Курс реабилитации

      Несмотря на пронизывающую прохладу ночи, Чуя спал крепко, словно вымотанный долгим днём и напряжёнными мыслями. Укрытый тёплым пледом, он облокотился на стол в беседке и так уснул до самого утра. Вокруг царила тишина, прерываемая лишь шелестом листьев и редкими звуками ночного порта. Холодный воздух проникал сквозь щели беседки, но плед надежно согревал его, создавая небольшой островок уюта посреди прохлады ночи.       С первыми лучами рассвета, когда температура начала падать ещё сильнее, Чуя почувствовал, как холод пробирается к телу, вызывая дрожь. Медленно открыв глаза, он в первые секунды не мог понять, где находится — окружающая природа и деревянные балки беседки казались чем-то далёким и незнакомым. Воспоминания о том, как он уснул здесь под открытым небом, постепенно всплывали в его сознании. Он сел, обхватил себя руками, стараясь согреться, и глубоко вздохнул. Но деваться было некуда. Укутавшись в плед как можно плотнее, Чуя встал со скамейки и медленно поплелся в дом, ежась от холода. Подойдя к двери, он дернул со всех сил, но дверь оказалась заперта. Увидев это, Чуя мгновенно проснулся.       На улице стоял пронизывающий холод, который проникал до самых костей. Из тёплой одежды у Чуи была лишь лёгкая кофта и плед, которым он укрылся, пытаясь сохранить хоть немного тепла. Дверь в дом была крепко заперта, и никакие попытки открыть её не увенчались успехом. В этой ситуации у Чуи не оставалось выбора — он тихо развернулся и, сжав плечи от холода, медленно побрёл обратно в сад.       Чтобы хоть как-то согреться и не дать морозу парализовать тело, он начал неспешно бродить туда-сюда по дорожкам, ощущая под ногами хруст замёрзшей листвы и слушая, как ночной ветер шуршит в кронах деревьев. Время тянулось медленно, а холод всё сильнее пронизывал одежду и кожу. Сердце билось ровно, но с каждым шагом хотелось лишь одного — найти укрытие.       И вот, спустя некоторое время, проходя мимо беседки, Чуя заметил на деревянной лавочке большой пакет, аккуратно сложенный и прикрытый запиской. Он остановился, наклонился и прочитал: «Утром будет холодно, а дверь до 8:00 заперта». Это было всё, что было написано — краткое, но чёткое предупреждение.       Отложив записку в сторону, Чуя осторожно взял пакет и, развернув его, увидел внутри тёплое чёрное пальто и знакомую рубашку с серой жилеткой — его любимый комплект одежды, который он давно не видел. Он быстро надел пальто поверх кофты, чувствуя, как тепло начинает медленно возвращаться в замёрзшие конечности.       Однако, тут же перед Чуей встала новая проблема. Двери в дом открывались ровно в 8:00 утра — в то время, когда вся семья обычно собиралась за завтраком.       Воспоминания о вчерашнем опоздании остро всплывали в его памяти, и он категорически не хотел повторять ту ошибку. Но выбора у него было немного: либо переодеться прямо здесь, на улице, в саду, прежде чем войти в дом, либо вновь опоздать и выслушать недовольство.       Из двух вариантов Чуе гораздо больше нравилась первая мысль. Несмотря на холод и неудобства, он предпочитал подготовиться заранее. Тем более, что он всё равно проводил время, бродя по саду без дела, пытаясь согреться и занять себя мыслями.       Решив действовать, он начал внимательно осматриваться вокруг, присматриваясь к укромным уголкам сада, где можно было бы переодеться без лишних взглядов и ветра. Он заметил густые кусты, которые образовывали естественную преграду от посторонних глаз, а также небольшую нишу у стены беседки, где можно было бы укрыться от ветра. Медленно и осторожно, чтобы не привлечь внимания, Чуя направился к одному из таких укромных мест, мысленно готовясь к предстоящей задаче — переодеться на морозе, сохранив при этом достоинство и тепло тела. В душе он надеялся, что этот небольшой дискомфорт окупится.       Переодеваясь, Чуя прыгал на одном месте и стучал зубами, отчаянно пытаясь не замёрзнуть. Холод пронизывал до самых костей, и каждое движение казалось борьбой. Уже надевая обратно кофту, он внезапно заметил движение возле кустов — там кто-то стоял. Этот кто-то оказался брюнетом с растрёпанными волосами, словно гнездом на голове, и в тот самый момент, когда Чуя подпрыгнул от неожиданности, фигура шагнула вперёд.       — Ты продолжай, продолжай! — с улыбкой произнёс незнакомец. — Ты так забавно прыгаешь на одном месте. Словно кенгуру, в курсе об этом?       Чуя, пытаясь прийти в себя после неожиданной встречи, проигнорировал шутливые слова и, нахмурившись, спросил:       — Что ты здесь делаешь? Что забыл у этих кустов так рано?       Дазай пожал плечами, будто стараясь скрыть своё волнение.       — Я? Абсолютно ничего особенного. Просто решил выйти на прогулку, — ответил он, слегка улыбаясь. — Сегодня не спится, вот и решил проветриться. А ты тут что, тренировку устраиваешь или просто с холодом борешься?       Чуя взглянул на Дазая с лёгкой подозрительностью, не скрывая раздражения:       — Если ты забыл, то я напомню: это ты оставил меня здесь и даже не разбудил. Благодаря кому я тут зубами стучу?       Дазай улыбнулся уголком губ, не теряя самообладания:       — Благодаря себе, — ответил он спокойно. — Не я уснул на улице. В следующий раз не засыпай где попало.       Сказав это, он без лишних слов развернулся и направился к дому, словно намереваясь оставить разговор на этом. Чуя, почувствовав, что время уходит, поспешил привести себя в порядок, стараясь не отставать.       Подойдя к дому, Дазай легко открыл дверь и, не оборачиваясь, вошёл внутрь. Чуя, молча следуя за ним, направился к лестнице, не желая вступать в дальнейшие споры. В этот момент ему больше всего хотелось уединиться в своей комнате, укутаться в тёплое одеяло и согреться горячим напитком, чтобы наконец-то избавиться от пронизывающего холода.       Но планы Чуи неожиданно рухнули. Зайдя в комнату, он сразу услышал тихое вибрирование — телефон где-то звенел на кровати. Подойдя ближе, он начал на ощупь перебирать подушки и одеяло, пытаясь найти устройство. Наконец, достал телефон и взглянул на экран. Время на дисплее выдавало раннее утро, а имя звонящего заставило его удивиться — это был наставник. На экране мигали сразу четыре пропущенных звонка и два новых сообщения в чате реабилитации.       «Завтра в 9:00 будет групповой сеанс. Просьба всем быть и не опаздывать», — значилось в одном из сообщений, отправленном вчера поздним вечером, в 22:03.       Чуя тихо пробормотал, недоумевая:       — Почему сообщение отправили не в полночь или в час ночи, а именно в десять вечера?       Однако, его возмущение прервал новый звонок. На этот раз он быстро ответил, и в голосе наставника сквозила явная тревога и раздражение.       — Ты где с… кхм… со вчерашнего дня?! Я тебе дозвониться пытаюсь!       Чуя был поражён такой настойчивостью, но сумел сохранить спокойствие. Его голос прозвучал ровно, с оттенком удивления:       — В доме Осаму?       — Это ты меня спрашиваешь? — в голосе Чуи слышалась лёгкая ирония, которая немного остудила пыл Фукудзавы. — Значит так: через час будь у центра. Понял?       — Понял, — ответил Чуя, отключая телефон.       В следующий миг телефон Чуи вновь разорвался от вибрации звонка. Не глядя на экран и не желая вступать в очередную перепалку, он просто отклонил вызов. Но звонки не прекращались — еще три раза подряд телефон настойчиво требовал внимания, словно наставник решил превзойти все рекорды настойчивости.       Наконец, будто устав от безуспешных попыток, телефон замолчал. Но тишина длилась недолго. Через минуту в комнате неожиданно зазвучал телевизор — громкий, резкий писк, сопровождаемый мерцающим экраном и сообщением о входящем звонке. Чуя почувствовал, как у него начал дергаться глаз — верный признак, что нервное напряжение достигает предела.       — Ну всё, — пробормотал он, — сейчас я точно с ума сойду.       Не раздумывая, схватил вилку и выдернул телевизор из розетки. Наконец, наступило спокойствие. «Всё, что наставник хочет сказать, он скажет при встрече», — решил Чуя, пытаясь вернуть себе душевное равновесие. В конце концов, у него были свои дела.       Он только открыл дверь, чтобы отправиться на завтрак, как вдруг из ванной раздалась мелодия звонка. Чуя нахмурился, не понимая, что происходит, и направился к источнику звука. Войдя, он увидел, что панель управления душем светится, а на экране — входящий вызов от наставника.       В этот момент правый глаз Чуи начал дергаться с такой силой, что казалось, будто его голова вот-вот отправится в свободное падение. По старой привычке, хоть и не будучи человеком верующим, он невольно сделал знак креста.       — Ну нахер, — выдохнул он, — это уже перебор.       Чуя просто сложил руки в карманы брюк и, стараясь сохранить спокойствие, вышел из комнаты в столовую. Уже на пороге он столкнулся с Коё. Едва она увидела его, то сразу остановилась, бросила взгляд через его плечо — там, словно зловещий призрак, продолжал неумолимо литься мелодия. Коё снова посмотрела на Чую с вопросительным выражением лица, ожидая объяснений.       — Простите, — начал он, слегка смущаясь, — понимаете, мой наставник очень упрямый… Он, в общем, начал звонить даже на панель душа, пытаясь до меня дозвониться.       Коё приподняла бровь и, казалось, на миг задумалась, не сошёл ли Чуя с ума. Но любопытство взяло верх, и, попросив разрешения, она последовала за ним в комнату, а затем и в ванную.       Там она увидела ту же самую картину, что и Чуя несколько минут назад: панель управления душем светилась ярким экраном с входящим вызовом от наставника, а в воздухе висела та самая мелодия звонка, которая уже успела стать символом навязчивости.       Коё покачала головой и с улыбкой сказала:       — Ну что ж, если твой наставник решил освоить новые технологии, то, похоже, ты попал в эпицентр цифровой штурмовщины.       Чуя вздохнул и ответил:       — Если он начнет звонить через холодильник, я точно сбегу в лес и буду жить с белками.       Они оба рассмеялись и Коё предложила:       — Давай я помогу тебе отключить эти звонки, а ты пока пойдешь завтракать. Нам обоим нужна передышка от этой цифровой атаки.       Чуя кивнул и направился в столовую, ощущая, что с таким союзником как Коё, справиться с навязчивым наставником станет хотя бы немного проще. Но стоило ему спуститься вниз, где кухня была совмещена со столовой, как он застыл на месте: вся семья, словно загипнотизированная, смотрела в сторону холодильника.       Переведя взгляд туда, Чуя не смог сдержать удивления и вырвалось:       — Ебать мой хуй…       Мгновенно осознав, что его слова прозвучали слишком резко, он поспешил извиниться, ловя на себе растерянные взгляды:       — Извините, просто… вы сами посмотрите.       На дверце холодильника, где обычно отображалась температура и режимы работы, ярко светился входящий звонок с номером Фукудзавы — его наставника.       Чуя почувствовал, как кровь приливает к лицу, и, отойдя от шока, быстро развернулся и направился прочь из кухни. Никто из семьи не пытался его остановить — все, казалось, были слишком заняты этой технологической аномалией.       Добравшись до прихожей, он услышал позади себя голос Коё:       — Куда это ты собрался?       Чуя остановился, обернулся и, стараясь сохранить невозмутимость, ответил:       — В лес сбегаю… Жить с белочками.       Увидев на лице Коё непонимание, он закатил глаза и добавил, напоминая ей свои слова:       — «Если он начнет звонить через холодильник, я точно сбегу в лес и буду жить с белками.»       Коё чуть не рассмеялась, но вовремя сдержалась, хотя удивление в её взгляде выдавалось явно.       — Да ну н… — пробормотала она, словно не веря своим ушам.       — Вот и я о том же, — сказал Чуя, нажимая на ручку двери.       С лёгким вздохом он закрыл за собой входную дверь, оставляя позади цифровую одиссею и, возможно, единственный в мире холодильник, который пытался дозвониться до человека.       Выйдя на улицу, он глубоко вдохнул свежий воздух и подумал, что, может быть, лес и белки — это именно то, что ему сейчас нужно. Там, по крайней мере, никто не будет звонить через бытовую технику. Пока что.       И всё же, как бы заманчиво ни звучала мысль сбежать в лес и жить среди белок, Чуя собрался с духом и направился к автобусной остановке. Сегодня ему нужно было ехать в центр.       Спустя пять минут подъехал нужный автобус, и Чуя, заняв место у окна, наблюдал, как знакомые улицы мелькают за стеклом. Он почти не думал о навязчивых звонках и холодильнике — сейчас его мысли были сосредоточены на предстоящей встрече.       Доехав почти до самого центра, Чуя вышел на остановке и направился в сторону, где его уже ждал Фукудзава. Наставник стоял, сложив руки на груди, взгляд его был неподвижен и сосредоточен.       Подойдя ближе, Чуя встал напротив него, и их взгляды встретились в безмолвной игре в гляделки. Ни один не хотел уступать, словно между ними разыгрывалась невидимая дуэль воли.       В этот момент у Фукудзавы зазвонил телефон. Он быстро достал устройство, отступил на несколько шагов, чтобы разговор не был слышен Чуе. В этот момент Чуя произнёс своё фирменное «Ц».       Развернувшись Чуя направился в здание неподалёку. Войдя внутрь, он отметился на регистратуре, после чего уверенной походкой двинулся к кабинету.