В Азкабан не летают совы

      Слияние с магией источника было пьянящим, как и новые, совершенно неожиданные знания. Интуитивное понимание некоторых основ магии и устройства мира, давали словно дополнительный орган чувств, ранее атрофированный или отсеченный. Негарри понял, конечно же не без помощи книг, зачем нужны разного рода ритуалы. Ведь действительно, зачем? Если маг может ощущать магию, может питаться силами источников, может чувствовать течение этой самой магии в пространстве?       Библиотека была полна очень древних изданий и рукописей. И пусть большая часть из них давно устарела или носила больше историческую ценность, Негарри, с помощью Эзопа, пытался найти ответы на животрепещущие вопросы. И это удавалось, хоть и не без труда.       Ритуалы несли в себе очень много целей. Возможность выполнить сложное колдовство, при скромных способностях. Возможность сконцентрироваться и правильно настроиться, чтобы совершить волшбу. Способ обмена магией с природой и источником. При должной сосредоточенности и старательности, даже магл мог что-то получить. Удивительно. Ритуалы нужны не абстрактному божеству и не олицетворенной магии. Они нужны самим волшебникам, чтобы сотворить что-то сложное и многоступенчатое. Ведь далеко не вся магия творится одними лишь заклинаниями. Требовалось они и для духовных практик — чтобы слиться с природой, если можно так сказать. Настроиться и уловить невидимые и обычно неощутимые токи энергии. А для кого-то это носило традиционный характер, как элемент заветов предков.       Читать об этом можно было бесконечно, так что пришлось останавливать себя усилием воли. У него в запасе целая жизнь. И сейчас стоит ее максимально обезопасить и легализовать. Для этого и нужен будет ритуал принятия рода — нет отдельного заклинания, чтобы «записать» волшебника в семейное древо или же стереть оттуда. А вот ритуал есть. Для него это будет завершающим штрихом, расчётом пера под длинным свитком самостоятельной работы по трудному предмету. Первым шагом на долгом пути.       И как только Негарри утвердился в решении провести принятие рода по всем правилам и согласно традиций, ему стало легче дышать. Он наконец ощутил себя почти полноценным. Остался небольшой штрих — выбрать себе имя. Свое собственное, никак не связанное с ужасными прошлым, ничем не напоминающее предавших его людей.       В архивах рода не было какого-то особого перечня имён, вроде традиции Блэков звать детей звёздными именами. Но бывший Поттер справедливо полагал — рано или поздно ему придётся объявиться в обществе. И лучше будет, чтобы ни у кого не возкало сомнений в его происхождении.       Какое же имя может носить последний из Бладроузов? Представитель рода пиратов, разбойников, преступников и убийц. Достаточно древнего рода, чтобы внушать этим уважение. Кровавые розы. Что-то это напоминало. Но что? Догадка вертелась на краю сознания.       Негарри завел привычку постукивать тростью в раздумьях и бродить по заброшенной оранжерее.       «Сюда бы Невилла», возникала мысль, стоило переступить порог огромного помещения, состоящего сплошь из стёкол с причудливыми переплетами. Сложная система поддержания нужной температуры и влажности сейчас была в упадке и выжили только самые стойкие растения. И, как ни странно, розы. Они разрослись пышными кустами, заняв большую часть разрушенных клумб. Крупные бутоны цвели, презрев первые заморозки и иней на мясистых темно-зеленых листьях. Магия, не иначе. Будущему барону нравилось здесь ходить, вдыхая насыщенный тяжёлый аромат. Тут хорошо думалось.       Его восстановившаяся идеальная память подкинула картинку из далёкого детства.       Дадли ходил в кино с друзьями на фильм про пиратов. А потом долго и взахлёб пересказывал сюжет умиленно внимающим родителям.       — Да, сынок, я тоже в детстве обожал «Остров сокровищ» и «Одиссею капитана Блада» — ответил Вернон.       Ха-ха! Капитан Блад, ну надо же! Вероятно маглы помнили о семье пиратов лучше, чем волшебники. А кто же автор той книги… Рафаэль Сабатини. Точно. Но имя Негарри не очень понравилось, разве что взять его вторым. Как звали самого пирата по фамилии Блад, он не вспомнил, потому что не знал.       Внезапно он вспомнил о школьной экскурсии в картинную галерею. Его детское сознание впечатлила картина казни святого Себастиана. Его пронзили стрелами, но он выжил и продолжил проповедовать. Потом забили камнями и тело бросили в клоаку. Символично. Ему подходит. Значит решено. Это будет его собственное имя, и ничьё больше.       Негарри выдал домовику деньги из семейной казны и отправил закупить животных для ритуала. В дальнейшем он рассматривал жертвоприношения людьми. Теми, кто бросил его в клоаку. А пока сгодятся и быки с баранами. Он тщательно подготовился, штудируя хроники и описания семейных ритуалов. В нужный момент бестрепетно перерезал горло пяти быкам по очереди, щедро одаривая алтарь их жизненной силой. И мысленно поблагодарил источник острова. За кров и пищу, за знания, защиту и принятие. За открывшиеся возможности и подаренную древнюю историю. За возможность обрести настоящий дом и имя. За наследие одиозных предков и верных слуг.       Себастиан Рафаэль Грей, барон Бладроуз, умел быть благодарным. На указательном пальце правой руки теперь сидело массивное платиновое кольцо с крупным плоским сапфиром. На камне искусно был выигравирован герб — раскрывшаяся роза, оплетенная терновником. Теперь он в полной мере ощущал себя членом этого рода. Чувствовал, как напиталась защита поместья и внутренние зачарования замка. Как туманы окутывают акваторию осторова, отрезая от мира. Теперь он безопасности. И спешить больше некуда. «Торопиться нужно медленно» невесть откуда всплыло в памяти. И это правильно.       Он прикрыл глаза, наполненный удовлетворением и покоем, пролил немного своей крови на алтарь, огладил тёплый камень. Источник тоже был доволен и более ничего срочного от полноправного главы рода не хотел. Только умножения богатства, процветания и наследников. Первые два пункта совпадали с его собственными желаниями, последний… немного поразмыслив, Себастиан решил это пока отложить. Он не готов прямо сейчас, но пообещал источнику, что это непременно случится.       Ему еще только предстоит узнать что такое быть джентльменом и какие отношения у него должны быть с супругой. Какой вообще должна быть жена лорда. В памяти пока что всплывали лишь два известных примера из прошлой жизни — склочный портрет Вальпурги Блэк и холодная Нарцисса Малфой. И оба этих образца леди никак не вязались с его целями в жизни и характером. Да и в конце-концов — ему всего семнадцать лет! Вроде бы… За всеми переживаниями Себастиан совершенно позабыл о течении времени. И теперь понятия не имел ни сколько провел в Азкабане, ни как давно обживается на Острове Розы. Это следует выяснить.       — Господину нужны ещё слуги. Теперь магия источника сможет поддерживать больше домовых эльфов, — Реджинальд, присутствующий в зале, низко, но без подобострастия поклонился. — Однако следует пробудить только самых необходимых.       — А кто у нас есть? — новоявленный барон Бладроуз подошёл к галерее с головами домовиков, задумчиво оглядывая сморщенные маленькие черепа. После Азкабана брезгливость и отвращение умерли в нем навсегда.       — Роберт следил за оранжереей, садом и двором, а так же теплицами с овощами и фруктами.       Себастиан уже не дивился странным именам домовиков этой семьи. Бладроузы хотели принадлежать к высшему обществу и всеми силами это демонстрировали. Определённо что-то в этом было. Да и не нравились ему никогда все эти Тимми, Динки, Винки. Будто собачьи клички. Нет. Его эльфы заслуживают настоящие, достойные имена.       — Сюзанна — горничная, она поддерживала в доме порядок. Ухаживала за гостями, закупала новые вещи, если требовалось, — продолжал камердинер, указывая на нужные головы. Себастиан кивал и укладывал некоторые на алтарь.       — Лита готовила и закупала продукты, прислуживала за столом и следила за кухней. У нее было два помощника — молодые Коби и Лори.       — Одри — нянюшка. Вырастила не одно поколение.       — Ульрих — казначей. Он заведовал сокровищницей и составлял сметы на закупку всего необходимого.       — Этот точно пригодится. — Задумчиво кивнул молодой человек. Сокровищницу он пока не видел, руки не дошли. Но предполагал, что она может оказаться не менее обширной, чем библиотека. И это совершенно точно последнее место, куда он готов допустить слуг-людей.       Пролив ещё немного крови он обзавелся горничной, поварихой и казначеем, которые уже к вечеру предоставили хозяину отчёты и рассказали о нуждах по хозяйству.       От таких бытовых подробностей голова пошла кругом. Даже для обеспечения быта одному ему требовалось закупить множество вещей. А для поддержания замка в приличном состоянии — во много раз больше. Это не говоря уже о параноидальной тяге Себастиана сделать запасы под чарами стазиса — никогда не знаешь, что может пригодиться и когда.       — Реджи, я не знаю как и где всё это купить… — простонал молодой барон, взявшись за голову и скользя глазами по спискам, предоставленным горничной и поварихой.       — Господину самому не пристало таким заниматься, — назидательно проскрипел домовик и без всякого пиетета отобрал пергаменты у хозяина. — Это забота управляющего и экономки. Они составляют договора на закупку всего необходимого и на регулярные поставки продовольствия. Вы же — отдаёте распоряжения да вовремя пополняете хозяйственные счета. И то, лишь на первых порах, чтобы точно знать как всё происходит. Потом — будете лишь подписывать бумаги, одобряя траты управляющего.       — Ох, и где же его взять? — Себастиан с тоской посмотрел в окно, на штормовое море.       — Нанять, господин. Вам стоит посетить Лондон и обратиться в специальную контору. Раньше делали именно так.       Конечно Себастиан уже знал — не одна лишь Косая Аллея да Лютный Переулок составляют магическую сторону Лондона. Но об остальных улицах имел весьма смутное представление. Как и способах перемещения между ними. Ведь действительно, насколько он помнил, по Косой Аллее волшебники перемещались пешком. Ну а дальше? Исхаживали не один квартал до нужной лавки или конторы? Или аппарировали прямо к порогу? Но это если уже точно знаешь куда тебе нужно. А если еще нет? Неужели все ходят на волшебную сторону именно через «Дырявый котел»?       — Эзоп сейчас все принесёт, — архивариус выслушал проблему хозяина и вскоре вернулся с тонким альбомом, который оказался атласом магических поселений.       Себастиан даже представить себе не мог, что кто-то взял на себя труд подробно и дотошно зарисовать все известные зоны жизни волшебников. А с другой стороны — почему нет?       Атлас содержал детальные карты и молодой человек внимательно изучил магические улицы Лондона и все пояснения к ним. Он уже знал — волшебники крайне консервативны. Так что можно не опасаться изменений. Всё, что было почти век назад — осталось на своих местах.       Так он узнал, что сразу за Гринготтсом начинаются две параллельные улицы — Цветочный Бульвар, завершающийся площадью Мерлина, и Ремесленный Клин. А если выйти из «Дырявого котла» и идти не вперед, как он привык, а вправо — будет Переулок Аптекарей, который как раз упирался в Клин. Все рядом, все удобно. И на каждом пересечении улиц есть площадка для аппарации. Координаты были начертаны прямо в атласе. Очень удобно.       Было и еще много разных улиц, как просто жилых — вот сюрприз — так и торговых, деловых, развлекательных. Себастиан обнаружил театр оперы и балета, цирк, филармонию, рестораны, старинные пабы, нашел где расположены официальные проходы в больницу Св. Мунго и Министерство Магии, различные клубы и даже публичная Библиотека.       Новое потрясение он пережил уже немного спокойнее. Только внутри скреблась глухая злость на Дамблдора. Это чувство уже не было таким сильным и глубоким, как прежде. Новый статус и знания сильно изменили бывшего героя, он стал куда рассудительнее и спокойнее. Месть — блюдо, которое подают холодным. Он доберётся до каждого, кто участвовал в афере директора и кто знал о подмене. Выяснит кто и какое отношение имел к этому. И каждый получит по заслугам.       Нет, он вовсе не вообразил себя карателем и вершителем судеб. Это будет его личная вендетта, закрытие старых долгов. И совершенно плевать какое влияние на политику окажут его действия. Так поступали предки. Так поступит и он. Но сначала предстоит очень многому научиться и очень во многом разобраться. Чтобы мстить — надо что-то уметь. А Себастиан пока может лишь распоряжаться своими домовиками, да бросаться Экспеллиармусом. Более чем скромные достижения.       Поэтому действовать нужно последовательно и аккуратно. И начинать с насущного.       Следовало наведаться в Гринготтс, обзавестись совой и наконец узнать что творится в волшебном мире. Выяснить сколько времени прошло с момента его заключения в Азкабан. И разобраться со своим положением в обществе — наверняка потребуется оплатить какие-нибудь налоги и зарегестрироваться в Министерстве. Всё-таки он не простой обыватель, а целый барон. К этому тоже стоит подготовиться морально.       За время своего добровольного затворничества в замке Себастиан сильно отвык от людей и опасался растеряться в самый неподходящий момент. Страх быть узнанным пока до конца не ушёл.       — Придерживайтесь этикета, господин, — советовал Реджинальд. — Не здоровайтесь первым. Это только с гоблинами и министром. Помните, вы — лорд. Все вокруг ниже по положению. А равных себе без труда отличите. Будьте сдержаны и неторопливы. На первых порах этого достаточно. Тонкостям вас обучит специалист, которого наймете.       После долгих тщательных размышлений, Себастиан решил, что в вопросах происхождения следует придерживаться полуправды. Чем меньше будет вранья в его истории, тем легче в неё поверят окружающие и тем проще будет ему самому. Все события прошлой жизни можно подогнать под новую реальность и просто чуть изменить. Вуаля — стройная автобиография готова. Он потратил некоторое время на мысленное заучивание и подгонку фактов, чтобы все улеглось в голове и не вызывало потом трудностей при ответах на вопросы. Можно сказать — сделал новый шажок вперёд.       Теперь вся его новая жизнь состояла из маленьких, но очень важных шажков на пути к промежуточным целям и этапам. Планирование стало его новой чертой характера. Себастиан теперь чётко знал что следует сделать, за какие дела браться в начале и чем все должно закончиться.       Для начала следует занять свое место в обществе и начать изучать это самое общество. То, что маленькие волшебники впитывают буквально с молоком матери — ему предстоит учить с самого начала. Этикет, риторику, геральдику, элементарную политику. Нужно практически заново учиться колдовать и приобрести новую палочку. Как бы хорошо Бузинная ни ложилась в руку, а это слишком узнаваемый артефакт, чтобы светить им прилюдно. Только как оружие последнего шанса — необнаружимое никем, неизвестное никому. Да и арсенал известных ему заклинаний был просто смешон. Теперь Себастиан это понимал.       Прежде у него не было мышления волшебника, отношение к магии было как к школьному предмету. Но поздно стыдиться. Нужно обучаться всему — от завязывания шейного платка до проклятий. Его главная цель теперь — колдовать так же легко, как дышать. Не задумываясь и не подбирая нужное заклинание несколько минут. Это потребует годы и годы практики, обширной теории и море терпения. Теперь, когда его не пихают на линейные рельсы и не взращивают для единой цели — всё доступно и осуществимо. Никто не помешает барону Бладроуз стать настоящим волшебником.       Потребуются учителя. Грамотные и неболтливые. Уже немного разобравшись по книгам и словам Реджинальда в устройстве магического мира, Себастиан был вполне уверен — таких людей предостаточно. Остаётся только выбрать лучших.       Но первым делом ему нужна информация. И деньги.       В сокровищнице замка Себастиан ещё ни разу не был, ограничиваясь услугами Реджинальда, который доложил что галеоны дома есть, хоть и немного. Теперь же стоял на пороге, в сопровождении степенного Ульриха, и боролся с желанием протереть глаза.       Самый нижний уровень подземелий был защищён невероятно надежно — спуститься по широкой каменной ллестнице глубоко под левое крыло замка, миновать несколько сложнозачарованных дверей и длинных переходов. Везде требовалось приложить кольцо главы и окропить кровью. И только после этого он вступил в первое помещение, являющееся демонстрационной комнатой. Как пояснил Ульрих — здесь обычно отмерялось нужное количество ценностей, сортировалась добыча, проходила примерка драгоценностей, вещей или оружия. В специальном шкафу содержались различные зачарованные сумки, кошельки и мешки, чтобы удобно было приносить и выносить ценности. Здесь же, на отдельном столе, лежали аккуратно заполненные каталоги, изучать которые можно было бесконечно. Поэтому сначала Себастиан решил просто оглядеться и положиться на верного эльфа, уж он тут знал каждую пылинку.       Сокровищница вовсе не была похожа на картинку из мультфильма или детской книжки. Из первой комнаты вёл длинный, довольно широкий и хорошо освещенный коридор, по сторонам которого, до самого конца, было множество массивных надежных дверей. Каждое помещение служило складом отдельной категории ценностей. Везде царил идеальный порядок и чистота. Всё хранилось с специально зачарованных сундуках, футлярах, шкафах, стойках и шкатулках.       Здесь было все, что только можно было себе представить — картины, скульптуры, посуда, украшения, ткани, ковры, гобелены, тончайшие кружева, драгоценные камни, чеканные монеты, золотые самородки и слитки, серебро, обсидиан, мрамор, специи, благовония, даже предметы веры разных религий.       Он ходил по комнатам, не веря своим глазам. И что-то подсказывало — это ещё не всё. Действительно, в дальних помещениях были артефакты, оружие, доспехи, одежда, волшебные палочки, посохи, жезлы, амулеты. Отдельно небольшое хранилище редчайших книг, рукописей, глиняных табличек и инкунабул. Себастиану не хватало знаний, чтобы понять насколько ценны эти вещи, но их старина говорила сама за себя. Его предки хранили здесь столько всего, что можно было не думать о будущем еще многим поколениям Бладроузов. Однако, Себастиан вовсе не собирался бездумно тратить унаследованное и всерьез планировал однажды что-то добавить сюда и от себя.       Теперь проблема покупки новой палочки не стояла — он выбрал новую из семейной коллекции. И она ему прекрасно подошла. Десять дюймов, упругая, часть плаща дементора и чёрное дерево. Ничего неожиданного. Но о начинке лучше не упоминать.       Себестиан усмехнулся. Он знал, что на его бледном, мало эмоциональном лице, любое движение губ выглядит зловеще. Впрочем это было неважно. С помощью Ульриха он набрал в специальную сумку золотых и серебряных слитков — в любом случае стоило пополнить счета рода в банке. Да и расходов предстоит очень много. У молодого барона были грандиозные планы.