Как найти себе друзей если ты шизик

Ночь в полицейском участке была таким же рабочим временем, как и утро. Работники заходили и выходили из комнаты в комнату, но более уставшие и сонные, чем утром, и в изрядно помятой форме, если они были с дневной смены и все еще не закончили с отчетами или делами. Работники передвигались со стопками бумаг или с кофе, подготавливая или заканчивая отчеты по каждому делу и вызову. Только этой ночью было уже четыре вызова, связанных с подозрительными личностями, что уж говорить о шумных соседях и пьяных гражданах, что еще больше прибавляло работы всем в участке. Детектив Наомаса Цукаучи уже несколько суток не покидал своего стола в отделе, перелистывая и перечитывая те немногие бумаги, которые у него были по делу о группе линчевателей. Сейчас у него были лишь те немногие крупицы информации, которыми он в скором времени должен будет делиться с героями, которых подключат к делу, если мужчина не сдвинется с мертвой точки, что явно произойдет, по его расчетам, не скоро. Цукаучи устало потер веки и отпил остывший кофе из автомата, принимаясь снова перечитывать немногочисленные строчки. Эта группа линчевателей, по некоторым расчетам, появилась предположительно несколько месяцев назад, но соединить те дела в одно дело отдел смог только в этом месяце, когда нашел общее в тех вызовах, на которые попадал. Работа их шла так медленно, что работникам разных отделов все еще приходилось считать ущерб, нанесенный городу их действиями. Все было настолько серьезно, что в соответствии с нанесенным ущербом этим мстителям им может быть отдан приказ об их задержании или, что более вероятно, к делу будет привлечена сторона героев. Важнее этого был тот факт, что если до конца подсчитают нанесенный ими урон инфраструктуре и гражданскому населению, а также стоит не забывать и о злодеях, которым они тоже наносили вред, и эта цифра окажется ниже двадцати процентов, тогда эту группу линчевателей можно будет привлечь в проект по реабилитации линчевателей, мстителей и злодеев, с помощью которой они смогут получить возможность стать героями, хотя и на побегушках. Наомаса дочитал последнюю строчку, пока глаз не зацепился за желтую заметку, которой раньше на листе не было. Возможно, ее добавили относительно недавно, например, пока он выезжал на вызов касательно облавы о продаже детей. Это была та еще мерзость, но это была реальная жизнь и его работа. Детектив сорвал желтый стикер и внимательно пробежал глазами по коряво написанным иероглифам. Черной ручкой, смазанной в некоторых местах, было выведено: "Предупреждение! Важно напомнить ведущему детективу и всем осведомленным полицейским, а также героям, которые знают или будут замешаны в деле о группе линчевателей, что эти мстители могут перейти на сторону злодеев. В случае ареста или добровольного сотрудничества необходимо проверить условия жизни этих линчевателей." Уже ниже, плохо разборчиво, но все же понятно было дописано: "У группы линчевателей имеются признаки того, что они дети или слишком низкие взрослые, что более вероятно. В случае их добровольной сдачи, если они окажутся дети, допрос необходимо проводить в присутствии детского психолога и их опекунов." Детектив дочитал желтый стикер, наклеил его обратно на лист и закрыл папку. Буквы уже совершенно не складывались в нормальные слова, голова гудела, а глаза болели и наверняка были красными из-за лопнувших капилляров, и ведь сейчас он скорее всего был похож на Айзаву. "Какой ужас", – подумал Цукаучи и, отодвинув папку подальше, развалился на стуле и поднял глаза к потолку. Лампа, освещающая помещение желтым светом, одиноко качалась на белом потолке. Рассматривая этот желтый огонек, мужчина задумался о том, что одна только работа забирает все его силы. Разумеется, он знал, на что шел, когда учился, а уже после устраивался детективом, но мог ли он тогда предположить, что в свои еще не пожилые года он будет уже иметь седину? Или, может, лично он испытывает так много стресса в отличие от старших коллег, раз у тех еще нет ни одного волоска, что уж говорить про младших, которые еще успевают после работы сделать так много дел, когда как Цукаучи может только прийти в квартиру и отрубиться на диване, пока растегивает рубашку. Нет, он правда не жаловался. В отличии от Шоты его работа не наполнена такими рисками и такой нагрузкой, как у героя, а теперь в голове крутилась только одна мысль, что с этим делом нужно будет обращаться к Айзаве, а следовательно, нагружать его еще сильнее, хотя без него, одного из самых опытных героев подполья, это дело так и продолжет буксовать на одном месте. Лампочка все так же одиноко покачивалась, когда уже другая мысль скользнула в голову, а именно то, что эта группа линчевателей может оказаться группой детей, и Наомаса очень надеялся и готов был помолиться в храме, лишь бы это были низкие взрослые, ведь он не хотел арестовывать детей и вносить в их личные дела пометки о том, что они были задержаны полицией за линчевательство, потому что тогда их могли не взять в хорошие старшие школы, ведь никому не нужны в статистике ученики с пометкой в личном деле. Наомаса помассировал закрытые веки и, устало выдохнув, прямо сел в кресле. Кости в руке прохрустели, когда он потянулся к остывшему кофе, но замерла, когда мужчина понял, что сегодня ведь полночь уже наступила – по определенным подсчетам прошло около двух месяцев, что означало пора привлекать стирающего героя Айзаву Шоту, и тихо выругнулся, схватив кружку с черной жидкостью, залпом вылив ее содержимое в рот. *** У полиции Мусутафу было предположение, что известных им членов в этой группировке линчевателей было четверо. Лично им было известно трое линчевателей, которые патрулировали город в ночное время суток, а также постоянно появлялись в забытых или окраинных районах, в которые иногда даже герои опасались заходить, что уж говорить о полицейских. Проще говоря, все делали вид, что забытых и окраинных мест не существует совсем, а эта группа, по словам очевидцев, на постоянной основе находилась там и творила правосудие с легкой руки. Так же у них было немного информации, что четвёртым членом этой незаконной группы был хакер, который часто искал и предоставлял информацию в полицейский участок о самых разных людях, представляющих опасность гражданскому населению. Это конечно было бравое дело, но откуда этот человек брал подобную информацию и предоставлять ее полицейским, у них не удалось, так что доверия к нему было не больше, чем к другим членам группировки. Может из-за того, что в их команде был хакер, который наверняка подчищал и видеозаписи с камер, у полиции были крупицы информации о причудах других членов команды. Например, у них было только предположение, что у одного из линчевателей может причуда телепортации, потому что не может группа людей пропадать прямо перед носом тех, кого они спасли, а если это не телепортация, то остается суперскорость или, может, невидимость, что мало вероятно, а у его однокомандника причуда огня из-за следов копоти и запаха дыма, остававшегося на местах преступлений и злодеях, которые в большинстве своем попадали к ним подпаленные. Причуду третьего даже по рассказам свидетелей у них не получилось опознать, так что она была для них неизвестна. Мелкорослый член группы линчевателей с неизвестной ни героям, ни полиции причудой чаще всего, по рассказам свидетелей, держится рядом с телепортом, костюм которого содержит ярко голубые вставки. Хоть до ближайшего времени и считалось, что они никак не связаны и не являются членами одной группы, однако в одном из крупнейщих рейдов, в котором полиция отдела Мусутафу и герои подполья работали бок о бок, случилось одно неприятное событие, повлекшее за собой сход лавины в виде чрезвычайного происшествия. Тогда тройка, не связанных по их мнению линчевателей, пришли на помощь с боем, пока четвертый искал, а после, предоставил полиции видео с камер видеонаблюдения, где не четко, но были видны сбежавшие злодеи и куда они скрылись с места рейда. Были и показания случайных очевидцев, которые чуть не попали под действие причуд, но были вовремя спасены мстителями. Единственное, что они могли дать в своих показаниях, это то, как выглядят их костюмы. Со слов очевидцев одежда их во многом повторяла друг друга в одинаковом крое и преобладании черного цвета, помогающего им быть более незаметными; у одного из линчевателей в костюме присутствовали вставки красного, у другого, в противоположность первому, были голубые детали в костюме, а у третьего – зеленые вставки. И лица, по словам гражданских, были закрыты масками и очками в цвет разноцветных элементов, по которым их было возможно отличить, а волосы были скрыты под капюшонами. Проще говоря, кроме роста, причуд, которые они использовали в боях, и одежды, у полиции больше ничего не было. Даже камеры, которые весели на каждом углу, не помогли им, ведь все записи, на которые попадала эта тройка линчевателей, в конечном этому итоге оказывалась повреждена, так что на ней ничего не было возможности разобрать или вовсе удалена. Найти и опознать этих линчевателей стало практически невозможно одной полиции, и теперь им придется подключить профессиональных героев для этой проблемы.