Система "Спаси себя сам" для главного героя

Шаг в черную воду не был добровольным. Она не приняла его — она поглотила. Мгновенное, жадное затягивание, словно болото, скрывающееся под тонкой пленкой обыденности. Один миг он стоял на краю, следующий — ледяная, невесомая тьма сомкнулась над его головой, и гравитация перевернулась, утягивая его вглубь. Давление нарастало мгновенно, сокрушительным грузом обрушиваясь на его маленькое тело. Оно не просто давило — оно вжимало, пытаясь сплющить кости, выжать воздух из легких, которых, как он с удивлением обнаружил, у него здесь не было. Не было и потребности дышать. Был только холод. Абсолютный, пронизывающий до самых основ сознания. Он не чувствовал ни дна, ни верха, ни направления. Только бесконечное, беззвездное падение в чернильной пустоте. «Ну, вот черт, — мысль пронеслась, холодная и четкая, как алмаз в ледяной глыбе. — Похоже, на этот раз мой разум решил обойтись без церемоний и сразу перейти к утоплению. Эй, там, наверху! А можно хоть немного креатива? Водная асфиксия — это так... банально.» Он попытался «плыть», но его движения были беспомощными и замедленными, как в тягучем смоляном кошмаре. Тьма была настолько густой, что казалось, можно потрогать ее пальцами. Она обволакивала, просачивалась внутрь, пытаясь погасить саму мысль, само ощущение «Я». «Интересно, — его внутренний голос, обычно полный сарказма, звучал теперь с клиническим, отстраненным любопытством. — Это метафора? Погружение в бессознательное? Или мой мозг, такой остроумный, просто решил, что лучший способ разблокировать чакру — это имитировать смерть от утопления? Если да, то я должен сообщить, что метод так себе.» Время в бездне потеряло всякий смысл. Это могла быть секунда, а мог быть и век. Он просто падал, ощущая, как леденистая пустота вымывает из него остатки ощущений, оставляя лишь голое, дрожащее сознание. И тогда, в кромешной тьме, зажглись солнца. Два огромных глаза, каждый размером с три больших автобуса, поставленных друг на друга. Они не были злыми. Не были добрыми. Они были... абсолютными. Их свет был не теплым, не живым, а стерильно-чистым, белым, почти синим, как свет ксеноновой дуги. Он пронзал черную воду, не рассеивая ее, а вырезая в ней идеально четкие туннели. Если бы не плотная, поглощающая среда, этот свет наверняка испепелил бы ему сетчатку. «О, — в его сознании не осталось места ни для страха, ни для благоговения. — А вот и хозяин вод. Или, может, смотритель? Привет, большущие красивые глазки. Не хотите познакомиться?» Он не получил ответа, глаза просто смотрели. Их взгляд был тяжелее, чем вся давящая толща воды. Он ощущал его на себе, как физическое давление, сканирующее каждую частицу его существа. Это был не взгляд существа — это был взгляд чего-то за гранью его нынешнего понимания. И в этот момент его ноги коснулись чего-то твердого. Он стоял. На чем-то плоском, абсолютно гладком и холодном, как отполированный черный лед. Давление воды исчезло, но тяжесть взгляда осталась. Затем, беззвучно, вокруг его ног возник свет. Не слепящий, как от тех глаз, а мягкий, молочно-белый. Он образовал идеальный круг, освещая небольшую площадку под его ногами. И из этого круга, словно живая тень, вытянулась линия. Чёрная, но видимая, контрастирующая с белым светом. Она ушла вперед на некоторое расстояние и остановилась, чтобы сформировать ещё один круг и продолжится. Спустя ещё два таких кружка она разделилась. Одна ветвь пошла влево, другая — вправо, а третья — прямо, и каждая из них снова продолжалась и со временем делилась, создавая все более сложную и запутанную схему. Это было похоже на нейронную сеть, карту метро неведомого города или... древо навыков. «Ну наконец-то, — в его тоне появились нотки знакомого саркастического одобрения. — Что-то узнаваемое. Древо прокачки. Прям как в парочке игр которые я знаю. Только интерфейс, надо сказать, минималистичный. Ни названий, ни описаний... Только дорожки. Эх, а мне бы хоть подсказку, куда качать, чтобы стать крутым. Или на первом свидании знания не прилагаются?» Он попытался мысленно сфокусироваться на одной из ближайших «веток», надеясь увидеть всплывающую подсказку, но ничего не произошло. Схема просто была. Существовала. Как карта его потенциального роста, его будущей силы, но скрытая завесой неизвестности. Он видел только начало пути — несколько первых «узлов» на ветвях. Что было дальше — терялось в темноте за пределами белого круга. «Загадочно. Интригующе. И чертовски раздражающе, — заключил он. — Ну что ж, придется тыкать наугад. Как в старые добрые времена.» Он протянул руку, чтобы коснуться одной из черных линий... И очнулся. Резкий переход был подобным щелчку выключателя. Один миг — он стоял в сияющем круге перед древом из света и тени, под испепеляющим взглядом неведомых очей. Следующий — он лежал на своей прохладной кровати в убогой квартире. Тело ломило, синяки на руках и лице пульсировали знакомой болью. Но что-то было иначе. Что-то глубоко внутри. Он чувствовал тепло где-то в животе. Перед его глазами, привычно и буднично, висели голубые окна системы. Текст на них был лаконичным и исполненным глубочайшего смысла. [ЧАКРА РАЗБЛОКИРОВАНА] Никаких аплодисментов.. Вот сука, могла хоть как-то поздравить, что ли. [ДРЕВО НАВЫКОВ ЧАКРЫ: ОТКРЫТО] [ЧАКРА: 1000/1000] Тысяча единиц. Хоть какое-то подобие на силу, теперь было у его ног. Нет, в его руках, а если быть ещё точнее, в нём. [СЕКРЕТНОЕ ЗАДАНИЕ ВЫПОЛНЕНО] [ПОЛУЧЕН НАВЫК: ФАЭНОВ ВЗОР. УРОВЕНЬ 1] А вот это было... неожиданно. Сколько ещё было подобных скрытых заданий? Он прочел описание. «..ПОЗВОЛЯЕТ ИГРОКУ ВИДЕТЬ ПРИЗРАКОВ УМЕРШИХ ЛЮДЕЙ, ОСТАВЛЯЯ ЕГО НА ГРАНИЦЕ МЕЖДУ МИРОМ МЁРТВЫХ И МИРОМ ЖИВЫХ.» Наруто медленно сел на кровати. Он не улыбался. Не ликовал. Его лицо было серьезным. Он поднял руку и посмотрел на нее. Та же детская ладонь, те же синяки. Но теперь он чувствовал. Не тепло, не холод, а... решимость. Раньше он делал небольшие шаги к своему будущему и до сего момента самым большим шагом было знакомство с Курамой и исследование подсознания. Но теперь… У него был доступ к чакре, то, чего ему так не хватало. «Ну что ж, — его мысли текли плавно и ясно. — Чакра есть. Древо есть. И... способность видеть призраков. Веселенький наборчик. Интересно, этот «Фаэнов Взор»... он уже работает?» Он оглядел свою комнату. Пыльные коробки, голые стены, грязное окно. Все как всегда. — Никого, — тихо произнес он. — Пока что. Повезло, наверное. А то не хватало еще, чтобы тут какой-нибудь призрак прошлого хозяина квартиры бродил и требовал оплаты за аренду. Или смотрел на маленького голого спящего мальчика… Покашляв, чтобы сдержать растущую улыбку и смех, он отошёл от состояния веселья. Встав, чувствуя новую легкость в мышцах, Наруто ухмыльнулся. Боль от побоев никуда не делась, но ее затмило осознание открывшейся возможности. «Итак, план, — он подошел к раковине, плеснул воды в лицо. — Шаг первый: научиться управлять чакрой, хотя бы немного. Шаг второй: изучить это древо навыков и выяснить, что там и как прокачивается. Шаг третий...» Он посмотрел в свое отражение в старом зеркале. В его ярко-голубых глазах горел новый огонь. Не ярости, не отчаяния. А предвкушающего интереса. «Шаг третий: выяснить, что, черт возьми, это были за глаза. И почему мое подсознание выглядит как космос, населенный божествами и интерфейсами из видеоигр.» Он повернулся и взглянул на запертую тумбочкой дверь. За ней был мир, полный опасностей, ненависти и... теперь, возможно, призраков. Но теперь у него было чем ответить. Пусть пока только потенциально. Но это было начало. Настоящее начало. Мысль о том, что путь к силе теперь был не просто абстрактной целью, а осязаемой дорогой с конкретными указателями, согревала его изнутри куда сильнее, чем жалкая миска рамена. Теперь его развитие могло пойти семимильными шагами, и в голове тут же выстроился четкий, почти военный план. «Итак, пункт первый: медитация. Теперь, когда я чувствую чакру, нужно учиться ею дирижировать. Сначала просто шевелить ею, как ампутированной конечностью, которую вдруг пришили обратно. Пункт второй: этот ржавый кунай. Нужно привыкнуть к его весу, к балансу. Научиться не ронять его на свою же ногу — уже достижение. Пункт третий: физуха. Отжимания, приседания, бег. Скучно, до тошноты скучно, но другого пути нет. Пункт четвертый: ты, моя шелковая милашка, — он бросил взгляд на белую ленту на запястье. — Пора бы уже начать практиковаться с тобой. Пункт пятый: слух. В этом мире, полном подкрадывающихся убийц, умение различать шаги на расстоянии — не роскошь, а вопрос выживания. Пункт шестой: дыхание. Спокойное, ровное дыхание — половина победы. И пункт седьмой: учиться бить. И учиться бить больно. Желательно — первым.» Два года до Академии. Срок, казалось бы, огромный. Но он знал, что это миг. Он не мог позволить себе расслабляться. Да, у него была сюжетная броня — сомнительное утешение, учитывая, что она не защищала от боли, унижений и того факта, что за ним с самого начала наблюдали Анбу. Их невидимые глаза, докладывающие либо старому Хокаге, либо, что гораздо хуже, Данзо, были постоянным фоном его существования. Он был хомячком в клетке, за которым пристально следят, иногда подкидывая еду, а иногда — тыкая палкой. «Ну что ж, — философски вздохнул он, глядя на запертую дверь. — Буду самым натренированным хомячком в истории. С кунаем.» Его взгляд снова упал на ленту Жоё, все так же неподвижно обвивающую его запястье. Она была прохладной и шелковистой, и ее молчаливое присутствие вызывало у него слабую, почти невесомую усмешку. — Я конечно не Се Лянь — тихо пробормотал он. — Но я уж точно найду тебе правильное применение И в этот момент раздался стук. Не громкий, не агрессивный. Скорее... аккуратный, легкий удар ног об деревянный пол. Наруто замер. Каждый мускул его тела мгновенно напрягся, а разум пронзила ледяная игла адреналина. Он не ждал гостей. У него их не бывало. Сердце заколотилось где-то в горле. Мгновенно пригнувшись, чтобы не быть мишенью на случай, если дверь выбьют, он мысленно вызвал интерфейс системы, а именно кунай. Он сконцентрировался на иконке ржавого куная, и в его руке тут же ощутился знакомый шершавый холод металла. Хлипкое, но оружие. Прижимаясь к стене, он бесшумно, как только мог, выскользнул из ванной в основную комнату и увидел его. В центре его убогой каморки, словно материализовавшись из самой тени, стояла фигура в маске и плаще Анбу. Позы не было никакой — ни агрессивной, ни оборонительной. Он просто стоял, словно застигнутый врасплох. И его волосы... они были необычной формы, торчали вбок, и имели тот самый пепельно-серебристый оттенок, который был визитной карточкой одного-единственного человека во всей этой деревне. «Какаши, — мысль пронеслась без всякого сомнения. — Ну конечно. Кто же еще? Пришел проверить, сына своего учителя? Или, может, просто заскучал? Хотя вряд ли, порно романы не дадут ему заскучать» Наруто не шевелился, сжимая рукоять куная. Он понимал всю абсурдность ситуации — четырехлетний ребенок с ржавым ножиком против элитного Анбу, так ещё и с Шаринганом. Но сдаваться без видимой причины он не собирался. Минуту, что показалась вечностью, они молча смотрели друг на друга. Маска скрывала лицо Какаши, но Наруто чувствовал на себе его тяжелый, изучающий взгляд. И затем Анбу нарушил тишину. Он просто слабо помахал рукой в непринужденном, почти дружеском жесте. — Йо, — произнес он одним слогом. Голос из-под маски был ровным, чуть ленивым, без тени угрозы. Прямо как в аниме. Только сейчас Наруто заметил у его ног два простых бумажных пакета. Из одного слегка выглядывал батон хлеба, а из другого — какие-то овощи и, кажется, даже кусок мяса. «Продукты? — мозг Наруто на секунду завис в попытке обработать эту информацию. — Он принес... продукты?» Это было настолько неожиданно, что он на мгновение опустил кунай. Он ожидал всего чего угодно — нового предупреждения, молчаливого наблюдения, даже нападения. Но не... этого. Не молчаливого акта милосердия, граничащего с абсурдом. Он медленно выпрямился, не выпуская оружия из руки, но уже не направляя его прямо на гостя. Его взгляд метнулся от безэмоциональной маски Анбу к пакетам с едой и обратно. — Здравствуйте... — наконец, выдавил он в ответ, и в его голосе прозвучала неподдельная, хоть и настороженная, растерянность.