Дневник Пустоты

2147 год. Спустя два с половиной месяца Я всё чаще замечаю, что голоса становятся громче. Когда-то они жили только внутри моей головы, тихо шепча, словно ветви, царапающие стекло. Но теперь — они вырываются наружу. Я вижу их следы в тенях, в трещинах на стенах, в пустоте между деревьями. Мир вокруг словно изранен, и в этих ранах прячется их дыхание. Иногда они повторяют мои собственные мысли — будто издеваются. Иногда — говорят то, что я боюсь услышать. Они знают больше, чем я сам. Знают мои слабости. Знают мои желания. Сегодня я шёл через высохшие равнины. Когда-то здесь были города — улицы, дома, детские площадки. Теперь — лишь сухая земля, потрескавшаяся от солнца и ветра. Руины тянулись до горизонта, как сломанные кости гиганта. Я шел среди этих руин, и каждый шаг отдавался эхом, словно я нарушал покой мёртвого мира. В одном здании я нашёл зеркало. Старое, покрытое пылью, едва держащееся на стене. Я провёл ладонью по его поверхности, стирая грязь. И там… был не я. Из отражения на меня смотрел человек с белыми волосами, хотя мои всегда были тёмными. Его глаза горели фиолетовым пламенем, а уголки губ изгибались в зловещей улыбке. Я не улыбался. Но он — да. Я хотел отвернуться, но взгляд прикован к отражению. Оно будто дышало. Словно между мной и этим стеклом не было границы. Я чувствовал, как если бы он мог протянуть руку — и схватить меня. Я коснулся груди, где пульсировала Рана Разлома. Боль вспыхнула мгновенно, острая и глубокая, как удар ножа. И тогда — голоса заговорили хором. Громче, чем когда-либо прежде. «Ты идёшь правильным путём. Впереди — истина». Их слова били прямо в сознание, словно молоты. Я не понимал — это обещание или приговор. Истина… или ловушка. Я отошёл от зеркала. Но оно продолжало сиять фиолетовым светом, будто его освещали изнутри. На стекле проступили трещины, и в каждой я видел своё отражение — но разное. В одном — глаза были пустыми и чёрными. В другом — моё лицо было искажено в гримасе боли. В третьем — я был весь покрыт трещинами, как само стекло. Я закрыл глаза. Но даже в темноте видел эти лица. Слышал шёпот. Я шёл дальше. Ноги дрожали, дыхание сбивалось. Равнины вокруг казались бесконечными. Иногда я слышал детский смех. Иногда — шаги позади себя. Я оборачивался, но там никого не было. Только ветер, несущий пыль. Я пытался телепортироваться, чтобы сократить путь. Но стоило мне сосредоточиться, как внутри что-то рвалось наружу. Пустота отзывалась, жадно тянула мою силу. Мир вокруг начинал трескаться, линии земли уходили в темноту, и я едва успевал остановиться, чтобы не разорвать себя на куски. Когда солнце садилось, я нашёл полуразрушенный дом. Там я укрылся от ветра. Но даже здесь — шёпоты не утихали. Они скребли по сознанию, словно когтями. Я сел на пол и достал старый блокнот. Этот дневник. Иногда мне кажется, что единственный способ сохранить остатки разума — это писать. Бумага молчит. Бумага не осуждает. Бумага не шепчет в ответ. Хотя… иногда мне кажется, что и дневник начинает дышать вместе со мной. Я пишу, и буквы словно живут своей жизнью. Чернила текут, как кровь. Иногда я не помню, что написал. Иногда страницы оказываются испачкаными фиолетовыми пятнами, которые я точно не наносил. Сегодня ночью, когда я закрою глаза, я знаю — он вернётся. Тот из зеркала. Беловолосый. С фиолетовыми глазами. Он будет ждать меня в снах, или в тенях, или за трещинами. А если однажды я снова посмотрю в зеркало и увижу его там… я не уверен, что смогу отвести взгляд. Я не уверен, что он — не я.