Системный сбой

Припарковав байк, я получил звонок от человека, с которым давно не разговаривал. Ичиносе: Йоу, у меня для тебя работа! И два новых клиента! Пятьсот эдди за это дело, отладка. Я остановился и уставился в пустоту. Мои губы изогнулись вверх. Я хихикнул. А потом рассмеялся. Ичиносе: Какого хрена, Дэвид? Я продолжал смеяться. Существование этого человека совершенно вылетело у меня из головы. Базовый нетраннер-сучка, для которого я делал работу, когда мы с мамой едва могли позволить себе аренду. Теперь этот парень не мог позволить себе меня. Дэвид: Извини, чумба. Я с этой работой завязал. Ичиносе: Да ладно, Дэвид! Шестьсот, окей?! Дэвид: Добавь ещё ноль, и, может, поговорим. Ичиносе: Какого хрена? Ты кем себя возомнил? Я предлагаю тебе хорошие эдди! Дэвид: Ты думаешь, это «хорошие эдди», Ичи, тогда ты, должно быть, совсем с ума сошёл. Либо ты платишь мне лучше, либо завязываешь и теряешь мои контакты. Ичиносе: Думаешь, я тебя, блядь, не задокшу, пацан? Ты вообще знаешь, с кем играешь? Я на мгновение представил, как докшу его в ответ через нашу линию связи, но быстро отказался от этой идеи, не видя в этом необходимости. Я точно знал, что он не сможет взломать мою киберзащиту, даже если захочет, и я всегда следил за тем, чтобы не давать ему никакой идентифицирующей информации, сохраняя нашу переписку строго анонимной, за исключением наших имён. Он не мог меня достать, имея только это. Делать что-то против него означало бы, что я считаю его угрозой, чего я не делал. Дэвид: Спасибо за эдди, но, боюсь, здесь наши пути расходятся. Я тебя сейчас заблокирую. Потому что, на самом деле, этого было достаточно. Ичиносе: Что?! Ты думаешь, это— Я заблокировал Ичиносе и быстро выбросил его из головы. Серьёзно, шестьсот эдди за три работы. Прошлый я бы ухватился за эту возможность, сжигая целые выходные, без устали печатая, только чтобы Ичиносе заплатил мне через три дня, а то и через неделю. Его единственным плюсом было то, что он в итоге платил, но у него был ужасный характер. Плевать. Он не имел значения. Я выбросил его из головы и снова начал медитировать, находя своё спокойствие. Пора снова надеть свою корпо-маску… Пара охранников стояла перед трапом, ведущим на прогулочную баржу. Они подняли руку, чтобы остановить меня, и просканировали. После минутного ожидания один из них кивнул мне. — Сюда, мистер Мартинес. Если вы предоставите нам ключ от вашего транспортного средства, парковщик сможет его припарковать. Хммм. Мой инстинкт уличной крысы подсказывал мне сказать ему пойти к чёрту с этой очевидной аферой, но моё корпо-суперэго подавило этот импульс. Если кто-то попытается его украсть, я найду его и заберу обратно. Без проблем. — Вот, — сказал я, отправив мужчине электронный ключ. — Ни царапины, или это твоя задница, — сказал я, просто чтобы быть мудаком, а также потому, что я не мог больше сдерживать свой инстинкт уличной крысы. Может, это было по-жлобски с моей стороны так привязываться к чему-то такому ничтожному, как мотоцикл за 66 тысяч евродолларов, но какое это имело для меня значение? Этот байк всё ещё был мне дорог, хотя бы сентиментально, так как на данный момент я мог легко позволить себе несколько таких. Я поднялся по трапу на главную палубу корабля, где играла громкая музыка. Бутылки дорогого шампанского и ликёра летали туда-сюда, пока студенты-корпо праздновали щедрость некоего Джина, фамилия Рюдзаки, сына главы финансового отдела «Арасаки». Я заметил Аллистера и Уолтера, отдыхающих в каком-то углу, в окружении «меньших вассалов». Чертовски удручающе, вот что. Я всегда думал, что они все просто… друзья. Это было не так. Правда в том, что в этом мире не было настоящей дружбы. Только соперничество или подчинённые. Аллистер позвонил мне, и я принял звонок. Аллистер: Повернись и сначала поздоровайся с Джином, гонк. Я внутренне зашипел и сделал, как было сказано. Это было нехарактерно резко для него, хотя я знал почему. Он становился таким горячим только тогда, когда дела были плохи, и, полагаю, то, что я не поприветствовал главного пса первым, было достаточным нарушением приличий, чтобы даже он из всех людей начал ругаться. Я быстро поблагодарил его и подошёл к Джину, который сидел на возвышении за столом с Кацуо, и Фэй-Фэй, обнимающей Кацуо, вся такая влюблённая. Я попытался подавить улыбку. — Здравствуй, Джин, — сказал я. — Кацуо. — А затем, обращаясь к Фэй-Фэй, я наклонил голову. — Я ещё не имел удовольствия представиться вам. Как вас зовут? — Мэй Цзин Фэй, — сказала она, и тут до меня дошло, что это был первый раз, когда я услышал её полное имя. Полагаю, Фэй-Фэй всегда было просто прозвищем. Мило, что она дала его мне так рано. Доказывало, что я ей на самом деле вроде как нравился. Ну, я всегда знал, что нравился, но, полагаю, это означало, что мы настоящие чумбы. — Приятно познакомиться, Цзин Фэй, — сказал я. — Дэвид, мой чувак, — сказал Джин, вставая, чтобы поприветствовать меня. Он обнял меня по-братски, похлопал по спине и пожал руку. — Как дела и всё такое? — Хорошо, — сказал я. — Надеюсь, у тебя тоже. — Не жалуюсь, — сказал он. — Хотя, скучно пиздец. Я очень надеюсь, что ты пришёл с лекарством от этого. А, вот оно. Я отступил и поклонился на девяносто градусов, почти дословно цитируя главу о корпоративных извинениях из учебника по корпоративной культуре — я прочитал и запомнил этот раздел как раз для этого. Первое правило сообщения плохих новостей начальнику: полная честность и никаких оправданий. Ты облажался, и они будут злиться. Не пытайся это преуменьшить. Ты вообще не должен был доводить до этого. — Я не смог достать никаких новых БД от Джимми Куросаки в последнее время. Я приношу глубочайшие извинения за свою вопиющую некомпетентность. — Какого хрена?! — взревел Кацуо. — Этот ленивый мудак даже не доставил? Я слышал столько слухов о ещё одном БД на улице! Чёрт, правда? Или он просто врал, чтобы подставить меня ещё больше? Зная Кацуо, это могло быть и то, и другое. — Эх, — сказал Джин. — Я и сам держу ухо востро. Не слышал ни о каких новых Джимми. Наверное, просто чушь. Если Дэйви не смог его найти, сомневаюсь, что они вообще существовали. Я почувствовал лёгкую вину. Я мог бы заглянуть в бар бустер-банды, чтобы найти БД, в одежде Ди, конечно, но я отвлёкся на редактирование своего собственного БД, надеясь, что этого будет достаточно. К тому же, Джимми всё равно не выпускал их так часто. Прошло уже около трёх недель, и его следующий релиз, вероятно, будет через неделю или две. На самом деле, это был настоящий косяк с моей стороны, и такой, который мне действительно не стоило повторять, иначе я мог бы просто попрощаться со своими мечтами о корпоративном владычестве — как выразилась Люси. — Тем не менее, — сказал я, выпрямляясь. — Я принёс с собой БД Джимми Куросаки из второй части. Надеюсь, вы его ещё не пробовали. Улыбка Джина стала шире. — О. Ты сумасшедший ублюдок, у тебя вся серия?! Почему ты, блядь, сразу не сказал? Чёрт, это круто! У меня всё ещё огромный список, который нужно наверстать! Вторая, говоришь? Да, это отлично подойдёт. — У меня есть и другой БД, — сказал я. — Начинающий безымянный соло. Не свиток киберпсихоза. Парень довольно собранный и всё такое. Это больше похоже на «день из жизни эджраннера». — Прем, — сказал Джин, хотя я мог сказать, что он не особо в восторге от этой идеи. — Так сколько ты хочешь? — Сто за чип? — сказал я. — Это сорок чипов, итого четыре тысячи. — Тебе бы понравилась эта умопомрачительная сумма, не так ли, Дэвид? — насмехался Кацуо. — Четыре тысячи заставляют твой член твердеть, не так ли? Я мог бы отдать это бесплатно, учитывая, как мало я полагался на этот глупый источник дохода для чего-либо, кроме социального капитала, и я был готов сделать такое заявление, прежде чем остановиться. Это был вопрос принципа, не так ли? Аллистер мог легко позволить себе быть гонцом за БД для этих мудаков, потому что у него было достаточно денег, чтобы это никогда не было проблемой, но возмущение заключалось не в потере денег: а в том, что тебя заставляли делать что-то против твоей воли. Подчиняли и использовали. Я не мог позволить себе попасть в эту ловушку и потерять всю репутацию. Четыре тысячи были мелочью, но это была цена, и я не собирался уступать, даже если я сильно занижал стоимость. Теперь нужно было составить предложение, в котором я бы отстаивал свою позицию, не выглядя отчаянным или оскорбительным. Я просто… проигнорировал Кацуо и снова сосредоточился на Джине. Иногда лучший ответ — это вообще не отвечать. К тому же, насколько по-детски мне нужно было бы вести себя, чтобы ввязаться в соревнование «у кого больше» с каким-то богатым мудаком? — Да, конечно, похер, — сказал Джин, совершенно не задумываясь о транзакции, когда его глаза засветились синим, и он отправил мне деньги. В конце концов, это был бизнес: похер, плати. Джин был хорошим клиентом. Я протянул ему пакетик с чипами. — Иди поболтай со своими маленькими друзьями, я позову тебя протестировать БД, когда буду в настроении. Тебя это устраивает? — Да, — сказал я. — Я никогда не продам тебе то, что не могу посмотреть сам. Но я должен тебя предупредить, ДК… ну, по шкале от одного до десяти, где десять — это Норрис, этот — твёрдая девятка. Шизо-параноидальный хромовый наркоман сходит с ума, начинает думать, что его нейроны качают яд по его мозгу, и это вина правительства. — А, понял, — сказал Джин. — Спасибо за предупреждение. Чертовски ненавижу ещё одну сессию уборки рвоты. В прошлый раз это реально испортило атмосферу. Грёбаные ссыкуны, мужик, ты можешь в это поверить? — Они не могут вынести тьму мира, — сказал я с пожатием плеч. — Предпочли бы спрятаться, чем принять её. Предпочли бы бояться и быть добычей, чем присоединиться к тьме и стать хищником. Глаза Джина расширились. — Точно! Они думают, что это всё грёбаные игры только потому, что они корпо, но это, блядь, Найт-Сити, чумба! Нельзя позволять своим эдди ослеплять тебя от правды: мы все одинаковы внутри. Кровь и мясо. — Если только ты не станешь хромовым монстром, — сказал я. — Тогда ты больше… верно? — Подождите, что, чёрт возьми, я говорил? Джин был… я действительно с ним сейчас общался. Он на самом деле знал. Он понимал мир, понимал мою собственную одержимость БД. — Да! — хихикнул он. — Тогда ты больше. Я ухмыльнулся ему. — Приятно иметь с тобой дело, Джин. Позови, если понадоблюсь. — Ты знаешь это! — Он похлопал меня по обоим плечам, и этот слишком фамильярный жест не остался незамеченным. Наш маленький момент связи был милым и всё такое, но это ни хрена не значило, учитывая наши места в иерархии. Этот жест заставил меня почувствовать себя питомцем: чертовски хорошим питомцем, но всё же питомцем. Это была другая сторона уравнения, не так ли? Станешь слишком хорош в роли корпо, и какой-нибудь мудак захочет использовать тебя в своих интересах. Может, пора было его разочаровать. Тактически. Я наконец-то встретился с Аллистером и Уолтером, бодро поприветствовав их. — Эй, ребята. Веселитесь? Уолтер протянул мне напиток и ухмыльнулся. — Конечно. Зависит от того, вызовет ли БД, который ты принёс, ещё одну рвотную феерию. Я рассмеялся. — У меня такое чувство, что Джин позволит людям пропустить этот раз. Я его уже предупредил. Вздохи облегчения пронеслись по собравшейся толпе. Облегчённые смешки и улыбки в изобилии. Даже Аллистер благодарно улыбнулся. — Это всё, на что мы можем надеяться. Делить хобби с молодым господином — это хорошо… пока у тебя хватает на это желудка. Мне стало его жаль. — Ну, если это хоть какое-то утешение, я могу помочь тебе выработать толерантность. — Боюсь, это скорее… фундаментальное различие в менталитете, — сказал Аллистер. — Одни созданы для цивилизованного общества. Другие — для его поддержания. Последние делают это, потому что знают, какова альтернатива. Они могут это вынести. Создать порядок из хаоса. Я постарался не скривиться от его речи в стиле аниме. — Это не так уж и сложно, как только привыкнешь, — сказал я. Я искренне думал, что это больше вопрос навыка, чем чего-то фундаментального. Я не родился крутым соло, который регулярно трахал девушку своего злейшего врага и зарабатывал сотни тысяч еженедельно. Хм. Если так всё изложить, может, я просто… устроен иначе. Собран неортодоксально. Я выпил немного своего напитка, мохито из всех возможных. Вау, это было заботливо с их стороны. — Не говори с Аллистером свысока, — сказала одна из зрительниц, милая девушка, кстати. — Ты действительно думаешь, что у тебя есть положение, чтобы говорить с ним в такой фамильярной манере? Я нахмурился, глядя на девушку. — Прости, ты кто, чёрт возьми, такая? — Тихо, Минако, — сказал Аллистер. — Я пока прощу дерзость Дэвида, так как это, скорее всего, связано с напитком, который я ему дал. Аллистер позвонил мне. Аллистер: Просто подыграй, я буду тебе должен. Я закатил глаза. — Мои извинения, Аллистер, — сказал я, несмотря на то, как сильно это воротило мои внутренности. — Я говорил не по очереди. Дэвид: Тем не менее, я хотел бы поговорить с тобой о том… как я могу как-то пропустить эту чушь. Как мне получить положение в моей позиции? Аллистер: Иметь богатых родителей или быть их собственностью. Дэвид: И? Аллистер: Или доказать себя таким активом для «Арасаки» в твоём юном возрасте, что они будут заинтересованы в твоём будущем. Кроме как выиграть тендер с компанией, или, может, выиграть конкурс кейсов или что-то в этом роде, я не вижу у тебя много возможностей для этого. Просто пока держи голову низко и улыбайся. Я же тебе говорил, не так ли? Будь тихим и таинственным. Так ты будешь менее оскорбительным. Он уже давал мне этот совет, а я уже его забыл. Это было глупо с моей стороны. Я больше так не сделаю. Особенно теперь, зная, что потребуется, чтобы я получил настоящее уважение в этой сучке. Конкурс кейсов. Эта хрень действительно имела значение не только для того, чтобы выиграть немного денег и хорошо смотреться в резюме, не так ли? Если я выиграю этот конкурс кейсов, действительно выиграю, то я буду не просто многообещающим программистом. Я буду вундеркиндом. И эти дети будут обязаны меня уважать на данном этапе. В конце концов, совет Аллистера «иметь богатых родителей или быть их собственностью» всё ещё применялся, только на этот раз я выбрал самого богатого родителя из всех: самого Сабуро Арасаку. Всё это было довольно далеко на данный момент, но я доберусь туда раньше, чем позже, пока я не буду слишком сильно раскачивать лодку или слишком сильно вестись на провокации Кацуо. Это будет легко. 000 В конце концов, Джин вызвал нас в свой БД-зал — он даже построил один на своём корабле, вот же богатый мудак — чтобы все смотрели, как я смотрю БД, которые я предложил. Ни один из них не был для меня особенно шокирующим. Первый заставил меня резко дёрнуться, когда я из него вышел, но мой собственный БД вообще ничего со мной не сделал. Он просто заставил меня почувствовать себя немного глупым и неопытным. Если бы это был я сейчас, я бы справился гораздо лучше. Были бы лучшие стратегии, лучшие навыки. Джуди также оставила тот момент, где я мысленно извинялся перед мамой, но вся идентифицирующая информация отсутствовала, включая тот факт, что я извинялся перед своей матерью, так что я не особо об этом думал. Возможно, она просто подумала, что это слишком пикантно, чтобы упускать. Также… мои мысли казались очень медленными и менее… сложными. Как будто я перешёл от бабушкиного чили к какому-то консервированному чили, который можно найти в автомате SCSM. Плевать, может, это больше повысит удовольствие от просмотра для зрителей. Я надеялся на это. Я заплатил хорошие деньги за эти правки. Если бы Джуди меня на этом кинула, это вышло бы за рамки перспективного делового партнёра, к чему-то совершенно непростительному. Выйдя из БД с резнёй «Призраков», Джин выжидающе посмотрел на меня. — Ты в порядке? Я усмехнулся. — Да, — сказал я. — Конечно. — Хорошо! — Джин хлопнул в ладоши и повернулся к толпе тусовщиков. — Теперь, посещение строго по желанию. Если вы не можете вынести это дерьмо, валите прямо сейчас. Если вы попробуете и начнёте блевать, будьте уверены, я вас, блядь, отпизжу. 000 Рождение сыном Рюдзаки Масару дало Джину невообразимо трудное наследие, которому нужно было следовать. Этот человек был одним из первых, кто переехал из Японии прямо из главного штаба в Токио в Найт-Сити после войны за объединение, чтобы сделать себе состояние. В Токио уже были свои устоявшиеся династические корпоративные семьи, и, таким образом, Найт-Сити был единственным оставшимся вариантом для предприимчивого человека с мечтами о восходящей мобильности. И Найт-Сити выполнил обещание славы… любому, у кого хватило смелости и удачи выдержать эту адскую дыру. И у Масару этого было в избытке. Тайные сделки, убийства, саботаж и шпионаж подняли Масару с низкого пеона до директора, только своими двумя руками. Стоило ли это того? Да, чёрт возьми, стоило. Джин теперь был единственным ребёнком. Он приехал в Америку с пятью старшими братьями и тремя сёстрами, все из которых были уничтожены в перекрёстном огне безрассудного и неудержимого восхождения Рюдзаки на вершину. Джин был не просто счастливчиком. Он был хитрым, пошёл в отца и боролся за выживание, используя свой ум, а также свои кишки, чтобы принимать решения, необходимые для того, чтобы остаться в живых на протяжении всего полового созревания. В отличие от своих кузенов или своего поколения, он был прирождённым бойцом. И он мог уважать другого бойца. Например, Дэвида-куна. Каким бы прилежным он ни был, это не сравнится с той чистой стойкостью, которую он обнаружил в глазах пацана. Свои узнают своих, и Джин мог узнать такого ублюдка, как Дэвид. Но этот безымянный наёмник в этом БД? Вот это был настоящий боец. Созерцательный, компетентный, спокойный. Профессионал, не похожий ни на кого другого. Убийца, который сохранял хладнокровие, как ни один киберпсих, которого Джин когда-либо видел. И, конечно, этого и следовало ожидать: соло не был киберпсихом. Но быть таким спокойным и собранным, быть таким оторванным от концепции удачи и случая, брать всё в свои руки, даже свою судьбу, через ничего, кроме чистых навыков и стойкости? Соло чувствовал много всего, пока Джин его смотрел, но он никогда не чувствовал ни капли настоящего, реального страха. Нет, этот ублюдок был… Он был настоящим. Настоящим. Гонк увидел моё лицо, — подумал мужчина, размышляя, оставить ли последнего «Призрака» в живых или нет. Без малейшего намёка на настоящее горе, он прикончил парня. Для этого соло его противники даже не были людьми. Они были тараканами, насекомыми, которых нужно было раздавить и истребить, чтобы защитить себя. БД закончился, и Джин сорвал гарнитуру с лица и встал. Он огляделся в своём зале на остальных, этих мышей, которые съёживались перед ним, как грёбаные личинки, которыми они были. Попробуйте что-нибудь, сучки! Просто, блядь, попробуйте что-нибудь! Да! Они этого не сделали, потому что знали своё грёбаное место. Даже Кацуо, трусливый чудак, которому приходилось полагаться на своего отца, чтобы его член намочился. Дэвид, в отличие от остальных в комнате, встретил его взгляд, выжидательно, ожидая оценки. Джин решил его немного напугать. — Ты! — взревел он, указывая на него пальцем и идя к нему. Бровь Дэвида опустилась, и он просто ровно на него посмотрел. — Есть что сказать в свою защиту? Дэвид, со своей стороны, не дал ни хрена. — Опыт не соответствовал ожиданиям молодого господина? Ублюдок. Хотя, прем-ублюдок. Его ублюдок. Выражение лица Джина сменилось на радостное. Он начал смеяться. — Ни хрена подобного! — Он обнял Дэвида. — Эта хрень была нова! Он оттолкнулся от Дэвида и лихорадочно покачал головой, избавляясь от мурашек, которые появились на его коже. Это было безумие, не похожее ни на один другой БД, который он когда-либо получал. Это было золото! — Ты знаешь, кто это записал? — спросил Джин. — Да, — сказал Дэвид. — По крайней мере, по моим источникам. — Я хочу ещё, — сказал Джин тоном, не оставляющим места для возражений. К счастью, Дэвид улыбнулся. — Это можно устроить. Мои источники говорят, что это только первый из многих. По крайней мере, до того, как гонк откинется. Я буду следить за любыми новыми, которые появятся на рынке. Ты получишь их первым. Правда, что ли? Пацан не выглядел так, будто блефует. Он действительно мог провернуть такую сделку. Удивительно. Джин позвонил ему. Джин: Сколько, чтобы ты серьёзно занялся этим делом? Мне нужно больше и ещё вчера. Дэвид: Двадцать тысяч, ежемесячно. Джин нахмурил бровь. Дэвид: Это было недёшево. Я плачу за первый доступ. Эти БД ещё не попали на улицы. Ты первый, кто их видит. Джин: Ни гонишь? Дэвид: Я гарантирую это. Со временем они это выяснят. Но пока что. Джин отправил пацану двадцать косарей. Джин: Следи, блядь, внимательно. Я хочу новые и быстро. И раньше всех. Дэвид: Сделаю. Любой другой отчитал бы Джина за легкомысленные траты, но Джин видел в этом инвестицию. Он мог научиться у этого соло. Не наёмническим навыкам, нет. Но наёмническому мышлению. Деньги превыше всего. Даже твоей безопасности. И кто мог бы лучше воплотить этот принцип, чем тот, кто продавал своё тело за насилие? И не только это, но и тот, кто делал это так, блядь, хорошо? Дэвиду лучше, блядь, доставить их, или он узнает, что значит перейти дорогу сыну корпорации «Арасака». Затем ему позвонил Кацуо. Кацуо: Я говорю это как твой любящий кузен, но ты должен перестать развлекать этот уличный мусор! Ты не видишь, как сильно ты порочишь имя «Арасаки»? Джин тут же взбесился. Джин: Заткнись, ублюдок. Я тебя, блядь, отпизжу, если будешь продолжать мне тявкать. Это последний, блядь, раз, когда ты говоришь о моих «дурных привычках», ты, грёбаный червь. Я тебе не грёбаный сын, чтобы со мной так разговаривать. У Кацуо хватило ума тут же повесить трубку, что было хорошо. Судя по тому, как чувствовал себя Джин, он бы тут же набросился на этого долговязого ублюдка. Чёрт, он всё ещё мог, просто увидев его противоречивое, сучье выражение лица. Плевать. Наверное, это просто кайф говорил. 000 Это прошло… лучше, чем ожидалось. Немного страшно, если честно, что Джин внезапно стал таким суперфанатом моих соло-дел, но это было нормально. У меня был товар, который мог предоставить только я, и я буду его предоставлять, пока это будет держать пацана в узде. Было ли, строго говоря, этично снабжать ребёнка тем, что по сути было наркотиком, только потому, что у него были деньги и влияние? Насколько мои гуманитарные учения по восточной религии мне подсказывали, ответ на этот вопрос был чем-то под названием «му»: предпосылки вопроса были ошибочны, что делало ответ невозможным. Что такое этика? Законы? Ха. Что такое ребёнок? Джин? Ха. Что такое наркотик? Всё это было настолько пропитано нагруженным языком, что даже не стоило отвечать. Я это — я, как и всегда. Вместо того чтобы зацикливаться на том, насколько плохи мои действия, я бы предпочёл подумать о том, чего они достигли. Мои продажи БД ставили еду на стол. Они делали маму счастливой. Они снимали с меня давление и давали мне время хорошо учиться в школе и впечатлять маму. Это было то хорошее, что они делали, и я буду думать только об этом. И теперь это принесло мне двадцать четыре тысячи евробаксов. Ничто другое не стоило размышлений, кроме того, что мои действия делали для меня и тех, кто был рядом со мной. Я пережил первую стадию вечеринки Джина: быть поставщиком незаконных развлечений. А Вторая стадия? Она ещё не наступила. Я вышел на главную палубу корабля и увидел, что мы уже отошли от берега, окружённые со всех сторон чернильной тьмой. Зачем устраивать вечеринку на яхте ночью? Казалось пустой тратой, учитывая отсутствие вида. Ну, я всё ещё мог видеть с помощью «Кироши». Проблема была в том, что всё было монохромным. Никакого цвета, из-за всей этой тьмы. Мне позвонила Фэй-Фэй, и моё настроение тут же поднялось. Фэй-Фэй: Отличная работа, чумба! Святое дерьмо! Я никогда не видела этого психопата таким восторженным! Чёрт, если это не заставило меня улыбнуться от уха до уха, когда я опёрся на перила, глядя на монохромный горизонт океана. Дэвид: Спасибо, Фэй-Фэй. Честно говоря, я немного не в восторге от того, что так высоко в его списке любимых людей. Чувствую себя питомцем, знаешь. Фэй-Фэй: Мы все в конце концов питомцы. Лучше быть хорошим питомцем, чем плохим. Дэвид: Поправка, мы все питомцы, да, но мы можем отличить себя по нашим хозяевам. И я не собираюсь быть собственностью Джина. Фэй-Фэй: Почему нет? Он… Он мудак, да, но он предназначен для великих дел, а ты чертовски полезен. И умён. Ты можешь справиться с его требованиями. Дэвид: Дай парню помечтать, а? Я тоже могу быть предназначен для великих дел. Фэй-Фэй: Нездорово мечтать о большом, знаешь. Я рассмеялся. Дэвид: Разве я этого не знаю? Фэй-Фэй, сделай мне одолжение и перестань обо мне беспокоиться. От этого я чувствую себя как скоп. Пожалуйста. Я надеялся, что последнее слово не прозвучит так умоляюще, как я на самом деле имел в виду, но ответ Фэй-Фэй значительно уменьшил мои опасения. Фэй-Фэй: Девушку пугает, когда её чумба целится так высоко, как ты, знаешь. Но если ты хочешь, чтобы я в тебя верила, я постараюсь. Давай насладимся сегодняшним днём, окей? Дэвид: Спасибо, Фэй-Фэй.