коннолирика

      Жизнь шла на лад. Любовь дала Амели крылья, и она парила на них, не чувствуя твёрдости под ногами. Встречи с Майклом хоть и не были столь продолжительными, как ей бы хотелось, но даже этого вполне хватало для счастья. Стоило лишь увидеть его, как серость будней отступала и мир казался переполненным волшебством. Выпал снег, всё вокруг заледенело. С крыш свисали сосульки, а земля, припорошенная белой сахарной пудрой, походила на праздничный торт с горками взбитых сливок. Тогда, в день особо блестящий и снежный, в середине декабря, почти за неделю до Рождества, Амели затеяла необычное развлечение - катание на коньках. Её семья полным составом отъехала на приём, а она, сославшись на плохое самочувствие и наигранно покашляв, осталась дома. Сама же, караулив у окна сквозь щель гардин момент, когда экипаж с родными отъедет, рванул к шкафу. Там, на дне, в цветочных коробках, были припрятаны коньки. Новёхонькие, совсем недавно купленные. Две пары: для неё и Майкла. Она достала их и, захлопнув двери шкафа и обернувшись, обнаружила Лукаса, замершего в дверном проеме. – Я думал, вам не здоровится? - задался мальчишка вопросом, чуть вздёргивая бровь. – О, чудо, Лукас, внезапно мне стало лучше! - Поравнявшись со своим помощником,Амели похлопала его по плечу. - Но никому ни слова, ладно? Лукас бросил взгляд на коньки в руках девушки, потом посмотрел на саму даму и кивнул, сказав лишь: – Холодно, оденьтесь теплее. – Непременно, - почти что пропела Амели, выпорхнув из спальни в коридор на крыльях счастья. Снег под ногами забавно скрипел, когда Амели мчалась к конюшне. Она бежала так быстро, что по прибытии у неё зарумянились щёки, а шапка сползла на бок, закрывая обзор на один глаз. Отворив скрипучие двери, она крикнула: – Майкл?! Где ты?! Мгновение стояла тишина, только лошади возмущенно фырчали, закатывая глаза на людскую наглость. После раздался громкий ответ: – В последнем деннике! Когда Амели заглянула туда, картина происходящего поразила и ужаснула её.Майкл срезал белогривой кобыле копыто, удерживая его меж ног. Ошметки рога отлетали во все стороны, и для впечатлительной Амели производимая процедура показалась диким варварством. Она воскликнула: – Ей не больно? Майкл издал тихий смешок. Поднял голову, по-доброму улыбаясь. – Тебе больно обрезать ногти? - Отрицательный кивок. - Вот и ей не больно. – Ты собираешься её подковывать? -Амели осторожно подошла ближе, заинтересованно склоняя голову к плечу. – Нет. Ей это не нужно. Просто почищу копыта и всё. Девушка понятливо кивнула,хотя понимания в её голове особо и не было. Она поправила сползшую шапку, из-за чего коньки, свисавшие на сгибе её локтя связкой, зазвенели лезвиями. – Что это у тебя? - Майкл выпрямился, опустив ногу лошади. - Коньки? Он привалился плечом к стене денника, глядя на Амелию тем самым взглядом, от которого в животе просыпался костёр. – Да, эм... - В неловкости голова Равель опустилась, пальцы начали обводить контуры снежинок на ботинках с лезвиями. - Озеро замёрзло, поэтому почему бы нам не покататься? Мужчина нахмурился. Он выглядел омрачённым, из-за чего у Амели поперёк горла встал ком. Её идея, видимо, пришлась мужчине не по душе. Робко она завела руки за спину, пряча коньки от чужих глаз. – Ничего страшного, если ты не хочешь. – Нет, я бы хотел, - начал тут же возражать Майкл, отталкиваясь от стены и подходя ближе. - Просто я... не умею. Его рука потянулась к лицу девушки, и та сразу прикрыла глаза, собираясь вкусить её тепло, но ожидаемого прикосновения не последовало. – Ох, прости, руки нужно помыть. - В доказательство девушке были представлены испачканные ладони. – А губы у тебя чистые? - последовал лукавый вопрос. Майкл не успел сдерзить:Амели притянула его к себе за лацканы и заставила замолчать прежде, чем он раскрыл рот. Их губы слились в мягком приветственном поцелуе, неторопливо двигаясь напротив друг друга. Амели отступила, зная, что процесс мог затянуться, а ведь у них и так было ограниченное время. – Так, теперь моя очередь научить тебя чему-то? Майкл согласно кивнул. Его глаза походили на два горящих уголька. – Видимо, это действительно так. Лес, покрытый нетронутым блестящим снегом, - картина, достойная восхищения. С замиранием сердца можно увидеть на ветке следы птичьих лапок, а на белом настиле, укрывающем землю от жалящего холода, отпечатки лисьих лап.Амелия представляла, как слепое рыжее животное из рассказов Майкла плутает возле своей норы под дубом, утопая носом в снегу. – Что ж, не думаю, что смогу встать, не упав, - высказался Майкл, глядя на свои ноги. Он сидел на пеньке, хмуро глядя на Амелию, уже стоящую на ногах. – Падать будет не так уж и больно. Смотри, какая здесь перина из снега, - она захихикала. - Не бойся, я тебе помогу. – Я не боюсь, - Майкл ворчал. Вопреки своим словам он вцепился в протянутую руку девушки невозможно крепко. Его колени дрожали, и барышня не могла прекратить улыбаться, осторожно подводя мужчину к краю озера. – Это весело, тебе понравится. Майкл никак не высказался. Он был сосредоточен и напряжен, смотря вниз на свои ноги. – Сейчас я медленно отпущу тебя. - Амелия почувствовала, как хватка на ней усилилась. Она не смогла подавить рвавшуюся наружу улыбку. – Я должна показать, как правильно нужно двигать ногами. Ну же, отпусти меня. Взгляд, брошенный на Амели, был полон ощущения предательства. Однако руки Майкла медленно отступили. И так, шажок за шажком, они начали обучаться азам. Ноги мужчины разъезжались, он чувствовал себя неуверенно на новой почве, которая и не почва вовсе, а замёрзшая вода. – Ты держишься хорошо, ещё ни разу не упал. – Всё только впереди, - Майкл тихо фыркнул, размахивая руками: тело в любой момент было готово подвести его и столкнуться носом со льдом. – Смотри! - воскликнула вдруг Амели, глядя на лёд между своих ног. - Лягушка. Интересно, она спит или... – Слишком холодно, - прервал Майкл, тоже глядя на замершую подо льдом зелёную амфибию. - Хотя я знаю, что некоторые впадают в спячку зимой, как медведи. Они делают себе норы в земле, а весной просыпаются. – Жалко, - Амели приуныла,глядя на застывшую во льдах бедняжку. Именно в этот миг Майкл упал. Шмякнулся на копчик точно только что вставший на ноги ребёнок. Со стороны можно было подумать, что он сделал это намеренно, лишь бы спугнуть чужую грусть. Это подействовало: девушка засмеялась. Продолжая хихикать, она начала отъезжать от мужчины всё дальше назад, наверняка хвастаясь своими навыками и тем, как легко ей было рассекать лёд на острых лезвиях. – Даже не поможешь мне? - Майкл возмущался, не предпринимая попыток подняться. Сидеть и смотреть на чужую грацию ему нравилось гораздо больше, нежели пытаться сохранить равновесие, пребывая на ногах. – А ты попроси меня. Бровь Майкла вздёрнулась. Он тихо засмеялся, отряхивая ледяную крошку с перчаток. – Мисс Равель, будете так любезны, поможете мне подняться? – Раз вы так просите меня, - Амелия хохотала, начав приближаться к нему. Всё было хорошо, пока в какой-то момент улыбка Майкла резко не стёрлась с лица. Он вдруг посмотрел на девушку так, будто позади той стояло свирепое животное, готовое в любой миг кинуться на неё. – Амели, стой! Было поздно. Лёд уже начал трещать, клокотать, точно дикий, голодный зверь. Когда расколы собрались в центр, прямо под фигурой испуганной девушки, лёд начал проваливаться, забирая в свою разверзнутую пасть Амелию. Из-за прозвучавшего вскрика сонные птицы вспорхнули с веток, заставив снег осыпаться. Лес встрепенулся вместе с Майклом, ползком начавшим пробирать себе путь к поглощённому озером девушке.Она никогда не проваливалась под лёд, оттого паника её была так велика, что она захлёбывалась ледяной водой, едва слыша сквозь пробки в ушах буквы своего имени. Вода жалилась, забиралась в горло, обнимала тисками лёгкие.Амели барахталась, что было сил. Цеплялся за острые края льда, но тот лишь обламывался под её натиском. –Амели, успокойся! Тихо, перестань! Ты должна взять себя в руки, я помогу тебе, только послушай меня! – Майкл! -она кричала,кашляя водой. Паника мешала ей взять в толк чужие слова. - Я не могу, я тону! У меня не получается! – Посмотри на меня! Я рядом, всё хорошо. Просто успокойся. Глаза Амели действительно обратились к говорившему с ней ласковым тоном мужчине. – Держи! - На край обломанного льда приземлился шарф. - Схватись за него и постарайся осторожно выкарабкаться на лёд. Я вытяну тебя, только не бойся. Пальцы Амели стиснули край шарфа невероятно быстро. Из её рта текли прозрачные ленты воды. – Вот так, хорошо. Ты молодец. Теперь просто... - Майкл сглотнул, глубоко выдыхая, потому что сам безмерно переживал. - Не пытайся вставать, хорошо? Просто... просто лежи, пока я не оттащу тебя. – Ладно, хорошо, - девушка кивала,чеканя слова посиневшими губами. Майкл стиснул зубы, изо всех сил потянув шарф на себя. Несколько ниток лопнуло, но это нисколько не помешало процессу вызволения. – Вот и всё, - говорил Майкл, уже хватая вымокшую Амели под мышки. - Всё хорошо, сейчас ползком к берегу. Только не вставай. – Хорошо, - даже не пыталась возражать перепуганная девушка. Когда она моргала, с её ресниц опадали кристаллы озёрной воды. От этого вида у Майкла щемило в груди. Как только они оказались на земле, мужчина начал снимать с неё вымокшее тяжёлое пальто. Приземлившись на снег, оно издало хрустящие звуки быстро взявшейся поверх него ледяной корки. – Ч-что ты д-делаешь? - губы Амели дрожали от холода. Её зубы стучали друг об друга, их песнь набатом отдавала у Майкла в ушах. – Раздеваю тебя, - ответил спокойно мужчина, а после, не сдержавшись, воскликнул с яростью - Боже, чёртовы пуговицы! Его руки дёрнули полы рубашки. Маленькие пуговки отлетели во все стороны, бисером потонув в снегу. Одним движением сбросив с Амели все слои верхней одежды и оставив её голую кожу на растерзание холодному ветру,Майкл снял с себя пальто и быстро просунул чужие треморные руки в его нагретые рукава. – Не н-надо, ты ж-же зам-мёрзнешь! - принялась выкручиваться она. – А ты умрешь от воспаления лёгких! Расставляй, пожалуйста, приоритеты! От громкого крика Амели умолкла,послушно стоя на месте и позволяя застегивать на себе чужую одежду, повязывать шарф на шее и натягивать шапку на заледеневшие волосы, а после расшнуровывать коньки и снимать с ног прилипшие к бёдрам брюки с подштанниками. Её кожа под слоями мокрой ткани была покрыта колючими мурашками – Т-ты и штаны м-мне свои отдашь? – Я бы отдал тебе всё, Амели - говорил в пылу Майкл, присаживаясь перед девушкой на колени. - Штаны - это самое малое. Ну же, возьмись за меня и протяни мне ногу. Ты вся трясёшься, боже. Амелия подняла стопу и схватилась за чужие плечи, позволив взять себя за лодыжку и просунуть ногу в отверстие штанов. – Ох, - выдохнула она , когда её резко подняли на руки. – Тебе очень холодно? - у Майкла, задававшего вопрос, было непроницаемое выражение лица. Амели отвела взгляд, спрятав дрожащие руки в непомерно длинных для неё рукавах. – Амели? – М-мне почему-то ж-жарко. Хочу снять всё. Майкл не выказал никаких эмоций, лишь его губы крепко поджались, оставшись спрятанными весь путь до оставленных на снежной поляне лошадей. – Нам надо быстрее домой. Тебя нужно пропарить и отогреть, - приговаривал мужчина, помогая залезть девушке на Берти. Когда она уселась, крупно дрожа,мужчина за считанные секунды отвязал от дерева Беллу. Он делал всё сгруппировано и слаженно, не теряя ни секунды. – Подержи, - сказал он, подав Амелии уздья. – Мы поедем на одной лошади? - спросила она, делая большие глаза, когда Майкл начал садиться позади неё, плотно прижимаясь к спине. – Нужно греться хотя бы друг об друга. Поэтому да, мы будем вместе. Переняв у неё уздья Беллы, Майкл дал Берти шенкеля, и они двинулись. Одновременно ему приходилось управлять двумя лошадьми. Иногда Белла не понимала, что от неё хотят, останавливаясь или сворачивая, и тогда её приходилось дёргать, чтобы она не выпадала из темпа движения. – Тебе холодно? - голос Амели был как никогда тих. Её голова покоилась у Майкла на плече так, чтобы щека грелась чужим дыханием, вырывавшимся наружу мутным паром. – Нет, - ответ был твёрд. – Ты же лжешь. – Тебе станет легче, если я скажу, что мне холодно? - Майкл повернулся так, чтобы его уголь глаз встретился с блеском чужого фундука. – Да, мне холодно, но, поверь, я леденею лишь от мысли, что ты получила обморожение. – Я не хотела, чтобы всё так случилось, - Амели перешла на шепот, каждое её слово было тише и слабее предыдущего. – Только не вини себя, произошедшее не твоя ответственность. – Но это я предложила пойти на озеро, - голос её осел, стал безжизненным. - Теперь ты мёрзнешь, потому что я провалилась под лёд. – Я мёрзну, потому что я так решил, а не из- за того, что ты провалился под лёд. Это мой выбор. Девушка ничего не ответила, лишь потерлась щекой о чужое плечо и прижалась, кажется, ещё ближе, хотя между ними и так не было свободного пространства. По прибытии к поместью Амели совсем окоченела. Она пребывала в полусознательном состоянии, и когда Майкл прошептал, что они приехали, её веки еле поднялись. – Да что же это, - Майкл говорил себе под нос, резко спрыгивая на землю. Поджав губы, он снял Амели с лошади и, взяв её слабое тело на руки, практически побежал к широким ступеням дома. – Нет, только не туда, - Амели завозилась, пытаясь высвободиться из чужой хватки. - Нельзя в дом. – Ты вся озябла, тебе нужно туда, - возражал Майкл, опуская тёмный взгляд на неё в своих руках. Та упрямо качала головой, не соглашаясь. – Мне нельзя туда. Увидев меня в таком состоянии, они непременно расскажут о произошедшем отцу. -она спрятала взгляд и добавила на грани слышимости: - Только не туда. Майкл прикрыл глаза - было видно, как тяжело ему давалось это решение. В конце концов он выдохнул и развернулся в прямо противоположную сторону, направившись к постройкам для рабочих. – Что ж, тогда тебе придётся мыться в бочке, - выдал он без какого-либо тепла. Амели мелко закивала: всё что угодно, лишь бы не выговор от семейства. Дверь в помещение скрипела. Внутри всё было из дерева: никакой плитки, мрамора и привычной керамики. Вместо этого бочки, скамьи и большая печь с чугунным чаном для воды. Несмотря на всю приземлённость, здесь было тепло и вкусно пахло деревом, горящими поленьями и сухими травами, гроздьями, висевшими на верёвке под потолком. – Вот, я оставлю тебя здесь ненадолго, схожу за вещами, - сказал Майкл, посадив девушку на скамью и похлопав её по коленям. - Я быстро, грейся пока. Мужчина вышел и вернулся с охапкой вещей к моменту, когда Амели взмокла под одеждой и раскраснелась так, что кожу жгло. – Сможешь раздеться? Или мне помочь? - Майкл замер, глядя испытующе. Амелии не нравилась краснота чужих щёк и бледность обычно ярких губ. Она ненавидела осознавать, что это её ответственность. – Я смогу. - она кивнула сам себе, но, вопреки внушению, пальцы её были слишком немощны, чтобы справиться даже с пуговицей. Покачав головой, Майкл присел подле неё и принялся самостоятельно раздевать. Оставшись окончательно оголённым, сняв всё,кроме нижнего белья, Амели в неловкости сжала между бедер руки. Её взгляд не решался подниматься выше ключиц сидевшего напротив мужчины. – Не робей, мы мало чем отличаемся. – Я бы так не сказала, - Амели была недовольна. Она неловко смотрела на мужчину сквозь заслон упавших на лоб волос. Голова девушки резко опустилась и осталась в таком положении до тех пор, пока её вновь не подняли на руки точно беспомощную девицу. – Какая же ты холодная, - мрачно пробормотал Майкл, крепче прижимая к груди слабое тело. - И вся мокрая. Лягушонок. Амели не смела вымолвить и слова. Её зубы так крепко вцепились в нижнюю губу, что это причиняло боль. Она смогла успокоиться только когда Майкл опустил её в бочку с тёплой водой, тем самым надёжно спрятав. – Окунись-ка полностью, - сказал мужчина и надавил ей на макушку, принуждая уйти с головой под воду. – Тебе тоже нужно в тёплую воду. - девушка, вынырнув, посмотрела на него сквозь опадавшие с ресниц капли. - Тебе же холодно. - И, на миг замолчав, тихо вымолвила: - Залезай ко мне. Насколько бы робко Амелии не было, она бы не позволила любимому человеку быть вне тепла. Особенно зная, на какие жертвы тот ради неё пошёл.Майкл зачесал волосы назад, прежде чем, взойдя на приставную скамью, оказался позади застывшей девушки, ласково проводя руками по линии её плеч.Амели не была уверена, дрожала ли она из-за холода или переполнявшего её волнения. – Ты меня очень напугала, - признался Майкл – Никогда так больше не делай. - Не буду. Постояв в бездействии бесконечные секунды умиротворения,Майкл принялся обливать спину девушки водой и разминать её плечи в надежде разогреть мышцы.Она держалась за край бочки и заставляла себя оставаться тихой, пока внутри всё истошно кричало. – Чего ты такая напряжённая? - Майкл спрашивал, улыбаясь, ведь Амели его лица было не видно. Таинство позволяло ему быть чрезмерно довольным. – Я... - начала она, но закончить не успела. Дверь вдруг скрипнула - кто-то входил внутрь. Руки Майкла действовали быстрее разума, надавливая Амели на плечи и отпуская быстро в воду, пряча. – ЭмДжей, чего ты лошадей бросил? - хриплый голос заглянувшего в дверной проем пожилого Джерри был недоволен. - – О, правда? - Майкл растерянно моргнул. От напряжения вены вздулись на его руках, ведь Амелии под водой совсем нечем дышать:пузыри, плавающие на поверхности, доказывали это. Наверняка, даже не успела набрать воздуха в лёгкие. – Запамятовал. Закончу мыться и сразу же заведу их. Джерри нахмурился, почесал шею и махнул рукой. – Я уже сам завёл. Но чтобы в следующий раз не оставлял так, поди убегут ещё, мы ведь потом милости не сыщем. – Конечно, - Майкл быстро согласился, выдавливая улыбку. Меж тем горло его душило беспокойство: пузырей было всё больше. – Закончишь, не забудь покормить лошадей, - дав напоследок наставление, Джерри ушёл. Как только дверь за ним закрылась, Амели вынырнула, громко кашляя и отплёвываясь.Майкл с осторожностью принялся поправлять её волосы, успокаивающе поглаживая по голове. В районе сердца у сердца у него надсадно свербело. – Сегодня ты задыхаешься слишком часто, - сказал он с горечью. - А ведь обещала больше не пугать меня. – Прости, - Амели пригорюнилась. Её грудная клетка тяжело вздымалась, взгляд был затуманен, а щёки пунцовели. – Как ты себя чувствуешь? - в голосе Майкла сквозило беспокойство. – Как будто меня топили несколько раз. – Шутишь - значит, лучше. Ещё раз зачесав назад идеально зализанные волосы девушки,Майкл крепко поцеловал её в лоб и выбрался из бочки, начав наспех обтираться полотенцем. – Я принёс одежду, которую ты отдала мне, когда мы выезжали в город. - Он указал на костюм, купленный однажды девушкой специально для него. - Как только высохнешь и попадёшь в дом, попроси принести себе горячего супа, - говорил Майкл, натягивая одежду. - Сделаешь это для меня? Амели кивала, наблюдая за чужими манипуляциями по нос погруженная в воду. Её тело было уже не таким деревянным, как раньше. Она даже начала чувствовать пальцы рук. – Сможешь подтянуться? - Майкл подошёл к бочке с полотенцем наготове. – Я вытащу тебя. Амели, на удивление, смогла. После вызволения её принялись вытирать, прямо как в детстве, словно она вновь стала пятилетним ребёнком, над которым хлопотали няньки. От этого она не могла перестать улыбаться. – Нравится? - Майкл довольно усмехнулся, тщательно просушивая чужие волосы. – Да, - приоткрыв один глаз, она добавила: - Готова проваливаться под лёд чаще, только бы мыться с тобой. Майкл прекратил свои манипуляции. Помрачнел, смерил хмурым взглядом и лёгким щелбаном. – Не говори так. Я не готов переживать это ещё раз. Рот Амели приоткрылся, дыхание сделалось прерывистым, а сердце пропустило удар. – Ты, - голова девушки склонилась к плечу, - правда так сильно переживал? Вместо ответа Майкл обнял, вжал в себя и тяжело втянул носом воздух. Потому что да - правда. Самая горькая из всех. Он безмерно переживал, и Амели была слепцом, раз не видела этого. – Одевайся и беги скорее в дом. - Неловко откашлявшись, Майкл отстранился, протягивая одежду. - Тебя, должно быть, скоро хватятся. Уже перед самым выходом одетая Амели, взявшийся за ручку двери, вдруг резко обернулась. Это было неожиданностью даже для неё самой:её глаза вдруг сделались большими, а лицо удивлённым. – Я так и не поблагодарила тебя. - На слова девушки бровь Майкла взметнулась вверх. - За то, что ты спас меня. Понимание отразилось на лице мужчины. Вот оно что. Он провёл по волосам ладонью, хмыкая. – Думаю, - начал он, делая шаг вперёд и впечатывая Амелию в шероховатость двери, - поцелуя будет достаточно. – Уверен, что больше ничего не хочешь? - она приподняла голову, сталкиваясь с Майклом кончиками носов и жаром дыхания. Её глаза волнительно блестели, она предвкушающе провела по губам языком, жалея, что от недавней не особо удачной прогулки они сделались сухими, напоминая текстуру пергамента. – Только поцелуй? – Этой награды вполне достаточно. Тогда Амели закрыла глаза и потянулась на носках так, чтобы их губы встретились. Её ладони легли на шею Майкла, когда как тот вдавил пальцы в талию, притягивая ближе, с напором раскрывая рот и проталкивая внутрь язык.Девушка реагировала тихими стонами и вспышками света под веками. Поцелуи с Майклом всегда как в первый раз - всё так же волнующе, всё также боязно. – Я проведаю тебя завтра, - говорил Майкл шепотом, поправляя на ней свой шарф. - Надеюсь, ты не захвораешь. Но Амели, к несчастью, захворала. Пролежала горячий и немощный в кровати с неделю, и пришла к выздоровлению лишь в канун праздников.