***
Как мы и договаривались, Питер встретил меня у остановки, и мы отправились к месту назначения. Добравшись туда, мы по лестнице поднялись на пятый этаж, и я достала из сумки ключи. Открыв дверь, я зашла в квартиру, хорошо мне знакомую, а за мной последовал Питер. — Это мой старый дом, — с тоской произнесла я. — Мы с Лиамом жили здесь с мамой. А когда она умерла, переехали. Я прихожу сюда впервые с тех пор. Я прошла на кухню, совмещённую с гостиной. Абсолютно ничего не изменилось: всё было на тех же местах, как в последний день нашего нахождения здесь, лишь огромный слой пыли давал знать о том, что здесь не бывали уже очень долго. По всей квартире были развешаны наши детские фотографии, и Питер молча подходил и рассматривал каждую. Сначала я зашла в свою комнату. Розовые обои, куча книг, постеры на стенах, аккуратно заправленная кровать. Всё было таким родным... В глазах начали собираться слёзы лишь от одной мысли, что всего два месяца назад всё было по‑другому. Сложив нужные вещи в рюкзак, я вышла из комнаты, еле сдерживая слёзы. Питер обернулся ко мне и сразу же заметил моё настроение. — Ливи, ну ты чего? — сказал он и, подойдя, обнял меня. — Я скучаю по ней, Питер... — я подняла голову и теперь смотрела прямо ему в глаза. — Я тоже скучаю по своим родителям, даже очень, хотя и не так хорошо их помню. Но у меня есть тётя Мэй, а у тебя мистер Старк. Не лучше ли ценить время с ними, пока оно ещё есть? — произнёс Питер с грустным выражением и отвернулся, будто на что-то намекал. Я отстранилась и снова встретилась с ним взглядом. — Ты прав. Я пойду поищу ещё кое-что, — сказала я и, развернувшись, отправилась в мамину комнату. В нос сразу ударил её запах. Теперь слёзы было невозможно сдерживать, и, закрыв за собой дверь, я расплакалась. Я прошла к маминой кровати и легла на неё. Родной запах разбивал сердце, и слёзы накатывались новой волной. Я обняла её подушку и лежала так ещё несколько минут, пока не успокоилась. Аккуратно отложив заплаканную подушку, я встала и уже без всяких раздумий начала заглядывать в каждый ящик, находящийся в этой комнате. Раньше мама запрещала лазить в её личные вещи, но сейчас мне хотелось лишь узнать о ней больше. Ведь, как оказалось, секретов у неё навалом. Сначала я просмотрела все тумбочки, где обнаружила лишь обычные бытовые вещи, а затем открыла большой шкаф, где в детстве я часто пряталась, когда играла с Лиамом в прятки. На вешалках висела одежда, и, отодвинув её, я спустилась вниз к многочисленным коробкам. Туфли, квитанции, наши старые игрушки, техника — всё было совсем обычным. Не успев расстроиться, что так и не удалось найти то, за чем я пришла сюда, в углу шкафа за сломанной картонной стеной я обнаружила ещё одну небольшую коробку. Мама точно специально сломала её, чтобы спрятать коробку. Я вытащила её и тут же не медля открыла. В коробке лежал фотоаппарат, про который говорил мне папа; я вынула его и пока отложила в сторону. Кроме этого там лежало много потрёпанных старых фотографий. На одной из них молодые мама и папа стоят на фоне моря и смеются. На другом фото они лежат в кровати, и мама целует его в щёку. И ещё множество таких же счастливых фото с ним, но когда они заканчиваются, я нахожу единственное фото без него. Мама и маленькие мы стоим втроём на фоне новогодней ёлки и улыбаемся. На глазах снова выступили слёзы, но не желая больше плакать, я вытерла их и сложила все фотографии с фотоаппаратом в коробку. Закрыла её и, взяв с собой, наконец вышла из комнаты. Питер скучающе сидел на диване и всё так же рассматривал мои старые фотки. Услышав, что я вышла, он повернулся ко мне. — Нашла что искала? — спросил он, и я кивнула в ответ. — Кто бы мог подумать, что отец, которого я искала всю жизнь, окажется всего лишь в коробке в шкафу? — я улыбнулась ему, и он встал с дивана. — Обещаю, Питер, если буду беременна, то обязательно скажу тебе об этом, — пошутила я, и он посмеялся в ответ.***
Как только я оказалась в своей комнате, короткую тишину прервал голос Пятницы. — Оливия, мистер Старк попросил зайти вас к нему в мастерскую, — прозвучал голос искусственного интеллекта, и я тут же пошла к отцу. Зайдя в мастерскую, я увидела привычную картину: отец что-то делал за столом. — Привет, пап! — сказала я, пройдя к нему. — Привет, Лив. Как прошёл первый день в качестве дочери Тони Старка? — он поднял голову и улыбнулся мне. Он спрашивал это не из надобности, а потому что волновался за нас, и это было заметно. — Знаешь, на удивление всё было как обычно,— я пожала плечами. — Лишь перешептывания, несколько фоток из-под тяжка и постоянные взгляды. Лиам получил гораздо больше внимания,— сказала я и коротко посмеялась, решив не рассказывать о том, что узнала о нём утром. — Отлично. А вот интернет наоборот взрывается от этой новости. Все недоумевают, как я мог скрывать вас шестнадцать лет. — Я ходила сегодня в нашу квартиру,— произнесла я невзначай. — Нашла мамин фотоаппарат и кучу ваших фоток. Папа поднял свою голову снова оторвавшись от чертежей. – Хочешь, я отдам их тебе? – произнесла я, и он выдержал небольшую паузу в нашем разговоре. – Оставь себе, - решительно произнёс он. – делай с ними, что хочешь.