Семь дней из жизни Оминиса Гонта

      Ура! Можно валяться в постели хоть весь день! Или кушать! Я даже не знаю, что лучше! Начну с того, чтобы прогуляться – по ночам в коридорах спокойно...       Впрочем, у меня дурное предчувствие...       Да ёб твою мать!       – При-и-ивет! – радостно здоровается Марволо.       Ух, как же несёт! И это не грязь. Что это вообще? Я сейчас задохнусь!       – Что это?.. Ты пьян?.. – спрашиваю, подходя поближе. Это точно безопасно?..       – Не-е-ет! – ещё радостнее заявляет брат.       – Лжец. Что случилось? Откуда выпивка?       – Из Хогсмида!       – Ты её купил?..       Палочка – за ухо, пальцы смыкаются на шее брата. Нам жрать нечего, а ты тратишь деньги на это?!? Не прощу, не прощу, не прощу...       – Нет, конечно!.. – хрипит Марволо. – Когда я вообще что-то покупал у этих грязнокровок?!..       Ах да...       Выпускаю брата и выдыхаю.       – Иногда я так рад, что ты заносчивое мудло... Что случилось? По какому поводу праздник?       – Праздник? Скорее, похороны...       – Серьёзно?! – оживляюсь я.       – Не. Мама письмо прислала. У нас ещё два брата. Близнецы.       Я молчу минуту. Потом протягиваю руку и отбираю бутылку.       – Дай.       – Тебе тринадцать!       – Похуй! У меня горе! Нам замену ищут!       Я заливаю в горло смердящую дрянь. У-у-ух! Что это?! Оно жжётся! Не кашлять, быть сильным, не кашлять... Кха-кха...       – Что это за ужас?..       – Огневиски! – хвастается брат. – Отдай. Не умеешь пить – не пей.       – А ты-то умеешь?       – Умею!       – Научи.       Глубокая ночь, тишина и перезвон рюмок – из горла брат пить не даёт. Я чувствую, как порции медленно сокращаются. За кого он меня принимает? Я взрослая, самостоятельная личность! У меня уже девять младших братьев и сестёр! Пью, сколько хочу!..       – Ещ-щё, – требую я.       – Не, хорош, – этот гад ещё и бутылку закупорил. Я слышал!       – Да-а-ай!.. – я тяну руки и почему-то оказываюсь на полу. Странно, меня никто не толкал...       – Хорошенького понемножку. А то они... они нас победят! – заявляет Марволо.       – О-о... – я проникаюсь идеей. – Убедил...       – Да-а! Мы сопьёмся, а им достанется всё наследие Слизерина! – со знанием дела, медленно-медленно, но чётко проговаривает брат.       – Да по-ху-й на наследие. Лишь бы не сдохнуть...       Как же хорошо на боку. Так удобно. Где я вообще? В какую сторону вставать?       – Мар... Подними меня.       – Не, это бесполезно. Я лучше к тебе прилягу.       – Пчему бсплезно?...       – Потому. Я уже поднимал.       – Да?.. Не пмню... Лан.       Брат ложится рядом. От него классно пахнет огневиски. Мы пахнем одинаково. Ва-а-ау... Что-то в этом есть.       – Не надо было давать тебе пить.       – Рскжи пр звзды...       – Не. Я не понимаю, чего ты хочешь, но точно не буду этого делать.       Марволо, ты охуепёздл! Ничего себе! Классное слово, надо сказать, пока не забыл...       – Ты... ты!.. Оху...       – ...ел?..       – Нет! – я заезжаю рукой по брату и чувствую удовлетворение. – Охуёпздыл.       – А?..       – Ахуй и пздол!       – Даже знать не хочу. Закрой рот, – советует брат.       Обиженно молчу. Хочу слушать про звёзды. Он интересно рассказывает. Пинаю его ногой.       – Ну?.. – интересуется Марволо. Голос недовольный, но мне насрать.       – Звзды!       – Опять пёзды? Опездол, блять.       – Это моё слово!..       – Нет. Оно давно существует.       Молчим. Прижимаюсь к тёплому боку. Хорошо-о-о...       – Чего тебе?       – Бля... Греюсь. Низзия?..       – Можно. Чё там тебе, про звёзды рассказать?       – Да-а-а!..       – Ладно, чудище пьяное. Кстати... – Марволо немного молчит, и я изо всех сил борюсь со сном. Не тяни уже... – Раз ты всё равно, наверное, забудешь... Я... **** *****!       – Нь? – бессмысленно спрашиваю я.       – Всё-таки, поговорим об этом, когда ты станешь старше...       Мне кажется, я вижу звёзды. Они колются под пальцами, но приятно греют их, хрустят-хрустят, а потом приятно стекают в рот чем-то горьковато-солёным... Так хорошо... ...       Всё, теперь я окончательно проснулся!       В пятый раз сажусь. Хорошо, на этот раз я не падаю обратно. Это уже прогресс. Я слышал, что люди после алкоголя хотят блевать или пить. Я не хочу. Я хочу в туалет.       Ошариваю окрестности. Съебался! Чёртов Марволо!!! Я давно не чувствовал себя таким маленьким и беспомощным, как сейчас. Месть моя будет страшна... но минут через десять.       Поймав первокурсника, иду с ним под ручку. Стыдно – надеюсь, он не поймёт, что я был пьян. Просить помощи надо уметь, но я пока не умею, поэтому эксплуатирую «животных».       – Спасибо! – стараясь не дышать на мальчика, сую ему положенную конфету и ухожу в кабинку продумывать план мести.       После завтрака мстить хочется меньше. Всего-то заколдовываю туфли брата, чтобы те скакали по всей гостиной. Что ж, его координация с утра хуже моей! Судя по взрывам смеха, я подарил кому-то невероятное зрелище. Мне вполне хватает звуков, издаваемых братом – если у меня вообще есть душа, то сейчас она полностью довольна.       Брат чертыхается, силясь поймать вторую туфлю, пока от него тихонько отшаркивает первая, а я вспоминаю, что что-то забыл. Точно! Вчера брат что-то говорил, но я уже спал. Что же это было?.. Ладно, какая-нибудь ерунда про наследие Салазара. Не слишком интересно.       «В конце концов, наследник Слизерина тут только я, братик. И василиска я никому не отдам».       День проходит прекрасно – после обеда валяюсь на солнышке. Брат говорит, что сам не знает, какого цвета солнце. То ли жёлтое, то ли белое, то ли синее. Мне, впрочем, не сильно важно. Но солнечный цвет, каким бы он ни был, я заочно люблю. Он меня согревает. И никуда не уходит!       Ну, то есть, технически, он уходит, но вы меня поняли. Цвет Марволо точно не солнечный, но иногда я думаю, что он того же цвета, что и звёздное небо. Его я тоже не знаю, но его любит он...       ...интересно, что он ещё любит?..       Ерунду какую-нибудь, я уверен. Квиддич, наследие Слизерина, чем бы оно ни было, по его мнению, докапываться до меня, огневиски... И мыло. Это так неожиданно и почему-то приятно. Меня терпеть не может, а мыло любит. Смешной...       Нет, чёрт возьми! Он всё ещё представляет смертельную опасность!..       Ой, да заткнись. Дай полежать хоть часик без этих дурацких тревог...       – Привет!       Да блядь! Я распахиваю глаза, как будто могу что-то увидеть. Я знаю, что это Марволо.       – Привет, – отвечаю я. – Поймал туфли?       – Ага.       ...мне уже почти нравится, когда его тяжёлая нога опускается на мой живот. Только вот отмываться от рвоты – бе-е...       Я вообще не мстительный человек. Вообще. Но живых тритонов (трансфигурированы из каких-то листьев, так что не пострадают) сунуть за шиворот – это классика. Это надо знать. И повторять, время от времени, видимо, потому что это был мой обед.       Оу, я и забыл, что брат до смерти боится мелких животных, которые по нему ползают. Хи-хих...       – А вот не ушёл бы с утра, не было бы этого всего! – заявляю я, потирая скулу. Наверное, будет синяк.       – Я на тренировку ушёл, – виновато бормочет брат.       – Тебе не всё равно?..       – Ну, ты так смешно пригрелся...       «Смешно» – понятие растяжимое. Иногда я «смешно пригрелся», иногда «смешно верещу», а иногда это «смешно подёргивается после Круциатуса». Поджимаю губы.       – Можешь хоть раз остаться?       – Могу! – неожиданно заявляет Марволо. – Сегодня. Хочешь?       – Хочу, – киваю я. – А то я устал придумывать тебе месть. Это трудно.       – Почему? Отлично получается!       – А я всё думаю, что ты только посмеёшься над тем, что я делаю...       – Тритоны были жуткие, – заверяет меня брат, и я улыбаюсь.       – Ну ладно... И что, опять спать в гостиной?       Брат самодовольно кашляет.       – Обижаешь! Я знаю идеальное место для с...       – М?..       – ...на. Сна. Я хотел сказать – сна.       – Да я понял, – отмахиваюсь я. И чего он такой дёрганый последние месяцы?.. – Ты ничего не употребляешь? Ну, в смысле... Ты понял.       – Я слежу за здоровьем! – обижается Марволо.       – А огневиски?..       – Это другое! Пошли, сейчас тебе откроется тайна Хогвартса!       Я немного нервничаю, но мы поднимаемся вверх, а не идём вниз. Ладно, возможно, я чего-то не знаю, хотя я облазал здесь ВСЁ за три года.       – Хорошо, теперь отойди, а то ты её сломаешь.       – Чего?..       – Надо чётко представлять, чего ты хочешь, – объясняет брат. – Прям... Представлять. Форму, размеры, вещи... Стой там и ни о чём не думай.       Вакуум, вакуум, вакуум...       ...«Я те** ***лю».       Точно, вчера он говорил мне...       – Ни о чём не думаешь?       – Ни о чём! – вытягиваюсь по струнке смирно я.       Пока что я слышу только шаги. Марволо топчется то в одну сторону, то в другую... Щелчок! Что это может быть?       – Добро пожаловать! – брат запихивает меня в какую-то дверь. Чёрт, палочка видит её как стену! Если он соврёт и уйдёт, я долго буду тут искать выход.       Палочку я убираю – сейчас она только мешает, – и с интересом принимаюсь изучать обстановку. Куча пуфиков! Мечта! Нахожу кровать, потом ещё одну, кровать с лесенкой... Сколько тут кроватей?.. Я возвращаюсь к пуфикам и падаю в них. Всё-ё-ё...       – Нравится? – гордо спрашивает Марволо. – Выручай-комната! Тут есть всё, что нужно, кроме еды.       – Без еды?..       – Ну, извини. Но где-то тут лежит пакетик с обедом.       Ладно, он может ещё пару раз пнуть меня ногой в живот. Это место прекрасно! Я обнимаюсь с пуфиком, пока брат выкладывает еду с обеда.       – Тут недалеко, кстати, кухня есть. Там в любое время можно будет еду набрать...       – Кухня?!..       – Прости, Омни, чтобы туда войти, надо пощекотать грушу на картине.       ОМерлинмой! Неужели я первый слепой ученик за всю историю Хогвартса?! Кошмар. Я могу понять, в таком случае, мистера Малфоя, который советовал мне оставаться дома. Как же я сам себя, порой, бешу – наверное, остальных и подавно.       – И о чём ты так мрачно думаешь? – интересуется брат.       – О том, что я ненавижу себя.       – Почему?       – Я сам себе неудобен. Понимаю, почему ты меня терпеть не можешь. Я хуже куска мыла!       – Пожалуйста, поешь. Ты такой истеричка, когда голоден.       В меня летит булка. Булка! Булка!!! Нет булки. Но и печалей тоже больше нет. Ненависть к себе? Какой отстой, мне уже не одиннадцать! Пора перерасти это дерьмо, я уже солидный тринадцатилетний волшебник!..       – А теперь ты о чём думаешь?       – О захвате мира!       – Немногим лучше. Но пойдёт. Подсаживайся и ешь, захватчик.       Поев, я окончательно успокаиваюсь и крепко прижимаюсь к брату.       – Теперь не уйдёшь.       – Ага, кусочек мыла. Только я устал, так что подползай под бочок сам.       – Сейчас. Я ещё поем немного...       – Да хоть всё.