Новая попытка
17 сентября 2025 г., 21:04
Примечания:
Оч странно, но мне в этой истории невероятно тяжело даются диалоги(
7 марта 2024 год
Джейс стоял на пороге квартиры Кейтлин, ощущая холодок раннего утра, который пробирался сквозь тонкую ткань его рубашки и поверх накинутой кофты. Охрана уже начала проверку, и каждый их взгляд был тяжелым, внимательным, словно они видели через него насквозь. Сначала — документы. Он протянул удостоверение. Сенсор на устройстве зазвучал мягким гулом, фиксируя фото, имя, встроенный чип, который связывал его с базой посетителей. Джейс видел, как охранник внимательно изучает каждый пиксель, сравнивая походку, положение плеч, ритм шагов с тем, что знали о нём. Каждое его движение было под микроскопом. Затем они проверили кофту. На маленьком изгибе подворота виднелась едва заметная отметина — зашифрованный номер, который Кейтлин давала Джейсу каждый раз, но каждый раз новый. Охранник склонился, пальцем едва касаясь ткани, словно читая невидимую запись. На экране мелькнуло подтверждение: всё совпадает. Следующим этапом была биометрия. Джейс приложил палец к сенсору. Электрический импульс пробежал по кончику, на экране медленно проявлялись линии отпечатка, и Джейс чувствовал, как каждая из них сканируется, фиксируется. Мгновение длилось вечность. Он знал, что одно неверное движение — и проверка затянется, возможно, на несколько минут. Наконец, охранник кивнул, и Джейсу разрешили стукнуть. Его ладонь сжала ручку двери, слышался металлический звук, эхом отражающийся в коридоре. Пауза. И вот — дверь медленно распахнулась. Кай мгновенно рванулся к нему, радостно вертя обрубком хвоста, почти сбивая Джейса с ног. Мужчина присел, обнимая пса, смех вырвался непроизвольно: — Эй, парень, рад тебя видеть! Но едва он выпрямился, Джейс почувствовал взгляд. Это был не Кейтлин, не охрана, не Кай. Чуть приподнял бровь — кто-то наблюдал. Взгляд неприятный, холодный. Считывающий. Он немного оглянулся. На секунду показалось, что в квартире напротив Кейтлин кто-то быстро отошел от глазка. Сердце дрогнуло, но он не показал этого. Кейтлин, наконец, протянула руку, мягко, но сдержанно, взяла его за локоть: — Перестань возиться с Каем в коридоре. — Не даешь нам, парням, нормально поздороваться! — фыркнул Джейс, но пошёл все же за Кейтлин внутрь.***
Вай уже кое-как обжила свою гигантскую, но совершенно неуютную квартиру. Пространство казалось чужим: огромные окна пропускали холодный свет ночного города, отражаясь на идеально полированном мраморе пола, а стены были почти пусты, словно сами воздух и тишина пытались заполнить пространство. Клиент снабдил её странными безделушками из Демассии — фарфоровые фигурки, аккуратно расставленные книги, тонкие вазы, несколько фотографий с её «приёмной семьёй», якобы погибшей от эпидемии в Демассии пару лет назад. На этих кадрах всё было фальшивым — улыбки, позы, глаза, люди которых на самом деле никогда не существовало. Единственное настоящее — Паудер. Джинкс. Сестра. Кусочек её сердца, который она потеряла. Вай отодвинула эти воспоминания, сжала кулаки, вдохнула глубоко и старалась не думать о боли. Она устроилась на диване, мягко утопая в подушках, разложила перед собой бумаги, заметки, фотографии и начала повторять всё, что знала о Кейтлин: привычки, предпочтения, реакцию на подарки, любимые вещи, черты характера. Каждое движение, каждый жест был зафиксирован в её памяти. Она почти могла повторять это наизусть. Сегодня нельзя было допустить ошибки. Сегодня нужно быть точной. Вай мысленно разбирала, кто может быть рядом: Джейс Талис — болтливый, обаятельный, предсказуемый. С ним вчера она познакомилась и знала, какие темы выбрать, чтобы завязать разговор. А Мэл Медарда — другое дело. Импульсивная, вспыльчивая, с сильной энергией. Даже имея всю информацию, предугадать её реакцию почти невозможно. Она могла резко наброситься на любого, словесно или физически, кто ей чем-то не угодил, и Вай знала это. Вай прикрыла глаза, отложила бумаги в сторону. Зачем Кейтлин именно пригласила её — загадка. И, честно, это уже не имело значения. Главное — попасть в её квартиру. Там появится шанс заинтересовать, завязать разговор, установить постоянный контакт. Вай перебирала в голове возможные сценарии: мягкое обсуждение сотрудничества, лёгкая светская беседа, шутка, если ситуация позволит, даже небольшая провокация, чтобы увидеть реакцию. Она была готова импровизировать, менять тон, подстраиваться. Всё зависело от момента. Это всего лишь… работа.***
Вай шагнула в длинный коридор, ощущая прохладу мрамора под ногами, лёгкий отзвук шагов отдавался эхом от высоких стен. Белое поло плотно облегало плечи, тёмные брюки чуть шуршали при каждом движении, а чёрные лоферы едва слышно касались пола, делая её походку уверенной, но бесшумной. В руках она держала аккуратно упакованную коробку с выпечкой, специально купленный не в любимом магазине Кейтлин, — подарок для неё. Выбор был продуман: самые популярные вкусы, нейтральные, чтобы не выдавать осведомленность о предпочтенях хозяйки квартиры. Если взять именно то, что любит цель — сразу посеять в себе сомнение. Дать повод рассмотреть себя под лупой и оттолкнуть. Очки на носу слегка давили, оставляя след на переносице, но Вай уже почти привыкла к этому ощущению. Она привыкла к ним как к броне, к щиту, который отделял её от лишних взглядов, одновременно давая возможность видеть мир хоть немного чётче. Как бы она не отрицала, но из-за подпольных боёв её зрение немного ухудшилось. На пороге квартиры стояли охранники. Два больших человека в строгих костюмах, неподвижные и молчаливые, словно скульптуры из тёмного камня. Их лица были безэмоциональны, глаза внимательно следили за каждым её движением. Вай слегка улыбнулась, выпрямив спину и держа коробку с кексами аккуратно, почти по-настоящему трепетно, чтобы не нарушить порядок внутри. Голос получился ровный, уверенный, без раздражения, хотя в груди чувствовался лёгкий всплеск напряжения: — Мисс Кирамман пригласила меня в четыре часа в гости. Охранники стояли неподвижно, словно выточенные из камня. Ни один не моргнул, не двинулся даже на миллиметр. Холодная, выверенная позиция, словно они были частью интерьера, а не живыми людьми. Один из них наконец пробормотал сухо и ровно: — Нам приказано вас не пускать. Вай чуть нахмурилась, прищурилась, губы сжались в тонкую линию. Она сделала небольшой шаг вперёд, слегка наклонив голову, глаза окинули каждый их жест, каждую мелочь: — Странно. — Пробормотала. — Вы можете как-то уточнить? Ответа не последовало. Тишина коридора сдавливала, заставляла каждую деталь вокруг — блеск ботинок охранников, отражение света в замках на дверях, лёгкий запах дезинфицирующего средства — ощущаться особенно остро. — Ладно, я поняла вас, господа. Вай прислонила ладонь к коробке с кексами, протянула её к ближайшему охраннику. Он взял её осторожно, как будто держал что-то хрупкое. — Если не противоречит правилам, передайте это мисс Кирамман, — тихо добавила Вай, стараясь не поднимать голос. Её губы чуть изогнулись в легкой улыбке, глаза за очками ловили свет коридора, отражения на холодных стенах, скользящие тени. Она сделала шаг назад, подошла к своей двери, вставила ключ-карту, раздался тихий щелчок замка. На пороге, собираясь выйти из коридора, тихо произнесла: — Если мисс Кирамман всё-таки захочет меня пригласить, я буду в своей квартире до восьми вечера. Охрана стояла неподвижно, ни один из них не шелохнулся. Кексы осторожно поставили на небольшой столик, недавно появившийся в углу. Они явно будут проверять упаковку и содержимое на предмет любой угрозы. Вай закрыла за собой дверь, плечи опустились, и она тихо пробормотала себе под нос: — Блять…***
Кейтлин сидела за массивным столом из тёмного дерева, ладонь с тонкими пальцами лениво держала банку безалкогольного пива. Холодный металл приятно охлаждал кожу, и на её стенках ещё оставались следы конденсата — маленькие капли скатывались вниз, оставляя влажные дорожки. Она сделала небольшой глоток, почувствовала лёгкую горечь, от которой всегда морщилась, но всё равно продолжала пить — привычка, а не удовольствие. Комната была наполнена запахом жареного картофеля и соли. Джейс, развалившись на диване, жевал чипсы прямо из пакета, громко и совершенно беззастенчиво. Его светлая рубашка уже покрылась мелкими крошками, но он даже не пытался стряхнуть их. Он был слишком занят тем, что с азартом кидал Каю по длинному коридору резиновую игрушку — нелепую пищащую куриную ножку. Доберман мчался за ней с такой скоростью, что когти звонко скользили по паркету, оставляя слабые царапины. Игрушка то и дело издавала пронзительный писк, а собака возвращалась с горящими глазами, гордо тряся головой, и снова бросалась вперёд, когда Джейс замахивался. Этот шум — дыхание Кая, его топот, смешки Джейса — наполнял квартиру жизнью, в которой самой Кейтлин не хватало. Она отошла к барной стойке и облокотилась на её прохладный мраморный край, держа банку обеими руками. Смотрела на них, не вмешиваясь. Иногда улыбка едва заметно трогала уголки её губ, но чаще лицо оставалось спокойным, будто застывшим. Джейс приходил к ней часто. Не для разговоров — просто быть рядом. Иногда они обсуждали мелочи: новые решения Совета, какие-то технические проекты, редкие новости из газет. Но чаще сидели молча, разделяя это молчание так, словно оно тоже было разговором. Кейтлин знала: он винит себя. За тот день. За слова, сказанные сгоряча, когда он выпроводил её из своей квартиры, уставший и раздражённый, и они поссорились. Она помнила его тон — резкий, обиженный. Помнила, как хлопнула дверь. И как через несколько часов всё оборвалось. Может, если бы тогда они помирились сразу — хоть что-то пошло бы по-другому. Но Кейтлин не держала на него обиды. Она вообще старалась ни на кого не злиться. Наверное. Или просто загоняла эти мысли так глубоко, что они перестали подниматься на поверхность. Это всё просто стечение обстоятельств и глупо злиться на это. Кейтлин ещё раз бросила взгляд на часы. Стрелки стояли на половине пятого, и каждая секунда тикала громче обычного, будто издеваясь над её терпением. Она машинально провела пальцами по оправе очков, поправляя их — линза выбесила её ещё днём, и теперь эта тяжёлая пластинка стекла сидела на лице, как символ её раздражения. Она сделала глоток пива, горький вкус отозвался в горле, и пробормотала вполголоса: — Вай опаздывает. — Какая ещё Вай? — Джейс обернулся к ней, приподняв бровь. Он в этот момент держал в руках пустую пачку чипсов, крошки блестели на пальцах. Кейтлин чуть кивнула в сторону коридора, взгляд её всё ещё был прикован к банке в руке: — Та врач. С которой ты вчера познакомился. Джейс замер, будто переваривал услышанное. Потом шумно выдохнул, поднялся с дивана и лениво облизал пальцы от соли. В его движениях была расслабленность, но в голосе — совсем другое: — И зачем эта Лейнс должна сюда прийти? — Пригласила её, — спокойно ответила Кейтлин, снова поднося банку к губам. — Вчера. Решила сгладить тот неприятный разговор. Он нахмурился, подошёл ближе, и теперь его широкая фигура заслонила половину света из кухни. — Сгладить? Ты серьёзно? — он понизил голос, словно боялся, что охрана за дверью услышит. — Зачем тащить кого-то чужого к себе домой? Кейт, ну ты же понимаешь, что это небезопасно. Есть десятки мест, где можно встретиться. Нейтральные территории. Она медленно пожала плечами, будто эта мысль звучала логично, но не для неё. — Я не могу вечно бояться впускать людей в квартиру, Джейс. Это уже не жизнь. — Её голос стал твёрже. — Тем более ты тут, рядом. И охрана. Что может случится? Она опустила взгляд на стол. Холодный мрамор под пальцами казался чужим, слишком гладким. — Просто… у меня странное чувство. И я хочу разобраться. Джейс тяжело вздохнул, взъерошил волосы, которые и так торчали во все стороны. — Ладно. Но… — он замялся, глядя на неё виновато. — Я вчера сказал твоей охране не впускать её к тебе ни под каким предлогом. Кейтлин чуть не поперхнулась пивом. Банка с глухим стуком ударилась на стол, пузырьки зашипели. — Ты что сделал?! Он вскинул руки в защитном жесте, виноватая улыбка даже не появилась. — Я просто подумал… Она какая-то странная, Кейт. А её близость к Ревеку — это вообще красный флаг. Поверь, оно того не стоит. Кейтлин резко выдохнула и закатила глаза. — Джейс, все врачи из горболи знакомы с Ревеком так или иначе, — она сделала ещё глоток. — Всё-таки он руководитель этого проекта. — Это не меняет моего мнения. Но ладно… — он фыркнул, покачал головой. — Сейчас лично её позову и извинюсь. Она чуть усмехнулась, но в этой усмешке сквозила усталость. — Будь уж добр, дорогой главный инженер. Джейс театрально закатил глаза, пробормотав что-то про то, что она его доведёт скоро, вышел из квартиры.***
Кейтлин сидела за столом, крутя в пальцах новую банку безалкогольного пива. Металл приятно холодил кожу, конденсат собирался в крошечные капельки и стекал на стол, оставляя влажные круги. Питьё было не особенно вкусным, но привычным — глоток за глотком помогал держать руки занятыми и мысли хоть немного в узде. Внутри, под рёбрами, тянуло странное чувство. Словно где-то в квартире спрятался сквозняк: его не видно, но он тревожит, щекочет кожу, заставляет прислушиваться. Кейтлин сняла очки, аккуратно сложила их на край стола. Потёрла переносицу, зажмурила единственный глаз. И в голову, как всегда в такие минуты, закралась знакомая мысль: надеть повязку. Спрятать уродливый шрам, который тянулся от виска к щеке, из-за которого иногда даже собственное отражение в зеркале казалось чужим. Но она тут же оттолкнула эту мысль. Нет. Спрятать — значит признать слабость. А шрам стал её символом. Знаком того, что Кирамманы не сдаются, что они идут вперёд, даже когда всё рушится. Он был частью образа. Пусть и лживого, но работающего. Люди видели в ней силу, хотя сама она каждый раз отворачивалась от зеркала. Она умела говорить красивые слова — о том, что нужно любить себя, что страх нельзя носить всю жизнь, в какой-то момент его стоит отпустить. Только сама в эти слова она не верила. Но если хотя бы один человек, услышав её, вставал утром с кровати и продолжал жить — значит, это было не зря. Щёлкнул замок. Звук, такой обыденный, почему-то прозвучал громко в тишине квартиры. Дверь открылась, и Кейтлин подняла взгляд. В прихожей показался Джейс — высокий, чуть растрёпанный, с победной лёгкой усмешкой на лице. За ним шагнула Вай. Свет из коридора обвёл её силуэт, подчеркнул угловатые линии лица и усталость во взгляде. Кейтлин сразу выпрямилась, собрала в себе ту спокойную уверенность, которую показывала всем. Она вернула очки, улыбнулась и протянула руку: — Добрый вечер, Вайолет. — Добрый вечер, — ответила Вай. Её ладонь была тёплой, рукопожатие — уверенным. Но глаза… они смотрели слишком внимательно, будто изучали каждый миллиметр лица Кейтлин, каждую реакцию. — Извините за недоразумение с охраной, — мягко сказала Кейтлин. — Надеюсь, больше проблем не будет. — Всё в порядке. Я понимаю, — Вай чуть улыбнулась. Улыбка была неофициальная, живая, без тени фальши. Она протянула коробку, перевязанную лентой. — Я оставила её у охраны, но раз уж удалось попасть к вам самой, хочу вручить лично. Кейтлин приняла коробку осторожно, с привычной внимательностью. Провела пальцами по шершавой бумаге, проверила, что охрана поставила свою печать "годно", и только после этого открыла. Внутри — ряд простых кексов, золотистых, мягких, с едва уловимым запахом ванили. — Надеюсь я не прогадала с выбором? — улыбнулась Вай. Кейтлин позволила себе маленькую усмешку. — Вы угадали. Я действительно люблю кексы. — Не просто любит! — раздался голос с дивана. Джейс, уже развалившийся с Каем, пытаясь опять завлечь его в игру с куриной ножкой, но тот внимательно смотрел на Вай своими умными глазами и никак не реагировал. — Она их обожает. Кейтлин хмыкнула и пожала плечами. Протянула Вай банку: — Да, обожаю. И скрывать этого не собираюсь. — А какие вкусы предпочитаете? — спросила Вай, как будто невзначай. Кейтлин взяла один кекс, надломила. Тесто оказалось нежным, сладкий запах быстро распространился по комнате. Она откусила кусочек, задержала дыхание, наслаждаясь вкусом, и только потом ответила: — С шоколадными драже. Или с банановой начинкой. Это нечто невероятно, особенно в кондитерской напротив спортивного зала. — Буду знать, что принести в следующий раз, — кивнула Вай, и её улыбка стала ещё более искренней, тёплой. Кейтлин на секунду замерла. Уголки её губ дрогнули, и появилась едва заметная, но настоящая улыбка. Что-то в этой женщине было… странное. Что-то, чему она пока не могла найти имени.***
— Вай, расскажи что-нибудь о себе, — лениво подначил Джейс, развалившись на стуле так, будто был здесь хозяином. Его тон звучал легко, почти насмешливо, и совершенно не заботился о том, что он единственный перешёл на такое откровенно фамильярное общение. Вай спокойно подняла банку с пивом, сделала неторопливый глоток и, облизнув губы, пожала плечами. — Скажите, что именно вам интересно, и я, может быть, поделюсь, — её голос был мягким, но в нем слышалась осторожность. Взгляд она перевела не на Джейса, а на Кейтлин — будто искала подтверждения, что эта игра уместна. — Ну, например… как вы познакомились с мистером Ревеком, — тут же влез Джейс, и тут же получил ощутимый пинок под столом. — Эй! За что?! — возмутился он, потирая колено. Кейтлин лишь смерила его ледяным взглядом, не отвечая. Она повернулась к Вай, и на лице её появилась лёгкая тень смущения. — Простите этого балбеса, — сказала она тихо, сдержанно, словно всерьёз опасалась, что Вай встанет и уйдёт. — Он умеет думать только, когда говорит о своих проектах. — Ничего страшного, — обворожительно улыбнулась Вай, чуть склонив голову. Её улыбка была отрепетирована до миллиметра — правильная, тёплая, но не слишком открытая. Джейс, не смущаясь, продолжил: — Ещё вы могли бы рассказать, как оказались в Пилтовере с гражданством Демассии, но при этом с заунской фамилией и… скажем так, не до конца скрытым акцентом. — Джейс Талис, — голос Кейтлин прозвучал на грани раздражения, словно предупредительный выстрел. — Прекрати вести себя как… непонятно кто. Она снова посмотрела на Вай — уже виновато, почти с сожалением. Ей было по-настоящему неловко за своего друга. — Простите, правда. Я позвала вас просто провести с нами время. Всё же… — Кейтлин на секунду отвела взгляд, будто признаться в этом было трудно. — Вчера у нас получился совсем неудачный разговор. Я хотела загладить вину, но пока этого совсем не получается. Она бросила косой взгляд на Джейса и добавила: — Тем более, вы не случайный человек. Если мистер Ревек дал вам личное приглашение, и вас так быстро приняли в лучшую больницу Пилтовера… значит, вы явно настроены на серьёзное будущее. — Мисс Кирамман, — спокойно произнесла Вай, чуть склонив голову в знак уважения. — Я понимаю. Для вас, как для лица города, важно знать, с кем вы, возможно, будете пересекаться. На работе… и, возможно, по счастливому стечению обстоятельств, в этом доме тоже. Она чуть усмехнулась, мягко. — Мне совсем не трудно рассказать о себе, если вы действительно хотите услышать. — Да, пожалуйста, — тут же влез Джейс. Кейтлин метнула в него убийственный взгляд, будто пыталась прожечь дыру прямо в его лбу. — Вайолет, мне очень стыдно за моего друга, — она тяжело вздохнула. — Я пойму, если вы захотите прямо сейчас уйти. — Не переживайте, Кейтлин, — Вай снова сделала глоток уже теплого пива, стараясь скрыть лёгкую усмешку в уголках губ. - Я расскажу. Она начала говорить. Размеренно, неторопливо, будто каждая фраза взвешивалась. Про детство в Зауне, что закончилось в тот день, когда не стало родителей. Про сестру — хрупкую, болезненную девочку, ради которой она и решила стать врачом. Про приёмную семью из Демассии, которая дала ей новый дом и которую она потеряла пару лет назад. Про долгие годы учёбы, упорство, бессонные ночи, борьбу за шанс вырваться и построить себе жизнь в Пилтовере. Она делала паузы в нужных местах, опускала взгляд, словно с трудом справлялась с нахлынувшими воспоминаниями. Иногда чуть улыбалась, будто находила силы в этой боли. Правды в её словах было мало. Почти ничего. Только начало. Только сестра. Остальное — ложь, тонко вплетённая, грамотно окрашенная в правдоподобные тона. Роль, выстроенная с точностью актрисы, знающей, где улыбнуться, а где осечься и на секунду опустить глаза. Кейтлин слушала, сжав губы, и Вай видела — история её тронула. Именно так, как и было задумано. Но Джейс… он хмурился. Молча. Его пальцы барабанили по подлокотнику дивана, взгляд скользил по лицу Вай, будто он искал несостыковки. И это ей не нравилось. Вай задавалась вопросом: могла ли она ошибиться в его характере? Кейтлин положила ладонь на руку Вай. Её пальцы были прохладными, но в жесте было столько уверенности и мягкости, что Вай невольно задержала дыхание. Взгляд Кейтлин стал на миг теплее, лишённый той странной маски, которую сразу заметила Вай. — С таким упорством вы точно сможете добиться всего, чего захотите, — сказала она низким, но уверенным голосом. Вай улыбнулась, не скрывая чувств. Этот момент сближения был важен, маленькая трещина в идеально гладкой стене Кейтлин. — Спасибо, Кейтлин. Поддержка от вас звучит особенно ценно. Сбоку раздался тихий звук — Джейс откинулся на спинку стула, закинул руки за голову и сузил глаза, будто изучал картину, пытаясь найти в ней подделку. — А всё-таки, — сказал он лениво, но с прищуром, — как вы познакомились с Ревеком? Слова упали на стол, как камень в воду. Воздух сразу стал тяжелее. Улыбка на лице Кейтлин исчезла. Она будто окаменела, только пальцы её слегка дрогнули. В груди закипало раздражение, но внешне она всё ещё выглядела холодно-собранной. «Хватит», — пронеслось у неё в голове. Её рука скользнула в карман кофты и нащупала гладкую поверхность крошечной кнопки. Лёгкое нажатие — и через секунду по комнате прокатился звонок телефона, словно спасительный сигнал. Это охрана. Но никому не нужно этого знать. Кейтлин плавно поднялась из-за стола, взяла телефон, с деланой мягкой улыбкой взглянув на Вай. — Простите, это родители. Срочный звонок, я должна ответить. Вай тоже встала, прочитав в её движениях больше, чем в словах. Она едва заметно кивнула, поправила очки и сказала спокойно: — Понимаю. Надеюсь, это не последняя наша встреча. — Конечно, нет. — Кейтлин чуть приблизилась, и голос её стал мягче. — Если не сложно, оставьте своё расписание у охраны. Я загляну в тот день, когда это будет удобно для нас обеих. — Буду ждать, — Вай улыбнулась, пожала руки обоим и ушла. Её шаги гулко отдавались в коридоре, пока дверь не щёлкнула замком. Звонок на телефоне тут же оборвался — Кейтлин сбросила вызов и резко повернулась к Джейсу. На лице — раздражение, глаз сверкал. — Какого чёрта ты творишь?! — голос её дрожал, но был твёрдым. Она ткнула пальцем в его грудь, заставив его отшатнуться. — Зачем ты ведёшь себя как идиот? Зачем портишь весь разговор?! Джейс поднял ладони, защищаясь, нахмурился, но не повысил тон. — Я ничего такого не сделал. Просто задал вопрос. — Вопрос?! — Кейтлин горько усмехнулась. — Ты выглядел так, будто допрашиваешь её на суде! Она отвернулась, опираясь о стол, её плечи мелко дрожали. — Уходи. Я не хочу сейчас с тобой разговаривать. Тишина сгустилась, Кай поднял голову с лежанки и тихо зарычал, будто почувствовал напряжение. Джейс тяжело вздохнул, но сказал уже мягко, устало: — Кейт… Я не хочу повторять то, что было тогда. Эти слова ударили сильнее любого крика. Кейтлин закрыла глаза, вдохнула, но обернуться не смогла. — Если ты не уйдёшь, — произнесла она почти шёпотом, но в этом шёпоте слышался приказ, — я попрошу охрану тебя вывести. Джейс смотрел на её спину долго, словно пытаясь достучаться. Его губы чуть дрогнули, но он лишь коротко кивнул. — Ладно… Позвоню позже. — Голос его звучал тихо, с какой-то сдавленной надеждой. — Кейт… прошу тебя, возьми трубку. Она не ответила.***
Вай стояла под душем, горячая вода обдавала её плечи и спину, капли стучали по коже словно маленькие барабанные удары, оставляя на теле ощущение тепла и покалывания. Пар густо заволок всю ванную, окутывая стены и плитку в мягкой дымке, делая пространство почти нереальным и уводя мысли в хаотичный поток. Джейс. Даже сейчас Вай не отпускала мысль о нём. Его недоверие, скрытая насмешка в голосе, едва заметная тень на лице — всё это давило сильнее любого тяжёлого предмета. Конечно, у неё были ответы на вопросы о министре здравоохранения, и формально это было правдой, но его подозрительный взгляд мог легко разрушить впечатление, которое она пыталась создать у Кейтлин. Если Джейс сомневается, что подумает она? Как это повлияет на дальнейшие контакты? Охрана — ещё один источник напряжения. Вай вспоминала, сколько этапов проверки проходил Джейс: сканирование документов, отпечатков пальцев, миниатюрное устройство на подвороте его кофты. Сегодня через все проверки прошла и она, и только потому, что Джейс поручился за неё, охрана ограничилась проверкой на наличие оружия. Но завтра? Послезавтра? Снова та же суматоха, снова внимание к каждому её шагу. Вода обдавала спину и плечи, струи скатывались по шее, по лопаткам, обжигая, согревая, но тревога не отпускала. Вай включила ещё более горячую струю, надеясь хотя бы согреть тело, но холодок напряжения глубоко внутри оставался. Она знала: нужно отправить отчёт Силко, нужно всё тщательно распланировать и подготовить ответы на любые вопросы. Пар смешивался с ароматами мыла и шампуня, и каждый вдох был наполнен влажным теплом, которое контрастировало с холодной тревогой разума. Она прикрыла глаза, почувствовала, как горячая вода мягко смягчает плечи и спину, но ум оставался острым и внимательным, просчитывая сценарии, оценивая риски. Джейс, охрана, Кейтлин, расписание — каждый элемент в этом хаосе был важен, каждое движение, каждый взгляд могли стать критическим. Душ давал временное утешение, но реальность ждала снаружи: завтра снова проверки, наблюдение, разговоры, стратегия. Вай тихо вздохнула, закрыла глаза и позволила себе на мгновение забыться в тепле струй, ощущая, как напряжение чуть спадает с мышц.***
Глубокая ночь обнимала город. За окнами квартиры всё стихло: шум машин растворился, редкие шаги прохожих не долетали сюда. Кейтлин сидела в своей комнате. Свет настольной лампы падал тёплым кругом на разбросанные бумаги. Кай растянулся у кровати, иногда тихо переставляя лапами во сне. Кейтлин устроилась прямо на постели: спина опиралась на подушки, ноги — укутаны в мягкие шерстяные носки и закрыты серыми гетрами, туго облегающими щиколотки. Врач настаивал на них — «для сосудов, для борьбы с отёками и варикозом, для твоего будущего». Она не спорила: знала, что после долгих месяцев в инвалидной коляске её тело всё ещё привыкало к новой жизни. Только три месяца назад она решилась снова ходить. До этого — один страх, одни колёса и чужие руки. Перед ней лежали бумаги — документы, что ещё утром прислала мать. Свет настольной лампы выхватывал страницы, заставляя буквы танцевать. Голова пока не болела, и это было редкой роскошью. Но глаза… единственный глаз уставал быстро. Она ловила строки, но мысли раз за разом ускользали. Она вздохнула, откинулась чуть назад. Мысли снова были не о работе. О Джейсе. О докторе Лейнс. Об их разговоре. Или, из-за сомнений Джейса, о министре Ревеке — скользком, холодном, всегда обходящем прямые ответы. Человек, который действовал так, что никогда нельзя было понять, чего он на самом деле хочет. И вот теперь рядом с ней жила Вай, «новый врач», появившийся будто из воздуха. Совпадение ли? Или тонкая часть чьих-то интриг? Кейтлин провела рукой по лицу, прикрыла глаз ладонью. Она устала от вечных догадок. От игр. От этой навязчивой мысли, что каждый её шаг — чей-то тщательно спланированный ход. Компьютер тихо пискнул, выдернув её из раздумий. Новое сообщение. Незнакомый номер. Кейтлин нахмурилась, подалась ближе, щурясь единственным глазом, напрягая его до боли, лишь бы разглядеть символы. Открыла чат. «Раунд два.» Секунду она просто смотрела на эти два слова, не веря. В груди сжалось так, будто туда вбили холодный крюк. Пальцы сами метнулись к клавиатуре, застучали — быстрые, резкие удары. «Кто ты? Что ты хочешь? Чего добиваешься?» Строки появлялись одна за другой. Но ничего не отправлялось. Ни одной двойной галочки. Через тридцать секунд чат исчез. Номер удалён. Пустота. Кейтлин сидела неподвижно, только дыхание стало прерывистым, тяжёлым, почти рваным. Её ладони дрожали, пальцы скользнули по клавиатуре, но она даже не заметила этого. В ушах стучала кровь, словно сердце забилось слишком громко и стало звенеть. Губы пересохли, она машинально провела языком по ним, но облегчения не было. — Нет… — выдохнула она. Голос прозвучал так тихо, что даже Кай не шелохнулся. Её плечи дрожали. Грудь сдавило. Вторая попытка. Второй кошмар. Она не готова. Не сейчас. Не снова.
Примечания:
Желание вернуться домой, когда только все обустроила после переезда и начинаются проблемы со здоровьем📈
