Где звёзды тают в водах

      — Я вам пропишу настойку, что ограничивает и притупляет магию, — врач протянул листок с рецептом. — Зелье нужно капать по пять капель в еду два раза в день. Джеймс смотрел на мужчину озлобленными глазами.       — Вы предлагаете мне сделать собственного сына сквибом?! Вы в своём уме?! — Джеймс положил на койку, у ног Лили, лилии.       — Как известно, у тёмных магов врождённая склонность к жестокости, — объяснял доктор Тей. — С этой настойкой, если, конечно, использовать её правильно, очень маленький процент на то, что ваш сын станет сквибом. В связи с новой властью убивать, усыплять или лишать магии новорождённых с тёмным вектором магии нельзя по закону. — Джеймс застыл. Ох, как же он ненавидел нынешнюю власть. Взгляд стал каменным, а руки сжались в кулаки. Всё ведь только начало налаживаться!       Он вырвал листок из рук врача.       — Когда вы выпишете мою жену? — сквозь зубы процедил Поттер. Джеймс смотрел на название настойки: «Охтиб». Муж Лили был зол на всё на этом свете: на врача, который сообщил эту новость, на Лили, которая родила это отребье, на род Поттер, что каким-то образом пропустил эти тёмные корни, на Гарри, который разрушил его жизнь, лишь родившись!       Джеймс зло смотрел на ребёнка, что лениво моргал и хрипло дышал. Ненависть скользила по карим глазам Лорда Поттеров. Из раздумий его вывел голос мужчины:       — Думаю, завтра утром. Состояние роженицы стабильное, — ну, хоть что-то порадовало.

***

1975-07-29

7:45

      37-я неделя беременности. У 23-летней девушки отошли воды. Начались схватки. Джеймс суетливо начал собирать документы и годовалого, и такого ненавистного сына Поттера Старшего. Гарри почти никогда не брыкался, не плакал, не создавал практически никаких проблем.       Джеймс с отвращением взял сына на руки и как можно быстрее стал усаживать жену в схватках и пристёгивать люльку. Девушка стонала, было видно, что ей больно. Лорд Поттер, сжав зубы до скрежета, ехал в роддом.       Лили увезли в палату для родов, а Джеймс сидел у окошка с годовалым ребёнком. Поттер ходил кругами, не находя места, а на руках лежал мерзкий, по мнению Джеймса, дитя.       Гарри был маленьким, хрупким, с чёрными, как смола, волосами и зелёными, тёмными глазами. Глаза не были как у Лили. У Лили глаза водянисто-зелёные, а у Джеймса светло-карие. Гарри не был похож ни на Поттера Старшего, ни на его жену Лили.       За этот год отец Гарри пропитался гневом и ненавистью к мальчику. Каким бы тот ни был тихим, спокойным, Джеймс ненавидел всё в нём. В особенности — вектор магии. Лили и Поттер исправно два раза в день капали в еду Гарри настойку. У Гарри сразу стали проявляться побочки: сонливость, потеря аппетита и резкий перепад веса. Годовалый ребёнок должен весить около 9–10 килограммов, а Гарри весил лишь семь. Но Лили и Джеймсу было словно глубоко наплевать. Они не переживали.       Из кабинета вышел врач с новорождённым. Дитя плакал, дёргался и кричал. Мужчина повёз новорождённого в кабинет миссис Рэнхет. Джеймс подошёл к медсестре.       — Как прошли роды? Нет осложнений? Что с Лили? — на женщину посыпались вопросы мужчины с ребёнком на руках.       — Успокойтесь для начала, — медсестра сдёрнула перчатки и кинула их в мусорную корзину. — Роды прошли без осложнений. С роженицей всё хорошо. У вас мальчик, 3400. Сейчас ему проверят вектор магии и кровь, — женщина удалилась прочь и напоследок бросила: — Можете зайти к роженице!       Джеймс зашёл в палату, а Лили ждала его с широкой улыбкой.       — Всё было хорошо, у нас мальчик, — Лили широко улыбалась, хоть весь организм был уставшим. — Роды были лёгкими, не такими, как с Гарри. Поттер хотел добавить, что это понятно — ведь отребье рожать сложно, — но не стал. Джеймс поцеловал Лили, а сам облегчённо улыбался. В палату зашёл врач, отдавая на руки Лили мальчика.       Чарли — имя, которое они выбрали ещё при известии о беременности, — был рыжим, с более похожими чертами на Джеймса. Чарли был доношенным и здоровым.       — Могу вас поздравить. Ваш сын — 78 % светлый маг формы А. Он сильный, светлый маг. Ребёнок здоровый, без отклонений, — сообщил врач на одном дыхании.       Эта новость была словно светом в конце туннеля. Джеймс обнял Лили, глядя на плачущего Чарли. Чарльз был антонимом Гарри: рыжие волосы, слегка смуглая кожа, водянистые глаза, а вектор магии — светлый. Гарри по-прежнему покоился на руках отца, а Поттер Старший уже определился с наследником.