За гранью

(◕‿◕✿)

Ветер неспеша колышет ветви деревьев и прохладную водную гладь. Тишина вокруг вселяет спокойствие и умиротворение. Все живое еще не отошло от глубоко сна, даже самые ранние птицы еще не щебетают о повседневном. Кажется, никто не смеет нарушить ту благодать, что наконец-то улеглась на поселение. Сколько сейчас? Часа три, а может уже и четыре ночи. Все тихо, но лишь до того момента, как тишину прорезает самый тоскливый и убивающий вой, что заставляет мирно спящих птиц улететь прочь, а жителей деревни невольно вывалиться на узкие, поросшие цветами, улочки.Все, еще только протирая заспанные веки, уже понимают: «оно случилось». Одновременно, радостное и самое горестное событие в их племени за многие годы. В этот день родился один и умер другой; родился наследник и умерла любовь вожака. Все племя тосковало и не смело беспокоить главу, они все понимали, он остался без мужа, а на руках был новорожденный омежка, совсем слабенький и хрупкий, словно хрусталь. Все лишь по умолчанию старались помочь и как-то поддержать альфу, но боялись обратить гнев тоски на себя. Но они знали, их вожак придет в себя, он не бросит своих людей, и даже после такого горя, будет стоять каменной стеной. Нужно лишь время, которое они ему дают.

***

Маленький, светловолосый омега стоял у дома своего вожака, нервно перебирая края своей рубахи и прикусывая раскранесвшиеся губки. Его, совсем еще хрупкое сердечко, разрывалось от волнения за альфу, а волчонок внутри все громче скулил от тоски и желания утешить взрослого. В его возрасте волчата обычно уже во всю раскрывают свою сущность и носятся зверем по всему поселению и близлежайшим территориям. Но только не этот малыш. Он был запоздалым, в этом плане, но умом отличался от сверстников очень явно. И такое маленькое сердечко поселило в себе огромную привязанность к взрослому волку, которую все в поселении списывали на «поиск отцовской любви», ведь у малыша был лишь папа и старший брат альфа. Малыш Тэхен, шмыгая носиком, пытался сдержать слезы, порываясь забежать на крыльцо деревяного дома и попроситься к вожаку, но его останавливают нежные ладони папы, что поворачивает сына и крепко прижимает к своей груди, успокаявая. — Милый, к дяде Чонгуку пока нельзя, ему нужно отдыхать и следить за малышом, — омега обхватывает маленькие щечки, позывая тем самым смотреть в глаза. — Нужно еще время и тогда вы снова увидитесь и ты сможешь познакомиться с новым членом стаи. — Но мне надо его успокоить.. Я помогу ему с малышом! Порывы волчонка лишь вызывают теплую улыбку. Он ведь сам еще совсем малыш, всего 8 лет от роду. Старший треплет сына по копне кудрявых волос, берет за миниатюрную ручку и собирается увести домой, но их останавливает, вышедший глава из своего убежища. Чон, мягко улыбаясь ребенку, приглашает в объятия, от чего Тэ сразу же в них бросается, что-то мямля в шею, одной рукой похлопывает по спине, принимая роль «психолога».

***

Так летят дни, месяцы, годы. Тэхен превращается в очень привлекательного омегу, что так и не может открыть свою волчью сущность, из-за чего все в стае его сторонятся, кроме вожака и его сына-омеги, что уже вовсю бегает и колотит альф-ровестников. Чонгука горе отпускает, все поселение постепенно свыклось и забыло ту роковую ночь, что оставила огромную дыру в сердце вожака. Нет, не подумайте, Чонгук безумно любит своего ребенка, души в нем не чает, но это не та любовь, что испытывал альфа к своему омеге, пусть даже не истинному. Чону уже 28, он сомневается, что сможет найти того самого, да и не старается вовсе. Ему и не за чем, за его спиной целое племя, что разрастается с каждым годом, а совсем подле него две очеравательных омеги, что скрашивают его «скучные» денечки. А Тэхен и вовсе старается всюду следовать за альфой, чему тот и не сопротивляется, зная, что младшему нужна защита, ведь в свои 18, он является самым необычным членом стаи.. Жизнь идет своим чередом. И только водная гладь остается такой же прохладной и чистой, не желая принимать никакие, даже малейшие изменения. Тэхен наблюдает за рекой, кидая маленькие камушки и теряясь в мыслях о будущем. Он уже давно понял свои чувства к вожаку, что давили, стесняли, не давая покоя каждый раз, когда альфа спокойно мог обнять, поотечески оставить невесомый поцелуй в висок. На Кима давило все разом, еще и внутренний волк никак не хотел выходить на контакт, что удручало, потому что, какой он блин волк, если не может им обернуться… Сегодня омеге 18. Вроде должен быть праздник, но именинник решил скрыться от позора подальше, заседая в кустах на берегу. Чувства внутри кусались, сердце неприятно кололо, глаза щипало от наворачивавшихся слез. Это все так сложно.. Слышать такой уже родной голос без возможности рассказать о чувствах, видеть это лицо, которое не можешь расцеловать нежно.. Смотреть каждый день на губы, слегка шершавые на вид, но наверняка очень сладкие и приятны, и сдерживать в себе порывавшееся все время желание прикоснуться к ним своими губами…Не иметь возможности прикоснуться с должной нежностью к любимым рукам.. А в объятьях сдерживать себя от желания закопаться носом в гладкую шею, поближе к пахучей железе, чтобы по-настоящему насладиться этим запахом… О да.. Запах этого альфы. Он сводил с ума, срывал крышу и бросал все тело в мелкую дрожь. Слегка резковатый аромат манил к себе похуже самых сильных магнитов. Удивительно, что омега многие годы сдерживает себя и свои желания. Может это все и неправильно, но Тэхена это давно перестало волновать. Косые взгляды, насмешки и шепот за спиной давно уже не вызывали краску на белоснежной коже лица и не щемили сердце. Он уже много лет, не давая себе должного отдыха, помогает вожаку во всем, чуть ли не заменяя маленькому наследнику папу, хотя сам еще ребенок. Первое слово, сказанное Дохеном(так назвали сына главы), не было посвящено родителю, что даже никак не обидело Чонгука. Маленький омега смело выкрикивал, в свои 13 месяцев, милое «Тэ». Видать перенял так говорить у своего отца. Этому ходило и умилялось всё поселение еще очень долго, пока малыш не начал осваивать и другие слова. А Тэхен плакал. Просто искренне плакал, что тогда, что сейчас, вспоминая все яркие моменты, связанные с этой семьей. Горячие, соленые слезы стекали по щекам крупным градом. Нос давно заложило, из-за чего по окрестности разносились громкие всхлипы, пытающегося хоть как-то дышать, омеги.Парень пытался успокоиться, заглушить прорывающуюся боль, но выходило ужасно. Он, сам того не заметив, выпускал слишком много сладкого тягучего природного запаха, чем привлек внимание к своей персоне. —Тэ-Тэ..? — альфа, любовь всей жизни этого омеги, не скрывая волнение, опускается на колени, затрагивая плечо. — Что случилось? У тебя течка? Тебя кто-то тронул? Как гром среди ясного неба. Течка. Как.. Как Тэхен мог не заметить, резко подступившую течку.. Может это боль в сердце заглушает все остальное.. Не важно. Ему нельзя, нужно убежать, спрятаться, укрыться, переждать. Нельзя и дальше позориться. Тем более, перед этим человеком. Действия, после нервных мыслей, не заставляют себя долго ждать. Омега срывается со своего места. Бежит. Бежит без оглядки куда-то в лес, совсем не слушает, что кричит альфа сзади, совсем не думает о том, что если вожак захочет, то даже самые быстрые лапы не спасут его.Но ему дают скрыться в величественном лесу. Ким не знает сколько уже бежит. Ноги уже не выдерживают нагрузки, сердце бешено бьется, живот скучивают, с каждым моментом усиливающиеся, спазмы. В один момент он просто падает под огромным дубом, что добро скрывает омегу своим массивным стволом, защищая.

***

Альфа не понимает, волнуется, но все равно дает скрыться фигуре младшего. Он все понимает и дает ему время, хотя сердце готово разорваться, а волк внутри рычит, рвет внутренности длинными когтями, требуя сию секунду сорваться к омеге. Догнать. Поймать. Прижать. Успокоить. Приласкать. Защитить. Словно немые приказы стучат по вискам, пробуждая сильную головную боль. Еще немного... И этот малыш станет его... Вот уже на протяжении года, Чон разрывает себе сердце, голову и совесть. И все потому, что начал чувствовать нечто большее к омеге, которого чуть ли не воспитал... Его внутренний волк, по непонятным альфе причинам, желал быть все ближе к Киму. Всегда. Чтобы защитить, уберечь от всего на свете. Это угнетало. Давило.Но именно сегодня, когда вожак с раннего утра готовил праздник для младшего, его волк взбунтовался, подавляя весь здравый смысл, заставил отправиться на поиски омеги. Он скребся и скулил, чувствуя , видимо, что-то неладное. Именно этот день станет ключевым. Либо Гук обретет любовь, либо оттолкнет от себя очень родного человека.Время утекает водопадом, альфа не выдерживает. В ту же секунду одежда со скрежетом разрывается, а песок разлетается из под лап громадного черного волка. Вожака, что всем видом излучал злость и волнение. Он несется, вскоре оказываясь в лесу. Идет по сладкому следу, легко маневрируя между деревьями, разрывая когтями землю под собой. Спустя минут тридцать, зверь выбегает к дереву, удивляясь тому, как его хрупкий омега умудрился так далеко забежать, тут и до границы территории не так далеко. Оборачиваясь человеком, никак не стесняясь своей наготы, обходит широкий ствол. Между массивными корнями выглядывает белоснежная шерсть. Там, внизу, лежит миниатюрный волк, его омега. Он скрутился калачиком, тихо поскуливая. Видимо совсем замучался из-за течки, да еще и столько пробежал.. Как же ему больно.. Хмуря черные брови, Чон спускается к Тэхену, легко, чтобы не пробудить, гладит мягкую спину, еще больше дивясь красоте. Потом также аккуратно, но очень легко поднимает волка на руки и уносит к ближайшей пещере, чтобы спокойно переждать ночь в дали от назойливых глаз. Укладывая омегу на гладкий камень, удаляется, чтобы, через короткий промежуток времени, развести огонь. Ведь младшему нужно больше тепла. Убедившись в надежности пламени, альфа вновь становится волком, тихо ступая к Киму, укладывается позади, как можно ближе, чтобы, дополнительно, делиться и своим теплом. Реакция омеги не заставляет себя долго ждать, тот жмется ближе сам, немо прося тепла и ласки, чувствуя родной запах рядом. Гук аккуратно начинает вылизывать уши, медленно переходя на холку, ближе к пахучей железе. Ну не может он себе отказать в таком удовольствии.. Его волк сейчас непослушен, взвинчен, находясь рядом с таким нужным омегой. Признает его, хочет пометить своим запахом и сам трется, желая носить на себе больше сладости. От нежных вылизываний и трений, белый просыпается, принюхивается и прислушивается. В моменте, резко подскакивая, смотря на волка рядом с поджатыми, от страха, ушами. Порывается убежать.. но спотыкается, а на голые камни плюхается уже, ничего не понимающий, голенький омега. — Чонгук..?