уютным, вдруг стал холодным и чужим без его улыбки. Я не хотела ссориться. Только не с ним. Конец POV Алисы Я продолжал сверлить взглядом потолок, прокручивая в голове ситуацию снова и снова. Как найти компромисс? Дед узнает, если пойдут неконтролируемые слухи. Слухи пойдут, если мы откроемся друзьям... Но подождите-ка. А что, если проблема не в самом факте, а в том, как именно информация дойдет до Генсея? В голове внезапно вспыхнула одна безумная, но вполне логичная идея. Точно... Если я сделаю это до того, как кто-то успеет пустить слух... Если я сам перехвачу инициативу... Тогда он ничего не сможет нам сделать. Эта мысль мгновенно сняла тяжесть с груди. Я решительно поднялся с кровати. Нужно было срочно поговорить с Алей. Я не собирался позволять этой глупой ссоре затянуться до вечера. Я подошел к двери и потянул ручку на себя. В этот же самый момент дверь рядом тихо скрипнула, и из своей комнаты вышла Аля. Её глаза были слегка покрасневшими, а пальцы нервно теребили край домашней кофты. Мы замерли в коридоре, глядя друг на друга. — Масачика... — тихо начала она. — Аля, прости... — одновременно с ней произнес я. Мы неловко замолчали. Я сделал шаг навстречу, сокращая расстояние между нами. — Прости меня, — мягко сказал я, глядя в её грустные голубые глаза. — Ты права. Тебе не нужно начинать всё с обмана и прятаться от собственных друзей. Я согласен с тобой. Мы расскажем им. Аля удивленно распахнула глаза, не ожидая, что я так быстро сдам позиции. — П-правда? — неуверенно переспросила она. — Но как же твой дедушка? Ты ведь говорил... — Я беру свои слова назад, — я мягко улыбнулся и положил руки ей на плечи. — Но у меня есть одно условие. Мне нужно кое-что сделать. Это займет совсем немного времени, может, пару дней. Пожалуйста, подожди с признаниями до этого момента. Как только я закончу, ты сама всё поймешь, и мы сможем открыто приглашать друзей к нам в гости. Она внимательно вглядывалась в моё лицо, пытаясь прочесть мои мысли. Моя идея всё ещё казалась рискованной, но ради того, чтобы вернуть эту теплую искру в её глаза, я был готов пойти ва-банк. — Я доверяю тебе, Сачи-кун, — наконец прошептала Аля. На её губах расцвела робкая, но бесконечно счастливая улыбка. — [Я подожду, пообещай только не затягивать с этим]. — Конечно. Я обязательно сделаю всё как можно быстрее. Она подалась вперёд, утыкаясь лицом мне в грудь и крепко обхватывая меня руками. Я с облегчением выдохнул, обнимая её в ответ и зарываясь лицом в её серебристые волосы. Я мягко положил ладонь ей на щёку, и она подняла свою голову. С чувством полной уверенности и облегчения, я её поцеловал. Аля ответила сразу же, прижимаясь ко мне всем телом. Вся горечь и напряжение растворились в этом поцелуе без остатка, оставляя лишь абсолютное спокойствие и тепло. Последние выходные перед началом занятий прошли в деловом, но по-своему уютном ритме. Мы с головой погрузились в подготовку: доделали оставшиеся уроки, привели в порядок школьную форму, составили четкий план того, как будем отвечать на неизбежные вопросы о нашей жизни, и выверили каждый нюанс ответ. Продумывали как уходить от вопросов. Хотя если всё сложится как я задумал, то нам не придётся устраивать этот спектакль. В какой-то момент, перебирая свои записи, я случайно обмолвился, что начал учить испанский. Аля замерла, а затем разразилась звонким, искренним смехом, который я слышал не так уж часто. Когда я, немного опешив, спросил, что же её так рассмешило, она, все еще хихикая, выбежала из комнаты и вернулась, держа в руках толстый учебник испанского языка. Оказалось, мы оба решили взяться за него, даже не сговариваясь. Это заставило нас присесть и впервые за долгое время серьезно поговорить о будущем. — Знаешь, — призналась Аля, прислонившись к спинке дивана, — я никогда по-настоящему не задумывалась о том, кем хочу стать. Мне всегда казалось, что это вопрос далекого будущего. Но теперь… теперь я точно знаю, что хочу быть рядом с тобой. Она отвела взгляд, и в её голосе зазвучали непривычно мягкие нотки. — Если ты планируешь пойти по стопам семьи в дипломатию, я буду рядом. Хоть я и не уверена, что хочу быть дипломатом в чистом виде, я думала о профессии переводчика. Мне кажется, это может стать моим путем. По крайней мере, сейчас я вижу себя именно там. Я слушал её, и внутри разливалось тепло. — Это отличная цель, Аля. Я уверен, ты добьешься успеха в любом деле, за которое возьмешься, — я взял её за руку. — Но помни: тебе не обязательно идти по той же дороге, что и я. Твой путь — это только твой выбор. И если вдруг ты передумаешь и захочешь заниматься чем-то совершенно иным, я поддержу тебя в любом случае. Мы вместе посмеялись над этим неожиданным совпадением с учебниками, и, не теряя времени, решили с этого же вечера заниматься испанским вместе. Теперь у нас появилась еще одна общая цель, еще одна ниточка, связывающая нас помимо Студсовета и быта. Так и пролетели наши каникулы. Воскресным вечером, укладываясь спать, я чувствовал странное спокойствие и надеялся что Аля тоже не переживает слишком сильно. Мы уже знали, что будем делать завтра, как пройдет наш день и, в общих чертах, каким станет весь наш предстоящий год. Это была не просто рутина — это был наш совместный проект, наше общее завтра, к которому мы были готовы.