Вкусно и др0чка

Повествование в главе идет от лица Картмана, в виде его записей и мыслей. Знаете, что я ненавижу больше всего? Когда этот еврейский ублюдок улыбается не мне. Когда он смотрит на Марша так, будто тот — центр его вселенной. Вы бы видели, как они шушукались, как будто больше никого на свете не существует. Кайл и его драгоценный Стэн. Да пошли они оба на огромный жирный жилистый член. Я давно понял: чтобы выиграть, нужно не просто бить в лоб. Нет. Нужно выжидать. Слушать. Подслушивать. И я слушал. Каждый их срач, каждую фразу, которую этот рыжий выкрикивал, когда злился на Марша. И знаете, что я услышал? Трещину. Маленькую, но сладкую трещину в их «вечной приторной дружбе». А где трещина — там я. Я вломлюсь в неё и разнесу всё к хренам. Вы думаете, я просто издеваюсь? Нет. В этот раз — всё серьёзно. Я хочу, чтобы Кайл остался один. Абсолютно один. Без Марша, без этого тупого Кенни, который вечно в облаках. Один на один… со мной. И я начну мягко. Я умею. Ха, вы, наверное, даже не подозревали? Немного другой парфюм. Немного другой стиль. Хах, пусть офигеет: «Картман, блять, что с тобой не так?». Вот именно, Кайл. Я не такой, как обычно. Пусть думает, что я играю, что я издеваюсь. А на деле — я приближаюсь. Потихоньку, шаг за шагом. Видели его глаза в автобусе? Да-да, когда я сел рядом. Он сжался, будто я его ударить собрался. Но я не ударил. Я положил руку. Я говорил тихо, липко, двусмысленно. И он офигел ещё больше, чем если бы я его обматерил или просто бы оскорбил. Потому что я всегда был предсказуем. Толстый придурок, который орёт «жид». А тут… тут совсем другое. Я чувствовал, как у него внутри всё выворачивало. Отвращение, злость, страх. Но внимание было на мне. На мне. И это всё, что мне нужно. А дальше будет больше. Одержимость? Может быть. Но какая, к чёрту, разница? Пусть он ненавидит меня. Пусть плюётся. Пусть убегает. Главное — что он будет смотреть только на меня. И в конце, Кайл Брофловски, у тебя никого не останется. Кроме меня. Знаете, кто сделал то самое фото? Я. Да, мать вашу, это был я. Все думали: «О, наверное, кто-то случайно щёлкнул». Нет, нихрена. Я видел, как Марш в соплях тянется к Кайлу, и понял — вот оно. Момент истины. То чего я ждал годами. Достаточно одного кадра, и их мир треснет. Но фишка не в том, чтобы тупо слить фотку. Это было бы слишком глупо и предсказуемо. Нет. Я выбрал Венди. О, Венди… Эта фемсука была идеальным инструментом. Сначала она считала меня долбоёбом. Ну, типа «жирный мудак, вечно срет, лишь бы поржать». Но я начал капать ей на мозги. Тихо, между делом. «Ты уверена, что Стэн тебе честен?», «Ты не замечала, как он ведёт себя с Кайлом?», «Ну да, дружба, конечно… только вот смотри внимательнее», «Мне кажется, ты всегда останешься для Стэна на втором плане после Кайла». И, знаете, сработало. Она присмотрелась. Она увидела то, что я хотел, чтобы она увидела. И дальше её собственная ревность сделала за меня всю грязную работу. Я просто кинул ей приманку. Одно фото. А как я его отправил? Ха! Вы же знаете этого дебила Баттерса. Стоит ему сказать: «Эй, Баттерс, дай телефон, тут важно!», и он уже протягивает, даже не спросив зачем. Вот так, его ручками, я слил фото Венди — анонимно. А она, как и ожидалось, взорвалась. И разнесла всё по шараге, чтобы выставить себя самой несчастной, что это ЕЙ изменили с ПАРНЕМ. Красота. Я даже пальцем не пошевелил, чтобы слухи разлетелись. Они сами сделали за меня всю работу. А я остался чистым. И вот теперь Венди думает, что она сама раскопала «правду». А на самом деле мы с ней — в одной игре. Мы даже не обсуждали это напрямую, понимаете? Мы просто делаем вид, что стоим по разные стороны. Но у нас есть одна цель: Кайл и Стэн должны быть порознь навсегда. Венди движет ревность. А мной… мной движет нечто большее. Я хочу, чтобы Кайл был мой. Даже если ради этого придётся сжечь всё его ебаное окружение дотла. Я насколько ненавижу этого грязного жидишку, что хочу, чтобы он навсегда остался один. А я — как образ спасителя, который всегда был и будет рядом. Вы наверняка хотите узнать, какова была моя реакция на прилюдную истерику Венди когда она получила фото? О да, вы хотите это знать. Я стою в коридоре, спиной к стенке, делаю вид, что листаю телефон. Но на самом деле я смотрю. Смотрю, как Брофловски и Марш мечутся в ловушке, которую я же им и поставил. Венди в центре аудитории. Голос у неё звенит, как у психопатки на тяжелых колесах. Она машет руками, орёт на Кайла, как будто Стэн действительно ей изменил. Все вокруг притихли, пялятся. Отличная сцена. Прямо спектакль для толпы. А Кайл… Кайл бледный, как мел. Он не понимает, что происходит. И это меня заводит. Ой как заводит. Я вижу, как его мозг кипит, как он ищет хоть какое-то логическое объяснение, но ничего не находит. Шикарно. Будь я в тот момент не на публике, я бы обязательно на это передернул бы. Что я и сделал позже. — «Ты думаешь, я ничего не знаю? Я всё прекрасно понимаю, Кайл!» — орёт Венди. — «Да что ты понимаешь?! Мы просто друзья!» — его голос срывается. Я чуть не ржу в голос. Друзья, ага. Скажи это поцелую, который я запечатлил. В этот момент я ловлю взгляд Баттерса. Этот идиот стоит сбоку и смотрит так, будто не понимает, как его телефон оказался замешан. Я киваю ему — мол, молчи, и он сразу утыкается в пол. Овца. Моя овца. Толпа уже кипит. Шёпот, смешки, пальцы, указывающие прямо на Кайла. Я вижу, как ему больно. И мне так сладко от этого. Это так вкусно. Знаете, в чём кайф? Я даже пальцем не шевелю. Они сами грызут друг другу глотки. Я просто дал толчок. А теперь смотрю, как этот паровоз несётся под откос. Венди орёт, Стэн что-то бормочет, Кайл заикается в попытке оправдаться. А я стою, будто ни при чём. Вид деловой, даже скучающий. Никто не подумает, что это всё моих рук дело. Но внутри… внутри у меня пожар. Я чувствую, что приближаюсь к тому, чего хочу: Кайл останется один. Без друзей. Без поддержки. Знаете, чем еще хорош Баттерс? Он не просто идиот. Он ещё и наивный дурак, что не может держать язык за зубами. Стоит ему услышать что-то важное — и через пару часов весь город уже в курсе. Так вот, я случайно проговорился ему в автобусе. Не прямо, конечно. Я же не тупой. Намекнул, пустил туман. И теперь жду. Жду, когда его дурацкий рот сорвётся, и он выпалит Кайлу что-то такое, от чего у того мозги в панике зашумят. Видите, Кайл — он как сраный компьютер. Загрузите туда вирус сомнения и всё, система рушится сама. Никаких усилий. Только надо подождать. Но это только был первый этап. А какой же мой следующий шаг? Хе-хе. Следующий шаг — это удар туда, где Кайл думает, что он в безопасности. В семью. Я нашёл почту Айка. Его школьную. Да, мелкий задрот вообще не прикрывает свои цифровые жопы. И знаете что? Я туда кину фото. То самое. Где они со Стэном в сопли целуются. «Но зачем?» — спросите вы. А затем, что я знаю его жирную мамашу. Шейла Брофловски вечно лезет в дела своих детей. Проверяет оценки, почту, всё подряд. Она точно увидит это фото. Она взорвётся. И вот тогда Кайл лишится последнего. С друзьями я его уже разъебал. Репутацию в шараге — тоже. Останется только семья. А когда и там его накроют позором и орущей еврейской мамашей… он останется один. Всё было бы идеально. Просто идеально. Кайл ломается, Венди истерит, Стэн бухает и тонет в своей тупой депрессии — всё идёт как по маслу. Я уже почти чувствую вкус победы. Но, блядь… всегда найдётся кто-то, кто испортит праздник. И знаете, кто? Кенни, мать его, Маккормик. Я не скажу, что он плохой. В моих глазах он даже «хороший парень». Да, грязный, бедный, полусонный придурок, который всё время ржёт над хуйнёй и рисует сиськи на стенах. Но у него есть одна мерзкая черта: он всегда рядом с Кайлом, когда тот ломается. Не ругается. Не лезет в конфликты. Просто сидит рядом, слушает, кивает и бормочет что-то успокаивающее. Когда я видел, как Кенни подхватил Кайла после его истерики и отвёл его перекурить — я чуть волосы на себе не рвал! Какого хрена этот бедолага с околицы вдруг решил быть святым спасителем? Это же моё место! Моё! Меня реально трясло. Я чувствовал, что если ещё раз увижу, как Кайл облокачивается на плечо Кенни или как тот хриплым голосом шепчет ему: «Не парься, чувак, всё уладится»… Я могу сорваться. И вот в этом вся проблема. Венди можно купить её ревностью. Стэна — утопить в бухле и траве. Толпу — шепотками и фоточками. Да даже родителей Кайла я готов сдать в расход через то фото. Но Кенни? Как ты убедишь человека, который вообще не хочет конфликта? Как ты сделаешь так, чтобы он отвернулся от Кайла? Он не орёт, не спорит, не строит планов. Он просто есть. И этим он опаснее всех. Я ненавижу это признавать, но Кенни — единственный, кто может удержать Кайла на ногах. И если я не выбью эту подпорку… весь мой план может пойти по жопе. Ладно. Если Кенни — это единственный барьер между мной и Кайлом, значит, Кенни нужно убрать. Не убить, конечно, он же мой друг. Просто вытащить его из жизни Брофловски так, чтобы они перестали пересекаться. Сначала я думал: «А чего с ним вообще возиться? Он же нищеброд. У него кроме рваной куртки и дохлого велосипеда — ничего нет». Но потом понял: именно из-за этого он так опасен. У него ничего нет — и потому ему нечего терять. Он может позволить себе быть “другом”, “слушателем”, “жилеткой”. А Кайл, этот еврейский псих, как назло, цепляется за это. Нет, так дело не пойдёт. Надо думать. Первый вариант: столкнуть его лбами. Подсунуть Кайлу «доказательства», что Кенни тоже треплется за его спиной. Он же вечно на своём приколе, легко представить, будто проболтался. Второй вариант: стравить его с остальными. Сделать так, чтобы Кенни внезапно стал козлом отпущения. Толпа быстро поверит, что он слил фотку, например. И тогда всё внимание, весь гнев переключится на него. Третий вариант… самый интересный. Сделать так, чтобы сам Кайл начал сомневаться в Кенни. Чтобы он подумал: «А чего это он всегда рядом? Чего это он такой понимающий? Может, ему что-то нужно?» И тогда, бац! — доверие рушится. Я знаю Кайла. Он вечно копается в своей башке, ищет подвохи. И если я посажу туда маленькое семечко сомнения — всё, Кенни слетит. Да, это то, что мне нужно. Не шум, не драки, не открытый конфликт. А тихая подмена. Я сделаю так, чтобы Кайл сам отвёлся от Кенни. И когда это случится… Кайл останется один. Совсем. А тогда у него не останется выбора. Он придёт ко мне. И уже никогда от меня не уйдёт. И он будет зависеть от меня В БУКВАЛЬНОМ СМВСЛЕ.