Глава 15. Выход в свет
28 декабря 2025 г., 18:33
К первому выходу в свет он готовился долго. Не меньше нескольких дней. Но все равно переживал и листал атлас, наизусть заучивая карту улиц магического Лондона. Его память оказалась весьма хорошей, чего не скажешь о прежних временах. Легко запоминая и записи предков, и прочитанные сейчас книги, Себастиан откровенно не понимал, что мешало ему в прежней жизни. Ведь в магловской школе он учился совсем не плохо. Не блистал, конечно, из-за частых пропусков, связанных с наказаниями от Дурслей, но обычно схватывал все налету. Да и первые месяцы учёбы в Хогвартсе тоже давались без труда — учебники интересные, задания не сложные, эссе — привычное еще с начальной школы зло. Да, его постоянно отвлекали, но…
Себастиан оперся подбородком о сцепленные пальцы, как часто стал делать в периоды задумчивости. Мешали ли ему достаточно сильно или дело в чем-то другом? Может быть существуют какие-то зелья, рассеивающие внимание и снижающие критичность восприятия? Или заклинания? Каковы истинные возможности легилимента? Может ли опытный и умелый менталист сделать что-то такое с другим человеком? Бывшему герою отчаянно не хватало знаний и кругозора. На то, чтобы самому во всем разобраться могут уйти годы. Да, конечно он станет однажды умелым и сильным магом, не посрамит род и все такое. Но информация нужна была ему уже вчера…
— Для всего на свете есть специально обученные люди, господин. Так было всегда и будет всегда. Не хватает знаний или умений — не посыпайте голову пеплом, а наймите специалиста. Оплатите консультацию. Найдите учителя.
Реджинальд, как и всегда, был рационален и практичен до мозга костей. И это очень нравилось Себастиану. Если бы не верный домовик, он бы уже давно скатился в паранойю и отчаяние.
— Так и сделаю, — серьёзно кивнул молодой барон и принялся за планирование первого посещения Лондона.
Не стоит взваливать на себя всё и сразу. Тем более, что долго в обществе людей Себастиан не выдержит. Поэтому на первый раз решено было ограничиться посещением Гринготтса, покупкой совы и поиском конторы, предоставляющей услуги найма. Как бы ни хотелось это признавать, но компетентные слуги были нужны как воздух. Сначала они, а потом и учителя. Жизнь лучше налаживать поэтапно, тщательно готовясь и давая себе время на передышку.
Камердинер помог подобрать гардероб и аксессуары. Бывший Поттер не боялся чем-то выделяться в толпе — волшебная мода была настолько хаотичной, что явись он в мантии, времен Основателей, и то в глаза не бросится. Однако и чрезмерно торжественно тоже одеваться не стоило, как объяснил Реджи — так делают только простолюдины, недавно выбившиеся в люди, и всячески подчёркивающие вдруг появившийся достаток. Бывший Поттер немного смутился, ведь по сути таковым простолюдином и являлся.
Он потратил некоторое время перед зеркалом, отучая себя нервно поправлять одежду или теребить украшения, отрепетировал несколько вежливых улыбок и наконец заставил себя сжать брусок порт-ключа.
Переместившись сразу на ступени банка, Себастиан уверенно прошёл в огромный мраморный зал и направился к ближайшему свободному гоблину.
— Мне нужна приватная консультация, уважаемый.
Гоблин внимательно осмотрел хорошо одетого мужчину в старомодной мантии, особое внимание уделил кольцу главы рода и с достоинством кивнул.
— Прошу за мной, сэр.
Его проводили в удобный кабинет, предложили кофе и вскоре Себастиан остался наедине с гоблином Завкрестром.
— Я вас слушаю, мистер…?
— Себастиан Рафаэль Грей, барон Бладроуз. — Себастиан достал из внутреннего кармана камзола пергамент с семейным древом — оттиск с родового гобелена, заверенный печаткой главы. Он уже знал, что это основной документ любого волшебника, обладающего длинной родословной. Печатка несла в себе магию источника и оттиски магии всех членов рода, подделать такую подпись невозможно. То же касалось и «подписей» с помощью волшебной палочки — это индивидуальный слепок волшебника, даже если сменить палочку, то на оттиск это никак не повлияет. Чем-то это напоминало высокий уровень верификации у маглов — с помощью сканирования сетчатки или отпечатков пальцев.
— Хм, — гоблин нацепил очки в золотой оправе и углубился в изучение. Несомненно, разрыв между последним главой, Родериком Бладроузом, и самим Себастианом, составлял ровно сто лет, но гоблины не вмешиваются в дела волшебников, им главное — легитимность притязаний. Мало ли родов, однажды прерванных по прямой линии? Наследники из побочных ветвей находились регулярно, было бы что наследовать.
Ещё дома, готовясь к визиту, молодой барон с помощью верного домовика, тщательно просчитал свое поведение в банке. Никаких лишних вопросов, никаких попыток узнать судьбу имущества Блэков, которое ему приписал Дамблдор, и ни в коем случае не вестись на провокации хитрых коротышек. Он с содроганием вспоминал общение с Крюкохватом и ограбление сейфа Лестрейнджей. Наверняка гоблины способны определить кто к этому причастен, не стоит давать им подтверждение. Это было самым слабым моментом его легенды — неосторожное любопытство или былая глупая тяга к справедливости заведут в могилу моментально.
— Подтверждаю ваши притязания, мистер Грей, — гоблин между тем убедился в подлинности бумаги каким-то своими способами, и вернул документ хозяину. — Ваш род действительно имеет сейф в нашем банке, он оплачен до две тысячи пятидесятого года.
— Меня интересует состояние счетов и возможность их пополнить. Так же я хочу нанять поверенного, уплатить налоги в казну как в Магической Британии, так и в магловской — земли мои дарованы Короной. И, как недавний пришелец на Осторовах, я хотел бы тщательно ознакомиться со всеми доступными услугами банка Гринготтс.
— Весьма правильная стратегия, лорд Бладроуз. Тогда приступим…
Счета оказались в далеко не настолько плачевном состоянии, как думал молодой барон. В банке лежали несколько десятков тысяч наличности, но дальновидные предки не оставили там иных ценностей. Что полностью устраивало Себастиана. По зрелому размышлению, он решил не светить перед гоблином сразу всеми взятыми слитками. Пока что знаний экономики не хватало для максимально выгодных решений. Поэтому для начала он подписал бумаги с Завкрестом о предоставлении услуг, и только затем выложил на стол несколько золотых слитков. Глаза гоблина алчно, но вместе с тем одобрительно блеснули.
— На ваш счёт поступит двести пятнадцать тысяч галленов — сумма эквивалентная стоимости дюжины слитков высшей пробы, после вычета налога и процента банка за услуги. Или же вы желаете иначе распорядиться ими?
— Нет, меня интересует именно обналичивание средств. — С достоинством кивнул барон. — Так же я бы хотел разделить капитал между несколькими счетами…
В течение следующего часа они с Завкрестом обсуждали размеры и лимиты счетов, подписывали необходимые договора и оформляли чековую книжку. Так же Себастиан, решив не жадничать, снял со счета несколько тысяч галленов, сразу же пересыпав деньги в фамильный кошель с вензелем. Банк тоже предоставлял похожие — зачарованные от воровства, призыва магией, с расширенным пространством и облегчением веса. Но собственному наследству Себастиан доверял больше, чем гоблинам.
— Министерство Магии весьма заинтересуется новым лицом, обладающим таким капиталом, — многозначительно посмотрел гоблин поверх очков.
— Несомненно. У меня есть шанс избежать слишком пристального внимания? — не менее многозначительно посмотрел в ответ Себастиан.
Начитавшись семейных хроник, он значительно пополнил свой лексикон и привык даже думать сложными речевыми оборотами. Впрочем, и говорил и думал он теперь довольно лаконично.
— Я бы рекомендовал вам не затягивать с подачей документов в Министерство Магии. Разумеется, мы сегодня же вышлем им уведомление об уплате налогов, но единоразовая выплата суммы такого размера… сами понимаете, — гоблин зубасто улыбнулся.
— Благодарю вас, уважаемый.
— Мы всегда рады перспективным клиентам.
На этом Себастиан решил на сегодня закончить с банковскими делами. И без того с непривычки уже была полная каша в голове. Но сегодня требовалось закончить намеченные дела. Не будет же он до конца жизни прятаться в замке после каждого утомительного выхода в свет?
Пришлось добавить в свое расписание немедленное посещение Министерства, чтобы официально заявить о возрождении рода и своём вступлении в права наследования. Но для начала стоило немного проветриться и пообедать. Это будет лучшим способом адаптироваться к присутствию толп людей вокруг.
Бывший герой не пошёл на Косую Аллею, а свернул на Цветочный Бульвар, где с удобством расположился в скромно выглядящем ресторанчике. Лето активно заявляло свои права, временно изгнав туманы и дожди из Лондона. Улыбчивая официантка приняла заказ, а Себастиан незаметно разглядывал людей за широким окном заведения.
По улице прогуливались леди и джентльмены явно среднего и высшего класса, раскланивались со знакомыми, укрывались под полосатыми навесами летних террас различных кафе и баров. То тут, то там, мелькали аврорские красные мантии — явно патруль. На столбах не было кричащих плакатов с преступниками или яркой рекламы, все вывески выдержаны в одном стиле и не нарушали гармоничности архитектуры.
Подали чай и газету.
Себастиан со сдержанным любопытством углубился в передовицу. Оттуда на читателя смотрел портрет хмурого Дамблдора, за которым суетливо выглядывали Макгонагалл, Гермиона и Перси Уизли. Барон незаметно сглотнул и едва удержался от желания поправить, ставший вдруг тесным, шейный платок. Неторопливо сделал глоток чая и углубился в чтение.
«ГРОМКИЙ СКАНДАЛ В ХОГВАРТСЕ» специальный репортаж Риты Скиттер для «Ежедневного Пророка»
«Как мы все знаем, нашу любимую школу за последние два года постигло немало реформ. Неравнодушные граждане с тревогой следили за спорными назначениями среди преподавателей и персонала, но всегда уповали на мудрость директора Дамблдора…»
Два года… Барон посмотрел на дату вверху страницы — 15-е июня 2000 года. Вот и узнал, сколько времени прошло. Он ведь действительно не следил за этим. Просто незачем было. Хотя морально готовился к тому, что прошло не менее года с момента заточения в тюрьму. Интересно, что же там творилось все время, что Себастиан умирал в Азкабане, а потом приходил в себя на острове? Он, конечно же собирался заказать копии периодики за это время, но любопытство уже сейчас жгло неимоверно. А раз такая акула пера, как Скиттер, снова взялась за работу, значит произошло что-то поистине резонансное.
«… Так, уже год, как факультет Гриффиндор возглавляет герой войны Рональд Биллиус Уизли, кавалер Ордена Мерлина второй степени. Этот факультет всегда отличался сомнительной дисциплиной и слабым контролем со стороны администрации Хогвартса…»
Барону пришлось снова сдерживаться, но в этот раз, чтобы не рассмеяться. Ленивый и недисциплинированный Рон, не способный рассуждать о чем-либо кроме коварных темных магов, квиддича и сладостей, стал деканом шумного избалованного факультета. Да ещё в каких-то… Себастиан подсчитал мысленно… девятнадцать лет? Кто-то бы сказал — Дамблдор впал в маразм. Но уж кто-кто, а бывший герой точно знал — директор ничего не делает просто так. Он достал из кармана блокнот и сделал несколько пометок.
«Мы все пострадали от террористического темного режима Неназываемого, нет нужды снова поднимать эту тему. Но разве несут несовершеннолетние дети ответственность за решения своих родителей? Прямая цитата мистера Рональда Уизли:
— Они все тёмные маги, не понимаю как этого не видят другие! Наказывать их всех надо, в Азкабан сажать сразу. И нечего в Хогвартсе делать пожирательским отродьям. Попомните мое слово — они все преступники, да!
Так декан Гриффиндора прокомментировал учёбу в школе детей бывших сторонников Неназываемного. А так же добавил:
— Я давно говорю — нечего тут слизней привечать. Убрать Слизерин из Хогвартса и все дела.
Мы не можем осуждать героя войны за его позицию, ведь он сражался за наше светлое будущее. Но что же делать дальше в этой ситуации? Сейчас в Хогвартсе учится около пятидесяти студентов известных фамилий. Учатся в постоянном напряжении! Регулярные конфликты и нападки, стычки с итогами в лазарете. И не побоимся этого слова — открытая травля. Невинные дети, которые только в этом году получили свое письмо! Готовы ли мы отказать в образовании им и их будущим потомкам?..»
Поморщившись, Себастиан отложил газету. Внизу страницы, справа, была колдография Рона — он активно жестикулировал и что-то говорил, чёрная мантия с алым подбоем висела нелепо на долговязой нескладной фигуре, из-под широких рукавов выглядывали заляпанные чем-то манжеты простой клетчатой рубашки. Растрепанная рыжая шевелюра и жидкая клочковатая борода не добавляли солидности кавалеру Ордена Мерлина.
Предстоит ещё много чего узнать, помимо того, что колдографии в Пророке стали цветными. Да и проследить судьбы знакомых фамилий очень хотелось, чего тут скрывать. Но где взять столько времени на чтение газет за два года? И вычленение оттуда важной и полезной информации? Кажется, придётся нанять себе секретаря. Странно, но эта мысль не вызвала отторжения. Почему бы и нет, в самом деле.
Барон вздохнул и взялся за принесенный обед. Статья о школе, когда-то ставшей ему домом, всколыхнула множество воспоминаний. И натолкнула на некоторые мысли. Как именно сейчас волшебники легализуются в Британии? Хватит ли его документа о происхождении или, не дай Мерлин, нужны какие-то документы об образовании? Необходимость личного посещения Министерства пугала до трясучки — слишком хорошо он помнил и суд перед пятым курсом и битву в Отделе Тайн. Но нужно взять себя в руки. Просто необходимо выполнить эту крайне неприятную задачу. Дальше будет проще.
Расплатившись, он дошёл до аппарационной площадки и переместился ко входу для посетителей, ранее ему неизвестному.
Двухстворчатые старинные двери и табличка рядом: «Министерство Магии. Административные службы. Часы работы». Удивительно, как просто. Но, вероятно, этот вход как раз предназначался для жителей именно Магической стороны Лондона и только для посетителей. В этом Себастиан очень скоро убедился, попав в круглый светлый зал с множеством проходов вглубь здания. Никаких каминов, сомнительных фонтанов и толп служащих. Несколько авроров на постах, да стойка регистрации. Окошко для справок слева, там же, на стене — подробный поэтажный план с указателями.
Здесь не было лифтов, только широкие мраморные ступени — ведь всего три этажа. Себастиан догадался, что, вероятно, сотрудники попадают сюда другим путем, как раз через Атриум. А уже потом через переходы, внутренние камины в отделах или еще как-то — на свои рабочие места. Вполне разумно, чтобы не создавать толпы людей в основном здании. На сколько барон помнил, через Атриум можно было попасть в исполнительные и законодательные службы — ДМП, Аврорат, Визенгамот, Отдел Тайн, приёмная Министра Магии и прочие органы управления. Здесь же были отделы по гражданским вопросам — Патентное бюро, Отдел регистрации наследования и переписи магических Родов, отдел Образования, Комиссия по учету и контролю волшебных существ, Земельный отдел и многие другие.
Себастиан немного приободрился — риск встретить кого-то знакомого существенно снизился. Он понимал, что никто не узнает его по новой внешности или имени, но боялся сам себя выдать ошарашенным выражением лица.
Колдун на входе вежливо зарегестрировал его палочку, подсказал где находится нужный отдел и пожелал хорошего дня. Хвала Мерлину, в широких коридорах с множеством дверей, барон не встретил ни одного знакомого лица. Люди были, и довольно много. Но они чинно ожидали своей очереди у разных кабинетов и негромко переговаривались. Его провожали абсолютно нейтральными равнодушными взглядами, и снова возвращались к своим бумагам или беседам с соседом в очереди.
Себастиан быстро добрался до Отдела Наследования и регистрации магических Родов. Там еще один почтенный волшебник снял копию с его документа, показал куда приложить печатку для верификации, внёс данные в несколько огромных гроссбухов и выдал справку с печатью Министерства. А потом монотонно уведомил:
— Отныне вы должны регулярно выплачивать налоги в казну и соблюдать законы Магической Британии. Вы можете посещать заседания Визенгамота — для этого переместитесь в Атриум и подайте запрос в службы Визенгамота. Вы можете подавать прошения в Министерство Магии. Так же имеете право регистрировать частные предприятия на свою фамилию, обучать своих детей и детей вассалов в Хогвартсе, поступить на государственную службу, участвовать в выборах Министра Магии, покупать и продавать недвижимость, заниматься научной и торговой деятельностью. Поздравляю вас с возрождением Рода.
Так же ему выдали стопку брошюр и отпустили с миром.
Уставший и переполненный впечатлениями, Себастиан прямо со ступеней Министерства переместился домой и без сил упал в кресло перед камином. Реджинальд немедленно подал вечерний чай и оставил хозяина переваривать насыщенный день в одиночестве.
Теперь можно потихоньку вливаться в общество и претворять в жизнь остальные планы. И пусть сегодня у него не хватило моральных сил на остальные дела в списке, самое большое дело он сделал — узаконил свое существование.
