Венец в океане/A crown in the ocean

Глава 14.

Светлячок в темном омуте.

      муз. Hiromitsu Agatsuma - Yuudachi

      — Начнем? — пронзил тишину в голове Хитоми звонкий девичий голос.       Хьюга повернула лицо к источнику звука. Ино присела на стул у кровати, скрестила руки на груди и, закинув ногу на ногу, требовательно уставилась на свою подопечную. Все тело Хитоми напряглось под этим пристальным взглядом, как в случае с обследованием, когда ее прощупывал Рок Ли. Только у Ино взгляд казался слишком ух надменным. Ни толики дружелюбия.       Шикамару заметил. Он долго не сводил угольно-черных глаз с Хьюги, после чего повернулся к напарнице:       — Ино, отойди подальше.       — Что ты сказал? — вопросительно изогнула бровь блондинка, шумно выдохнув.       — Я сказал, отодвинься от Хитоми. Ей неуютно. Ты бы еще на голову ей залезла, — ворчал Нара, так сильно напоминающий в этот миг старуху Акико.       Девушки переглянулись. Яманака поднялась с места и, выразительно хмыкнув, отступила назад. Замерев у самого входа, она вновь метнула взгляд на шиноби: — Ну? Так ей достаточно уютно? — язвительно прошипела она. Шикамару согласно кивнул. — Тогда и обо мне теперь позаботься! Или я, по-твоему, должна сама таскать стулья? — ее тонкие пальцы уперлись в бока и нетерпеливо забарабанили по талии.       Хитоми съежилась. Ниндзя закатил глаза, подхватил стул за спинку и переставил его к напарнице, после чего сразу вернулся к кушетке, обойдя ее со стороны белой ширмы.       — Зануда, — фыркнула Ино, опустилась на край жесткого сиденья и вновь изящно скрестила ноги. — Давай уже, начинай.       — Не пугайся, — негромко предупредил Шикамару, глядя на Хьюгу.       Ино хмыкнула, уложив кисти на острое колено. Грубые ладони юноши вцепились в раму ширмы и уверенно сдвинули ее в сторону. Колесики жалобно заскрипели. Яркий солнечный свет мгновенно пролился на руки, плечи и лицо Хитоми. Та испуганно вскрикнула. В ужасе поджав ноги, она спрятала лицо в ладонях и плотно сжала губы. Темные волосы упали на лоб, скрывая под собой зеленые узоры проклятой печати. Внезапный холод коснулся спины и затылка, а сердце пустилось вскачь. Хитоми болезненно зашипела.       Шикамару дернулся, порываясь вернуть преграду на место, но вовремя присмотрелся к ней. На плечах и руках не было заметно даже легкого покраснения. Кожа оставалась тонкой и бледной. Слишком бледной. Он шагнул ближе к кровати и наклонился над девушкой. Несколько секунд он внимательно осматривал ее, нахмурив брови.       — Солнце тебя не обжигает. Все в порядке, — заключил он, осторожно перехватывая ее пальцы и мягко отводя ладонь в сторону. Хитоми по-прежнему не открывала глаз. — Эй, ты в безопасности.       Ресницы девушки затрепетали, веки чуть приоткрылись. Щурясь от непривычной яркости, Хитоми проследила за потоком солнечных лучей, что скользили по мятой одежде шиноби, его шее, подбородку, скулам и собранным в хвост темным волосам. Вторая ладонь сама собой отдалилась от лица. Хьюга растерянно осмотрелась.

муз. Nicholas Hooper – When Ginny Kissed Harry

      Шикамару говорил тихо, ровно и спокойно. Аккорды его тягучего голоса пробивали невидимые стены, воздвигнутые былыми ожогами, шрамами и сочащимися болью воспоминаниями. Подушечка его большого пальца утешающе скользила по выступающей косточке на ее запястье.       — Мы будем пробовать постепенно. Утром солнце не такое жаркое, как днем. Вот увидишь, пара тренировок, и мы сможем выйти во двор. Впереди лето, а ты бледная, как поганка, — он негромко усмехнулся.       Очередное сравнение с чем-то кривым и неприятным, но на этот раз Хитоми понимала, о чем речь. Да только не было смысла показывать ему свои обиды — он был прав.       Его взгляд мельком переместился на застывшую в стороне Ино. Блондинка смотрела на напарника не мигая, и в ее серо-голубых глазах читался неподдельный восторг. Шикамару мгновенно смутился, его шея покраснела, и он неловко отпрянул от кровати, притворно закашлявшись:       — В общем… нужно начинать тренировку.       Хитоми подняла потерянный взгляд на друга. Заметив выступивший румянец на его шее, она беспомощно оглянулась на Ино. Та сидела тихо, словно мышка, пряча за ухоженными пальцами лукавую улыбку.       — Как интересно… — протянула наконец она, нарушая неловкое молчание. — А Чоджи об этом уже знает?       — Угомонись, женщина! Делом пора заняться, — нервно бросил Шикамару, потирая шею. Но Ино все продолжала тихо хихикать. Переборов смущение, Нара вновь повернулся к пациентке и протянул ей руку: — Давай. Доверься нам.       Больше Нара ничего не говорил. Кисть Хитоми приподнялась и легла в теплую, шероховатую ладонь юного шиноби. Он мягко потянул ее на себя. В мыслях Хьюги снова мелькнуло сравнение друга с сонным драконом: черные глаза гипнотизировали, усыпляя бдительность. Вероятно, именно поэтому она так легко поддалась его плавному движению.       Дистанция между ними оставалась неизменной, и Хитоми на миг показалось, что он использует свои теневые техники. Проверять не хотелось — это разрушило бы хрупкую магию момента. Однако тишину нарушил сам Шикамару, решивший подбодрить девушку:       — Ну вот видишь, какая ты молодец. И без нашей с Ино помощи справляешься.       

муз. HOYO-MiX, Yu-Peng Chen – Symphony of Boreal Wind

      Эти слова пожаром вспыхнули в груди Хитоми. Жар распространялся так же скоро, как пламя в хвойном лесу.       Хитоми вдруг осознала, что действительно сама, без поддержки чужих техник, стоит на прохладном полу. Солнце окутывало ее тело с головы до пят. К лицу мгновенно прилила кровь. Губы плотно сжались, удерживая рвущийся крик. Девушка попыталась вырвать руку, но шиноби крепко держал ее ладонь, не позволяя упасть обратно на постель.       — Смотри на меня. Ну же, — поспешил успокоить ее Шикамару. — Дыши носом и смотри на меня. Слышишь? Глаза на меня. Вот так… Видишь, я держу тебя. Если что-то пойдет не так, мы тебя поймаем.                    Ноги дрожали, стремительно теряя опору. Хьюга испуганно качала головой, всхлипывая от подступающей паники. А Шикамару все говорил и говорил, свободным жестом останавливая Яманаку, которая порывалась вмешаться. Он произносил каждое слово четко, медленно, делая выразительные паузы. Его пальцы продолжали ободряюще сжимать ее руку, хотя от напряжения его собственные костяшки побелели, а на лбу выступила испарина.       

муз. HOYO-MiX – Swath of Desolation

      — Больно, — прошептала Хьюга, полностью расслабляя запястье. — Не хочу больше. Хватит, я устала. Мне больно, Шикамару…       Дважды просить не пришлось. Шиноби осторожно положил свободную руку на ее поясницу и плавно опустил девушку на кушетку. Оставив в покое ее хрупкие пальцы, он бережно укрыл ее пледом и повернулся к ширме, но Хитоми вдруг сама ухватилась за его руку. Юноша замер, точно попав в собственные теневые сети. Он опустил взгляд на тонкие девичьи пальцы, сомкнувшиеся вокруг его запястья, а затем с немым призывом о помощи посмотрел на Ино. Та по-прежнему сидела на месте, уже обеими ладонями прикрывая губы.       — Ухожу-ухожу! — пискнула блондинка и стремительно выскользнула в коридор.       Они остались одни. В палате вновь воцарилась тишина — неловкая и оттого пугающая. Юный ниндзя, прошедший через суровые и порой непосильные битвы, сейчас выглядел совершенно растерянным.       — Я… это… — попытался заговорить он. Не сходя с места, он дотянулся до края ширмы и вернул ее обратно, скрывая окно. Сам присел на край кровати, все еще изучая их сцепленные руки. — Перестарался, да?       Хитоми опустила плечи, шумно выдохнула и наконец выпустила его запястье. Потупив взгляд, она осторожно отползла к изголовью кровати. Ниндзя томно прикрыл глаза, вытягивая позвоночник, отчего стал заметно выше.       — Я покурю, — предупредил он и скрылся за ширмой. Послышались всплески воды, а следом донесся горьковатый запах жженого табака.       

муз. Sanoi – Conquistador

      — Шикамару! Курить в лазарете запрещено, это отвратительно! — возмутилась Ино, снова заглядывая в палату. Шагнув внутрь, она недовольно уперла руки в бока. — Ну что за невыносимый человек, а? — заворчала она, приближаясь к Хитоми.       Девушка не стала ложиться, лишь натянула покрывало повыше до самого подбородка. Она не плакала и не спешила соглашаться с Ино. Все ее внимание теперь было приковано к собственным рукам. Никаких ожогов, воспалений или страшных язв, как это бывало в детстве, на коже не появилось. Она незаметно пошевелила пальцами ног — они двигались послушно и безболезненно.       «Сама все придумала», — мысленно заключила она, поведя плечами.       По ту сторону ширмы послышалась возня и шорох ткани. Когда звуки затихли, Шикамару вышел к ним. Он уже успел облачиться в привычную форму, ловко подхватил с пола поясную сумку и закрепил ее на бедре. Его кисть скользнула в один карман, затем в другой. Пальцы извлекли пачку сигарет, но по разочарованному лицу юноши стало ясно, что она пуста. Тихо выругавшись, он стремительно покинул палату, оставив девушек наедине.       — Эй, а между вами что-то есть, да? — заговорщически зашептала Яманака, подаваясь вперед.       Хитоми лишь молча кусала губу, отчаянно пытаясь притвориться невидимой. Ино испытывающе сверлила ее взглядом еще какое-то время, после чего недовольно хмыкнула и уселась поудобнее прямо на край матраса. Пятерней она принялась приводить в порядок свой густой хвост, расчесывая светлые пряди и укладывая их на плечи.       — Ну и пожалуйста. Больно нужно знать… — она краем глаза глянула на новую знакомую. Заметив, как та сжимается, Ино постаралась говорить мягче: — Ну ладно. Как ты себя чувствуешь? Тебе правда было больно? Внешне ведь ничего не изменилось.       — Нет. Все плохо, — тихо отозвалась Хитоми, не поднимая глаз. — Раньше я не была такой слабой.       — О… А какой была? — оставив наконец в покое свои волосы, Ино пересела еще ближе. В ее глазах загорелся тот же неуемный интерес, что и у Рок Ли.       — Я… я не знаю.       — Ну, ты точно красивая. Черты лица у тебя очень изящные, — принялась размышлять вслух Яманака, отчего Хитоми еще сильнее залилась краской. — Думаю, на тебя так повлияли перемены. Ну, или люди, которые тебя сейчас окружают. Шикамару, например… — она весело хихикнула, но Хьюга не уловила намека.       — Много ли тебе известно о переменах? — резко бросила Хитоми, впервые открыто встретившись взглядом с ее голубыми глазами. Ино от неожиданности вздрогнула.       Хитоми казалось, что жители этой деревни знают о ней гораздо больше, чем она сама.       — Эй, полегче. А то ведь уйду, и больше ты меня здесь не увидишь, ясно? — Ино, впрочем, никуда собиралась. Не каждый день выпадал случай удовлетворить свое любопытство новыми историями, сплетнями. — На самом деле я почти ничего о тебе не знаю. Хотя… — договорить ей не дали шаги. В палату вернулся Шикамару.

муз. Hang Massive - Once Again

      — Как ты? — негромко поинтересовался он. Хитоми еще раз осмотрела согретую солнцем кожу рук, окончательно убеждаясь, что все в порядке. — Попробуем еще раз?              Тело среагировало быстрее, чем мозг успел взвесить все «за» и «против», и Хьюга согласно кивнула. Шикамару приблизился к ширме и решительно сдвинул ее в сторону. На этот раз Хитоми сдержалась, оставаясь внешне спокойной, хотя внутри у нее бурлил настоящий вулкан.       — Ино, хватит бездельничать. Нам нужно расшевелить ее мышцы. Начнем.              Темные глаза юноши скользнули с Хитоми на Яманако. Ино мгновенно перехватила команду и, посерьезнев, сплела пальцы в замок. Вытянув руки перед собой и глядя сквозь образовавшееся между ладонями окошко, она применила технику, названия которой Хитоми уже не расслышала. В голове раздался давящий гул, а в собственном теле внезапно стало слишком тесно.       Хитоми провалилась в беспамятство.

***

      Светлые глаза распахнулись, когда сознание Хьюги наконец вернулось к ней. Яркие, теплые лучи полуденного солнца озаряли ее лицо. По привычке Хитоми попыталась закрыться руками от света, но в то же мгновение осознала, что ее движения мягко удерживают чужие тени.       Нара сидел в позе лотоса на койке, отодвинув в сторону ноги девушки. Стоило дыханию Хитоми полностью выровняться, как он отпустил ее. Девушка медленно опустила взгляд на свои ладони. Точно живая вода или крупицы золотого песка, солнечный свет струился по ее пальцам. Она слегка взмахнула кистями, словно крыльями бабочки, все еще не веря в происходящее. Хитоми так давно мечтала просто прикоснуться к этому свету без страха. На ее лице появилась робкая улыбка, а в уголках глаз заблестели слезы.       Яманака тихо хмыкнула. Напоследок она мягко коснулась плеча юноши и с самодовольной улыбкой покинула палату. На этот раз — окончательно. Шикамару проигнорировал жест подруги. Не шевелясь, он терпеливо и молча ждал, пока Хитоми выплачет скопившуюся в груди горечь.       — Ты молодец, Хитоми… — негромко прошептал Нара, накрывая ее бледные, подрагивающие кисти своей теплой ладонью. Он мягко сжал ее руку, и девушка постепенно притихла. — Думаю, это было очень тяжело для тебя.       Вся его привычная напускная томность и безразличие бесследно испарились, будто они предназначались лишь для глаз Ино — ради маскировки. Сейчас тихий голос Шикамару напоминал плотное, согревающее одеяло. Хьюга благодарно кивнула, накрыв его ладонь своей левой, влажной от слез рукой.