Память не сотрёшь

      Келус рассказывал Дань Хэну о произошедшем эмоционально, размахивая руками. Он понимал его - в его душе тоже поселился раздрай, когда вместо их старой подруги оказалась жуткая незнакомка. И что пугает больше всего - абсолютное непонимание, что же с этим делать. Остальной экипаж в такой же растерянности, гении выдали что-то глубокомысленное и расплывчатое, без каких-либо идей для действий. Так что теперь он снова вернулся на Амфореус, чтобы встретиться с Келусом лично и обменяться уже нормально информацией, а не через когновременной якорь, который держит связь лишь несколько минут.       - Но! Я тут буквально только что встретился с чуваком, он вроде как хранитель памяти, говорит, он за всю эту тему шарит и хочет нам помочь. Я... если честно, я совершенно во всём этом запутался и боюсь, что меня снова обманут, так что решил дождаться тебя, чтобы вместе послушать. Без твоих мозгов совсем туго!       - Хранитель памяти, готовый обо всём рассказать и помочь?.. С одной стороны, действительно, похоже на то, что только член Сада воспоминаний может знать, что происходит. С другой - с чего бы ему помогать нам? Если даже Чёрный Лебедь оказалась на их стороне... - Дань Хэн в сомнении скрестил руки.       - Ну, то, что эта чёрная утка оказалась подсадной, не означает, что в Саду воспоминаний нет противников режима! - с неизменным оптимизмом возразил Келус.       - В любом случае, на данный момент это наша единственная зацепка, - вздохнул Дань Хэн. - так что вариантов не остаётся. Как с ним встретиться?       - О, сейчас позову, я ж тоже теперь своего рода хранитель памяти, так что связываться с ними мне не сложно! Ну, пока они того хотят, я всё же новичок в этом деле...       Прошло несколько минут, в течение которых Келус был необычно молчалив и неподвижен, словно он находился где-то не здесь - хотя, наверное, так оно и было. Похоже на то, как он застывал, читая воспоминания. Но, наконец, он вздрогнул, возвращаясь в реальность. Или "реальность" - это всё же Амфореус. И вместе с этим посреди комнаты возник новый силуэт.       Белые длинные волосы. Серые, то ли с синеватым, то ли с сиреневатым отливом глаза. Лицо, словно готовое в любой момент расплыться в улыбке. Даже тёмная куртка и серые штаны так напоминают...       - Приветствую. Это же тот твой друг, да? Приятно познакомиться, меня зовут Инсин. - он протянул руку, а у Дань Хэна внутри завыли в истерике остатки прошлой жизни, смешивая мысли и заставляя сердце выйти на бешеный ритм.       Это он!       Инсин!       Он! Он! Он!       Ты должен...       Ничего я не должен, Дань Хэн прервал себя. Инсин создал свою меметическую версию перед тем, как обезуметь, и ни разу не появлялся в его жизни? Полный бред. А значит, остаётся лишь один вариант - альтернативная версия. Вельт рассказывал о таком. Так что это просто человек, с тем же именем, той же внешностью, близким характером, схожей судьбой, но не имеющий никакого к нему отношения. Интересно, а есть ли в его жизни альтернативный Дань Фэн? И как... как сложилось всё у них?..       - Дань Хэн. Взаимно. - судя по всё возрастающему интересу в его глазах, действительно есть. А отсутствие враждебности говорит о том, что ничего смертельно плохого между ними не произошло. Нет... не надо, он не хочет знать, что всё могло быть иначе, что счастливый финал был возможен... Пожалуйста...       - Забавно, у меня есть знакомый, очень похожий на тебя! Да и ты, я смотрю, тоже...       - Давайте перейдём к делу, сейчас есть более важные вопросы. - твёрдо Дань Хэн прервал его. Сейчас не время. Никогда не время, если честно, но сейчас это всё как-то совсем неуместно.       Пожалуйста, пусть Инсин будет говорить правду. Пусть им не придётся оказаться по разные стороны баррикад... опять. И пусть Келус не вспомнит, на кого он так похож...

***

      - Твою ж!.. - тёмная вспышка откуда-то сбоку поглотила троих, утягивая вглубь. Инсин, оказавшийся ближе всех к ней, резким движением оттолкнул Келуса, после чего чернота заполнила всё вокруг, оставляя лишь два силуэта - Инсин и Дань Хэн. Второй ощутил, как не может пошевелиться - дело не в том, что что-то удерживало, скорее... это просто не имело смысла. Словно самого пространства вокруг нет, а как двигаться без него? Инсин же бросил "так, щас, не волнуйся" и застыл, уходя в себя.       Легко сказать, не волнуйся, а как это сделать, когда ты оказался мухой, застрявшей в янтаре небытия? Ни единого движения вокруг не давало и намёка на то, что время не исчезло как понятие вместе с пространством. Всё, что оставалось видьядхара делать - смотреть на Инсина, тихо сходя с ума от ужаса и этого родного, ненавистного и чужого лица. Панические мысли всё нарастали, расходясь спиралью, раз за разом возвращаясь к Март 7, Келусу, экспрессу, Амфореусу, ему самому, и всему вот этому.       - Так, ну, я сделал всё, что смог. - вдруг ватную тишину разорвал кажущийся оглушительным голос Инсина. - Ох, и неуютно же здесь... Хм, давай оформим тут место поприятней.       Мгновение - и они уже находятся в какой-то комнате. Хранитель памяти плюхнулся на возникший диван и приглашающе похлопал рядом, но Дань Хэн остался стоять, пытаясь унять дрожь в руках и выровнять дыхание.       - Где мы? - он требовательно уставился на него.       - О, это гостиничный номер на Эдо, моём родном мире. Это первое, что мне пришло в голову для оформления пространства, так что пусть пока будет так, но в любой момент декорации можно и изменить. - Дань Хэн никак это не прокомментировал, лишь мрачно смотрел на него, всем своим видом говоря "Это не то, о чём я спрашивал". Инсин вздохнул, - Что же до природы этого места... Это ловушка. Причём, в первую очередь, для своих - видимо, они всё же поняли, что среди них затесался предатель. Открыть её можно только снаружи, и хорошая новость в том, что там остался Келус и он сможет вскрыть её за несколько минут, я связался с ним и показал, как это сделать. Плохая - внутри ловушки время течёт гораздо быстрее, чем снаружи, так что для нас пройдёт несколько часов. Впрочем, не уверен, что это можно назвать такой уж плохой новостью, это ведь возможность перевести дыхание, может, даже вздремнуть немного. Неплохо, а?       - И ты вытолкнул именно Келуса, чтобы остаться со мной наедине? - резко спросил Дань Хэн. Этот проходимец уже не раз пытался подобраться и развести его на предмет обмена историями, но он каждый раз пресекал эти поползновения, оправдывая это отсутствием времени и более важными делами. А теперь, получается, и время есть, и делать нечего, и не потревожит никто - как-то всё слишком идеально сложилось.       - Я вытолкнул его, потому что в отличие от тебя, он владеет силой Памяти и сможет нас освободить. - насмешливо, словно объясняя нечто совершенно очевидное, ответил Инсин. Да уж, складно, ничего не скажешь. - Да ладно тебе, я не кусаюсь!       - Нет, ты только норовишь влезть не в своё дело. - м-да, всё обычное самообладание совершенно отказывает Дань Хэну рядом с этим парнем. - Мне уже порядком надоело, что каждый встречный хранитель памяти норовит влезть в мою голову и поживиться воспоминаниями верховного старейшины!       - А? Это?.. Слушай, это меня вообще не интересует. У меня вопрос более... личного характера. Понимаешь, мои ключевые воспоминания похитили, потому я в Сад воспоминаний и пришёл когда-то. Обнаружить их или виновника так и не удалось, но я уверен - в прошлом случилось что-то важное, что-то, что я определённо должен знать. А у альтернативных вариантов и судьба схожая, так что, может быть, я хотя бы смогу предположить, что случилось со мной? Если ты не хочешь это обсуждать, то я могу просто глянуть воспоминания, мне больше ничего не надо!       - Если тебе это так важно, то зачем тебе моё разрешение? Полагаю, в этом пространстве, которое ты полностью контролируешь, я не смогу как-либо воспротивиться.       - Потому что я слишком хорошо знаю, что бывает с теми, чьи воспоминания изымают против воли. - с какой-то внезапной горечью ответил Инсин. - На своей шкуре. Двадцать три года назад я очнулся в этом номере. - он обвёл рукой комнату. - А вместо памяти - разрозненная каша из отдельных впечатлений, слов и образов. Пытаясь решить эту проблему я наткнулся на хранителей памяти, и те объяснили мне, что так выглядит итог насильного изъятия отдельных воспоминаний, сквозь отчаянное сопротивление. Частично что-то восстановить они мне смогли, хоть имя своё я знаю благодаря им, но этого слишком мало. И... знаешь, из отдельных запечатлевшихся лиц, голосов и прочих разрозненных характеристик, у меня остался лишь один цельный образ - Даньен. Длинные чёрные волосы, зеленоватые раскосые глаза, аугментации в виде выдвижных когтей и механического хвоста, характер холодный, высокомерный и колючий, а где-то в глубине нежный и заботливый. Я... я любил его. И всё ещё люблю. И я даже сумел найти его, вот только... Взгляд у него был - один в один как у тебя в первую встречу. Ненависть, страх и боль - словно я предал его когда-то, оказался чудовищем, что убил всю его семью, не знаю. И прогнал он меня весьма агрессивно, так что я больше и не смел к нему приближаться. Но я всё ещё без понятия - почему? Что произошло? Что я такого сделал? Честно говоря, я уже забил на это дело и попытался смириться, но оно всё ещё мучает меня. Поэтому, встретив тебя, я подумал, может, я хоть что-то смогу узнать?       - Не уверен, что моя история даст тебе хоть какие-то ответы. - после долгого молчания ответил Дань Хэн. - Ты и... мой Инсин, такой, каков он сейчас, слишком разные. - после чего почти неслышно добавил: - Будь он как ты, я был бы рад ему в своей жизни.       - Всё равно, это хоть какая-то пища для размышлений. Ну пожа-а-алуйста. - Инсин состроил несчастные, умоляющие глаза.       Дань Хэн молча и на вид бесстрастно разглядывал его, размышляя. Рассказывать всю эту историю ему совершенно не хотелось. Дать порыться в своих воспоминаниях? Кто знает, что он там может наворотить. С другой стороны, а что в действительности? Нового добавит что-то? До этого хранителям памяти не удавалось его обмануть, так что вряд тот сумеет что-то убедительное создать. Сотрёт старые? Если честно, от большинства воспоминаний он и сам отказался бы, а экспресс не оставит его, даже если он забудет их. Да и... иррациональное доверие толкало его на столь рискованный шаг. Он понимал, что это в нём говорят недозахороненные останки влюблённого безумца Дань Фэна, но никакие разумные измышления не помогали с этим чувством справиться.       - Я так понимаю, ты иначе продолжишь мне мозг выносить?       - Ну-у-у... Ха-ха...       - Понятно. Ну и что тебе нужно, чтобы посмотреть?       - О! Просто руку подай! - обрадованно подскочил к нему Инсин. От его радостной мины, так близко, в сердце разлилось какое-то тепло, дёрнувшее губы в такой же тёплой улыбке, но Дань Хэн подавил в себе этот порыв и протянул руку, в которую тот тут же вцепился, застыв. Ничего особенного он не чувствовал - кроме того ощущения, что возникает, когда тебя за руку крепко держит очень симпатичный тебе человек, а отношения у тебя в последний раз были в прошлой жизни. Но это ощущение он старательно игнорировал. Длилось всё это лишь несколько секунд, после чего Инсин потрясённо и потерянно отступил обратно на диван.       - Но я не... Я бы не стал... Как так?..       - Я же сказал, моя история тебе ничем не поможет. - Дань Хэн присел всё же рядом с ним. - Теперь ты знаешь её. Доволен?       - Мне потребуется время, чтобы это всё обдумать, но... лучше знать. Как можно больше. - начал он неуверенно, но закончил твёрдо.       - Наверное, я могу дать лишь один совет: поискать Цзинлю. Может, в твоей жизни её зовут не так, и, скорее всего, она не мастер меча, но если кто и сотворил такое с тобой, то это наверняка была холодная, мрачная, светловолосая женщина, которую, возможно, ты когда-то называл другом.       - Ага... Спасибо. - разговор затих и они молча сидели рядом. Дань Хэн не заметил, как их плечи стали соприкасаться, но отодвигаться не стал - слишком приятно.       - Слушай, - прервал долгую, может, минут десять, тишину Инсин. - мы хоть и с разных листьев мнимого древа, но ведь не так уж отличаемся от... версий друг друга?       - Допустим. - видьядхара мрачновато глянул, предчувствуя, к чему это вступление.       - И мы оба отвержены теми, кого любим, но не можем отпустить и забыть, не так ли?       - И ты предлагаешь?.. - заканчивать Дань Хэн не стал - и так всё понятно.       - Ну а почему бы и нет? - он ощутил, как чужая рука проводит по запястью и переплетает свои пальцы с его. Он не ответил на это движение, но и не нашёл сил отдёрнуть ладонь.       - Ты думаешь, я прямо сейчас горю желанием с кем-нибудь... переспать, пока мы находимся в ловушке, и нам нужно спасать моего товарища и близкую подругу и предотвращать освобождение лорда-опустошителя? - ему невероятно стыдно было это признавать, но это самое желание действительно начинало гореть всё ярче, несмотря на все указанные обстоятельства.       - А ты предпочтёшь напряжённо пялиться в стену, накручивая на себя бессмысленную тревогу? И кому от этого будет лучше? Чем это поможет тем, кто тебе дорог? - Инсин начинал всё наглее вторгаться в личное пространство.       - ...       - Лучше всего будет использовать это время, чтобы отдохнуть, расслабиться, чтобы с новыми силами вернуться в предстоящую борьбу.       - Это... как-то неправильно. - совершил последнюю попытку отвертеться Дань Хэн и судорожно вздохнул, когда обстановка незаметно изменилась, являя комнату, в которой в этой жизни он никогда не был, но которую всё равно прекрасно помнил. Спальня верховного старейшины. Место, с которым были связаны почти все воспоминания о проведённых ночах со своей любовью, с беловолосым кузнецом, что прямо сейчас коснулся его губ в поцелуе. И он сдался, отвечая на него.       Каждое движение, каждая реакция - один в один, как их любимые. Как оказалось, альтернативные версии разделяют даже привычки в постели, и первая неловкость быстро обратилась в яркую нежность двух возлюбленных, воссоединившихся после долгой разлуки. Они любили друг друга со всем жаром израненной, несчастной любви, чьё бремя несли множество лет, со всем накопленным отчаянием и страданием.       Это не длилось так долго, как они, наверное, хотели бы. Лёжа в постели, переводя дух для ещё одного раза, Дань Хэн вдруг ощутил жуткую боль в груди от осознания: это всё не настоящее. Это лишь сладкий сон, воспоминание, в которое он попытался сбежать, но реальность никуда не денется. Реальность, в которой тот, кого он любит, ненавидит его.       Впервые Дань Хэн признался себе, что любит Инсина. Что это не эхо предыдущей жизни, а чувство, всегда бывшее неотъемлемой его частью. И именно от этого и было больно. Потому что Инсина больше нет, есть только Блейд. Услышав тихий всхлип, он чуть повернул голову и встретился взглядом со своим партнёром, что тихо плакал. Без слов они оба поняли, что испытывают одно и тоже. Словно мотыльки, они погнались за надеждой нормальной, взаимной любви, и обожглись о понимание, что как бы им не хотелось сбежать из собственной истории и от тех, кого они действительно любят, это невозможно.       - Ну почему, почему, что я сделал не так, за что он меня ненавидит? - тихо стонал Инсин.       Будь у Дань Хэна привычка озвучивать свои мысли, он бы вторил ему: "Как, как мне заслужить его прощение, как прекратить этот круговорот мести и смерти?". Но он молча пережёвывал эти мысли по кругу. Вся страсть незаметно исчезла, оставив вместо себя лишь одно горе на двоих, которое они переживали вместе.       - Знаешь, если мы выберемся отсюда, я попробую залезть в голову этому Блейду и глянуть, может, даже подправить чего. - вдруг сказал Инсин через некоторое время после того, как прекратил плакать.       - А как же твой принцип насильно этого не делать?       - Ну, во-первых, может я и уболтать его смогу, а во-вторых, там походу и рушить то особо нечего, и так уже...       Опять повисла тишина, нарушаемая лишь их ещё немного прерывистым дыханием.       - Экспресс одной из возможных следующих точек назначения рассматривал Эдо, так что, возможно, мы в ближайшее время туда отправимся. Твой... Даньен, да? Он не хочет иметь с тобой никакого дела, но против безымянных же ничего не имеет? Может, я смогу узнать, что произошло.       - Хах, было бы неплохо... Спасибо.       - Да уж, развеялись так развеялись, вообще Амфореус из головы выкинули. - проворчал Дань Хэн, переворачиваясь на другой бок и укутываясь в одеяло.       - Попробуешь поспать? Хорошо, я разбужу тебя, когда будет близко освобождение. - Инсин тоже уткнулся носом в подушку.       Казалось бы, лежат двое, что так похожи на возлюбленных друг друга, голые, в одной постели под одним одеялом, только что переспали, но вот парадокс - ни одной пошлой мысли у них не мелькало теперь, ни капли возбуждения эта ситуация у них не вызывала. Если попытаться описать чувства, что они друг к другу теперь испытывали - как ни странно, самым близким будет дружба.

***

      - Из пяти людей трое должны заплатить! - привычная фраза, привычный удар, привычное блокирование. Хотя... нет, блокирование привычным сложно назвать, отметил про себя Блейд, как будто в него вложено больше силы.       Короткая драка без единого ответного выпада закончилась тем, что сначала его ноги, а потом и всё тело оплели какие-то жёсткие лозы.       - Ха-ха-ха-ха, а ты решил ещё больше усугубить свой грех и вернуться к Изобилию? - прохрипел Блейд, с любопытством разглядывая своего извечного врага. А он изменился за последние годы, что они не пересекались. Рога стали жёлтыми и странной формы, за спиной вырос полноценный хвост, а не призрачное недоразумение, возникающее раз в сто лет. А главное - он вырос?.. Действительно, стал одного роста с ним. Что, тоже Изобилие постаралось?       - Это не Изобилие, а Постоянство, просто иное. - спокойно ответил мальчишка. Хотя теперь его даже как-то странно так называть. Он убрал копьё, которое, между прочим, тоже изменилось - кто посмел внести исправления в Пронзающий облака?! - и бесстрашно подошёл ближе. Блейд усмехнулся - как тот уверен, что эти жалкие стебельки действительно могут удержать его. Сейчас дракончик подойдёт ближе, и он одним движением разломает их и накажет его за безрассудство! В конце концов, теперь он никак не ограничен ни скриптом, ни Кафкой, так что действительно может убить его сегодня.       Вот только... Когда он попытался это сделать, то с удивлением понял, что эти лозы будто окаменели, и он реально не может выбраться. Физически. Со злобой загнанного зверя он зарычал, глядя на вставшего вплотную видьядхара, ожидая копья в грудь - как и всегда, но почему-то тот медлил, бесстрастно разглядывая его.       Блейд знал, что эта встреча будет иной. Ведь совсем иным был скрипт - координаты и адрес, оказавшиеся каким-то отелем, а следом только одно указание: "принять судьбу, которой ты никогда не желал, но которую заслужил". Мрачная перспектива - чего он, предатель и мерзость Изобилия, заслуживает, тем более такого, чего никогда не хотел? И всё же, он пошёл в надежде, что "принять судьбу" будет означать конец хоть в каком-нибудь виде, пусть в самом болезненном и мучительном. Но, похоже, дело совсем в другом оказалось - отныне Пожиратель Луны обладает силами, позволяющими с лёгкостью его нейтрализовать, а значит, Блейд стал перед ним столь же беспомощен, как и перед ней - Цзинлю настолько его сломала, что даже в мыслях он никогда не называл её по имени. Получается, его судьба - никогда не иметь возможности отомстить своим мучителям?       - "Из пяти людей трое должны заплатить", - Дань Хэн нежно коснулся щеки и с какой-то печалью заглянул в глаза. - ты никогда не задумывался, какой должна быть эта цена?       - Твоя смерть. - гаркнул Блейд       - Я спрашиваю не про себя. Моя жизнь давно не в твоей власти, и не тебе выносить мне приговор. Вопрос был про тебя - когда ты заплатишь достаточно? Когда твои страдания окончатся?       - Когда я умру.       - А если ты не умрёшь никогда, то твои мучения будут вечными?       - Не мне... решать. - этот странный разговор, это... сочувствие в глазах того, кого он так ненавидит, и кто должен бояться его, совершенно выбили его из колеи, так что вся злость и эмоции отошли на второй план, оставив лишь судорожные попытки источенного марой разума понять, что происходит.       - А кому, кроме тебя? Семьсот лет прошло, даже для долгоживущих это достаточный срок, чтобы забыть старые преступления. Сяньчжоу плевать на тебя. Тем, кто остался из квинтета, тоже. А всему остальному миру никогда не было дела. Так ради чего продолжать мучать себя? Грех, который мы совершили, действительно велик, но неужели этих сотен лет агонии, этого чудовищного наказания всё ещё недостаточно?       - Ты думаешь, я не хочу этого?! Что я не пытался сотни тысяч раз?! Я не могу умереть!       - А ты хоть раз пытался найти избавление... иначе? - прохладные руки легли на шею, опускаясь всё ниже, проникая за шиворот, а сам дракон прижался к Блейду всем телом, обдавая того таким знакомым до боли запахом. Когда-то, в совсем другой жизни, он называл его драконьим желанием. Желанием, которому никогда не мог противостоять.       - Ты, Дань Фэн!.. Тот, из-за кого я!..       - Ты ведь знал, на что идёшь тогда. Ты знал, чем станешь. Тебя никто не заставлял. И всё же ты пошёл на принятие дара Шуху. Такой была цена за ту попытку воскрешения, но это ведь была не единственная причина? Разве мы не хотели иметь возможность провести друг с другом вечность? - Дань Хэн уткнулся в шею, целуя её. - Мара и бессмертие никуда не уйдут, но разве ты не заслужил хотя бы немного удовольствия? - и он поднял голову, чтобы коснуться уже губ в жарком поцелуе.       Блейд постепенно терял последние капли рассудка от действий дракона - от рук, что ласкали тело, не знавшего подобного с момента обретения бессмертия, от головокружащего запаха, от горячих губ, от невозможности пошевелиться. Жажда мести сменилась жаждой совсем иной, столь же безумной и безотчётной. Всё стало ещё хуже, когда Дань Хэн отошёл немного назад, и, не прекращая смотреть в глаза, начал неспешно раздеваться. Всё тело заломило от огромного напряжения, с которым он пытался вырваться из каменных пут, но всё было безуспешно. Бессмертный уже рычал от вожделения, когда эта своенравная ящерица наконец избавилась от одежды и опустилась на колени перед ним, спуская штаны. Длинный, чуть раздвоенный по змеиному на конце язык вызвал у него громкий стон, обвив весь ствол. Блейд удивлённо вгляделся, убеждаясь, что это не его галлюцинация - он не помнил раньше, чтобы его язык был таким. Вообще всё происходящее заставляло вспыхивать картины прошлого в мозгу, которые он пытался вытравить всё это время. Дань Фэн - высокомерный, надменный, властный - крайне редко снисходил до такого унижения, как минет. Вот ему делать - да, часто приходилось, тогдашнего кузнеца жутко бесили эти двойные стандарты, но ничего не мог поделать - ни с ним, ни с собой, ему безропотно подчинявшимся. А теперь он сам, без просьб, без поводов, да ещё так... так поглядывая в глаза, так восхитительно, так соблазнительно изгибаясь...       - Эй, если ты так хочешь доставить мне удовольствие, Дань Фэн, убери эти идиотские рога, прими настоящий облик! - эти несостыковки во внешности действительно порядком раздражали его. Дань Хэн неторопливо выпустил член изо рта, пройдясь опять по всему нему языком, поднял руку, касаясь пальцами, которые тут же покрылись той самой своей магической смазкой, его ануса и вставил один, аккуратно и бережно проникая внутрь. И лишь когда Блейд застонал уже от стимуляции простаты, соизволил ответить.       - Как только ты сменишь цвет глаз и волос на те, что были раньше, так сразу. - жестокое напоминание, что и он сам давно сменил облик. Но сосредоточиться на этой горечи он не смог - Дань Хэн, во-первых, продолжил минет, а во-вторых, опустил вторую руку к своим полушариям, вставляя пальцы и в себя. И двойная стимуляция, да ещё и с таким развратным зрелищем, быстро довели его до оргазма. Такой яркий, такой непривычный - ничего подобного он очень давно не испытывал, и потому провалился в какое-то сладостное забытье ненадолго. Очнулся он уже свободным, в драконьих объятиях.       - И что дальше? - произошедшее несколько удовлетворило Блейда, вернув каплю ясности ума, которая, впрочем, быстро испарялась от вида запачканного спермой и слюной лица и от исходящего предэякулятом члена, жмущегося к его промежности. Где-то на один общий вопрос этой капли хватило.       - Делай, что хочешь. - тихо сказал Дань Хэн и застыл, выжидающе смотря на него.       Блейд несколько секунд смотрел в ответ, всё сильнее стискивая его плечи, раздумывая. Убивать уже не хотелось, но это не значит, что взращенная за века ненависть испарилась в одночасье. Безумно улыбнувшись, он ухватился за одинокий длинный хвостик, заставляя задрать голову, наклонился почти к самому лицу и бросил в готовые к поцелую губы:       - Всё, что хочу? Это ты зря. - он резко повалил его на постель - дело всё же в гостиничном номере происходило, - быстро отбросил оставшуюся на нём одежду, поймал чешуйчатый хвост за кончик и намотал на руку, после чего в несколько движений поставил раком, чтобы резко войти. Его покорность одновременно приводила в восторг и раздражала - Дань Фэн раньше никогда такого с собой не позволял. Даже в те редкие случаи, когда он соглашался быть пассивом, он всё равно был главным в процессе, хотя седому мастеру нередко хотелось заломить и отыметь его как следует, чтобы сбить его чёртову спесь. И то древнее, давно похороненное желание вдруг воплотилось в жизнь! С другой стороны... Дань Фэн раньше никогда такого с собой не позволял. И этот факт, вместе с неправильной внешностью, настойчиво свербел, пытаясь донести до изломанного разума, что это не он, а кто-то другой. Но пока это оставалось далёкой мыслью на периферии больного сознания. Что казалось ему более насущным, так это то, что он вообще-то не удовольствие собирался доставлять этому похотливому мерзавцу, но тот так откровенно наслаждался процессом, что даже будучи погружённым в собственную реальность, он не мог этого не замечать. И это не изменялось, даже когда начинал сжимать талию до синяков и двигался всё быстрее.       - А-ах... Ин-си-ин... - с протяжным стоном кончил Дань Хэн, и это окончательно взбесило Блейда. Снова поймав тот хвостик на голове, он притянул его к своему лицу, заставив изогнуться.       - Не смей своим грязным ртом осквернять это имя, Дань Фэн! Я Блейд! Только Блейд для тебя!       - Ты тогда тоже не смей называть меня Дань Фэном. - спокойным и ровным голосом ответил наследник Постоянства, так, словно не он только что заполнял всю комнату дрожащими стонами, и не его, сразу после оргазма, продолжают довольно жёстко иметь, отчего он покрылся ярким румянцем и тяжело дышит.       - Не в том ты положении, чтобы чего-то требовать! - прорычал Блейд ему на ухо, ещё сильнее натянув несчастный хвостик.       - Моё положение тебе не нравится? - скорее про себя пробормотал Дань Хэн, после чего всё вдруг приняло совсем неожиданные для Блейда обороты.       Для начала, он понял, что это не он намотал драконий хвост на руку, а скорее сам хвост полностью её обматывает. В чём разница? В том, кто сильнее. Потому что хвост вдруг сжался, отчего его пальцы на основании разжались, и заскользил, так что в мгновение ока руку удерживала лишь последняя треть, а то и четверть. Вместе с тем он потянул её вперёд, на ходу захватив и вторую руку, точно так же заставив её отпустить волосы. А сам Дань Хэн в это время просто выскользнул из-под Блейда и пристроился сзади. Всё это не заняло и пары секунд, по итогам которой они полностью поменялись местами, отчего он удивлённо захрипел.       Дракон оказался гораздо более заботливым любовником, чем Блейд. Он не торопился, избегал резких движений, хвост больше не сжимал до боли, а лишь фиксировал руки далеко впереди. Теперь происходящее стало гораздо более знакомым, и, скорее не Блейд, а Инсин где-то в его глубине, привычно расслабился, принимая происходящее как должное. Даже какое-то призрачное спокойствие проникло в душу, словно осколки души - не склеились, конечно, просто приблизились друг к другу, так что в очертаниях появился намёк на то, что это когда-то было одним целым. Но стоило ему разомлеть, как его потянули за волосы, полностью отзеркаливая его собственные действия несколько минут назад.       - Теперь ты моё требование исполнишь? - строго прозвучало в его ухо. Требование?.. Какое?.. - Я - Дань Хэн, ты помнишь? Теперь то мы... в "нужном" положении, верно?       - Хорошо... Дань Хэн. - тихо ответил бессмертный. Даже то, как говорил и двигался сейчас тот, кого он так любил и так ненавидел, указывало на то, что из-за мары он стремился игнорировать. Не он. Не Дань Фэн. И наконец он принял это. Жгучую правду, которая добила его окончательно, но вместе с тем давала возможность на что-то... иное. Ведь всё же, несмотря на неё, он прямо сейчас в постели с кем-то другим, с кем-то, кого язык не поворачивается назвать чужим, и жизнь, сволочь, заканчиваться совсем не собирается.       - Молодец, Блейд. - рука, державшая за загривок, расслабилась, переходя на шею, чтобы придержать её для лёгкого поцелуя, после чего отпустила, давая опустить голову обратно. Словно в награду за такое послушание, Дань Хэн взялся за его член, вновь доводя до полного экстаза.       А потом он полностью его отпустил, давая отдышаться, и толкнул в бок, переворачивая на спину, чтобы усесться сверху. Блейд осторожно коснулся бёдер и провёл руками вверх, до груди, до плеч, переполненный сводящим с ума восхищением и благоговением перед столь прекрасным, божественным созданием, что прямо здесь и сейчас любит - его, искалеченного и сломанного. Это не было возвращением разума, просто одно яркое, выжигающее чувство сменилось другим, таким же сильным. И когда Дань Хэн наклонился для поцелуя, одновременно приставляя его головку к своему проходу, он бездумно направил все эти чувства на него - так же, как до этого и ненависть.       Эта ночь была долгой - они оба сотни лет копили желание, почти нигде его не выплёскивая. Блейд ощущал себя воздушным шариком во время бури - его постоянно кидало из одной эмоции в другую. Его наполняло то удушающее, всепоглощающее горе, то бьющая до дрожи нежность и любовь, то мара, несущая лишь желание причинить боль - без причины, без идеи, просто инстинкт, всегда идущий рука об руку с исцелением под взглядом Изобилия. Но всем этим состояниям подходил один эпитет - безумное. Безумная любовь, безумная ярость, безумное горе. А Дань Хэн... он просто принимал его таким, какой он есть - царственно принимал нежность и ласки, отдавал их обратно, выводя его из пучины душевной боли, ярко сверкал глазами в ответ на синяки и укусы и сам расцарапывал ему спину, удовлетворяя эту пробуждающуюся иногда жажду насилия. И с каждым разом, с каждым проживанием этих эмоций вместе, они тускнели. Словно из самого Блейда уходило... что-то. Он и так не особо к рефлексии был склонен, а тут и подавно даже не задумывался, что это. Хорошо это или плохо - ему было совершенно безразлично.       И в один момент это нечто закономерно иссякло окончательно, вместе с силами на продолжение, поэтому они просто легли, глядя друг на друга, впервые за долгое время чувствуя себя полностью удовлетворёнными.       - Хах, ты хорошо справился с тем, чтобы оплатить натурой право на жизнь. - из голоса Блейда пропал этот постоянный хрип. Видимо, произошедшее помогло ему "распеться".       - Очень смешно, - фыркнул Дань Хэн, потягиваясь. - как будто это ты поймал меня, обездвижил и принудил к сексу, а не наоборот. А, прости, это ты так пытаешься убедить себя, что это была твоя идея?       - Ты!.. - Блейд с рычанием навис над ним, сдавив горло. - Просто грязная шлюшка, жадная до моего члена!       - Вот с этим спорить сложно. - Дань Хэн даже не попытался как-то оттолкнуть его, равнодушно продолжая лежать, вытянув руки. То ли это игнорирование угрозы быть задушенным, то ли спокойное согласие словно выключили бессмертного. Он весь обмяк и лёг рядом на спину, а во взгляде осталась лишь какая-то жуткая пустота.       - Блейд? - видьядхара напрягся, вопросительно касаясь волос у виска и вглядываясь в лицо. - Инсин? - да пусть хоть что-нибудь появится в его невидящих глазах, пусть ярость, или ненависть, или ещё что, лишь бы не это пугающее абсолютное ничего.       Но Блейд лишь закрыл глаза, и, похоже, мгновенно уснул. Не став тревожить его - просто сил уже, если честно, ни на что не было после такого активного отдыха, он положил голову на его грудь, слушая убаюкивающий стук сердца, что просто неспособно остановиться.

***

      Дань Хэн проснулся от тихого жужжания телефона, трясущегося в припадке уведомлений. Поморщившись от собственного неосторожного движения - всё тело ломило, - он открыл их и увидел сообщения от встревоженных Март и Келуса. Заволновались они ещё вчера, когда он не ответил - ему тогда не до того было, и до сих пор пытаются достучаться, и это несмотря на то, что он их предупреждал, что отлучится по личным делам и может не отвечать, и на то, что Химеко и Вельт пытались их успокоить. Дань Хэн вообще подозревал, что старшие члены экипажа прекрасно поняли, какого рода дела вдруг у него образовались. Особенно Вельт, который прекрасно разбирается в существовании альтернативных версий и своими глазами видел разрешение истории хранителя памяти Инсина и его Даньена.       Отправив краткое сообщение, что у него всё в порядке, он несколько минут лежал, разглядывая профиль Блейда, после чего плавно и аккуратно встал, направившись к зеркалу. Его всего, кроме лица, ладоней и голеней, покрывали свежие синяки, укусы и царапины. Да, знатно они повеселились, но вряд ли такое ещё повторится - делать опять перерывы на сотни лет он не собирается, так что так долго и много больше не будет. Сосредоточившись, он направил внутренние потоки на ускорение регенерации - сила титана земли не очень подходит для исцеления других, но немного ускорить собственное при желании можно.       - Прости. - вдруг раздался тихий шелест сзади. Резко обернувшись, дракон увидел, что Блейд проснулся и приподнялся на одном локте, а в его каком-то меланхоличном взгляде стало намного больше осмысленности, чем было в любой момент прошлым вечером. Неужели он теперь имеет дело с тем Блейдом, о котором не раз слышал от разных людей, но никогда сам не видел? Спокойный, тихий и... разумный?       - Ты про это? - он небрежно указал на все оставленные следы. - Ничего страшного, мне даже понравилось. Очень. - он вернулся и присел рядом, жадно улавливая каждый взгляд, каждое движение, каждую интонацию, ведь теперь Блейд стал похож на Инсина - сломанного, растоптанного, сдавшегося, и всё же такого родного и близкого.       - Ты псих. - невесело усмехнулся он.       - Значит, мы друг друга стоим? - столь же невесело попытался пошутить Дань Хэн.       - Возможно.       - В любом случае, не переживай, в этой форме я гораздо крепче, хвала Геориосу.       - Кому?..       - Не важно, потом могу как-нибудь рассказать. - воцарилась уютная тишина, в которой видьядхара гладил бессмертного по плечам, а тот ворошил его волосы.       - Почему? - вдруг спросил тихо Блейд.       - М?       - Почему ты вдруг... решил так? Со мной? Несмотря на всё, что я делал... и хотел сделать с тобой?       - Потому что Дань Фэн любил тебя. И, хоть я и не он, что-то от него в наследство мне досталось, и эта любовь оказалась совершенно неистребимой, сколько бы усилий я... да и ты тоже, не прилагал. Недавно это было продемонстрировано мне во всей красе, так что я смирился.       - И что же такого произошло?       - Это... Своеобразная история. Она сильно тебя в начале удивит. Давай сначала поедим?       Они сели вместе за стол к разогретым вчерашним блинчиками с джемом, словно они обычные люди, в обычный день, за обычным завтраком. Странная, но почему-то очень приятная игра.       - Что ж, дело в том, что я встретил Инсина. - начал Дань Хэн.       - Пф, кха-кха, что? - подавился чаем Блейд.       - Ну или вернее будет сказать, хранителя памяти, который выглядел крайне похоже на тебя и представился таким именем.       - Но... Как?..       - Ты ведь знаешь об альтернативных версиях одних и тех же людей в разных мирах?..       - ...После Амфореуса мы как раз отправились на Эдо, и там я... активно поучаствовал в их воссоединении. Мне кажется, Даньен очень похож на Дань Фэна, насколько я о нём что-то вообще знаю. Если честно... мне он совершенно не понравился, есть в нём что-то жутковатое и неприятное на мой взгляд, но это, наверное, и не удивительно. Главное, Инсин был счастлив, так что не мне судить. И он не отказался от своих намерений помочь мне так же, как я ему. Ты, видимо, не заметил, но пару недель назад на очередной миссии он бродил рядом с тобой и постарался выяснить о тебе и что вообще происходит в твоей голове. А на основе этих данных я и... ну, понял, наверное.       Блейд сидел, сгорбившись над давно остывшей чашкой чая и молча слушал. Почему-то у Дань Хэна не возникало сомнений, что он именно что внимательно слушает, а не витает в своих мыслях. Когда он неловко замолчал, Блейд тоже долго ничего не говорил.       - Получается... Прямо сейчас во вселенной есть куча Инсинов и Дань... кого-то там, которые проживают одну и ту же историю? Нашу историю? - глухо спросил он вдруг.       - Возможно. - тихо ответил видьядхара. - Не совсем, как мы, каждый по своему, и всё же...

***

      - Эй! Дань Хэн! Где ты пропадал?! Что это за мистические личные дела вдруг образовались у тебя?       - Оу, здравствуй, Блейди. Хм, смотрю, твоя судьба тебя вполне устроила, не так ли?       - Слушай, дракон, выглядишь так, словно тебя побил кто-то. А ну признавайся, кому накостылять, а?       - Значит, это всё же не конец, как ты надеялся, да? Ох, мне... жаль, Блейд. Или, теперь, всё не так плохо?       - Хм, я подозреваю, тебе может понадобиться помощь в обработке... э-э-э... следов? Особенно на спине, куда сложно дотянуться. Не стесняйся попросить, я не стану задавать неудобные вопросы, в отличие от наших более юных друзей.       - А? Чё, в смысле не дашь телефон? Вот прям вообще никогда больше? Да ладно, ну пожа-а-алуйста! Ургх, ну и ладно!       - Если тебе будет нужно внести правки в маршрут в связи с личными вопросами, обращайся, я постараюсь по возможности их учитывать.       - "Договор расторгнут. Новый договор: твои обязанности те же, мои - сохранение жизни Дань Хэна и всех его будущих перерождений."       В мириадах листьев на мнимом древе два мира, два варианта двух судеб переплелись, даря друг другу надежду на хорошую концовку.