коннолирика

Амели заглянула в конюшню, перекидывая блестящее красное яблоко, из одной руки в другую. Лошади в стойлах смотрели на неё с любопытством, а в особенности на гостинец,которым Равель игралась, раззадоривая животных и заставляя их топтаться и фырчать. – Есть тут кто? - спросила девушка, ступая внутрь. Ей никто не ответил, поэтому она со спокойствием выдохнула и подошла к первой из лошадей, протягивая ей фрукт. Она была чубарой, белой с серыми пятнышками, будто испачканная сажей. Хрустела она яблоком с явным удовольствием, подмигивая Амели длинными ресницами и довольно дёргая ушами. – Какая ты красавица, - прошептала девушка, погладив лошадь по носу. – Её зовут Белла. Голос позади испугал Амели своей внезапностью, и она дёрнулась, резко оборачиваясь. Конюх стоял напротив неё в явно ненапряжённой позе. Амели завидовала чужой безмятежности: у неё у самой был ураган в желудке и абсолютный сумбур в голове. – А как зовут вас? - спросила она хрипло, стараясь, чтобы голос не дрожал. У мужчины напротив неё уголок губ поднялся вверх. Он подошёл к ней, глаза которой тут же стали шире, но вместо того, чтобы сделать что-то, конюх лишь вытащил крючок из засова, державшего стойло лошади позади девушки закрытым. Амели хотела ударить себя по лбу от той волны мыслей, что накрыла её, и тут же вильнула в бок, отходя, когда мужчина открывал дверцу, вытягивая Беллу вперёд. – Можете звать меня Эм- ответил конюх и взял со стойки седло, словно бы это не доставляло ему никаких усилий, выгрузив его на спину послушно стоявшей на месте лошади. Амели нахмурилась. – Многие считали моё имя сложным и странным, - махнул он головой, уворачиваясь от мошек, которые были любителями полетать возле лошадей, - поэтому сократили его до первой буквы. Амели сжала кулаки от внезапного гнева, накрывшего её от услышанного. Нельзя было сокращать имя человека лишь потому, что оно показалось кому-то слишком экзотическим. Её имя тоже часто путали, коверкали и изменяли до неузнаваемости, но она всегда поправляла каждого и просила называть себя правильно. – Я хотела бы знать ваше настоящее имя – настояла девушка. Поправлявший седло конюх кивнул и, взявшись за поводья, повёл лошадь к выходу.Амели, будто бы тоже на миг став послушным животным, безропотно последовала за мужчиной. – В таком случае, можете звать меня Майкл. – Это красивое имя, - Амели довольно кивнула.На короткую секунду ей показалось, что её слова смутили Майкла, и она расправил плечи от удовольствия, вдруг почувствовав себя более уверенно. – Что ж, вы когда-нибудь садились на лошадь? – Пока не доводилось, - Амели резко качнула головой. - Разве что, когда была очень юной. – Это несложно, если знать, как это правильно делается. - Майкл улыбнулся, прежде чем повернулся к лошади, перекидывая поводья через шею. Белла одобрительно вертела хвостом, довольная, что ей уделяли время. - Нужно натянуть повод и удержать при этом лошадь за гриву. Но не стоит натягивать слишком сильно, иначе она попятится. - Майкл намотал ремешки на кулак и схватился за лошадиную шевелюру. - Затем ступню поставьте в стремя. - Он так и сделал. - Другой рукой возьмитесь за заднюю часть седла, оттолкнитесь ногой от земли и, потянувшись на руках, вытянитесь. - Мужчина совершил все эти действия без каких-либо сложностей. На самом деле он будто бы вспорхнул, а не поднял вес своего тела руками. Смотря на него, можно было подумать, что всё делается легко и просто. - Пока равновесие не потеряно, перекиньте ногу через круп и плавно сядьте. Майкл выполнил всё это с небывалой грацией и уже сидя верхом с достоинством рыцаря из средневековья, посмотрел на Амели сверху вниз.Она старалась быть не слишком впечатлённой чужой виртуозностью, натягивая на лицо беспринципную маску. Она кивнула,давая понять, что всё поняла.Хотя понимать - не значит уметь. – Скорость и направление регулируется поводьями, дать старт можно шенкелем, - продолжал инструктировать Майкл , пока лицо Амели медленно кривилось. – Эм? - Ох, шенкель, это когда подталкиваешь ногой в бок, - сказал он и, дождавшись кивка девушки, спрыгнул с лошади на землю. – Что ж, попробуете? Амели нерешительно посмотрела на Беллу. Она была большой, её габариты пугали. Несмотря на это, она кивнула и подошла ближе. Погладила лошадь по гриве и, мысленно поддержав саму себя, начала следовать чужим инструкциям. В голове она проговаривала: «Эту руку сюда, вот эту туда». Вроде бы у неё всё шло неплохо, правда до тех пор, пока она не выпрямилась. Тогда Амели поняла,что ловко и уверенно перекинуть ногу через круп у неё не выйдет: её начало клонить назад. Она запаниковала, сразу подумав о том, что прямо сейчас упадёт на землю и её затопчат, но прежде, чем из неё вырвался возглас тревоги, Майкл быстро взялся за её бедро и подтолкнул. Амели спокойно смогла сесть, улыбнувшись своему маленькому успеху. Но и эта мнимая секунда безмятежности быстро закончилась: она вдруг с неким запозданием поняла, что чужая рука всё ещё лежала на ней. Неосознанно её ноги поджались и дёрнулись, дав шенкеля. Белла фыркнула и послушно начала идти. Чужая рука соскользнула с бедра девушки, позволив ей вернуть здравость ума и дыхание, а вместе с этим и осознание происходившего. – Майкл, - позвала она с паникой. Лошадь шла совсем не спеша, но ей всё ещё было страшно, ведь она думала,что непременно сделает что-то не так - а она любила всё делать наперекосяк, и тогда её неминуемо ждали поражение и неудача. Конюх, оставшийся стоять позади, тихо посмеивался. Медленно он брёл позади Беллы и Амели, словно бы ничего не происходило, а так и было, но девушке это казалось полнейшей катастрофой. – Просто натяните немного поводья, и она остановится. – Ей не будет больно? - в её вопросе прослеживались панические нотки. – Если не сделаете это резко - нет. Амели медленно и аккуратно потянула за ремешки. Белла тут же перестала идти. Её уши самым невозможным образом поворачивались в разные стороны, после чего повисали, точно у лопоухой козы. Амели перевела дыхание и расправила плечи. – У вас колени вывернуты и носки смотрят вниз. - Майкл недовольно покачал головой, смотря на неё с невиданной для рабочего критичностью. Барышня на короткий миг успела забыть, кем являлся Майкл. Хотя ей стоило всегда помнить об этом. В особенности о том, что Майкл был их рабочим. – Нужно исправлять. И они исправляли.Амели никогда бы не подумала, что было так много правил и тонкостей, о которых она ничего не знала. Медленно они шли по двору, осваивая повороты и управление, успев набрести по пути на Лукаса и на Джона, которые подбодрили Амели добрым словом. В целом, ездить верхом было здорово: это позволяло Амели ощутить, что хоть что-то находилось под её контролем; только она решала,куда поворачивать и как быстро ехать. – Как же мне спуститься? - спросила она, когда их урок подошёл к концу и пора было возвращаться. – Нужно спрыгивать, - пожал Майкл плечами. От его слов Амели побледнела. – Не думаю, что у меня получится, - покачала она головой. Майкл внимательно посмотрел на неё и, видимо, вспомнив, как тому было сложно забираться на лошадь, поверил, не став даже возражать. – Хорошо, тогда можно сползти, - кивнул он сам себе. - Выньте ноги из стремян и лягте на шею. - Конюх легонько похлопал по нужной части лошади.Амели последовала указаниям. - Теперь перебросьте правую ногу к левой и сползайте. Девушке казалось, что она выглядела нелепо. Как снежок, брошенный в окно и медленно и лениво скользивший вниз по стеклу, несчастно скрипя. Когда ноги той коснулись земли, она быстро отошла назад, вздыхая с облегчением и радостно улыбаясь тому, что не упала. – Над спешиванием стоит потренироваться, - пробормотал Майкл, перекидывая поводья через шею Беллы и ведя её обратно в загон. Амели неуверенно замерла, сжав и разжав кулаки за спиной. У неё во всём теле присутствовало фантомное ощущение покачивания после того, как она слез с седла. – Тогда, увидимся здесь же завтра? - уточнила она у него. Тот остановился и повернул голову в её направлении. У него ослаб узелок верёвки, которой он завязывал волосы, и сейчас волнистая прядь чернильных волос была прямо на лице, словно бы кто-то нечаянно мазнул пером.Майкл поморщился и убрал завитушку за ухо.Амели была благодарна этому: собственная рука у неё чесалась, ведь так нестерпимо ей хотелось самой это сделать. Это было глупое, ужасное желание: убирать с лица едва знакомого человека, казавшегося близким только из-за похожей формы глаз, волосы. – Конечно, здесь же завтра. *** Амели научилась неуклюже соскакивать с седла только к третьему уроку. На четвёртый её отец начал кричать из открытого окна своего кабинета, что «будет вам ездить только по двору - пора бы уже выгулять бедную лошадь по дороге». На его слова Белла довольно заржала, подняв уши торчком. В итоге Амели оказалась на конной прогулке вместе с Майклом. – Берти не любит такой медленный темп, - он тихо засмеялся; его повод был сильно натянут, а не провисал, как у девушки - Белле было совсем не в тягость идти прогулочным шагом. – Вы часто с этой лошадью, - отметила Амели, смотря на недовольно фырчащую Берти. – Да, она плохо приучена, поэтому мне нужно сделать её более покладистой. - Берти фыркнула громче прежнего. - У неё довольно строптивый характер, - мужчина усмехнулся. Амели улыбнулась в ответ, быстро отводя взгляд от Майкла на протоптанную дорогу, ведь каждый раз ей казалось, что она смотрела на чужое лицо дольше нужного. Зелёные кукурузные поля простирались на ярды вперёд; было тихо, разве что чижики чирикали, перепрыгивая с одного початка на другой. Амели мяла в руках поводья и терзала губу, не решаясь раскрыть рот. Но в конце концов выдержка её треснула, как созревшая косточка, и слова вылезли наружу неуверенным зелёным ростком. – Здесь так красиво. Возможно, мне нужно прийти сюда с холстом, - начала говорить она. – Вы пишете? - Майкл посмотрел девушке в лицо проникновенно, так, что можно было почувствовать почти осязаемое касание его взгляда к лицу. Амели думала, что чужие тёмные глаза видели куда больше, чем можно было представить. – Да, - она горделиво кивнула. - Не хочу льстить себе, но у меня есть прелестная картина лавандовых полей. Прованс был чудесен летом прошлого года, и я не могла не запечатлеть его. - Она грустно вздохнула,смотря на Майкла. – Я потратила много времени, чтобы написать картину. А вот на снимок уходит всего несколько секунд. Так жаль, что он может передать лишь два цвета. Не находите это разочаровывающим? Майкл моргнул, выглядя несколько озадаченно. Он уставился вперёд с нахмуренными бровями. Ветер трепал его распущенные в этот чудный день волосы, будто ему нестерпимо хотелось запутаться в них.Амели в тайне мечтала хоть на миг стать этим дуновением. – Я нахожу невероятным то, что снимки вообще можно сделать, - ответил он. От его слов девушка не сдержала смешка. - Что? - мужчина не понял причину чужого смеха и выглядел так, будто его задели. – О, я ни в коем случае не смеюсь над вами. - она замахала рукой. Кольца на её пальцах отливали светом во все стороны и заставляли солнечных зайчиков плясать по её лицу. – Просто, думаю, я раскусила вас. - Слова Амели, отнюдь, не заставили Майкла перестать быть хмурым. – Вы реалист, Майкл. Но это не плохо. Уж точно намного лучше, чем быть мечтателем. – Отчего же? - вопрос был задан с искренним интересом.Девушка решила, что ответ её будет честным. Она посмотрел на него открыто, не пытаясь скрыть ранимость и всю ту печаль, что таились в ней. – Потому что эти мечты невыполнимы.