Два избранных

      — Ты на стороне проигравших, Поттер! Я предупреждал тебя! Я говорил тебе, что нужно тщательно выбирать себе компанию, помнишь? Когда мы встретились в поезде в первый день в Хогвартсе? Я говорил тебе, не общаться с этими отбросами! — он дёрнул головой в сторону Рона и Гермионы. — Слишком поздно, Поттер! Они умрут первыми, когда Тёмный Лорд вернётся! Грязнокровки и магглолюбцы будут первыми!       Как говорил отец, связи с магглокровками ничего не дадут, эти недомаги утянут на дно, и только потомственные аристократы должны править миром, не давая сорнякам разрастись.       Не успел он закончить, как внезапно его прошибла режущая боль, а глаза заволокла тьма, но закричать или дотронуться до лица, которое горело от ран, оставленных летучими мышами, ему не дали заклинания, наложенные всем составом.       Пошевелиться ни он, ни его увальни не могли, а остальным, казалось, было абсолютно всё равно на них! Ну ничего, он расскажет обо всём отцу, а уж тот...       Что тот сделает, Драко не придумал. Поезд остановился, и из вагонов повыскакивали дети разных возрастов, некоторые из которых не стеснялись наступать на представителей благородных родов!       — Что за неудачники, — голос Пэнси Паркинсон прозвучал рядом, и Драко заполонил гнев.       А после того, как девушка наступила ему на ногу, так и вовсе — сплошная ярость. Она пожалеет об этом, уродка! Разве не видно, что их прокляли?!       Вскоре все вышли из поезда, а они так и остались внутри. На Малфоя стала накатывать паника. Он пытался кричать, шевелиться, однако чары держались крепко. Поезд отправился в путь.       Неужели никто не проверяет поезд на наличие учеников? Что за дурацкая школа! Отец будет недоволен произволом.       Несмотря на бахвальство, страх постепенно застилал разум. Если его не найдут? Он же умрёт!       Был бы Малфой не заколдован, из глаз непременно бы потекли слёзы. Когда прошла, по ощущениям, целая вечность, его мысли перетекли в другую сторону — сначала на Поттера, потом на его никчёмную компанию, а потом на близнецов Уизелов. Жаль, что Драко не рассказал всем об их секрете, пожалел этих нищебродов. Сейчас бы эти двое поостереглись бы нападать на него!              Май выдался на редкость душным. Каменные коридоры Хогвартса, обычно дарящие спасительную прохладу, теперь напоминали прогретые склепы. Драко Малфой возвращался из библиотеки кратчайшим путём, через заброшенный коридор восточного крыла, где пыльные гобелены скрывали трещины в стенах, а доспехи стояли без шлемов. Он завернул за массивную статую Ульрика Несносного — волшебника, прославившегося тем, что довел до инфаркта трех министров магии, — и замер, не в силах поверить в увиденное.       У подножия статуи полулежали Фред и Джордж Уизли и жадно целовались. Они были так увлечены, что не заметили его шагов. Один близнец запустил пальцы в рыжие волосы другого, второй — крепко держал брата за воротник мантии. У Драко все внутри перевернулось.       Несколько секунд он стоял, парализованный брезгливым любопытством, отмечая, что вокруг нет ни малейшего признака отталкивающих чар или заглушающего заклинания. Идиоты рыжие.       — Фу, — громко и презрительно выдохнул Малфой, — какая мерзость: два брата-кровосмесителя. Даже от семейки Уизли я такого не ожидал.       Близнецы отпрянули друг от друга и уставились на него с непередаваемым выражением лица. Глаза Фреда (или это был Джордж?) расширились, но лишь на долю секунды. В следующее мгновение оба уже были на ногах, и направили палочки прямо в переносицу Драко.       — Малфой, — охрипшим голосом сказал один из близнецов. — Ты только что совершил огромную ошибку.       — Не думаю, Уизли, — протянул Драко, скрестив руки на груди, хотя сердце бешено колотилось. — Я вижу здесь одну большую, жирную ошибку, и имя ей — инцест. Что скажет ваш папаша, когда узнает? А министерство? Вы хоть представляете, какой шум поднимется? «Позор семейства Уизли». Мне уже нравится, как звучит.       — Эверте статум! — резко бросил Фред, без предупреждения взмахнув палочкой.       Драко отшвырнуло назад, он больно приложился спиной о стену и сполз вниз, хватая ртом воздух.       — Петрификус тоталус, — добавил Джордж, и тело Малфоя мгновенно одеревенело, руки прилипли к бокам.       Близнецы подошли. Фред опустился перед ним на корточки, покручивая палочку в пальцах.       — Итак, хорек, — произнес он, — слушай сюда. Ты ничего не видел и немедленно об этом забудешь. Думаю, Непреложный обет тебе обеспечен.       Джордж тем временем приставил кончик своей палочки к виску Драко.       — Фините инкантатем, — заклятие полной парализации спало, оставив возможность говорить и двигать головой.       Драко несколько раз судорожно вдохнул.       — Вы с ума сошли? — прошипел он, не в силах скрыть дрожь в голосе. — Непреложный обет? С двумя нищими Уизли, которые вот-вот вылетят из школы? Не смешите меня. Это вы должны меня умолять.       Фред без лишних церемоний залез в карман его мантии и выудил палочку Драко, брезгливо осмотрев ее.       — Посмотри-ка, Джордж: боярышник и волос единорога, какая прелесть. Интересно, как она полетит в Черное озеро?       — О, Фред, не торопись, — Джордж вытащил откуда-то из-за пазухи помятую коробочку, перевязанную фиолетовой лентой. — У меня есть идея получше. Мы ведь сделали много копий, забыл?       Он раскрыл коробочку, от созерцания содержимого которой Драко побледнел. Те самый фотографии с третьего курса, где он смотрит на свои летающие трусы, на которых изображён сам Малфой. Если кто-нибудь увидит это... его же засмеют! Драко и так после того позорного провала чуть не выгнали из команды, но это станет последней каплей.       — Вы... вы не посмеете, — выдавил он.       — Посмеем, — хором ответили близнецы и зловеще улыбнулись.       — Хочешь разойтись по-хорошему? — спросил Фред. — Тогда ты забываешь, что видел, а мы забываем про эти фотографии.       — А если я откажусь? — прохрипел Драко.       — Тогда твоя жизнь станет очень весёлой, — ответил Джордж. — Мы позаботимся об этом, уж поверь.       Драко смотрел на них, и понимал, что выбора у него нет. Эти двое были способны на всё. А отец... отец, конечно, отомстит, он и сам ненавидел этих рыжих нищебродов. Однако сначала ему придётся объяснять, почему его сын стал посмешищем всей магической Британии.       — Ладно, — выдавил он. — Я согласен.       — Умный хорёк, — усмехнулся Фред и протянул руку для обета. — Тогда приступим.       Когда клятва была заключена, близнюки тут же развернулись и зашагали прочь, словно теперь Драко Малфой стал для них пустым местом.       — И наложите наконец заглушающее, когда в следующий раз полезете целоваться! — крикнул он им в спину, не выдержав. — Позорище!       Фред, не оборачиваясь, махнул рукой, и из его палочки вылетели ярко-розовые искры, сложившиеся в воздухе в воздушный поцелуй.       Поезд остановился. Послышалась какая-то возня. Тут Драко понял, что его куда-то левитируют. Сколько времени прошло, он не знал. Очнулся блондин только на следующее утро в Больничном крыле.       На соседних койках спали Крэбб с Гойлом, обмотанные бинтами, но целые. Драко тоже был весь в бинтах; кожа чесалась и не давала покоя. Он попытался пошевелиться, но тело ломило так, будто его переехала карета.       Дверь палаты отворилась. Драко с усиливающимся волнением и радостью смотрел на отца, мать и декана.       Мадам Помфри, которая стояла у окна с каким-то зельем, обернулась и сложила руки на груди.       — Профессор Снейп доставил их сегодня ночью, — сказала она сухо. — С ними всё в порядке. Последствия некоторых чар я убрала быстро, однако летучемышиный сглаз пройдёт лишь завтра.       — Через день? — переспросила Нарцисса дрогнувшим голосом.       — Верно, — повторила мадам Помфри. — Я приду позже, сейчас он может с вами поговорить. Только не долго, мальчику нужен покой.       Она вышла.       — Это я нашёл их, — сказал профессор Снейп. — Моя очередь была проверять поезд на наличие оставшихся по какой-то причине учеников.       — Благодарю, Северус, — кивнул Люциус.       Он взмахнул палочкой, и вокруг них вырос прозрачный купол заглушающих чар и защиты от подслушивания.       — Теперь, Драко, — сказал он, поворачиваясь к сыну. — Расскажи же, что произошло? Драко, который уже приготовил речь, сразу оживился.       — Это всё Поттер с его компашкой! — выпалил он. — Они напали на нас без причины! Мы просто шли по коридору, а они...       — Драко, — перебил Люциус, но сын не слышал.       — ...они окружили нас и начали колдовать! Уизли, эта рыжая девка, наслала летучих мышей, а Грейнджер, грязнокровка, использовала какое-то заклинание, от которого всё потемнело в глазах! Эти... они смеялись и ходили по мне, а Поттер просто стоял и смотрел, даже не пытался их остановить!       Драко говорил с такой экспрессией, размахивая руками и почти приподнимаясь на кровати, что бинты на его лице намокли от слюны, чего он, впрочем, не замечал. Он добавил несколько несуществующих деталей — про то, как Гарри лично наложил на него заклятие, как Рон и близнецы пинал его ногой, как Гермиона плевалась оскорблениями. А эта сумасшедшая Лавгуд и вовсе пыталась навести порчу.       Нарцисса, которая сначала стояла с холодным, непроницаемым лицом, вдруг смягчилась. Она подошла к кровати сына, села рядом и притянула его к себе.       — Драко, — сказала она тихо, — мы во всё разберёмся, напишем жалобу. Да, Люц?       — Я не ребёнок, мама, — пробормотал Драко, но всё же прижался к ней, и его голос дрогнул.       — Напишем, — кивнул Люциус, голос которого, однако, звучал неуверенно. — Но сначала, Драко, я хочу услышать правду.       — Я сказал правду! — возмутился Драко, отстраняясь от матери.       — Нет, — Люциус покачал головой. — Я знаю тебя, сын. Ты всегда умел врать. Раньше я позволял тебе это, но сейчас ситуация изменилась.       — Отец...       — Дай мне закончить, — Люциус поднял руку. — Я общался с Поттером несколько раз. Он не дурак и не сумасброд, и точно не стал бы нападать на тебя без причины.       Нарцисса удивлённо посмотрела на мужа. Снейп поднял бровь.       — Ты защищаешь Поттера? — спросила Нарцисса.       — Признаться, я не ожидал от тебя такого, — протянул Северус с нотками подозрения.       Малфой-старший проигнорировал их.       — Драко, я должен знать всё без прикрас, потому что ОН вернулся.       — Кто? — переспросил Драко, хотя уже догадывался.       — Тот, кого мы все ждали, — тихо сказал Люциус. — Тёмный Лорд вернулся, Драко, и теперь наша семья должна быть осторожнее, чем когда-либо.       Нарцисса не удивилась. Она кивнула, подтверждая слова мужа.       — Поэтому, — продолжил Люциус, — я хочу знать, что произошло на самом деле. Если ты будешь врать мне, ты не сможешь защитить себя, когда придёт время.       Драко молчал, но внутри пылал злость вперемешку со стыдом.       — Они... — начал он и запнулся.       — Говори, — мягко сказала Нарцисса, сжимая его руку.       — Я просто сказал, что их убьют, когда Тёмный Лорд вернётся. А потом они ни с того ни с сего напали на меня.       — И Поттер? — спросил Люциус.       — Он тоже кинул в меня заклинание, — Драко с вызовом посмотрел в глаза отцу. — Правда!       — Мы верим, — мягко откликнулся папа. — Поттер не святой, он такой же мальчишка, как и ты, только с лучшей репутацией. — он помолчал. — Я хочу, чтобы ты понял одну вещь, сын.       — Какую?       — Тёмный Лорд вернулся, — сказал Люциус. — И теперь всё, что мы строили годами, может исчезнуть в одно мгновение.       — Но мы же...       — Мы его сторонники, — перебил Люциус. — Но когда он пал, мы отреклись, и он этого не забыл.       Нарцисса сжала руку мужа, но не сказала ни слова.       — Поэтому, — продолжил Люциус, — ты должен быть осторожнее. Не лезь к Поттеру. Если Тёмный Лорд узнает, что ты постоянно вступаешь в конфликты с его главным врагом, он может... заинтересоваться.       — А что, если я сам хочу служить? — выпалил Драко.       В комнате повисла тишина. Снейп, до этого стоявший в тени, сделал шаг вперёд, но ничего не сказал.       — Ты хочешь служить тому, кто убивает за малейшую провинность? — голос Люциуса стал жёстче.       Драко молчал.       — Ты не готов, и, надеюсь, никогда не будешь готов.       — Но отец...       — Хватит, — отрезал Малфой-старший. — Ты понял меня.       Драко замолчал. Нарцисса подала мужу знак, и тот, помедлив, кивнул.       — Отдыхай, — сказал он. — Завтра вы поедете домой.       Он повернулся и вышел из палаты, сопровождаемый Снейпом. Нарцисса задержалась на мгновение, поцеловала сына в лоб, поверх бинтов, и прошептала:       — Твой отец прав. Будь осторожен.       — Я понял, — буркнул Драко.       Она вышла, и дверь закрылась. Слизеринец остался лежать, глядя в потолок.       — Тупой Поттер, — прошептал он. — Вечно из-за него неприятности.       Через несколько минут в палату вернулась мадам Помфри. Она напоила его каким-то мутным зельем, от которого во рту стало горько и противно, а потом Драко провалился в сон.       Утром их забрали. В кабинете директора для них специально открыли камин. Дома Драко провёл всего лишь две недели, а потом его отправили во Францию к дальним родственникам матери на всё лето. Какой ужас!       Местные волшебники были какими-то дикими. Они ходили в пёстрых одеждах, не скрывали своего происхождения и, казалось, совсем не заботились о том, что кто-то может узнать их слабые места. Драко смотрел на них с отвращением. Дебилы. Настоящие дебилы. Ни мантий, ни палочек на виду.       — Как можно жить без мантии? — спросил он у кузена, который приехал погостить на неделю.       — А зачем она? — удивился тот. — Жарко же.       — Так это традиции!       Кузен только пожал плечами и ушёл играть в квиддич.       Хуже всего были вейлы. В древние времена их держали в борделях за рабынь, а теперь они разгуливали по улицам, как у себя дома, и никто не смел им слова сказать! Драко вспоминал Турнир Трёх Волшебников, и его передёргивало. Флёр Делакур, это полуживотное, посмело участвовать в соревновании наравне с достойными волшебниками! И некоторые из этих... существ занимали почётные места в Министерстве магии Франции! Смотреть было противно.       Ещё он читал скучные, занудные книги, которые тётушка Элоиза называла «познавательными». Бизнес, политика... как правильно вести себя в высшем обществе... Всё это он знал, но выучить эти правила было сложно для него. Драко сразу выучил наизусть, кого можно подкупить в Министерстве, чтобы об этом никто не узнал. Остальное его не интересовало.       А пока он развлекался как мог. Летал на метле, ел вкусные круассаны, которые пекла домовичка тётушки, и читал скучные книжки. Родители писали раз в неделю, спрашивали, как дела, интересовались его здоровьем и всё такое. Как будто он ребёнок какой-то. Так как Тёмный Лорд вернулся, Драко всё чаще и чаще стал читать книги про тёмные заклинания и ритуалы, чтобы поразить Лорда и стать его самым верным последователем, прямо как его отец и как Северус Снейп. Ими он всегда восхищался.       А ещё не помешало бы отомстить Поттеру. И тупым близнецам. Хотя, последние его старше, так что пока только Поттеру.