Системный сбой

Пока я в одиночестве вдыхал океанский ночной воздух, всё ещё сияя от своей недавней победы с Джином, что-то всё ещё беспокоило меня, как назойливый зуд. И, к моему приятному удивлению, это было не то, что я подсадил какого-то гонка-ребёнка, зависимого от адреналина, на свои БД. Нет, мои единственные чувства в этом случае были лесть и раздутое эго, что, вероятно, было для меня нездорово. [Раздутое эго приводит к переоценке своих возможностей и способностей, что может плохо кончиться. К счастью для тебя, я могу напомнить тебе о твоих пределах, и ты поверишь в них, потому что это рационально.] Дэвид: Хммм. Не уверен насчёт этого. Когда у тебя большое эго, ты не слушаешь разум, даже если он исходит от самого надёжного источника. [Очень хорошо. Тогда ответ — профилактика. Как мы это сделаем? Систематически разрушая твою самооценку, как только она пересечёт определённые границы?] Уф. Мне не нравилось, к чему она клонила, но я не мог отрицать, что она была права. Дэвид: Полагаю, да. Просто… придерживайся фактов. Не унижай меня нереалистично. [Очень хорошо: твои шансы на смерть при исполнении служебных обязанностей в качестве эджраннера астрономически высоки по сравнению со средним человеком. Твоё дальнейшее выживание можно отнести как к удаче, так и к твоим собственным навыкам, и если ты попадёшься на миф о своей личности, ты, несомненно, умрёшь.] Мне не нравилось это слышать. [Что ты не особенный?] Особенно это. Уф. Ещё больше забот, но всё равно ни одна из них не была о Джине. Он мог дрóчить каждую ночь на то, какой крутой Ди, мне было всё равно. Что меня беспокоило, так это мой единственный путь к восходящей мобильности, по словам Аллистера: конкурс кейсов. Я присоединился к нему, чтобы это хорошо смотрелось в моём резюме и открывало двери в будущее. Чего я никогда не рассматривал, так это возможности победы. Это было просто потому, что я не знал, что на кону. А на кону был статус. Выиграв конкурс кейсов, я мог бы оставаться на плаву, не полагаясь на дружбу детей с высокопоставленными родителями. Я мог бы стоять на своих собственных заслугах, защищённый и взращённый самой «Арасакой». Однако это всё ещё был рискованный путь. Станешь слишком полезным, и никогда не будешь ничем большим, чем просто инструментом. Полезность не всегда была властью. Тем не менее, это был первый проблеск самоопределения в «Арасаке», который у меня когда-либо был. Я не мог его упустить. К лучшему или к худшему, я должен был победить. Та встреча с Накадзимой в пятницу, мне придётся выложиться на полную. Может, даже использовать свои значительные деньги, чтобы нанять шпионов или нетраннеров, чтобы выяснить, что делает наша конкуренция. Или, может, самому заняться этой хернёй, чтобы я мог их превзойти. Школа давно потеряла способность бросать мне вызов, и всё, на что я действительно тратил силы в эти дни, — это эджраннинг, но теперь мне нужно было работать. Это было на потом. Прямо сейчас мне всё ещё нужно было пройти через эти детские игры, и, может, заработать немного карманных денег, ставя смехотворные суммы на игру, которую я выучу на месте, а затем в конечном итоге освою, потому что люди имели терминальную привычку переоценивать свои недоразвитые, гладкие как гранит гороховые мозги и недооценивать меня. [Несмотря на твою повышенную скорость познания и другие умственные улучшения, всё ещё есть способы застать тебя врасплох или перехитрить, особенно если ты не будешь бдителен против таких попыток.] Дэвид: Не беспокойся об этом. Всё, что я делаю, — это подозреваю и беспокоюсь. [По мере того как ты продолжаешь осваивать своё окружение, ты становишься менее склонным подвергать свой разум чему-то такому стрессовому, как постоянная бдительность.] Дэвид: Правда. По мере того как всё больше и больше людей выходило на главную палубу из медиа-комнаты, где Джин, вероятно, пытался заставить каждого из своих прихлебателей смотреть мои БД, я решил пойти к столу Аллистера, где всё ещё было немного выпивки. Я узнал некоторых его друзей, болтающих друг с другом, но его и его цепного пса Уолтера ещё не было. Зная его, он, вероятно, вызвался вместе с Уолтером насладиться БД Джина, чтобы сблизиться с ним. Я проигнорировал его друзей и просто сел, медленно потягивая свой напиток, гадая, кому из команды мне позвонить. Или стоит ли вообще кому-то звонить? Что, если на круизе была какая-то грёбаная машина для прослушки? Не-а, лучше не быть слишком самонадеянным. Мои две жизни были разделены, и мне не нужно было размывать это разделение. — Как ты это делаешь? Я услышал голос, спроецированный в мою сторону, что было сюрпризом, потому что я знал, что я был единственным человеком в этом направлении. Я посмотрел в его сторону и увидел Минако, ту девушку, которая отчитала меня за то, что я «говорил свысока» с Аллистером. — Как я делаю что? — спросил я, вложив в свои слова нотку раздражения. Как ещё она собиралась дать осмысленный ответ, не уточнив, о чём говорит? Да, я знал, что это был словесный крючок, чтобы сделать слушателя более заинтересованным в том, чтобы выслушать линию вопросов, создавая предвкушение, но это было так избито. И раздражающе. — Как ты смотришь все эти БД, не парясь? — спросила она. — Минако, — пробормотала одна из её маленьких подруг, другая девушка, нервно. Как будто она просила её перестать тыкать в какое-то дикое животное. — Секрет в том, чтобы тебе это нравилось, — сказал я с пожатием плеч. Я собирался развить мысль, но напоминание Аллистера быть отстранённой и таинственной фигурой закрыло мне рот. — Тебе нравится то, что ты видишь в БД? Ты хочешь убивать людей? А, она пыталась меня словесно подловить или что-то в этом роде? Может, записать, как я говорю что-то грёбаное, чтобы она могла держать это надо мной. — Конечно, нет, — сказал я. — Мои БД образовательные, — что было правдой. Я учился путям соло, записывая тот последний БД. — В этом нет ничего, чего стоило бы стыдиться? Минако разинула на меня рот. — Ты имеешь в виду, что стать киберпсихом и убить десятки людей для тебя образовательно? — Конечно, нет, — сказал я. — Откуда ты это взяла? Она моргнула на меня, как сова. — Ты знаешь, что продаёшь БД, верно? — Это вопиющая ложь, — сказал я. — Минако, — сказала её подруга, потянув её за руку. Минако просто поджала губы и скрестила руки на груди в защитной позе. Я, наверное, не должен был открывать свой тупой рот. Я позвонил Аллистеру. Через несколько секунд он принял звонок. Дэвид: Думаю, одна из твоих подруг пытается меня подставить. Аллистер: Ты что-нибудь сказал? Дэвид: Конечно, нет. Аллистер: Скорее всего, она пыталась тебя шантажировать. Но нужно быть наивным, чтобы думать, что это сработает. Плевать. Есть что-нибудь действительно важное? Я сейчас борюсь с тем, чтобы не вырвать свой ужин. Дэвид: Ну, если это не что-то важное, удачи. Кстати, ты сначала смотрел ДК или другой? Аллистер: Нет, это тот, который Джин называет «Убийца Призраков». Дэвид: Как тебе? Аллистер: Ужасающе? Я не особо в восторге от идеи проводить время в чьём-то больном мозгу эджраннера в середине миссии, особенно когда у него ментальная срочность клерка, проходящего через свои последние задачи перед концом смены. Дэвид: Но тебя от этого тошнит? Аллистер: С ним что-то не так. Джин, кажется, любит эту «фишку», но я думаю, что это «баг». Парень думает слишком быстро. Это должно быть нормально? Дэвид: Первый раз смотришь БД, где у кого-то есть ментальные улучшения? Это нормально. Ну, это было не так. Но я был уверен, что мои преимущества не были уникальными только для меня. Должен был существовать кто-то вроде меня где-то там. Аллистер: С любой удачей, психопат умрёт, прежде чем появятся ещё части. Дэвид: Хахахах. Надеюсь, ты говоришь об эджраннере. Аллистер: Я сейчас поднимусь. Просто… перестань разговаривать с Минако, или кто там. Это, наверное, Минако, верно? Хочешь, чтобы я ей устроил проблемы? Дэвид: Мне, в общем-то, насрать, чумба. Просто думал спросить у тебя совета. — Не думай, что ты победил или что-то в этом роде, — сказала Минако с острой ухмылкой. — Скоро ты исчерпаешь свою полезность для Джина-сама, и тогда ты будешь просто ещё одной помоечной крысой, пытающейся вскарабкаться наверх, только чтобы тебя растоптали. Окей, но… Честно говоря… Кого я мог бы сделать мишенью или убить, чтобы жизнь Минако стала сущим, блядь, адом? Я никогда раньше не убивал корпо, в основном потому, что наши круги никогда не пересекались, когда я работал. Но что меня остановит? Что могло меня остановить? И если Минако была сучкой Аллистера, то это означало, что её родители, вероятно, были досягаемы для Ди. Фарадей заставил команду Мэйна и меня взломать грёбаный лимузин исполнительного директора. Её родители не могли быть намного сложнее для досягаемости. Ну, если только Минако в итоге не узнает, что я за этим стою, тогда это не будет очень удовлетворительным возмездием. И другие тоже должны были знать, чтобы они говорили со мной с уважением, которого я, блядь, заслуживал. Но я не собирался раскрывать своё прикрытие из-за какого-то неуважения, брошенного мне здесь и там. Но, может, это и не раскроет моё прикрытие? Корпо постоянно нанимали эджраннеров для своей грязной работы. И мертвецы не рассказывают сказок. Мёртвые родители ничем не отличались. В конце концов, всё сводилось к деньгам. Школа знала, что они у меня есть. Мои сверстники тоже. Может, наконец-то пришло время «потратить» немного из них, чтобы избавиться от соперника и получить грёбаное уважение, наконец? Я просканировал Минако Ито, нашёл её полное имя и ID Академии «Арасака». Больше ничего о ней. Чтобы найти это, мне нужно было бы подключиться к сети «Арасаки». Например, к этому кораблю. Я прощупал его защиту и обнаружил, что у меня было бы больше шансов прорваться через точку доступа, чем по беспроводной сети. К сожалению, я оставил свой личный кабель связи дома. Это была машина, которую так же легко можно было бы превратить в хром: кабель, подключённый к моему запястью, как у большинства нетраннеров. Мне нужно было скоро этим заняться. Но в конце концов, мои планы были сорваны. Не из-за моей собственной неспособности, а просто потому, что я столкнулся с кратчайшим из неудобств. Только за это родители Минако остались в живых. Я улыбнулся ей. — Что?! — рявкнула она на меня. — В следующий раз, когда увидишь своих родителей, обними их крепко и надолго, — сказал я. Минако запнулась, и прежде чем она успела попросить разъяснений и продолжить рыть себе ещё более глубокую могилу, подошёл Аллистер с Уолтером, выглядя немного бледным. Уолтер, на самом деле, выглядел нормально. Может, у него была боевая подготовка? Может, именно столько и требовалось, чтобы стать вассалом великого клана Такэути из провинции Уэстбрук, подчинённого прославленным родам Танака и Рюдзаки, чьи легендарные похождения можно было датировать целыми десятью годами с момента войн за объединение. Такие древние и важные силы. Их, блядь, даже не существовало, когда я родился. От этого мне казалось ещё глупее заботиться о такой молодой иерархии. Но в этом и был трюк сильных, не так ли? Они делали так, будто их восхождение было очевидным, потому что они обладали каким-то невыразимым качеством, которого не могли иметь бедные люди. Иначе они не были бы бедными. Ну да ладно. Не мне учить своих врагов воспринимать меня всерьёз. Тем лучше, если они этого не будут делать. Я поднял бокал за Аллистера, который лишь устало усмехнулся и вздохнул. — Отличная постановка. Передай режиссёру мои поздравления. Спасибо, я буду здесь всю неделю. Аллистер завёл со мной разговор, пытаясь расхвалить меня перед остальными. По совпадению, он спросил меня, «как я это делаю», имея в виду, как я справляюсь с БД. Так что я наплёл им какую-то чушь о том, что нужно смотреть в лицо реальности и побеждать страх, но на самом деле это была просто старая добрая приманка для богатых деток. Скучная жизнь, как у них, заставляла их жаждать любого рода волнения. Именно это и давало некоторым из них такую странную склонность тусоваться с бедными и делать то, что они делали. Это также давало им склонность попадать в неприятности, оказываясь в неподходящем месте в неподходящее время с неправильным мышлением. Они были худшими гонками Найт-Сити, безусловно. Джин ничем не отличался. Он, вероятно, воображал себя каким-то сверхчеловеком, элитой, получившей своё положение благодаря какому-то качеству, которое возвышало его надо мной в его сознании. Хуже всего в нём, однако, было то, насколько, блядь, он был убеждён в этом факте. Убеждён настолько, что пристрастился к общению с подгруппой людей, которые жили жизнью, о которой он мог только мечтать — буквально. Джину стоило бы сосредоточиться на том, чтобы быть корпоративным мальчиком, но вместо этого он был слишком поглощён своими мечтами, чтобы что-то с этим делать. Ставил ли он себя в невыгодное положение в плане учёбы и карьеры своими просмотрами БД? Может быть. Или, может, всё сводилось к тому, что люди ненавидели с ним тусоваться, что имело бы свои последствия в будущем. Или, может, он работал над какой-то более великой целью. Это не имело значения. Он мог пасть или процветать, мне было всё равно: мне просто нужны были мои эдди и мой социальный капитал. Он мог пасть, как только я закончу его использовать, как только он исчерпает свою полезность для меня, чёрт возьми, а не наоборот. Не он здесь был главным. Не он носил военный хром, который мог бы разнести всю эту сучку в секунду, если бы я когда-нибудь захотел. Я слегка стиснул челюсти и пошевелил пальцами, пытаясь выплеснуть своё разочарование. Может, мне не нужно было убивать её родителей? Может, мне просто нужно было снова трахнуть девушку Кацуо? Но мне помогало думать о том, кого убить, чтобы продвинуться в этом мире. Я получил уведомление на свой агент: публичное объявление, локализованное на этой яхте, было разослано о какой-то… гонке на скоростных катерах по ночному океану. Это выглядело глупо. Но это заставило замолчать все разговоры. Если я правильно помнил, а я должен был после того, что Нэнни сделала с моим мозгом, это была частная вечеринка, что означало, что посторонним из «Арасаки» вход воспрещён. По словам Аллистера, это обычно означало, что всё было более жестоко из-за иерархии и того факта, что никто не наблюдал, как вышестоящие издеваются над своими подчинёнными. К счастью, мне удалось избежать основной тяжести этого, будучи в хороших отношениях с Джином. Но означала ли эта маленькая игра, что мне снова придётся в этом участвовать? Кацуо вышел в центр палубы, назойливо постукивая вилкой по бокалу с шампанским. — Внимание, все! — сказал он. — Кто хочет посоревноваться со мной в гонке по полосе препятствий за кругленькую сумму в сто тысяч евродолларов?! Хотя я должен вас предупредить, что я не обычный противник. Боже. Кто, чёрт возьми, вызовется на такую глупость? Глаза Кацуо расширились от восторга, когда он встретился со мной взглядом, и я понял его язык тела громко и ясно. Его намерение было поистине кристально ясным: он как-то втянет меня в игру. Это могло занять время, но в конце концов он бы привёл ряд аргументов, которые подробно объясняли бы, почему я не могу отказаться, не заплатив гораздо более высокую цену. Может, стоило просто выждать его маленькую шантажную тираду, узнать о своих уязвимостях, а не просто верить, что они у него есть? Или, может, он объявит их вслух, что даст всем возможность меня доставать, пока я не устраню свою слабость? Или, может, он всё это время блефовал, просто притворяясь, что у него что-то на меня есть, если я не соглашусь? Или, может, я мог бы просто взломать его, как нетраннер? Я так и сделал. Я активировал Сандевистан, чтобы мгновенно разобраться с ручными частями взлома, и при этом вскрыл все его локальные файлы. И там была какая-то… странная хрень. Чёрный сайт, который идеально подходил для убийств. Торговец оружием. Контакты с гангстерами. Какого хрена? Где был шантаж? …А. Вот он. Мой грёбаный проект для конкурса кейсов. Кацуо Танака заполучил мой проект для конкурса кейсов: весь наш прогресс, все наши прорывы. Так, чтобы он мог продать его тому, кто предложит самую высокую цену в конкурсе. Я собирался свернуть Накадзиме грёбаную шею за это. Чёртов гонк! Что, чёрт возьми, он курил? Чёрт. У Кацуо, очевидно, была резервная копия. Он бы не носил с собой единственную копию. Я пролистал копию и вздохнул. Это действительно было всё. И я ни на секунду не ожидал, что он сделает благородный поступок и удалит её, если я сделаю то, что он просил. Нет. Этот проект был сожжён. Мне придётся начинать с нуля. Лучше, чем раньше. И мы могли это сделать. Потому что теперь я был другим. Умнее, быстрее, лучше. Но пока что я поднял руку, как раз когда Кацуо меня окружил. Кацуо: О, ты вызываешься? Должен предупредить, что если ты проиграешь, с тебя по закону потребуют сто тысяч, если ты согласишься. Что ты и должен сделать. Ты понятия не имеешь— Дэвид: У тебя мои файлы с конкурса, я знаю. Я видел. Мне насрать. Я просто поиграю с тобой, чтобы тебя сокрушить. Кацуо: О? Даже зная, что я держу твои яйца в тисках? Дэвид: Кацуо, ты бездарная, блядь, трата времени. Я сделаю самую добрую вещь, которую когда-либо, блядь, делал, и предупрежу тебя: ты не хочешь со мной связываться. Не сейчас. Но знаешь что, Кацуо? Я хочу с тобой связаться. Я хочу, блядь, растереть тебя в порошок и, блядь, вздохнуть спокойно. И ты знаешь, что я могу. Победная ухмылка Кацуо сменилась на уродливую, и я просто встал. — Давайте покончим с этой хернёй, — сказал я. — Сто тысяч, говоришь? Давай сделаем двести, если ты не ссыкло. Кацуо ухмыльнулся. — Хорошо, тогда! Двести тысяч достанутся победителю! Это будет соревнование на века! Я не терял времени на что-то такое бессмысленное, как пожатие его руки или что-то в этом роде. Я просто ждал, пока матросы укажут нам на наши маленькие скоростные катера. Борт корабля освещал океан, чтобы остальные могли наблюдать, и по поверхности были разбросаны светящиеся буи, связанные верёвкой. Я взглянул на язык тела Кацуо, и он кричал о высшей уверенности. Мне не потребовалось и секунды, чтобы догадаться почему. Игра была подстроена. Как? Матросы показали нам лестницы, которые спускали нас к ожидающим скоростным катерам рядом с кораблём. Меня очень целенаправленно подвели к одному скоростному катеру, и я сел на него. Я взломал его. Код был запутанным и странным, так что вместо того, чтобы пытаться его расшифровать, я просто сохранил полную резервную копию и сбросил его до более ранней версии. Код изменился, выделение памяти уменьшилось, и, судя по тому, что мне дал диагностический инструмент, производительность была лучше по всем параметрам. Была ли это правильная настройка или просто отвлекающий манёвр? Я на всякий случай взломал скоростной катер Кацуо и обнаружил, что наши кодовые базы были практически одинаковыми, учитывая, что мы управляли одними и теми же машинами. Эх. Я решил также ограничить скорость Кацуо, чтобы он не получил большого преимущества. Странно, но у него не было установлено никаких модулей автопилота. Может, он действительно репетировал для этого, а не просто возлагал все свои надежды на жульничество? Как мило. С главной палубы раздался громкоговоритель. — Это гонка по океану! Вы должны проехать через каждый буй на вашем назначенном маршруте и пересечь финишную черту раньше вашего противника! Буй должен быть пересечён в радиусе пяти метров, чтобы ваша гонка считалась действительной, и у каждого из вас будут свои финишные черты, равноудалённые друг от друга! Я прочитал руководство пользователя и попытался применить все свои знания на практике, глядя на элементы управления. Судья продолжал говорить о каких-то правилах здравого смысла, на которые я обращал внимание лишь вполуха. Когда я устроился в водительском кресле скоростного катера, мои глаза пробежали по множеству элементов управления передо мной, каждая кнопка, циферблат и рычаг манили меня своим прикосновением. Кабина была симфонией технологического мастерства, с гладкими экранами и подсвеченными панелями, отбрасывающими мягкое свечение на тускло освещённый интерьер. Мои пальцы проследили по краям панели управления, ощущая гладкую текстуру кнопок под своим прикосновением. Каждая из них, казалось, гудела скрытой энергией, ожидая активации по моей команде. Я сделал глубокий вдох, готовясь к предстоящей задаче. В центре панели большой сенсорный дисплей ожил, заливая кабину яркими оттенками синего и зелёного. Иконки и символы плясали на его поверхности, указывая на различные функции и настройки. Одним касанием пальца я получил доступ к главному меню, открыв множество опций для настройки и тонкой регулировки скоростного катера по своему вкусу. Слева от меня ряд ручек и ползунков управлял дросселем и скоростью катера. Ловким движением запястья я отрегулировал дроссель, чувствуя, как катер отзывается на моё прикосновение низким гулом предвкушения. Рядом с регуляторами дросселя ряд переключателей включал различные вспомогательные системы, от навигационных огней до бортовых датчиков. С правой стороны панели из консоли выступал джойстик, служащий основным рулевым механизмом. Его гладкая поверхность удобно легла в мою руку, обеспечивая точный контроль над направлением и траекторией катера. Я проверил его отзывчивость лёгким толчком, наблюдая, как цифровой дисплей катера отражает мои движения в реальном времени. Надо мной ряд верхних дисплеев предоставлял жизненно важную информацию о производительности и состоянии катера. Датчики и индикаторы мерцали жизнью, отслеживая всё, от температуры двигателя до уровня топлива. Я мысленно пометил себе внимательно следить за этими показаниями на протяжении всей гонки, чтобы катер оставался в оптимальном состоянии. Когда голос судьи разнёсся по громкоговорителю, напряжение на воде усилилось. Вопреки моим ожиданиям, моё тело делало противоположное моему разуму. Моё сердце билось ровно, дыхание было спокойным и контролируемым, как будто все мои эмоции и нервозность потеряли контроль над чистым профессионалом, которым стало моё тело, и мои пальцы зависли над элементами управления, когда начался обратный отсчёт. — Три… Два… Один… Вперёд! С приливом адреналина я вдавил педаль в пол, чувствуя, как скоростной катер рванул вперёд со взрывной силой. Ветер хлестал по моим волосам, пока я с точностью маневрировал по волнам, каждый буй отмечал мой путь к победе. Рядом со мной скоростной катер Кацуо рванулся в движение, но с самого начала было ясно, что он с трудом успевает. Его катер неустойчиво качался, пока он боролся за контроль, его разочарование было очевидно в каждом движении. Тем временем я активировал Сандевистан, чувствуя, как время вокруг меня замедляется до ползучего темпа. С обострённым восприятием я управлял катером с беспрецедентной точностью, каждое движение было рассчитанным и преднамеренным. Мир, казалось, двигался в замедленной съёмке, пока я без усилий маневрировал по воде, оставляя Кацуо позади. Несмотря на его попытки догнать, усилия Кацуо были напрасны. С каждым мгновением я увеличивал разрыв между нами, моё мастерство и решимость несли меня к финишной черте с неудержимой силой. По мере продвижения гонки я стратегически использовал Сандевистан, замедляя время в ключевые моменты, чтобы с лёгкостью проходить крутые повороты и избегать препятствий. С каждым пройденным буем победа казалась всё ближе, свидетельство моего мастерства в кибернетической технологии, которой я располагал. И когда я пересёк финишную черту, крики толпы обрушились на меня, хор триумфа и празднования. Я вышел победителем, ещё раз доказав, что ничто не может встать на пути моего успеха. Я подвёл катер к корпусу корабля и поднялся по лестнице, не уделив гонке ни секунды внимания. Мне было настолько наплевать, что я даже не стал притворяться. Двести тысяч — это хорошо, но это не стирало прогресс, которого я достиг с Накадзимой. Я отправил ему сообщение. «Самый большой мудак, которого я знаю, заполучил наш проект. Мы начинаем с нуля». Не было смысла делать что-то ещё, кроме как чисто сорвать пластырь. Ответ я получил почти мгновенно. «БЛЯДЬ! Я как раз собирался поговорить с тобой о том, что кто-то получил доступ к моим файлам в сети. Так мы закончили?» Закончили? О чём, чёрт возьми, он говорил? «Встретимся в пятницу». Я бы закончил весь этот проект в одиночку, если бы пришлось, но «закончили»? Это была речь неудачника. А я был неудачником? — Поздравляю, победитель! — Джин подошёл ко мне, сунул мне в руку напиток и похлопал по плечу. — Спасибо, — сказал я. Затем я позвонил кому-то. Дэвид: Надеюсь, я не прозвучу нуждающимся, когда скажу это, но прошёл долгий час с тех пор, как я сюда приехал, и мне очень нужно трахнуть тебя до потери сознания. Фэй-Фэй: Я уж думала, ты никогда не спросишь! Примечания: Во-первых, покойся с миром, Акира Торияма. Если бы не он, а следовательно, и One Piece, и всё аниме, я бы никогда не начал писать. Может, я и не смотрел ни одной серии DBZ, но я могу признать и оценить его безумное влияние. Теперь к истории. Как всегда, комментарии не только приветствуются, но и необходимы для моего дальнейшего хорошего здоровья. Мои жизненно важные органы зависят от длинных и содержательных комментариев для их дальнейшей работы, с тех пор как я купил их со скидкой и связал их ежемесячные платежи с моим разделом комментариев и счётом Kudos на Ao3.