Любовь — это бунтарская птица

      Прошло два дня, наполненных напряженной работой, мелкими стычками и попытками Мари наладить отношения с коллективом. Должен был состояться масштабный банкет, посвященный юбилею важного для Нагиева бизнес-партнера. Ошибка была недопустима. Все, от презентации блюд до безупречной работы официантов, должно было пройти идеально. На кону стояла не только репутация ресторана, но и доверие Нагиева к Мари, а также – самое главное – её собственная репутация.       Наступил день «икс», и напряжение достигло предела. Мари, стараясь сохранять хладнокровие, направилась в кабинет шефа. Постучав в дверь, она услышала сухое «Войдите». Герман сидел за своим столом, погруженный в бумаги, и даже не поднял головы при её появлении. — Месье Ланд, — начала Мари, — есть ли какие-то особые поручения для меня на сегодняшний банкет?       Герман, не отрываясь от документов, бросил: — Да. Отправляйтесь на кухню и займитесь заготовками. Мари нахмурилась. — Но, месье Ланд, я су-шеф… Сегодня банкет, я должна контролировать процесс приготовления блюд…       Герман, наконец, поднял на нее взгляд, полный презрения. — Вы су-шеф, и должны выполнять мои приказы. Заготовки – это тоже часть работы су-шефа. Идите, и не тратьте мое время.       Мари почувствовала, как закипает кровь. Это был явный намек на ее место в иерархии. Она хотела возразить, доказать свою правоту, но понимала, что сейчас не время для споров. Важнее всего – безупречно провести банкет.       Сдержав гнев, Мари коротко кивнула: — Как скажете, месье Ланд.       Развернувшись, она вышла из кабинета и направилась в сторону холодильника, настраиваясь на тяжелую и унизительную работу.       Когда Мари зашла в просторное, холодное помещение холодильника, её встретил Денис, молодой парень, недавно принятый на работу. Он выглядел растерянно и неуверенно, суетливо перекладывая продукты с места на место. Было видно, что парень совершенно не смыслит в кулинарии, а заготовки для него были, скорее всего, спасительным кругом, позволяющим скрыть свою некомпетентность.       Увидев Мари, Денис засиял надеждой, подумав, что вот сейчас она даст ему какие-то указания, направит в нужное русло. — Здравствуйте, Мари! — затараторил он. — Я вот тут... пытаюсь что-то сделать, но… не очень понимаю, с чего начать.       Мари, прекрасно осознавая ситуацию, подошла к нему и мягко улыбнулась. Ей стало жаль парня, но она не могла ему сейчас помочь. — Не беспокойся, Денис, — сказала она, — Сегодня мы вместе будем заниматься "ерундой".       В её голосе прозвучала едва уловимая ирония. Она знала, что Герман специально назначил её на это задание, чтобы унизить и показать её истинное место. — А почему вы не на кухне? — робко поинтересовался Денис, глядя на Мари с искренним недоумением. — Да так, кое-кто решил, что это занятие будет гораздо полезнее, чем находиться на кухне, — уклончиво ответила Мари, стараясь скрыть раздражение в голосе. — Честно говоря, Герман Михайлович и вправду много на себя берет, — вдруг выпалил Денис. — Думаю, вы бы были лучшим шефом, чем он.       Мари усмехнулась, но в её глазах промелькнула благодарность. — Спасибо, Денис, конечно, за поддержку, но нельзя так говорить о начальстве.       После этих слов Денис замолчал, покраснев от смущения. Они оба погрузились в работу, монотонно очищая картофель. Время тянулось медленно. Прошло около двух часов, когда в холодильник вошел Федя, тот самый повар в голубом колпаке, который был дружен с Сеней. Он подошел к Мари и, оглядываясь по сторонам, прошептал: — Мари, Герман Михайлович велел передать, чтобы вы срочно шли на кухню. Нужно готовить блюда.       Сердце Мари бешено заколотилось. Она поблагодарила Федю и, не теряя ни минуты, покинула холодильник, направляясь на кухню. Едва она успела надеть фартук и приготовиться к первому заказу, как на кухню ворвался Нагиев. Он был явно раздражен и, увидев Мари, направился прямо к ней. — Мари! Что здесь происходит? — прорычал он. — Я жду этот заказ уже час! Гости недовольны! Почему такое долгое ожидание?       Мари похолодела. Она только что пришла на кухню! Очевидно, Герман специально выждал момент, чтобы подставить ее перед Нагиевым. Ярость закипала в ней, но она взяла себя в руки, понимая, что сейчас не время для выяснения отношений. — Прошу прощения, Дмитрий Владимирович, — спокойно ответила Мари, — Я только что получила этот заказ. Сейчас все будет сделано в лучшем виде и в кратчайшие сроки.       Нагиев, нахмурившись, кивнул: — Смотрите у меня! Чтобы больше такого не повторялось!       Развернувшись, Нагиев покинул кухню, оставив Мари наедине со своим гневом и растущим беспокойством. Она, сцепив зубы, принялась за заказ. Адреналин бурлил в крови, заставляя работать с утроенной скоростью. Она двигалась как автомат, оттачивая каждое движение до совершенства, чтобы не дать Герману ни единого шанса уличить ее в некомпетентности. Несмотря на бушующие внутри эмоции, она сохраняла абсолютный профессионализм, понимая, что на кону стоит ее репутация. Закончив с заказом, она тяжело выдохнула, чувствуя, как напряжение медленно отступает. Не успела она взять в руки новый заказ, как произошло то, чего она меньше всего ожидала. Сеня, проходя мимо, "случайно" задел её и выплеснул наверх её одежды содержимое кастрюли с горячим соусом.       Мари едва сдержала крик. Всё её терпение лопнуло в один миг. Она чуть ли не прожгла взглядом Сеню, в котором читалось притворное сожаление и явное злорадство. — Сеня! Ты совсем ослеп? — процедила она сквозь зубы, стараясь говорить как можно тише, чтобы не привлекать лишнего внимания. — Не знаешь, куда смотришь?       Сеня, изображая искреннее раскаяние, залепетал: — Ой, Мари, простите! Это случайно! Я правда не хотел!       Мари, не слушая его оправданий, прекрасно понимала, что это была очередная подстава. Она чувствовала, как ярость захлестывает её с головой, но, понимая, что устраивать сцену на кухне только сыграет на руку Герману, с трудом сдержалась. — Иди уже, — отмахнулась она, стараясь не повышать голос.       Сеня, ухмыльнувшись исподтишка, поспешил скрыться в толпе поваров. Мари, отбросив полотенце, испачканное соусом, направилась к душевой, чувствуя себя униженной и оскорбленной.       Мари, добравшись до душевой, с раздражением сорвала с себя испорченный фартук. Сняв верхнюю часть формы, она осталась в одном лишь черном кружевном бюстгальтере. Она быстро включила воду и, смочив полотенце, начала оттирать чертов соус, въевшийся в ткань. Холодная вода немного успокаивала разгоряченную кожу, но ярость не утихала.       Тем временем Сеня, улучив момент, подошел к Герману. С деланной тревогой в голосе он прошептал: — Герман Михайлович, там, кажется, что-то с душевой. Вроде вода льется… Может, стоит проверить?       Герман, заподозрив неладное, но не понимая истинной цели Сени, нахмурился. — И что я там должен увидеть? — Ну, вдруг что-то сломалось, зальет еще кухню… — Сеня не унимался, подталкивая Германа к душевой.       В итоге Герман, поддавшись на уговоры, решил проверить, что происходит. Он подошел к двери душевой и, не постучав, резко открыл ее. На секунду он застыл, словно пораженный громом. В его поле зрения возникла полуобнаженная Мари. Он видел ее красивые, утонченные плечи и кружево черного бюстгальтера, едва прикрывающего ее формы. Герман опешил, не ожидая увидеть её в таком виде. Краска залила его лицо. Он быстро закрыл дверь. — Извините! — торопливо произнес он, стараясь придать голосу невозмутимость. Отойдя от двери, он развернулся к Сене, стоявшему неподалеку с довольным выражением лица. Ярость вспыхнула в его глазах. — Ты что творишь, идиот?! — прорычал Герман, схватив Сеню за грудки. — Совсем с ума сошел? Ты хоть понимаешь, что наделал?! — Да я… я просто хотел как лучше, — заблеял Сеня, испугавшись гнева шефа. — Думал, там что-то сломалось… — Чтобы я больше никогда не видел тебя рядом с этой душевой! — рявкнул Герман, оттолкнув Сеню. — И вообще, иди работай! Бестолочь!       Герман, тяжело дыша, направился прочь, чувствуя, как унижение и злость разрывают его изнутри. Он понимал, что Сеня намеренно подстроил эту ситуацию, и теперь ему было вдвойне противно.       До Мари только сейчас дошло, что произошло. Кровь прилила к щекам, и ей стало стыдно и противно. Она быстро накинула чистую верхнюю часть формы и, выйдя из душевой, увидела Сеню, ковырявшегося в носу. Подойдя к нему, она, стараясь говорить как можно тише, но при этом жестко, произнесла: — Сеня, ты что себе позволяешь? Вы там совсем все границы перешли? Что это вообще было?       Сеня, самодовольно ухмыляясь, ответил: — А что такого? Это наша шутка с Федей. Мы просто решили немного подколоть Германа Михайловича. Он же у нас такой серьезный.       Услышав это, Мари в какой-то степени успокоилась. Оказывается, Герман не был причастен к этому инциденту.       Вздохнув, она вернулась на кухню и, собрав всю волю в кулак, принялась за работу. В итоге, несмотря на все трудности и подставы, банкет прошел на удивление хорошо. Гости остались довольны, Нагиев был в отличном настроении, а Мари чувствовала изматывающую усталость, смешанную с удовлетворением. К концу вечера, когда последние гости покинули ресторан, Мари объявила: — Ну что, коллеги, я обещала проставиться – значит, проставляюсь! Сегодняшний банкет был успешно завершен, и это – наша общая заслуга. Все вместе идем в бар!       Воодушевленные повара с радостью поддержали эту идею. Вся команда, конечно, без Германа, который ушел домой раньше всех, не выдержав напряжения, направилась в ближайший бар отметить успешное завершение банкета и немного расслабиться. Мари чувствовала, что, несмотря на все трудности, она сумела завоевать уважение своих коллег и, возможно, даже немного приблизиться к ним.       В баре царила атмосфера непринужденного веселья. Отгремел банкет, напряжение спало, и повара расслаблялись, обсуждая прошедший вечер и обмениваясь шутками. Мари, немного выпив, почувствовала, как усталость постепенно отступает, уступая место легкости и радости.       Внезапно к ней за столик подсел один из поваров. Это был Луи, француз с обаятельной улыбкой и лукавыми глазами. Она знала, что он гей. — Мари, дорогая! — воскликнул он с характерным французским акцентом, сверкая глазами. — Я так рад, что у нас теперь су-шеф — француженка! Наконец-то хоть немного французского шарма в этом консервативном месте!       Мари усмехнулась. — Ну, я француженка только наполовину. Мой отец – русский.       Луи махнул рукой, словно отмахиваясь от незначительного факта. — О, ничего страшного, дорогая! Главное, что в тебе есть французская искра! И, прошу тебя, не расстраивайся из-за всяких пустяков, особенно из-за этих дебильных шуток Сени с Федей. Они просто идиоты, не обращай на них внимания, — он снова выразительно взмахнул рукой, а его акцент стал еще более заметным. — Просто помни, что ты талантливая и умная, и ты обязательно добьешься успеха, несмотря ни на что! — Спасибо, Луи. Но я не только расстроена из-за сегодняшнего дня, — призналась Мари, делая глоток вина. — Это скорее капля, переполнившая чашу. — А из-за чего же ещё, дорогая? — участливо спросил Луи, придвигаясь ближе. — Может быть, из-за парня?       Мари удивленно вскинула брови. — Как ты…?       Луи расхохотался. — О, дорогая, поверь, большинство проблем в жизни — из-за парней. Уж поверь, я знаю, — он кокетливо подмигнул. — Они такие сложные и непредсказуемые! Рассказывай, что у тебя там случилось?       Мари, немного поколебавшись, заказала еще один бокал вина. Алкоголь расслаблял и притуплял боль воспоминаний. Она выпила несколько больших глотков и, наконец, решилась поделиться с Луи своей историей. — Дело было во Франции… У меня там был парень, Марсель. Мы встречались довольно долго, и все было просто замечательно. Он был красив, талантлив, заботлив… В общем, идеал. И вот однажды он сделал мне предложение…       Мари замолчала, закусив губу. — А потом? Что случилось потом? — нетерпеливо спросил Луи. — А потом… потом я узнала, что он мне изменяет. — тихо произнесла Мари. — И все мои мечты, все мои планы на будущее рухнули в один миг. С тех пор я стараюсь не строить никаких иллюзий. — О, mon Dieu! — воскликнул Луи, схватившись за сердце. — Дорогая, мне так жаль, что с тобой так случилось! Какие же мужчины бывают жестокими и бессердечными!       Он взял руку Мари и участливо сжал её. — Но, дорогая, ты не должна из-за этого терять веру в любовь и в мужчин! Ты такая красивая, талантливая и очаровательная! Ты заслуживаешь счастья! Может быть, тебе стоит попробовать снова найти кого-нибудь? — предложил Луи. — Кто знает, может быть, именно здесь, в этом ресторане, ты встретишь свою судьбу? Я уверен, что найдется кто-то, кто оценит тебя по достоинству и никогда не предаст! — Если и найду, то точно не здесь, — отрезала Мари, осушив бокал вина. В её голосе сквозила уверенность и, вместе с тем, какая-то обреченность.       Луи грустно улыбнулся. — Ну что ж, дорогая, жизнь длинная, и никогда не знаешь, где найдешь счастье. А пока, давай просто наслаждаться моментом, — он поднял свой бокал. — За тебя, за твое будущее, и за то, чтобы ты всегда оставалась такой же сильной и прекрасной!       Они чокнулись. Мари выпила залпом, чувствуя, как алкоголь расслабляет ее, как будто смывая с нее все тяготы прошедшего дня. Она оглядела бар, где повара смеялись, шутили, обсуждали события вечера. В воздухе витал запах выпивки и предвкушения новых приключений. — Если и найду, то точно не здесь, — отрезала Мари, осушив бокал вина. Она еще не знала, что судьба, как известно, любит преподносить сюрпризы.